Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Социология arrow Обществознание

Этические идеи. Совесть

Этика как наука о человеке сложилась в Древней Греции. В центре ее внимания — цель человеческой жизни, человеческого существования. Наиболее влиятельным направлением в древней этике была этика блага, которая целью жизни человека провозглашала счастье. Стремление к счастью — цель психической, нравственной жизни человека, которая движет его поступками. Однако в понимании счастья мораль блага распадалась на три школы.

Одна из них — гедонизм (от др.-греч. 9аи1>, Ьебопе — наслаждение). Он исходит из того, что все человеческое поведение сводится к одному источнику — стремлению получить удовольствие и избежать страдания. Содержание наших поступков, каково бы оно ни было: дружба, приобретение вещей и т. д., — лишь средство для достижения цели. Гедонизм говорит об удовольствиях физического свойства, об удовольствиях тела.

Другая школа морали блага — эпикуреизм. Ее основатель — древнегреческий философ Эпикур — учил, что счастье состоит в удовлетворении желаний, а удовольствие видел не в чувственном наслаждении, а в отсутствии страданий. Эпикур усматривал счастье в использовании духовных способностей человека, считал, что нравственная жизнь требует меры во всем. Он разделял желания людей на естественные и вздорные и видел идеал в удовлетворении первых.

В наше время эпикуреизму приписывают любовь к различным удовольствиям плоти (хорошо поесть, выпить и т. д.) и вообще к легкомысленному образу жизни, что, скорее, присуще гедонизму. Эпикур как раз не находил большого счастья в чувственных наслаждениях.

Третья школа, проповедовавшая мораль блага, — стоицизм. (Свое имя школа получила по названию портика Стоя пойкиле (греи. 66Ш дУёёВё? — Расписной портик), где ее основатель, Зенон Китийский, начал выступать как самостоятельный учитель.) Стоики видели счастье в приверженности добру, справедливости и воздержанию. Именно с последним компонентом — воздержанием — стоики вошли в историю. Они понимали его как отказ от потребностей и следование природе, которую считали бесстрастной и идеальной художницей жизни. И сегодня мы называем человека стоиком, когда во имя важной цели он отказывается от каких-то своих потребностей и удовольствий.

На первый взгляд может показаться, что мораль блага ставит лишь цель человеческой жизни и ничего не говорит о средствах. Ведь добиться счастья можно и злодейскими средствами, потому что счастье — понятие субъективное. Разбойник убил и ограбил человека, пирует и получает все удовольствия на присвоенные деньги — и он по-своему счастлив.

Однако не следует упускать из виду, что речь идет о морали блага, а благо — еще и Добро. Только благая, добрая жизнь ведет к счастью — вот общий знаменатель всех трех школ, проповедовавших подобную мораль. Правда, они не выдвинули критериев благой жизни, не объяснили, в чем ее суть. Данную задачу решили философы Нового времени, разработавшие этику долга.

Этика долга исходит из того, что конечная цель человеческой жизни — добродетель. Категорический императив Иммануила Канта (1724—1804) гласит: «Поступай только согласно такой максиме, руководствуясь которой ты в то же время можешь пожелать, чтобы она стала всеобщим законом». Заметим и другое его утверждение: каждая личность — самоцель и не может быть средством для каких бы то ни было целей (даже цели всеобщего блага).

Какой поступок, с точки зрения Канта, морален? Суть дела не в содержании поступка (хотя, конечно, речь идет о внешне добрых поступках), а в его мотивах. Подать милостыню нищему можно из выгоды, рассчитывая получить взамен отпущение грехов, из чувства жалости, а можно — из принципа, из долга, из уважения к нравственному закону. И только последний мотив, только такое движение души нравственны, придают поступку нравственный характер. Значит, не всякое внешне доброе действие есть таковое с точки зрения внутреннего мира человека, его совершающего. Нравственно лишь то поведение, которое диктует человеку его долг. Полемизируя со своими предшественниками, полагавшими целью морального поведения счастье, Кант подчеркивает, что моральный человек не тот, кто счастлив, а тот, кто заслужил счастье.

К тому же направлению этики долга относится и теория морали чувства Адама Смита. Смит выводил нравственность из свойственного человеку чувства симпатии, то есть способности разделять чувства других, сопереживать им. Нравственность — такие душевные переживания и поступки, которые вызывают в нас чувства одобрения или осуждения, любви или ненависти, благодарности или мести и т. д. Причем речь идет о состоянии и поступках не только других, но и наших собственных: мы должны уметь взглянуть на себя как бы со стороны. Однако добрый поступок лишь тот, что вызывает симпатию, — вот критерий нравственности. Иными словами, Смит связывает добродетельный характер поступка только с внешним впечатлением от него.

Наконец, еще одно направление морали долга — мораль вдохновения. Авторы данной теории (немецкий философ Иоганн Фихте (1762 —1814) и французский философ Андре Бергсон (1859—1941) считали внутренним источником нравственного поступка особое движение души, которое мы называем вдохновением, душевным подъемом. Подобное вдохновение вызывает задача, несущая универсальную человеческую ценность. Таким мотивом нравственности можно объяснить многие бескорыстные поступки и особенно героическое поведение, связанное с самопожертвованием.

 
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   След >
 

Популярные страницы