О «долгах»

Вообще говоря, проблема эффективности управления государственным внешним долгом представляет собой часть более широкой проблемы — проблемы эффективности всей системы валютно-финансовых отношений данной страны, а последняя, соответственно, составляет только часть более широкой и важной проблемы — проблемы внешнеэкономических связей этой данной страны.

Действительно, представим себе ситуацию, когда некоторая страна имеет внешний долг в размере 50 млрд долл. США. Очевидно, что подход к проблемам управления этим долгом существенно различается для случаев, когда эта же страна: а) не имеет никаких валютных резервов; б) имеет валютные резервы на сумму, равную ее внешнему долгу; в) имеет валютные резервы на сумму, в два раза большую, чем ее внешний долг. Добавим к этому и ситуации, когда эта страна имеет валютные резервы в валютах (активах), существенно более надежных или, наоборот, существенно более слабых, чем валюта ее внешнего долга.

Если же перейти к еще более широкому подходу, ориентированному на общую эффективность внешнеэкономических связей некоторой страны, то мы должны будем обратить внимание на то, насколько эффективен и стабилен ее экспорт (экспортная продукция отличается высокой долей в ее цене добавленной стоимости, имеет прочные позиции на мировом рынке, имеет перспективу роста спроса на нее и т.д.) и насколько экономика страны зависит от импорта (много ли критических товарных позиций в этом импорте — товары, которые необходимы стране, но не могут быть быстро замешены внутренним производством, наличие товаров, в отношении которых можно ожидать резкого роста спроса, и т.д.).

Кроме того, в расчет придется брать и баланс по нетоварным платежам (например, переводам заработков и доходов), и наличие легко реализуемых активов в стране-кредиторе, а также в странах, которые имеют договорные (союзные) отношения или вообще поддерживают со страной-кредитором особо тесные экономические и политические связи.

И при этом особо следует подчеркнуть, что все эти проблемы и вопросы необходимо рассматривать не с позиций текущих отношений, влияний, связей и т.д., но в парадигму потенциальных угроз финансового, экономического и даже военно-политического характера и при этом — в динамике их изменения по худшему варианту, т.е. от потенциальной угрозы — к реальной, и от угрозы — к действию (реальному нападению, действию в силовом режиме).

В самом общем виде проблема повышения эффективности управления внешним долгом — как само по себе, так и в контексте более широких проблем управления валютно-финансовыми и внешнеэкономическими связями страны — сводится к управлению рисками. При более узкой постановке проблемы — к управлению валютно-финансовыми рисками, для более широких подходов — рисками внешнеторговыми, внешнеэкономическими, внешнеполитическими, военными и т.д.

Проблемам страновых рисков посвящено большое количество трудов и исследований как внутри нашей страны, так и за рубежом (в контексте мирового рынка, мировой валютной системы, геополитики и геоэкономики, анализа межстрановых иммиграционных потоков, движения капиталов, феномена «глобализации» и т.д.), и критический разбор и анализ всех этих работ лежит за пределами данной работы. Поэтому далее мы ограничимся анализом только тех аспектов всей этой многогранной темы, которые имеют прямое отношение к государственному внешнему долгу — его сущности, его роли, и возможностям как совершенствования управления им, так и его использования в интересах нашей страны.

При этом начать следует с того, что ключевым моментом эффективности внешнего долга является не вопрос эффективности управления им, но вопрос использования средств, привлекаемых в порядке внешнего заимствования.

Для иллюстрации этого утверждения приведем самую простую ситуацию. Например, внешние займы привлекаются на заведомо невыгодных условиях, и стоимость обслуживания такого долга оказывается

на уровне невероятно высоких 20% год. Однако при этом все привлекаемые из-за рубежа средства направляются на финансирование некоторого проекта (экономической программы), дающего прямой и немедленный эффект в 30% годовых. Тогда мы видим, что прямая финансовая выгода для государства от такого рода операции составляет весомых 10% годовых и рекомендация в этом случае может быть только одна — занимать больше и вовлекать в эту операцию все большее и большее число подобных же выгодных проектов.

Второе обоснование очевидной полезности привлечения внешних займов и кредитов — когда использование создает объекты, могущие быть надежным обеспечением выпускаемых долговых обязательств государства. Самой простой пример, когда в отдельных, успешно развивающихся регионах есть достаточно привлекательных инвестиционных проектов с высокой финансовой отдачей. Тогда государство может, к примеру, привлекать внешние кредиты под 5% годовых и направлять их на скупку региональных долговых обязательств, выпускаемых под 10% годовых. В этой ситуации есть все основания полагать, что иностранный кредитор даже и в конечном счете будет рад получить в погашение обязательств центрального правительства долговых обязательств надежного региона, а до этого у государства-заемщика имеется прекрасная возможность помогать развитию своего региона и еще иметь на этом финансовую выгоду в размере 5% в год.

Отметим, что хорошими — с точки зрения приемлемости для зарубежного кредитора — могут быть не только долговые обязательства региональных и местных властей, но и пакеты корпоративных ценных бумаг предприятий, расширяющих свою деятельность за счет использования внешних источников финансирования, равно как и сооружаемые материальные объекты (объекты энергетики, туризма, транспорта, разработки природных ресурсов и т.д.).

Наконец, третье обоснование — финансирование проектов, программ, мероприятий, которые не приносят непосредственно прямого дохода государству, но способствуют такому наращиванию экономической активности в стране, регионе, местности, которое прямо влечет за собой увеличение налогового потенциала соответствующего уровня и обещает соответствующий прирост в налоговых доходах государства.

В этом случае прямые финансовые расчеты, подтверждающие связь расходов на реализацию данного проекта, мероприятия с последующим приростом налогового потенциала государства, как правило, невозможно, но обычно к надежным заключениям (добавив в них еще и определенную страховую составляющую) можно прийти и эмпирическим путем, на основе собственного прошлого опыта или анализи-

руя соответствующий зарубежный опыт. Так, можно практически со стопроцентной уверенностью утверждать, что вложения в развитие автотранспортной инфраструктуры страны (разумеется, тщательно обоснованные по параметрам направлений, загрузки, характеристике осваиваемых территорий, по перспективной динамике грузопотоков и движения людей и т.д.) дадут значительный эффект в виде прироста налогового потенциала страны, оправдывающий практически неограниченное привлечение заемных ресурсов на эти цели.

Обратимся теперь к некоторым постулатам финансовой теории. Первый из них, имеющий прямое отношение к теме настоящей работы, устанавливает, что любой ответственный управляющий финансовой политикой — как на уровне домохозяйства, отдельного предприятия, так и на уровне государства — должен всеми средствами обеспечивать соответствие, по параметрам сумм и по параметрам сроков, объемов текущих регулярных расходов с объемами текущих регулярных доходов. Иначе говоря, можно допускать, чтобы в составе сметы или бюджета любого института или организации регулярные, ординарные доходы использовались для целей финансирования нерегулярных, сверхординарных расходов (что бывает при профиците по текущим статьям доходов и расходов), но абсолютно недопустимо финансирование регулярных, текущих расходов за счет привлечения нерегулярных, сверхординарных источников доходов.

Как очевидно из всего этого вытекает, государственные займы, как внешние, так и внутренние, недопустимо и нецелесообразно использовать для финансирования дефицита государственного бюджета.

Второй постулат финансовой науки гласит, что для всякого займа должно быть заранее предусмотрено полное обеспечение его погашения. Иначе говоря, ни один заем не может не только привлекаться, но даже и рассматриваться, если для его погашения нет и не предвидится особого, самостоятельного источника дохода.

Тора в этом отношении четко определяет: кредитор может одалживать деньги на потребительские цели (текущие нужды заемщика), но тогда он не должен взимать процента и не полагаться, что он вообще получит свои деньги назад. И кредитор может также одалживать деньги на предпринимательские, приносящие доход цели (проекта) — и тогда он может требовать надежного обеспечения своей ссуды (например, в виде залога имущества заемщика), а также рассчитывать на получение определенной доли от этого ожидаемого дохода (в виде процента на одолженный им капитал).

Таким образом, концентрация внимания управляющего органа исключительно на оперативной эффективности работы по обслуживанию государственного внешнего долга актуальна исключительно для

неорганизованных внешних заимствований государства (например, для финансирования текущих бюджетных расходов), а именно такого рода заимствований в государственной финансовой политике рекомендует избегать как научная теория, так и практический исторический опыт.

Следует отметить, что проблема эффективности использования внешних источников финансирования имеет две составляющие: финансово-административную (факторы, определяющие эффективность управления внешним долгом) и экономико-структурную (факторы, определяющие эффективность использования внешних займов). При допущении некоторой условности (связанной с объективной невозможностью количественно рассчитать все экономические, социальные, политические и другие последствия применения финансирования деятельности государства за счет внешних источников) все же можно утверждать, что соотношение между долями первой и второй группы факторов составляет примерно 10:90.

Первая группа факторов включает в себя следующие: валюта долга (займа), процентная ставка, срок долга, условия обращения долговых обязательств и условия рефинансирования долга (плюс масса менее значимых факторов, как то: личные отношения с организаторами займа или руководителями финансирующих организаций, и другие).

Вторая группа факторов включает следующее: объект (или цель) применения заемных ресурсов, условия обеспечения долга, возможности внерыночного погашения (списания) долга, общие размеры долга (плюс масса менее значимых факторов, которые связаны с ситуацией в занимающем государстве и в окружающем мире).

Сравнительный анализ всех этих факторов для любой страны требует проведения многотомного исследования. Чтобы только показать диапазон возможностей, приведем только два примера. Пример для иллюстрации значимости первой группы факторов: если занять средства на длительный срок и под невысокий процент в валюте, подверженной ускоренному обесценению, то о погашении такого долга можно вообще не беспокоиться — он погасится сам по себе (сведется быстро к нулю). В истории это были долги в немецких марках для 20-х гг. и в итальянских лирах для 40-х гг. прошлого века.

Пример для иллюстрации значимости второй группы факторов — когда от долга можно избавиться путем просто уничтожения самого кредитора. Факт из новейшей истории: США «погасили» свой долг перед Ираком, уничтожив это государство и отправив туда, для раздачи чиновникам «нового правительства», самолет с грузом в 13,5 млрд бумажных долларов (стоимость «погашения» долга — 2,3 цента за изготовление одной стодолларовой банкноты плюс фрахт самолета).

Заметим, что для корпоративных отношений такая практика вполне обычна — когда компания-заемшик приобретает или поглощает ком-панию-кредитора.

Отметим, что у нас в стране есть утвержденная правительством Методика оценки эффективности государственных заимствований, осуществляемых Российской Федерацией на внутреннем и внешнем рынках ценных бумаг. Эта Методика представляет собой инструмент для оценки эффективности работы за счет применения комплексного набора показателей эффективности, охватывающего весь спектр функций в области управления государственным долгом. С помощью этой методики предположительно возможно увидеть сильные и слабые стороны практики государственных заимствований, дать оценку их эффективности. Оценка эффективности работы с госдолгом может использоваться для формирования институциональной структуры управления госдолгом.

При этом принципиально важны следующие моменты: выделение комплексного набора показателей эффективности, охватывающего весь спектр функций в области управления государственным долгом, определение сильных и слабых стороны практики государственных заимствований, анализ вопросов управления государственным долгом и тесно связанных с этим функций.

Методологически же сам подход к изучению всех этих вопросов предполагает выделение трех уровней исследования.

Во-первых, это — определение фокуса исследования в предметноконцептуальном плане: «эффективность» для кого — для государства в общеисторическом аспекте, для правящих органов власти, для правящей партии, для контролирующей правительство элиты общества. В зависимости от выбора фокуса исследования устанавливается и набор необходимых показателей, который в каждом случае может сильно различаться.

Во-вторых, это — соотношение рисков и выгод («сильных и слабых сторон») при выборе конкретной модели управления государственными заимствованиями. При этом сделанный ранее выбор «фокуса исследования» определяет не только конкретные «соотношения рисков и выгод», но и сам подход к отбору (набору) заслуживающих анализа и оценки этих рисков и этих выгод.

И в-третьих, это — отбор конкретных функциональных методов управления всем процессом регулирования «внешних заимствований». Эти методы отбираются и оцениваются после прохождения двух предыдущих уровней исследования.

В основу всего этого исследования должны быть заложены определенные научно-теоретические взгляды на действующую (или желае-

мую) модель экономики, на роль государства в функционировании этой модели экономики, на приемлемые и неприемлемые методы государственного вмешательства в экономическую и социальную жизнь общества и на состав и пределы ответственности власти перед нынешними избирателями, перед обществом в целом и перед страной в ее вечноисторической сущности.

Важность этого момента легко иллюстрируется следующим. Предположим, мы нашли модель, определили критерии и сумели максимально эффективно отстроить всю действующую систему управления государственным долгом. Но затем вдруг оказывается, что получившие наибольшие выгоды от привлечения внешних займов слои населения сумели успешно мигрировать за пределы страны, т.е. по этим долгам затем должны будут расплачиваться те, кто в этой стране остался. Или у нас у всех с управлением внешними долгами все хорошо, но мы видим, что своими действиями мы возлагаем непосильное бремя этих долгов (как будущих налогов) на наших потомков. Или мы намеренно идем на риск внешнего дефолта страны, будучи уверенными, что риск потери репутации для России как надежного заемщика наши интересы никак не затрагивает.

Стоит ли нам вообще задумываться на эти темы? А отсюда мы заранее определяем и наше отношение к возможным рискам и выгодам от внешних заимствований, и к методическим подходам и методам, нацеленных на их отбор, оценку и управление ими.

В методическом плане обычно начинают с выбора концептуального подхода или подходов, на чем далее строится и вся методика оценки эффективности внешних заимствований.

Таких подходов известно немалое количество. Выделим основные из них.

Народно-хозяйственный подход: он определяет «вклад» (или «вред») политики внешних заимствований в ускорение (торможение) экономического развития страны. Оценочных показателей при этом подходе может быть много. Например, сравнение темпов прироста ВВП при наращивании или, наоборот, снижение уровня внешнего долга страны. Или оценка воздействия внешних заимствований на формирование современной структуры экономики, на переход страны (и закрепление такого перехода) на стадию «устойчивого развития», на устранение социальных неравенств, на улучшение демографической ситуации в стране и т.д. Возможен и еще более широкий подход. Так, к примеру, привлечение крупных иностранных собственников к финансированию строительства делового центра в столице косвенным, но вполне очевидным образом помогает укреплению обороноспособности страны и позволяет, соответственно, экономить на бюджетных

расходах на эти цели. Так, хорошо известно, что американские промышленники и финансисты эффективно выводили из списка целей для бомбежки на территории Германии те предприятия, в которых они имели свои финансовые интересы.

При этом подходе имеет важное значение также и состав заемщиков. Обратимся, в частности, к такому примеру. Все говорят, что Италия, Испания и особенно Греция достигли критических показателей по соотношению госдолга и ВВП. Но никто не обращает внимания на то, что Япония и Великобритания по этому же показателю превосходит эти страны.

В чем же тут дело, почему и Японию, и Великобританию этот показатель беспокоит в меньшей степени? А причина здесь в том, что в Японии основными держателями государственных облигаций являются местные банки и предприятия и они знают, что если они вдруг захотят потребовать от государства свои долги, то последнее просто поднимет налоги — с них же. А пока бизнес в Японии довольствуется тем, что налоговое бремя в этой стране почти наполовину меньше, чем в странах ЕС, и что в виде облигаций государственного долга они имеют не только надежный финансовый актив, но еще и актив, приносящий им стабильный доход.

В Великобритании несколько иная ситуация. В этой стране расположен мировой финансовый центр, который обслуживается в основном британскими банками. В результате крупные британские банки имеют в своем управлении колоссальные суммы денежной ликвидности (в объеме, примерно в 4 раза превышающем ВВП Великобритании), что позволяет им без особого риска заниматься и размещением долговых обязательств своей страны. Играет свою роль также и фактор налоговых взаимосвязей между британскими банками и государством: не случайно правительство этой страны практически в одиночку оппонирует инициативе ЕС по введению специального налога на международные финансовые транзакции (так называемый налог Тобина).

Финансово-бюджетный подход. Он основывается на сравнении финансовой эффективности бюджетных расходов и государственных инвестиций в отношении их возможного замещения средствами, полученными из иностранных источников.

В более общей форме он призван ответить на вопрос: имея определенные цели расходования средств, выгоднее или для их финансирования повышать налоги, или привлекать внешние займы (фактически — обмен нынешних налогов на налоги будущие).

Другими возможными показателями при этом подходе могут быть: соотношение между внешними и внутренними держателями обяза-

тельств по государственному долгу, соотношение процентной ставки по внешним заимствованиям и показателей рентабельности избранных для финансирования инвестиционных проектов и т.д.

Валютно-внешнеэкономический подход. Он определяет состав и значение рисков во внешнеэкономической политике страны. От призван ответить, в частности, на вопросы, как внешние заимствования влияют на обменный курс национальной валюты, как влияют внешние заимствования на экспорт и вообще на структуру внешней торговли страны. Этот подход также предполагает и ведение постоянного мониторинга соотношения между внешними заимствования и внешними активами государства — против общепринятого соотнесения госдолга и ВВП. На наш взгляд, такой подход более обоснован и более эффективен именно с точки не оценки, а управления внешними заимствованиями.

И, действительно, сопоставление валютных резервов каждой страны с ее ВВП сильно «хромает».

Во-первых, если резервы нужны для обеспечения «критического импорта», то при чем здесь ВВП?

Во-вторых, ВВП вообще достаточно искусственный показатель — он может еще как-то отражать динамику внутреннего потребления в данной стране, но мало соответствует реальному представлению об экономической состоятельности, вообще о богатстве данной страны. Достаточно привести примеры Исландии, Ирландии, а теперь и Греции, которые вначале быстро вырвались в лидеры по размерам своего ВВП (на душу населения), а затем так же быстро погрузились «в болото» своих накопленных долговых проблем.

Если же говорить о России, то для нас было бы логичнее соотносить наши валютные резервы с нашим экспортом, и притом принимая во внимание, что формирование «валютных резервов» путем обмена запасов реальной нефти на эмитируемые США «кредитные» доллары — вовсе не лучшая стратегия с точки зрения обеспечения надежности и стабильности этих резервов.

А что вообще до показателя ВВП, то для России лучше походит как раз другой, родственный ВВП показатель валового национального продукта (ВНП). А разница между этими двумя показателями состоит в том, что ВНП принимает во внимание реальную принадлежность произведенного продукта национальным лицам или иностранному капиталу. Иначе говоря, при расчете ВНП исключают доходы, полученные от инвестированного в данной стране иностранного капитала и добавляют доходы, полученные от капиталов, инвестированных за рубежом. Для РФ в этом случае получилась бы весьма пикантная кар-

тина, учитывая, что до 90% всех основных крупных компаний и предприятий в стране принадлежат именно иностранному капиталу.

Пока нас убеждают, что все это — «чисто формально», но реальность все чаще нас убеждает, что и фактически. А в период кризиса 2008—2009 гг. мы получили этому и самое наглядное подтверждение — когда государственные валютные резервы России гласно и открыто использовались для спасения собственности иностранного капитала (российских компаний, имеющих собственников с адресами «происхождения» на Кипре, на Багамских островах, в Нидерландах, и т.д.).

Во всяком случае можно быть убежденным в одном: что активы, принадлежащие иностранному капиталу в РФ, никогда и ни при каких обстоятельствах не будут использоваться для решения текущих бюджетных и валютных проблем нашего государства, и поэтому при учете соответствующих рисков следует рассматривать не вводящий нас в заблуждение ВВП, а отражающий реальную ситуацию ВНП.

Можно также вспомнить, что к моменту прихода Горбачева к власти СССР имел примерно одинаковые суммы внешних долгов и внешних активов — то и другое примерно на 120 млрд долл. США.

Но мы «забросили» свои активы и принялись рьяно гасить свои долги. При этом для нас изобрели еще специальное объяснение: дескать, эти страны-должники настолько бедные, что с них просто нечего взять. На самом деле нет такой страны, с которой нельзя было взыскать ее долги, правда, не обязательно именно денежными средствами и именно в конвертируемой валюте. Но даже если мы сами не умеем это делать, то это не значит, что и другие также этого не умеют. Никто нам не мешал заключать своп-сделки по обмену наших долгов на наши внешние активы: предположим, с Германией, Францией или Великобританией. Если нам никак не догадаться, как взыскать свои кредиты с Анголы, Ирака или Ливии, то те же немцы или французы легко взяли бы с них эти суммы нефтью. А мы фактически списали все эти долги — напоминаем, на сумму в сотню миллиардов долларов США!

Расчетно-банковский подход. Этот подход наиболее распространен, поскольку позволяет обходиться ограниченным кругом показателей, основанных на сравнении эффективности внешних заимствований в национальной и иностранной валюте, на внутреннем или на внешнем денежно-кредитном рынке, с привлечением местных или иностранных банков и т.д.

Самые наглядные примеры: залоговые аукционы (может, эффективнее и выгоднее было бы занять деньги на внешнем рынке?) или политика государства в предкризисные годы — поощрения местных бан-

ков и госпредприятий к заимствованиям на внешних рынках (не эффективнее было бы государству самому занимать деньги за рубежом и затем кредитовать из этих средств местные банки и предприятия, ведь в итоге все равно государству пришлось ссужать их деньгами?).

Однако в его простоте таится и его опасность: арифметика в данном случае может легко подвести, и прямые чисто количественные выгоды могут прикрывать крупные скрытые потери или наличие потенциально более опасных качественных рисков.

Организационно-институциональный подход. Он предполагает выбор наиболее эффективной (и удобной) модели привлечения, управления и оплаты внешних заимствований. В рамках этого подхода решение таких важных задач, как централизация или децентрализация внешних заимствований (только центральные власти или также региональные и местные власти, предприятия государственного сектора), размещение обязательств госдолга (на открытом рынке или для закрытого клуба крупных кредиторов), порядок управления государственным долгом (центральным банком, или через специализированное государственное агентство, или на условиях доверительного управления частными финансовыми институтами), применение ограничений на обращение облигаций госдолга и т.д.

К примеру, наши власти в свое время не подумали о таких ограничениях, и однажды немецкие власти «перезаместили» наши гособлигации на рынке частных кредиторов на весь срок их действия. А когда мы предложили Германии досрочно погасить свой долг, они тут же сослались на потерю будущих процентных доходов и потребовали от России компенсации на сумму более 1 млрд долл. США. И наш Минфин эту сумму им заплатил, даже не выставив того аргумента, что, получив досрочно суммы долга, немцы могли легко вновь разместить их на рынке и получить свои якобы «потерянные» суммы процентных доходов.

При этом подходе необходимо также и оценивать разного рода административные издержки при привлечении внешних заимствований (стоимость подготовки документации для фондовой биржи, гонорары банкиров, расходы по поддержанию стабильности государственных ценных бумаг на финансовых рынках и т.д.).

Итак, базовая Методика оценки эффективности государственных внешних заимствований состоит в следующем: «фокус» исследования (цели, задачи, интересы), затем оценка рисков и выгод (с применением количественных и качественных показателей) и, наконец, формула (формулы) оценки эффективности конкретных видов и объемов внешних заимствований. При таком комплексном подходе можно

быть уверенным, что эффективность привлечения и использования внешних государственных заимствований будет находиться под полным контролем и что государство всегда будет располагать необходимым набором методов и инструментов для немедленного реагирования, если дела вдруг пойдут не лучшим образом.

И теперь, какие же выводы могут быть сделаны для России относительно ее позиции по внешним заимствованиям в нынешней ситуации?

Во-первых, следует исключить бесцельное заимствование, т.е. заимствование для целей покрытия государственных расходов текущего характера. В исключительных случаях, например на цели покрытия временных кассовых разрывов в бюджете, возможно размещение на внутреннем рынке займов, деноминированных в национальной валюте.

Во-вторых, пользуясь ситуацией понижения процентных ставок на зарубежных рынках, развивать практику финансирования конкретных проектов в реальном секторе экономики за счет привлечения целевых иностранных кредитов и займов. При этом следует строго следить за соблюдением следующих условий:

  • а) сроки и стоимость обслуживания таких кредитов должны соответствовать срокам и рентабельности реализуемых инвестиционных проектов;
  • б) в качестве объектов для такого финансирования избирать проекты экспортной направленности и при этом стараться избирать валютой займа валюту того рынка (страны), куда предполагается экспортировать продукцию, производимую на объекте финансирования;
  • в) стремиться предусматривать, чтобы сам объект финансирования мог бы, в случае необходимости, служить обеспечением привлекаемых кредитов или займов (например, путем передачи кредитору в порядке погашения долга самого этого объекта или долей (пакетов акций) в его капитале).

При этом подчеркнем еще раз, что государство в любые долги, как внешние, так и внутренние, должно входить только в целях финансирования самоокупающихся проектов. При этом для финансирования дефицитов по статьям текущих расходов могут привлекаться займы из внутренних источников, но исключительно как временный маневр, для ситуаций, когда поддержание финансирования по данной статье бюджета представляется жизненно важным для общества, а соответствующее повышение налогов для данной конкретной ситуации представляется экономически чрезмерно обременительным для налогоплательщиков.

Условия привлечения такого внутреннего займа могут оказаться для государства более или менее обременительными, и отсюда государство должно будет принять решение, терпеть ли этот заем до момента его погашения или принять меры по его досрочному выкупу.

И еще одно замечание касается проблемы общей безопасности внешнего заимствования для государства. Для надежного обеспечения такой безопасности необходимо следующее: исключить финансирование текущих расходов бюджета за счет внешних источников и в иностранной валюте; применять только целевые внешние займы и при условии строгого соотнесения всех затрат по обслуживанию долга с реальной доходностью финансируемого проекта (объекта); обеспечивать постоянную ликвидность всякого внешнего займа наличием для него надежного обеспечения; строго следить за общим соотношением долгов и резервов; постоянно следить за соотношением условий финансирования у своих и у чужих (иначе говоря, оперативно реагировать на изменение ситуации и реально управлять всем процессом обслуживания долга).

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >