Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Философия arrow Взлеты и падения гениев науки: практикум по методологии науки

ЕСТЕСТВОЗНАНИЕ В ЗЕРКАЛЕ МЕТАНАУКИ

Страсти по абсолютному пространству

В 1687 году гениальный физик англичанин Исаак Ньютон опубликовал свой замечательный труд «Математические начала натуральной философии». Впервые на Земле нашелся человек, который сумел написать закон взаимодействия тел в дифференциальной форме. Если известно состояние физических объектов в данный момент времени, то можно предсказать его состояние в другой момент времени.

Название труда Ньютона довольно загадочное, ибо в нем не использован термин «физика». Ведь книга посвящена физике. Видимо, под физикой Ньютон понимал «натуральную философию». Положим, что дела обстоят именно таким образом. Но почему же он делает акцент на математических началах? Тоже непонятно. Начала физики, разумеется, являются физическими, а не какими-то другими, в том числе математическими. Вопреки еще одному гению от физики Галилею языком физики является она сама, а не математика. Были и такие ученые, например Карнап, которые языком физики считали не математику, а логику. Странные люди: физика есть физика, а не что-то другое, сколько угодно великолепное.

В обсуждаемой книге Ньютона много замысловатых понятий. Одним из них является понятие абсолютного пространства, которому по определению соответствует реальное трехмерное физическое пространство. Оно ни от чего не зависит и представляет собой сцену для всевозможных физических процессов. Как же представить себе это загадочное вместилище? Представьте себе, что из комнаты удалили все, что только возможно изъять, вещи и даже воздух. Осталась пустота размером с комнату. Так мы получили «кусок» абсолютного пространства. Однако предложенная мной операция получения фрагмента абсолютного пространства далеко не во всем состоятельна. Дело в том, что невозможно все удалить из комнаты. Находящиеся в ней элементарные частицы, нисколько не уставая, производят все новые свои генерации. Они неустранимы. Такой вывод следует из квантовой физики.

В бытность Ньютона ее еще не было. Тем не менее и он рассуждал не так упрощенно, как я, пытаясь сделать наглядным абсолютное пространство. Его линия аргументации сводилась к следующему. Физические явления следует рассматривать применительно к некоторым системам отсчета. Рассмотрим, например, полет журавлиной стаи. Относительно наблюдателя на Земле, следящего за журавлями из окна своей квартиры, они быстро удаляются в направлении полета стаи. Вожак же стаи может быть доволен тем, что члены стаи, не покидая своих мест, относительно него находятся в покое. Итак, существуют различные системы отсчета. Ньютон же полагал, что существует одна избранная система отсчета, которой как раз и является абсолютное пространство. Приемлемого обоснования этого положения в его работах не найти. Тем не менее большинство физиков были уверены, что Ньютон прав. Впрочем, это не относится к еще одному гению науки, а именно, к немцу Готфриду Лейбницу.

Детально ознакомившись с трудом Ньютона, Лейбниц указал на ошибочность концепции абсолютного пространства. Особенно отчетливо он сделал это в переписке с другом и единомышленником Ньютона Саму-элем Кларком. С содержанием этих писем знакомился сам Ньютон и даже участвовал в составлении ответов Лейбницу. К сожалению, физика на страницах этой книги часто ставилась в подчиненное положение по отношению к теологии. Ньютон и Кларк, с одной стороны, Лейбниц, с другой стороны, охотно обсуждали теологию, которую они пытались обогатить своими познаниями. При этом физическая сторона дела задвигалась в тень.

Лейбниц считал, что пространство является совокупностью отношений между протяженностями объектов. Нет объектов с их протяженностями, нет и отношений их сосуществования, следовательно, нет и пространства. Согласно Ньютону, пространство является особой субстанцией, т.е. образованием, которое существует само по себе и ни от чего не зависит. Согласно Лейбницу, пространство есть отношение между протяженностями.

Увы, оба ошибались. Считая абсолютное пространство существующим, Ньютон заблуждался. Но заблуждался и Лейбниц. Вопреки ему нет никакой необходимости признавать наряду с протяженностями объектов, т.е. их длинами, площадями и объемами, еще и отношения между ними. Сами протяженности являются отношениями. Пространство - это нечто иное, как протяженности физических объектов.

Если обращать основное внимание на иллюзорность понятия абсолютного пространства, то следует признать Лейбница победителем в его соревновании с Ньютоном. Но у него не было никаких шансов переубедить оппонентов. Дело в том, что он не написал столь же фундаментальный в физическом отношении труд, каковым являются «Математические начала натуральной философии» Ньютона. Англичанин благодаря этому труду был непобедимым в своей приверженности к концепции абсолютного пространства.

Феномен абсолютного пространства критиковали многие авторы, причем некоторые из них не без пафоса. Особенно это относится к английскому философу Джону Беркли и австрийскому физику и философу Эрнсту Маху. Она оба подчеркивали, что абсолютное пространство чувственно невоспринимаемо. Эта критика была неудачной уже постольку, поскольку далеко не все физические характеристики воспринимаются чувствами. Лишь Альберту Эйнштейну удастся показать ошибочность понятия абсолютного пространства.

 
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   След >
 

Популярные страницы