КАКИЕ ПРИНЦИПИАЛЬНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ В СИСТЕМЕ РАСПРЕДЕЛЕНИЯ МОГУТ БЫТЬ ОСУЩЕСТВЛЕНЫ

Сегодня много говорят об альтернативах развития, когда описывают недостатки современной рыночной экономики. Самые радикальные из них сводятся к тому, чтобы полностью уничтожить частную собственность, а вместе с ней и какие-либо формы эксплуатации. Причем когда дело доходит до конкретных предложений, то говорят о необходимости вернуться к системе планового хозяйства, все национализировать, упразднить товарно-денежные отношения, наемный труд и все то, что может стать основой эксплуатации.

Мне представляется, что это тупиковый путь. Этот путь мы уже проходили и знаем, что ничего хорошего из этого вряд ли может получиться1. Единственное, что в этих рассуждениях заслуживает внимание, — это акцент на тот факт, что если мы ставим себе задачу преодолеть присущие современной рыночной экономике противоречия в области распределения, то без коренных изменений в отношениях собственности не обойтись. Именно этот вывод я поддерживаю, но не более.

Говорить о том, что построить общество неэксплуататорского типа можно только на базе всеобщей национализации или путем отмены товарно-денежных отношений, можно, если совершенно не понимать существо отношений собственности вообще и частной собственности в частности.

Если мы исходим из понимания собственности как власти в хозяйстве, подчеркивая, что частная собственность — власть одной социальной группы, доминирование ее интересов над интересами всех остальных, то и эволюция частной собственности предполагает формирование такой системы экономических отношений, такого экономического механизма, когда такая ситуация становится невозможной.

Поэтому я не согласна с теми экономистами, которые считают, что уничтожение частной собственности — это прежде всего уничтожение товарно-денежных отношений и наемного труда. Нечто подобное уже пытались реализовать в СССР. Что из этого получилось, мы прекрасно знаем.

Как в этой связи не вспомнить известные антиутопии британского писателя и публициста Джорджа Оруэла — «Скотный двор» (1945) и «1984» (1949). Уже в тот период времени он очень образно показал, чем могут закончиться усилия по полному разрушению старого и строительству принципиально «нового». Вот только это «новое» почему-то оказывается и не таким уж хорошим, и не таким уж новым.

Чтобы рисовать образы будущего, нужно очень четко представлять, посредством каких механизмов в обществе обеспечивается приоритетная реализация интересов одной социальной группы. И если мы это поймем, то поймем и другое: не товарно-денежные отношения как таковые и, тем более, не наемный труд сам по себе порождают систему социального донорства, а вся система экономических отношений.

Вот простой пример. Предположим, нам необходимо убрать квартиру. Мы приглашаем женщину и платим ей за работу деньги. Означает ли сам факт найма (я нанимаю женщину) или наличие товарно-денежных отношений (я плачу деньги за работу), что я самым жестоким образом ее эксплуатирую. Совсем не обязательно.

На уровне взаимоотношений двух субъектов этого определить вообще нельзя, поскольку экономическая эксплуатация как сущностное проявление частной собственности в экономической сфере представляет собой результат функционирования целостной системы отношений. Среди них важную роль, как отмечалось выше, играют не только конкретные экономические механизмы — цены, налоги, процент, субсидии, трансферты и т.п., но и тип политической власти, господствующая идеология и даже система ценностей. Поэтому когда мы говорим о кардинальных изменениях в отношениях собственности как основы для преодоления противоречий в сфере распределения, то речь идет о более глубинных вещах.

Этому моменту я придаю очень важное значение, поскольку неприятие каких-либо радикальных реформ в отношениях собственности и даже нежелание думать в этом направлении всегда воспринимается в штыки как раз по причине возможного упразднения наемного труда вообще и денег в частности. Хуже бывает только тогда, когда уничтожение товарно-денежных отношений рассматривается как самоцель и главное условие преодоления всех противоречий рыночной экономики, в том числе и в сфере распределения.

В любом обществе, в котором есть общественное разделение труда, всегда будет существовать необходимость соизмерения различных видов конкретного труда. А если это так, то товарно-денежные отношения или нечто подобное всегда будут иметь место. То же самое относится и к найму. До тех пор, пока производство будет осуществляться обособленными производителями, будет существовать и такой институт, как наем. Другое дело, что лежит в основе этого найма: процесс первоначального накопления капитала, который не оставляет большинству населения ничего, кроме необходимости наниматься к власть имущим, или все тот же процесс общественного разделения труда и обособление отдельных предприятий в качестве самостоятельных хозяйственных единиц.

Необходимо иметь в виду, что экономические механизмы — это не цель, а средство реализации интересов определенных социальных групп (классов), реально действующих в общественном производстве. Именно эти интересы диктуют, каким образом и по каким направлениям могут быть использованы такие инструменты, как цены, налоги, инфляция и др. Поэтому говоря о кардинальных преобразованиях в отношениях собственности и, соответственно, в отношениях распределения, я не имею в виду, что в обязательном порядке должны быть упразднены все известные экономические механизмы. Они, скорее всего, останутся. А вот направления их использования, их целевая функция должны коренным образом измениться.

Каким образом? Что сделать, чтобы экономика была не средством воспроизводства доминирующего положения одной социальной группы, а использовалась как инструмент реализации интересов всех социальных групп?

Это очень сложный вопрос и в настоящий момент я не готова на него детально ответить. Могу сказать лишь в самом общем плане: если стоит задача коренного реформирования существующей системы отношений, отношений собственности и, соответственно, отношений распределения, то изменения должны коснуться всей системы общественных отношений — и экономических, и социальных, и политических. Но самое основное — главной целью этих изменений должна быть не замена одних экономических механизмов на другие, а создание такого общества, где социальное донорство было бы невозможно.

Безусловно, это вопрос не завтрашнего и даже не послезавтрашнего дня. Он требует глубокого научного осмысления и серьезной практической работы. Но это не означает, что сегодня следует сидеть сложа руки и дожидаться лучших времен. Представляется, что уже сегодня, в рамках существующей системы рыночного хозяйства, можно определенным образом сгладить или смягчить те противоречия в области распределения, которые существуют объективно.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >