ЛЕНГСТОН ХЬЮЗ: «Я — ТОЖЕ АМЕРИКА». «БАРД ГАРЛЕМА»

ИТЕРАТУРНЫЙ ДЕБЮТ: ХЬЮЗ В КОНТЕКСТЕ «ГАРЛЕМСКОГО РЕНЕССАНСА»

Как находит поэтов слава? Порой самым непредсказуемым образом. Так случилось с Ленгстоном Хьюзом, тем самым темнокожим поэтом, кто вместе с Ричардом Райтом являет одну из ярких страниц литературы США, одушевленной идеями социальной справедливости. Это случилось, когда он трудился мойщиком посуды в ресторане одного из нью-йоркских отелей. По счастливой случайности среди посетителей оказался известный поэт Вэчел Линдсей: он должен был читать свои стихи в концертном зале. Хьюз надеялся его послушать, но «цветных» в зал не допускали. Тогда он положил на стол рядом с меню несколько своих стихотворений, переписанных от руки. Стихи Линдсею понравились: он тут же продекламировал их вместе со своими. А потом напечатал в газете, сопроводив заметкой об одаренном поэте-негре, вынужденном работать в ресторане. Это произошло в 1925 г.; Хьюзу было тогда двадцать три года. Так пришла к нему известность. [1] кожих американцев. В их среде стало укрепляться этническое самосознание, чувство расовой гордости. Негры — ветераны Первой мировой войны, побывавшие в Европе, были в первых рядах тех, кто бросал вызов дискриминации и унижениям. По словам левого публициста Роберта Майнора, «их шея больше не вмещалась в петлю линчевателей»[2].

Послевоенное десятилетие, особенно первая половина оказалась порой интенсивного художественного взлета, за которым в критике закрепилось название «негритянского» или «гарлемского ренессанса». Именно нью-йоркский район Гарлем, «черная столица», сделался средоточием негритянской художественной интеллигенции. Америка переживала нечто подобное «черному буму»; появилась мода на негритянскую экзотику, «примитив», которые воспринимались как привлекательный контраст бездушной «машинной» цивилизации. Настал «век джаза», воспетый Фицджеральдом. Загорелись яркие звезды черной эстрады: джазисты Луи Армстронг, Дюк Эллингтон, певцы Роланд Хейс, Бесси Смит. Негритянские художники, вокалисты, живописцы, но особенно музыканты обрели популярность, им покровительствовали, о них писали. Своеобразно преломилась негритянская тематика в романе Шервуда Андерсона «Темный смех» (1925). Уолдо Фрэнк, показавший трагедию расовых предрассудков в одном из своих «лирических романов» «Праздник» (1923), написал теплое предисловие к сборнику негритянского прозаика Джина Тумера (1894—1967) «Тростник» (1923).

В эти годы заявила о себе группа одаренных негритянских поэтов — соратники Хьюза по «гарлемскому ренессансу», люди одного с ним поколения: Клод Маккей (1890—1948), выходец с Ямайки, дебютировавший острыми стихами бунтарского содержания; работавший в жанре сонета Каунти Каллен (1903—1946), нежный лирик, близкий к английской романтической трагедии; Стерлинг Браун, вводивший в свои стихи негритянский диалект. Тогда же появились и негры-прозаики: новеллист Джин Тумер, романисты Рудольф Фишер, Джесси Фоссет, Уоллес Тэрмен.

Этих во многом разных литераторов сближала потребность отрешиться от сентиментально-слезливых стереотипов, от жалостливо-сострадательного тона в изображении черного американца, признать в нем живую личность со своим внутренним миром. Один из вдохновителей «гарлемского ренессанса», эссеист и критик либеральной ориентации Ален Локк (1886—1954), с заботливостью относившийся к молодым талантам, в том числе к Хьюзу, собрал [3] все лучшее, что было накоплено к середине десятилетия в негритянской прозе, поэзии и эссеистике, в антологии «Новый негр» (1925). Это был весомый коллективный художественный документ «гарлемского ренессанса»; в предисловии Локк, в частности, писал: «...Негр сегодня желает, чтобы его изображали таким, каков он на самом деле, даже с его слабостями и недостатками; он презирает малодушное сомнительное существование, обеспеченное ценой вынужденного приспособления»[4]. Ален Локк и Чарльз У. Джонсон, публицист и социолог, редактор негритянского журнала «Оппор-тьюнити», стали, по меткому выражению Хьюза, «повивальными бабками новорожденной литературы»[5]. Однако литература эта не была однородной. Одни, ориентируясь на официальный истеблишмент, затрагивали, по преимуществу, лишь верхний слой явлений: любуясь «негритянской душой», живописуя экзотику и «черную красоту», оставаясь глухими к насущным социальным проблемам и тяжелой доле низов.

Ленгстон Хьюз (Langston Hughes, 1902—1967) представлял в движении «гарлемцев» демократическую линию. Выходец из семьи среднего достатка (он родился в городе Джоплин в штате Миссури), он еще школьником выказал поэтические склонности. В 1921 г. в известном радикальном журнале «Крайсис» появляется его первая публикация — стихотворение «Негр говорит о реках», посвященное У.Э.Б. Дюбуа. Книга последнего «Души черных людей» (1903) была своеобразной библией как для Хьюза, так и для многих негритянских интеллигентов его поколения.

Начинающий поэт поступил в Колумбийский университет, где проучился около года по инженерной стезе, после чего решил круто переменить судьбу. Он становится моряком и делает символический жест — выбрасывает за борт пачку книг, которые штудировал на студенческой скамье. «Реальный мир, подлинная жизненная драма, — комментирует этот поступок его биограф Фейт Бедри, — пленяли его сильнее, чем книжная премудрость»[6].

Спустя два года Хьюз расстается с морем; живет в Париже, затем в Италии, перебивается случайной работой и мизерными приработками. Когда в ноябре 1924 г. Хьюз возвратился в Гарлем, у него в кармане оставалось всего 25 центов; но он был полон надежд, а в голове роились новые стихи.

Вскоре появился первый сборник его стихов «Усталые блюзы» (1926), а за ним и второй — «Хорошие вещи в закладе» (1927). Они, безусловно, вписаны в историю не только негритянской, но и всей американской поэзии.

Хьюз в критике. Уже при жизни Ленгстона Хьюза считали одним из лидеров негритянской литературы, он воспринимался как фигура, классическая, хрестоматийная. К настоящему времени о Хьюзе накоплена значительная критико-мемуарная литература, созданная в основном негритянскими исследователями. Здесь монографии и сборники критических статей, затрагивающих разные аспекты его творчества; воспоминания о поэте, собранные в специальном «хьюзовском номере» журнала «Фридомуэйз» (1968, № 2); многолетняя его переписка с другом — поэтом Арной Бонтамом; основанная на новых, в том числе архивных материалах биография Хьюза, написанная Ф. Берри (1983); библиографические и справочные труды; пьесы актера и режиссера Осей Дэвиса «Ленгстон» (1982), посвященная годам становления Хьюза, его выходу на литературную арену. Выходит специальный журнал: «Обозрение Ленгстона Хьюза» (The Langston Hughts Review). В 2002 г. в США прошла международная конференция к 100-летию со дня рождения Хьюза, собравшая большое число ученых из многих стран мира. Ряд исследований о нем принадлежит Б.А. Гиленсону.

Вехой в освоении наследия поэта стала публикация под редакцией Фейт Берри сборника Л. Хьюза «Доброе утро, революция. Не вошедшие в сборники произведения социального протеста» (1973). Благодаря ему мы можем сегодня шире и полнее, чем прежде, оценить глубину и стойкость радикальных убеждений художника, творчество которого обращено к актуальным проблемам развития негритянской литературы, к тем дискуссиям и спорам, которые и ныне заботят его коллег.

Выступления темнокожих за свои права, достигшие особого накала в 1960-е гг., наряду с проблемами экономико-политическими с большой решительностью выдвинули на повестку дня задачу культурной эмансипации черных американцев. Знаком времени стала тяга к «забытому прошлому». У истоков этого движения стоял Ленгстон Хьюз, составитель нескольких антологий негритянской поэзии, автор популярных книг о негритянских музыкантах, актерах, собиратель негритянского фольклора.

Бесспорно, своей борьбой, особенно в ходе «негритянской» революции 1960-х гг., темнокожие американцы добились выдающихся достижений, успехов, избрание президентом США Барака Обамы, первого темнокожего человека — факт более чем красноречивый. И все же сама негритянская проблема во всей ее сложности не снята с повестки дня в свете политического характера американской культуры. Не утихают споры о так называемой «черной эстетике», идейно-эстетических принципах негритянской литературы, споры, имеющие долгую историю. Их истоки также относятся к 1920-м гг., когда начинал свой путь Ленгстон Хьюз. Его опыт, его открытия и сегодня значимы и во многом поучительны.

  • [1] Л Конечно, для успеха нужны, помимо таланта, благоприятный литературный и общественный климат. Наверное, случись такое на десять или пятнадцать лет раньше, Хьюз пребывал бы в забвении и далее. К счастью, в первое послевоенное десятилетие негры поэты, музыканты, актеры пользовались повышенным интересом публики. Хьюз попал в поле зрения жадных до экзотического материала репортеров: появились снимки, где он был запечатлен на кухне с посудой в руках... Гарлемский ренессанс. Дебют Хьюза совпал со временем, когда в литературе и культуре черной Америки обозначился качественно новый этап. Это имело свои глубокие историко-культурные и социальные основания. Подъем рабочего движения в Америке в годы после Первой мировой войны, произошла перестройка социальной структуры негритянского населения, формирование в ней заметной пролетарской прослойки в результате начавшегося в годы войны массового переселения негров с Юга в индустриальные центры Севера, — все эти факторы нашли свое отражение в искусстве темно-
  • [2] ЛИТЕРАТУРНЫЙ ДЕБЮТ: ХЬЮЗ В КОНТЕКСТЕ «ГАРЛЕМСКОГО РЕНЕССАНСА» Конечно, для успеха нужны, помимо таланта, благоприятный литературный и общественный климат. Наверное, случись такое на десять или пятнадцать лет раньше, Хьюз пребывал бы в забвении и далее. К счастью, в первое послевоенное десятилетие негры поэты, музыканты, актеры пользовались повышенным интересом публики. Хьюз попал в поле зрения жадных до экзотического материала репортеров: появились снимки, где он был запечатлен на кухне с посудой в руках... Гарлемский ренессанс. Дебют Хьюза совпал со временем, когда в литературе и культуре черной Америки обозначился качественно новый этап. Это имело свои глубокие историко-культурные и социальные основания. Подъем рабочего движения в Америке в годы после Первой мировой войны, произошла перестройка социальной структуры негритянского населения, формирование в ней заметной пролетарской прослойки в результате начавшегося в годы войны массового переселения негров с Юга в индустриальные центры Севера, — все эти факторы нашли свое отражение в искусстве темно-
  • [3] Цит. по кн.: Ао/Т/г J. ЯоЬеП Мтог. Ап^ апс! Сгизаскг. 1М.У., 1956. Р. 162.
  • [4] Locke Л. The New Negro // Black Voices. An Anthology of Afro-American Literature. N.Y., 1968. P. 519.
  • [5] Цит. по KH.: Emanuel J. Langston Hughes. N.Y., 1967. P. 29.
  • [6] Berry F. Langston Hughes. Before and Beyond Harlem. Westport (Connecticut), 1983. P. 37.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >