ИНЫЕ ПРОБЛЕМЫ НАЛОГООБЛОЖЕНИЯ, СВЯЗАННЫЕ С ЦИФРОВОЙ ЭКОНОМИКОЙ

В отчете ОЭСР вызовы для международного налогообложения, обусловленные цифровой экономикой, в сфере прямого налогообложения сгруппированы в три направления:

  • 1) проблемы доказательства связи («nexus») — отсутствие необходимости физического присутствия для ведения бизнеса в юрисдикции совместно с сетевым эффектом ставит вопросы о том, как в целях налогообложения установить связь с юрисдикцией;
  • 2) проблемы трактовки в налоговых целях сбора данных, имеющего беспрецедентные масштабы при продаже цифровых товаров и услуг;
  • 3) характеристика платежей в контексте новых бизнес-моделей (например, облачных технологий).

Более общей проблемой цифровой экономики выступает неравенство, неодинаковое распределение благ. Развитие технологий и глобализационных процессов способствует уменьшению среднего класса, приводит к замене высококвалифицированного человеческого труда машинным, т.е. к сокращению рабочих мест. В условиях глобализации средний класс развитых стран сталкивается и проигрывает в конкуренции среднему классу развивающихся государств[1]. Действительно, в цифровую эпоху мир возвращается к «наследственному капитализму», при котором большая часть экономики контролируется наследственным капиталом, и его сила возрастает, ведя к олигархии[2]. Так, имущественное неравенство в США сегодня сопоставимо лишь с началом прошлого века, когда 1 % американцев принадлежала четверть всех материальных благ[3].

Интересен тезис книги французского экономиста Т. Пикетти «Капитал в XXI веке», посвященной экономическому неравенству в Европе и Соединенных Штатах начиная с XVIII века. Центральный тезис книги состоит в том, что концентрация богатства будет возрастать, если уровень доходности капитала выше, чем уровень экономического роста. Т. Пикетти приводит аргументы, что в долгосрочном горизонте это приведет к концентрации богатства и экономической нестабильности. Т. Пикетти предлагает создать глобальную систему прогрессивных налогов на богатство с тем, чтобы обеспечить условия для равенства и избежать попадания львиной доли богатств под контроль абсолютного меньшинства. Согласно предложениям Т. Пикетти, ежегодный глобальный налог на богатство в размере до 2%, соединенный с прогрессивным налогом на доходы в размере до 80%, позволил бы снизить неравенство[4].

Таким образом, вызов для системы налогообложения в цифровой экономике заключается также и в разработке корректирующего налога (налога Пигу) — налога на выпуск экономических благ с отрицательными внешними эффектами, повышающий предельные частные издержки до уровня предельных общественных

Кроме того, необходимо отметить, что для большей части компаний цифровой экономики основной частью расходов является фонд оплаты труда сотрудников. В отрасли информационных технологий России на настоящий момент работают более 300 тыс. высококвалифицированных специалистов. Компании отрасли предлагают высокие зарплаты, для молодых специалистов — самые высокие на рынке труда. Рост средних зарплат в секторе информационных технологий за 2012 г. составил 17,4%. С учетом появления финансовых инноваций в сфере мотивации персонала требуются реформирование и пересмотр системы налогообложения оплаты труда.

Наконец, цифровая экономика характеризуется возрастающим значением венчурного капитала для развития инновационных компаний. В последние 10 лет в России появились десятки венчурных фондов, которые в 2012 г. вложили в отрасль информационных технологий более 18 млрд руб. Среди всех российских инновационных индустрий объем венчурных инвестиций в информационные технологии максимален — около 70% и продолжает стабильно расти. При этом недостаточная разработанность отечественного гражданского и налогового законодательства в отношении венчурных инвесторов, дискуссии относительно порядка налогообложения удерживаемой прибыли от венчурных инвестиций также ставит новые задачи для разработчиков налоговой политики.

Выводы: следует изменить правила определения места реализации услуг для целей НДС. Необходимо включение услуги, оказываемой в электронной форме, в список услуг, место реализации которых следует определять по месту основного ведения деятельности покупателя услуг, указанных в подп. 4 п. 1 ст. 148 НК РФ. При этом в качестве определения услуг, оказываемых в электронной форме, рекомендуем использовать определение, используемое в странах ЕС (см. Приложение М).

Анализ мировых тенденций, а также действующего в России порядка налогообложения НДС цифровых услуг (см. Приложение М) дает основания для следующих выводов:

  • 1) налогообложение НДС в Российской Федерации услуг, оказываемых в электронной форме, не соответствует фундаментальным принципам НДС, что приводит к искажающему воздействию на бизнес-процессы компаний-поставщиков и противоречит теоретической установке о «налогообложении НДС в месте потребления» и создает стимулы для российских поставщиков данного вида услуг создавать постоянные представительства в странах ЕС с низкой ставкой по НДС и оказывать услуги покупателям из Российской Федерации через эти постоянные представительства;
  • 2) для устранения этой проблемы необходимо либо изменение основного правила места реализации услуг на правило «по месту основного ведения деятельности покупателя», либо включение услуг, оказываемых в электронной форме, в список услуг, место реализации которых следует определять по месту основного ведения деятельности покупателя услуг, указанных в подп. 4 п. 1 ст. 148 НК РФ.

  • [1] Fukuyama F. The Future of History. Can Liberal Democracy Survive the Decline of the Middle Class? // Foreign Affairs. January/February 2012. URL: http:// www.foreignatfairs.com/articles/136782/francis-fukuyama/the-future-of-history (дата обращения 23.04.2014).
  • [2] Krugman P. Wealth Overwork (March 23, 2014).
  • [3] Стиглиц. Сила неравенства. 2010.
  • [4] Pearlstein S. ‘Capital in the Twenty-first Century' by Thomas Piketty (March 28, 2014).
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >