СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ ТЕРРОРИЗМА

Очевидно, первичным источником всех форм терроризма является конфликт. Он возникает тогда, когда несколько субъектов (индивидов или групп) имеют взаимно исключающие цели. Поэтому возникает вопрос — каковы условия, которые побуждают группу людей выбирать экстремальную тактику терроризма? Психологи выделяют четыре категории мотивов и потребностей в качестве базовых оснований и причин, способствующих возникновению терроризма.

Первая потребность — это так называемые витальные потребности. Это потребность в пище, в здоровье и отсутствии болезней, в наличии или отсутствии «крыши над головой» для себя и семьи. Гигантский разрыв между имущими и неимущими людьми во многих странах и регионах мира может приводить к образованию и поддержке различных повстанческих и террористических групп. Люди, которые фактически не имеют материальных жизненных ресурсов (и, следовательно, почти ничего не теряют), становятся первыми кандидатами для вступления в экстремистские организации, которые обещают лучшие условия жизни после того, как имущие будут лишены власти.

Для многих мусульман, проживающих в бедности, могут оказываться привлекательными идеи Бен Ладена и «Аль-Каиды», которые могут восприниматься в обыденном сознании как борцы против преуспевающих Соединенных Штатов и Запада в целом. А палестинцы из числа террористов-смерт-ников могут находить оправдание еще и в том, что были соблазнены денежными вознаграждениями, обещанными их семьям после их смерти.

Вторая базовая потребность — это потребность в безопасности, отсутствие удовлетворения которой зачастую ведет к возникновению страха. Страх может иметь реальную основу или быть преувеличенным. Преувеличенные страхи основаны на неадекватном восприятии опасности, т. е. на искажении восприятия реальности до такой степени, что сама реальность начинает восприниматься и детерминироваться самими страхами.

Чрезмерно преувеличенный страх — это страх, основанный на искаженном восприятии, и, следовательно, может приводить к неадекватным мерам противодействия. В частности, может иметь место такое экстремально-эмоциональное реагирование на потенциальный источник опасности, которое блокирует рациональный анализ ситуации. Это, в свою очередь, может запускать механизм формирования образа «коварного врага» или «козла отпущения». Преувеличенный страх может также порождать эскалацию насилия как ответную реакцию на угрозу. И наконец, преувеличенный страх может приводить к ошибочному анализу реальных опасностей и, соответственно, к появлению неадекватных реакций на реальные угрозы.

Третья базовая социальная потребность — это потребность в самореализации, т. е. в способности принимать собственные, независимые решения в отношении своей жизни, в свободе и достижении счастья. Разные повстанческие группы, стремящиеся либо к достижению политической власти, либо к автономии, как правило, наглядно иллюстрируют это основание возникновения терроризма (например, террористические группы Шри-Ланки, Чечни, Кашмира, соперничающие группировки в Анголе и других частях Южной Африки). Потребность в самоопределении в своей основе — это проблема власти. Страх потерять власть, по-видимому, является одной из возможных причин государственного терроризма, т. е. использования властными структурами террористических тактик против собственного населения, чтобы удержать его в подчинении.

Четвертой базовой потребностью является потребность в социальном признании и уважении, т. е. в признании другими группами ценности социальной идентичности собственной группы, своего этнического, религиозного или культурного группового членства. Некоторые конфликты, основанные на потребности в социальном признании и уважении, имеют длинную историю. Например, конфликт в Северной Ирлан-дни между католиками и протестантами продолжается более трехсот лет. Его суть — в попытках католиков вернуть или, по крайней мере, «сбросить» доминирование протестантов в политических и экономических структурах Северной Ирландии.

Возрастающая значимость потребности в уважении социокультурной идентичности народов на Ближнем Востоке, где национальные границы (Ирак, Израиль, Иордания, Ливан) исторически не совпадают с этническими географическими границами, установленными ранее кочевыми народами, по-видимому, связана с двумя социально-политическими факторами:

  • — во-первых, с навязанной «законностью» национальных границ, установленных колониальными империями;
  • — во-вторых, с затуханием (по крайней мере, видимым) соперничества между двумя сверхдержавами мира после развала Советского Союза в конце 1980-х годов.

Одним из следствий, вытекающих из этих факторов, явилось получение власти одними этническими группами, находящимися зачастую в антагонистических отношениях с другими группами, произвольно размещенными в их границах. Ослабление противоборства между США и СССР оставило на «произвол судьбы» многие этнические антагонизмы, которые были скрыты под покровом конфликта между капитализмом и коммунизмом. Происходящее перераспределение политической власти и возникновение новых государственных образований было невозможно в период противостояния Восточного и Западного блоков. Однако в 1990-е годы оказалось невозможным искусственно поддерживать в состоянии «замораживания» потребность в признании социокультурной идентичности различных этнокультурных групп и народов, находившихся под влиянием супердержав двух противостоящих блоков.

Подводя итог краткому анализу базовых социальных потребностей людей, неудовлетворение которых способствует возникновению терроризма, можно сказать следующее. Трудные жизненные условия, отсутствие безопасности и возможностей самоопределения, а также крушение традиционных ценностей социокультурной группы (общества, государства), если объединить их вместе, становятся «социокультурной основой» и «проводником» для формирования экстремистской идеологии и мотивации действий, включая и возникновение феномена современного терроризма.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >