ТЕРРОРИСТИЧЕСКАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ КАК СУБЪЕКТ ТЕРРОРИСТИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

В целом внутригрупповой уровень социально-психологического анализа терроризма до сих пор остается одним из наименее освоенных в психологической литературе. Несмотря на рост интереса к проблеме терроризма и значительное финансирование исследований по этой проблематике, процессы групповой динамики в террористических формированиях не стали предметом глубокого теоретического и эмпирического исследования. Основной причиной такого положения является абсолютная закрытость объекта исследования. Немногие наблюдения, которые можно найти в научной литературе по терроризму, сделаны бывшими членами террористических групп, сотрудниками спецслужб, работавшими под прикрытием в Афганистане, а также, в незначительной степени, заложниками, находившимися в руках террористов. Несмотря на ограниченность и противоречивость этих сведений, попытаемся осуществить социально-психологический анализ террористической группы, рассмотрев ее с нескольких точек зрения: групповой динамики, лидерства, социализации и групповой идеологии.

ОСОБЕННОСТИ ВНУТРИГРУППОВОЙ ДИНАМИКИ В ТЕРРОРИСТИЧЕСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ

Главной характеристикой террористических групп является их замкнутость и изолированность от остального сообщества. Чем более эффективна террористическая группа, тем больше опасность ее уничтожения, тем выше риск утечек информации и тем больше она должна ограничивать свои контакты с окружающим миром. Закрытость группы в значительной степени определяет ее внутригрупповую динамику. Отсутствие межгрупповой коммуникации облегчает формирование этноцентризма и предрассудков, группового фаворитизма (моя группа самая важная и «правильная») и межгрупповой дискриминации при объяснении действий «своих» и «врагов».

Изолированность группы и постоянная угроза преследований усиливают сплоченность, групповое давление, влияние лидера на остальных членов группы. Групповое давление проявляется в двух направлениях: во-первых, оно подталкивает группу к совершению все более крайних и жестоких актов насилия, а во-вторых, оно делает группу все более сплоченной.

В социальной психологии был обнаружен так называемый эффект сдвига к риску (в 1962 г.). Исследователи предлагали участникам эксперимента сначала зафиксировать свое личное мнение по ряду вопросов, включавших рискованную альтернативу (например, должна ли футбольная команда при равном счете идти на рискованную атаку, открывая ворота в последние минуты матча; следует ли вкладывать деньги в рискованное дело, сулящее большую и быструю прибыль, и т. д.). Оказалось, что в ходе последующего группового обсуждения 12 из 13 групп согласились на более рискованную альтернативу. Более того, после группового обсуждения индивидуальные мнения участников тоже сдвигались к более рискованным вариантам решения. Позднее исследования показали, что в ходе групповой дискуссии происходит усиление той позиции, которую — в более мягкой, менее категоричной ее форме — разделяли большинство участников. Чем сильнее сплоченность участников обсуждения, тем больше вероятность сдвига к риску. Причем экстремисты, с самого начала занимающие крайнюю точку зрения по отношению к остальным участникам обсуждения, сдвигают ее еще к более крайней позиции.

Другой важный фактор сдвига к риску состоял в том, что изначально предрасположенные к радикальному мнению участники выдвигали больше аргументов в его пользу, чем в пользу других альтернатив. Например, если на молитву собрались люди, большинство которых считают, что США ведут борьбу против ислама, что американские солдаты стремятся уничтожить и унизить мусульман, то они выскажут гораздо больше аргументов в подтверждение этой позиции, чем в ее опровержение. Кроме этого, даже если у кого-либо из участников обсуждения нет еще своего мнения по этому вопросу, он будет стремиться принять точку зрения большинства, чтобы сохранить свою принадлежность к группе (и не «выделяться»).

Важной характеристикой террористической группы является высокая конформность[1] ее участников. Это отмечается большинством специалистов, изучающих проблему терроризма. В террористических группах чаще всего основанием конформности является религия, идеология или однородность по этническому составу, возрасту и полу. Это означает, что предлагаемая лидерами террористических групп интерпретация священных текстов и мнений духовных авторитетов будет разделяться даже в том случае, если она внутренне противоречива и непоследовательна для новобранца или стороннего наблюдателя.

Как уже отмечалось, необходимость конспирации делает непроницаемыми границы группы изнутри: тот, кто покидает группу, угрожает безопасности остальных ее членов. Санкции за нарушение групповых норм и неподчинение могут быть крайне жестокими. Осознание внешней угрозы заставляет членов группы искать врагов внутренних. Страхи террористов быть преданными «своими» часто искусственно усиливаются лидерами террористических групп (с целью избавления от инакомыслящих и укрепления собственного влияния). Например, в 1969 г. японская полиция обнаружила в заснеженных горах от Токио 14 тел, принадлежавших членам одной из террористических организаций («Красной армии»). В период с 1971 по 1972 г. эта тергруппа жестоко расправилась, по меньшей мере, с тринадцатью из своих членов (на тот момент третью всего личного состава группы). Все они были обвинены в «пораженчестве» и подвергнуты мучительной смерти, некоторые были сожжены живьем. Другая террористическая организация, «Абу Нидал» (также известная как «Черный сентябрь» или «Арабский революционный совет»), на протяжении своей деятельности уничтожила значительную часть своих членов. В «Ирландской республиканской армии» постоянно действует служба внутренней безопасности, защищающая организацию от агентов спецслужб. Обособленность террористической группы от окружающего мира требует от ее участников все большего и большего вовлечения в террористическую деятельность, способствует формированию чувства безысходности.

Из сравнительных исследований поведения представителей разных социокультурных групп известно, что в межгрупповом конфликте, одной из крайних форм которого является терроризм, группы с более жесткой регламентацией поведения действуют более агрессивно, чем те группы, в которых отступления от правил считаются допустимыми. Регламентированность повседневной деятельности группы тем выше, чем больше формальных и неформальных правил определяют жизнь группы и чем серьезнее санкции за их незначительное нарушение. Таким образом, демонстративная жестокость лидеров по отношению к членам террористической группы, нарушившим ее внутренние правила, является одним из условий поддержания конформности и готовности группы к крайним, бесчеловечным формам борьбы с внешним врагом.

Закрытость террористических групп и феномены конформного поведения ослабляют социальное влияние, оказываемое на членов террористических групп со стороны их близких родственников и значимых других (например, друзей, старейшин и религиозных авторитетов). Группа живет своей жизнью, по своим правилам, даже если находится в непосредственной близости от гражданского населения, членов своих семей (так, например, базы ХАМАС часто используют для своего прикрытия густонаселенные кварталы мирных жителей, так как их национально-сепаратистская идеология близка и понятна большинству представителей местного этнического сообщества).

Малоисследованной, но значимой проблемой терроризма является сетевая структура террористических сообществ, члены которых часто знают лишь одного связного или связаны друг с другом через Интернет. Исламские фундаменталисты, объявившие джихад против США, действовали под прикрытием Центра беженцев аль-Кифа в Бруклине, эта организация носила сетевой характер. Результаты исследований позволяют предполагать, что даже при отсутствии личного контакта между участниками группы они сохраняют очень сильную групповую идентичность. При изменении состава участников такой группы или при выпадении одного из ее членов сеть не теряет своей эффективности, если в ней сохраняются ключевые роли: «вдохновителя», «связника» и «сетевого организатора».

Интернет-технологии позволяют создавать виртуальные террористические сообщества и «базы знаний». Например, палестинская террористическая группировка «Бригады Изед-дина аль-Кассема» (военное крыло организации ХАМАС) на своем сайте поместила раздел под названием «Военная академия». На нем можно было найти рекомендации по изготовлению бомб замедленного действия, «поясов смертников», а также технологии изготовления ракет малого радиуса действия. При этом раздел предназначался «для внутреннего пользования» — вход в него охранялся системой паролей.

Наличие внешней угрозы, а также малочисленность террористических групп, их статус меньшинства по отношению к культурным сообществам, от имени которых они действуют, усиливает эмоциональную значимость их групповой идентичности. Теракты превращаются в инструмент «влияния меньшинства»: чтобы повлиять на мнение большинства, представители меньшинства должны единодушно, громко и многократно настаивать на своей позиции. Статус «меньшинства, говорящего от имени большинства» подталкивает террористические группы к постоянным «несимметричным ответам» на воображаемую или реальную угрозу, которые рассчитаны на широкий общественный резонанс.

  • [1] Степень единообразия мнений и взглядов, подчиненность мнению большинства.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >