ОСНОВНЫЕ МЕТОДЫ ПСИХОТЕРАПЕВТИЧЕСКОГО ВМЕШАТЕЛЬСТВА:ТЕКУЩАЯ ПРАКТИКА

Как показывает практика, в настоящее время существует четыре первоочередных компонента реагирования, которые могут оказать положительный эффект в устранении последствий психической травмы.

  • • Индивидуальное консультирование острых кризисных состояний людей, индивидуальные консультации вместе с медикаментозным лечением при необходимости. Эти виды помощи оказываются обычно в срочном порядке для серьезно травмированных людей, кто начинает испытывать трудности с нормальным функционированием в повседневной жизни.
  • • Краткие обсуждения/дебрифинги произошедшего события в небольших группах. Эти дискуссии предназначены для того, чтобы снять острые симптомы стресса, такие как высокий уровень тревожности и горя, «работая» с этими переживаниями, а также предотвратить возможное развитие хронических расстройств.
  • • Долговременные сессии в малых группах для участников события. Цель этих сессий — работа с переживаниями жертв, чтобы они смогли в последующем самостоятельно функционировать в своей жизни без трудностей психологического порядка.
  • • Процедуры вмешательства в семейные кризисы, возникающие после катастрофы. Жизнь рядом с травматизи-рованным человеком, пережившим кризис, может оказаться трудной для близких людей в семье, коллег на работе, находящихся с ним в близком межличностном контакте. Цель — оказание терапевтической помощи семьям, соседям и т. п.

Как видно из сказанного, наиболее часто используемая модель для ослабления и уменьшения последствий психической травмы и предотвращения наступления негативных психологических последствий — это использование метода дебрифинга критического стрессового инцидента. Этот метод был разработан американским исследователем Дж. Митчеллом в начале 1980-х годов и предназначался для обеспечения управления стрессовыми ситуациями для сотрудников экстренных служб.

В дальнейшем этот подход превратился в индивидуальную и групповую методическую процедуру, известную под названием управление критическими стрессовыми инцидентами. В настоящее время этот подход используется как исключительная процедура вмешательства в катастрофических ситуациях при ликвидации последствий травматических инцидентов.

Таким образом, этот подход эволюционировал от специфического инструментария для сотрудников экстренных служб к стандартному методу оказания психотерапевтической помощи/лечения почти для всех жертв катастрофических событий. Хотя он и не предназначался для этих целей. Автор подчеркивал, что применение этого инструментария неприемлемо для гражданских жертв, которые непосредственно подверглись воздействию катастрофы (кто был серьезно ранен или потерял близких), и что почти нет эмпирических данных для его использования в применении к жертвам терактов.

Как было первоначально отмечено, процедура дебрифинга предполагала проведение одной разовой групповой сессии. В рамках лечебной группы специалист в области психического здоровья (психолог, психотерапевт, клиницист, социальный работник), прошедший подготовку, проводит сессию дебрифинга в последовательности семи стадий или шагов:

  • • введение;
  • • фактуальная фаза (в которой воспроизводится событие через воспоминания/истории участников);
  • • фаза обсуждения (в которой участники сессии описывают свои мысли и психологические состояния во время кризиса);
  • • фаза реагирования (в которой участники могут переживать катарсис);
  • • фаза обсуждения симптоматики (в которой обсуждаются текущие симптомы/переживания каждого из участников);
  • • обучающая фаза (в которой происходит нормализация симптомов участников посредством психологического образования);
  • • восстановительная фаза (в которой завершается сессия, при необходимости даются рекомендации или отсылки к другим специалистам). В этом подходе предполагается, что вмешательство должно иметь место как можно быстрее, насколько это возможно, после травматического события, а длительность вмешательства колеблется от 24 до 72 часов. Эта психотерапевтическая модель делает акцент на обсуждении «прохождения» травматического события и оживления эмоциональных переживаний в защищенных условиях. Теоретическая основа подхода предполагает, что совместное переживание травмирующего опыта помогает нормализации симптомов и обеспечивает выздоровление через жизненные перспективы участников.

Первичная психологическая помощь

Как показывает практика работы с жертвами терактов, в том числе и с бывшими заложниками, по-видимому, наиболее важным первым шагом в оказании психологической поддержки и помощи является восстановление чувства безопасности и обеспечение базовых потребностей жертв в пище, крове и контактах с близкими. Специалисты утверждают, что оказание физической поддержки сразу после травматического события — это первоочередная психологическая поддержка. Этот подход, называемый первичной психологической помощью, не рассматривается как программа психотерапевтического лечения.

Первичная психологическая помощь отличается от моделей психологического дебрифинга в том отношении, что главный акцент направлен на обеспечение психологического комфорта и получения психологической информации для нормализации симптомов у жертв террора. Корче говоря, при оказании первичной психологической помощи на первое место ставится система регулирования поведения людей, которые испытывают необходимость в оказании помощи.

И наконец, этот подход позволяет психологу или другому профессионалу по вопросам психического здоровья осуществлять включенный мониторинг динамики выздоровления и диагностировать тех лиц, у которых есть большой риск заболеть ПТСР, и, если необходимо, вмешиваться.

В свете этих данных ранние эффективные интервенции необходимы для выявления тех жертв, которым не удается выздороветь естественным путем. Если снижение симптомов не происходит спустя приблизительно 1—2 недели, то специалисты-практики должны решать вопрос о более глубоком психотерапевтическом вмешательстве.

В первые дни и недели после кризиса трудно надежно выявить тех лиц, кто не освободился от травмирующей стрессовой симптоматики. И обычно не рекомендуется пытаться проводить формальную диагностику состояния психического здоровья, пока не пройдет порядка двух или более недель. Несмотря на это, краткое первоначальное сканирование (качественная диагностика) состояния жертв может помогать выявлять тех лиц, с которыми следует вступить в повторный контакт спустя несколько недель, и рассмотреть вопрос о необходимости более длительного лечения.

Такое первоначальное сканирование факторов риска может ограничиваться четырьмя ненавязчивыми вопросами:

  • 1. Не случалось ли индивидам переживать другие случаи/события травматизации (случалось ли нечто подобное с ними ранее)?
  • 2. Не приходилось ли им ранее обращаться за психологической помощью или не было ли каких-либо обстоятельств, когда они сами или другие люди считали, что следовало бы обратиться за помощью к психотерапевту?
  • 3. Есть ли у индивида знакомые, с которыми они могут делиться своими проблемами? Оказывались ли в прошлом такие беседы полезными и продуктивными?
  • 4. Где индивиды, по их мнению, подвергались стрессовому воздействию травматического события?

Лиц, переживающих затяжные трудности после того, как первоначальное воздействие прошло (порядка 2—6 недель), необходимо оценивать для оказания психотерапевтической помощи на постоянной профессиональной основе.

Пролонгированные подходы

Тогда как модель дебрифинга опирается на одноразовое вмешательство, более длительные интервенции, включающие мысленное повторение травмирующего события в ряде сессий, продемонстрировали существенное снижение симптомов расстройств. Техники длительного предъявления обычно представляют из себя процедуры воспоминания травматического события в течение периода времени не менее чем 50 минут. Этот подход имеет целью полностью активировать воспоминания, связанные с переживанием страха от травмирующего события в течение времени, достаточного, чтобы обеспечить привыкание к стимулам.

Когнитивно-поведенческая терапия. Хотя специалисты-практики в целом признают, что необходимо использовать эмпирически проверенные методы вмешательства, до настоящего времени результаты исследований, анализирующих работу экстренных служб, связанных с ликвидацией последствий терроризма, ограниченны.

Исходя из доступных литературных данных, специалисты признают, что элементы когнитивно-поведенческой терапии, включающие процедуры пролонгированного предъявления, по-видимому, являются наиболее приемлемыми инструментами снижения первоначальных стрессовых симптомов в предотвращении развития хронического ПТСР. Имеющиеся данные, подтвержденные контролируемыми измерениями с использованием метода случайной выборки, подтверждают эффективность когнитивно-поведенческой терапии для лечения острого стрессового расстройства и хронического ПТСР.

Методы психотерапии травматического горя как психологического расстройства. В 1999 г. американский исследователь Пригерсон с коллегами выдвинули положение, что травматическое страдание является отдельным расстройством, отличным от депрессии или тревожности. Они предложили систему классификации, при помощи которой клинические проблемы, связанные с тяжелой утратой близких у жертв катастрофических событий, могут быть идентифицированы. В соответствии с этой таксономией, чтобы вынести диагноз «травматическое горе», человек, переживший смерть близких, должен сообщить о наличии у него следующих четырех состояний (симптомов):

  • • навязчивые мысли о покойном;
  • • ощущение тоски о погибшем;
  • • продолжение поисков погибшего;
  • • и/или чувство потерянности и одиночества как результат смерти близкого.

Кроме этого, индивид может проявлять множество других симптомов, например ощущение бессмысленности жизни, бесчувственность, трудности с признанием факта потери близкого и т. п. Эти симптомы должны проявляться, по меньшей мере, в течение двух месяцев и существенно нарушать нормальное функционирование личности. Клинически многие из этих симптомов объединяются с симптоматикой ПТСР, однако психотерапевты и клиницисты могут путать эти симптомы, поскольку последнее расстройство не может охватить уникальные проблемы, возникающие от факта потери.

В настоящее время психотерапевтические исследования травматического горя находятся в начальной стадии и существующие проблемы ограничивают то, что может быть отобрано из имеющейся литературы. А предложенный подход нуждается в проведении тщательной проверки, прежде чем рекомендовать его для широкого использования. Более того, исходя из того, что индивидуальные или групповые сессии не были проведены для жертв терактов, потерявших близких, возможность обобщения результатов таких ситуаций остается под вопросом.

О способах психотерапии лиц, прибегающих к злоупотреблению алкоголем в результате актов террора

Есть данные, свидетельствующие о том, что злоупотребление алкоголем может повышать последующую подверженность индивида травматическим/террористическим событиям. Поэтому специалисты помогающих профессий могут столкнуться с выжившими жертвами, которые начали злоупотреблять алкоголем. Большой объем литературы фактически подтверждает эффективность кратких методов психотерапии, способствующих снижению уровня употребления алкоголя. Однако до сих пор почти ничего не известно о том, как травматизированные жертвы в целом и терроризма в особенности будут реагировать на эти подходы.

В завершение можно констатировать несколько положений. Исходя из достаточно большого объема данных, подтверждающих использование методов дебрифинга в лечении психических расстройств в целом, и некоторых данных, свидетельствующих о применимости этих методов к лечению ГТТСР, вызванного актами террора, эти подходы, по-видимому, следует предлагать и жертвам терроризма.

Методы психотерапии для клиентов, страдающих расстройством травматического горя, находятся на ранней стадии разработки, и их следует рассматривать как пробные. И наконец, методы кратковременного вмешательства для уменьшения употребления алкоголя, используемые в стационарных условиях, оказались эффективными и поэтому могут быть рекомендованы специалистам для работы с жертвами террора.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >