Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Культурология arrow Культура. Религия. Толерантность. Культурология

Католицизм в современной России

Современная Римско-католическая церковь располагает огромной, подчиненной строгой дисциплине армией духовенства, многочисленными монашескими орденами, миссионерскими и благотворительными организациями и учреждениями. К ней также примыкают многие светские массовые организации: политические партии, профсоюзы, молодежные, женские и другие объединения. Католическая церковь имеет свою прессу, кино, телевидение и радиовещание, располагает обширной сетью учебных заведений.

Внутри католицизма идет непрекращающаяся борьба между сторонниками обновления (модернистами) и его противниками (традиционалистами). В последние годы все большую роль в католицизме начинают играть различные левые течения, которые выступают в защиту прав человека и ведут борьбу с реакционными режимами. Католики выступают за единство действий всех демократических сил в борьбе за укрепление мира на земле и утверждение гражданских и демократических свобод.

По состоянию на 2012 г. в мире насчитывается около 1,214 млрд католиков. Католицизм является доминирующей конфессией во многих европейских странах (Италия, Франция, Испания, Португалия, Австрия, Бельгия, Литва, Польша, Чехия, Венгрия, Словакия, Словения, Хорватия, Ирландия, Мальта и др.). Всего в 21 государстве Европы католики составляют большинство населения, в Германии, Нидерландах и Швейцарии — около 45%. В Западном полушарии католицизм распространен во всей Южной и Центральной Америке, в Мексике, на Кубе, в Канаде и США. В Азии католики преобладают на Филиппинах и в Восточном Тиморе, большое число католиков есть во Вьетнаме, Южной Корее и Китае. На Ближнем Востоке много католиков в Ливане (маро-ниты и др.). В Африке проживают, по разным оценкам, от 110 до 175 миллионов католиков.

До 1917 г. в Российской империи, по официальным сведениям, проживало более 10 млн католиков (в основном в царстве Польском). Согласно переписи населения 1897 г., общее число римо-католиков составляло 11 миллионов 468 тысяч человек. В современной России (2005 г.) действует 426 католических приходов, четверть из них не имеет храмовых зданий. Оценки общего числа католиков в России разнятся от 200 тысяч до 1,5 млн человек. Справочник Catholic-hierarchy приводит цифру в 789 тысяч. На Украине (в основном на западе страны) проживает около 4,7 миллионов католиков, из которых более 4 миллионов— католики восточного обряда. В Белоруссии католиков более миллиона.

Греко-католицизм (или католицизм византийского обряда) распространен среди белорусов, словаков, венгров, румын, украинцев, русинов и мелькитов Сирии, Ливана и США; а также в незначительном количестве среди албанцев, греков, болгар, хорватов и русских. Католики других восточных обрядов проживают в Индии, на Ближнем Востоке, Египте, Эфиопии, Эритрее, Ираке и в диаспоре.

Католицизм и формирование ценностных основ Российской цивилизации

При огромном религиозном многообразии российского общества и религиозном эклектизме в сознании многих россиян католицизм продолжает вызывать устойчивое недоверие и даже неприязнь. Антикато-лическая нетерпимость находится на стыке двух проблем: что такое католицизм в контексте русской духовной и политической культуры и что означает для русского человека переход в католицизм.

Принятие в 988 г. христианства Киевской Русью по греческому образцу вследствие тесных культурных и политических связей с Византией произошло до разделения церквей (1054 г.). Поэтому западное христианство не рассматривалось на Руси как чуждое и враждебное, как и наоборот. Киево-Печерский монастырь, например, был местом паломничества и западных христиан. После раскола, несмотря на постоянное утверждение греческим духовенством негативных взглядов на «латинство», конфессиональные противоречия между западной и восточными церквами до XIII в. не оказывали существенного влияния на повседневную жизнь.

Политические и экономические контакты Руси со странами Западной Европы в XI—XII вв. привели к появлению в русских городах постоянного европейского населения. В Киеве, Переяславле, Смоленске, Ладоге и других городах появляются католические храмы и духовенство. Тесные торговые связи с германскими городами, входившими в Ганзейский союз вольных городов (Гамбург, Любек, Бремен, Висмар, Штральзунд), имел Великий Новгород, где действовали две римско-католические церкви — во имя Святого Николая и Святого Петра.

Ситуация стала меняться с XIII в., когда началось культурноконфессиональное отчуждение русских земель от Западной Европы. Среди причин: общее ухудшение отношений между католическим Западом и православным Востоком, последовавшее за взятием крестоносцами в 1204 г. Константинополя, германская агрессия против славян, бал-тов и финнов под флагом их христианизации, конкуренция за торговые пути в Новгородско-Псковских землях, война на этих территориях. С XIII в., когда князь Александр Невский победил германских рыцарей-латинян на Чудском озере, стала формироваться антикатолическая гос-ударственническая идеологема, согласно которой истинный патриот не знает более опасного и постоянного врага, чем католический Запад. В 1233 г. по приказанию киевского князя Владимира Рюриковича была произведена первая антикатолическая акция — разрушены католические храмы и монастыри. Идейная связь православия и княжеской власти становится обоюдной: не только автократор является защитником истинной веры, но и православие освящает и укрепляет божественную власть автократора, которой не в меньшей мере угрожают разлагающие западные латинские влияния.

Отношение к католицизму в Московской Руси в XIV—XVII вв. было негативным, чему способствовали внешние и внутренние причины. Внешние: конфронтация Московского царства с европейскими католическими государствами — Великим княжеством Литовским, Ливонским орденом, Речью Посполитой— из-за западнорусских земель (Украины и Беларуси). Она достигла своей кульминации в период Смутного времени, когда польский ставленник Лжедмитрий I (Григорий Отрепьев) был венчан на московский престол в 1605—1606 гг. и не только сам тайно перешел в католицизм, но и разрешил католическое богослужение в Успенском соборе Московского Кремля.

Внутренняя — идейная ситуация — в Московской Руси, когда после захвата турками в XIV—XV вв. Византии и Балкан московские князья оказались единственными независимыми православными государями, а официальной доктриной Российского государства утвердилась концепция «Москва— Третий Рим». После взятия турками в 1453 г. Константинополя — «второго Рима» — центром христианского мира, т.е. Третьим Римом, становится Москва, а ее государи становятся хранителями и защитниками православия. Католики-«латиняне» — большие враги православия[1], чем турки-мусульмане, так как они еретики, отпавшие от истинной веры, а турецкое нашествие — Божья кара за союз православного мира с католическим — Ферраро-Флорентийскую унию 1439 г.

Несмотря на присутствие в Москве иностранцев, католическое богослужение в России не допускалось, а после Смутного времени Михаил Федорович постановил: иностранцев католического вероисповедания на службу не принимать. Послабления были сделаны во второй половине XVII в. в связи со вступлением страны в 1686 г. в антитурецкую Священную лигу.

Но и далее русское национальное самосознание определялось на противопоставлении себя «Западу» — под этим многомерным термином чаще всего подразумевался именно католицизм. Русская «духовность», государственность, культура осознавали себя в качестве антиномии «латинству». У Европы можно было перенимать технические достижения, моду, произведения искусства, но нельзя было переходить конфессиональную границу. Знаменитая уваровская триада «православие, самодержавие, народность» имеет глубокие древние корни. Она отражает веками сложившуюся формулу национальной идентичности, не просто антизападную, но антикатолическую по своему происхождению. Исходящая из Ватикана угроза в сознании верноподданнически настроенных русских людей представляла опасность и чистоте веры, и абсолютности власти самодержца[2].

Европеизация русской культуры, филокатолицизм и модернизация

Филокатолические настроения впервые возникают на пороге нового времени. Их всплески совпадают с периодами ускоренной модернизации страны и европеизации.

Так было на рубеже XVII—XVIII вв., когда государственные и культурные новации Петра Великого обозначили прорыв конфессионального изоляционизма — в Москве, Петербурге, Астрахани появляются первые католические храмы. С этого времени многочисленные и с годами растущие общины поляков, немцев и других западноевропейцев создают католические приходы во всех крупных городах империи. Прихожане этих храмов были чиновниками, офицерами, купцами, ремесленниками, у них были русские коллеги по работе и друзья — но их религия для окружающих русских как бы не существовала.

Так было в начале XIX в., когда реформаторские идеи молодого императора Александра I, его стремление к активному участию в европейской политике обусловили непродолжительный период относительной конфессиональной либерализации и филокатолических настроений. С этого времени отмечаются первые индивидуальные обращения в католицизм собственно русских людей почти исключительно из высших слоев общества. Из-за репрессивной политики власти в тот период большинство русских католиков были вынуждены эмигрировать.

Каковы же идейные основания этого индивидуального пути вхождения в католицизм целой плеяды блестящих представителей российского дворянства в XIX в., таких как П. Чаадаев, 3. Волконская, М. Лунин, В. Печерин?

Убежденность в европейском призвании России привела их к мысли о необходимости преодоления религиозной изоляции от европейских стран. Для русских католиков воссоединение с Римской церковью было равнозначно вхождению в западную, христианскую культуру. Многие из них считали Запад идеальной моделью цивилизации, «которая вобрала в себя тройственное единство: культуры, религии и нравственности»[3]. В представлении Михаила Лунина, например, абсолютная истинность католической веры неразрывно предполагает утверждение политической свободы.

Вторая причина обращения к католичеству интеллектуальной элиты XIX в. — это их негативное отношение к российским порядкам того времени. Наиболее резко эту позицию выразил П. Чаадаев: Россия — это «постоянное и повсеместное отсутствие идей долга, справедливости, права и порядка»[4]. Вековую отсталость России от западноевропейских стран он объяснял принятием ею христианства от «презираемой всеми народами Византии»[4], что, по его мнению, было «тупиковой линией развития, с точки зрения утверждения идеалов Царства Божия на земле»[4].

Наиболее последовательно и радикально эту идеологию развил Иван Гагарин, русский дипломат, принявший в 1842 г. в Париже католицизм и вступивший в иезуитский орден. Гагарин считал, что у России нет будущего вне католицизма, что воссоединение русского народа с Римом — единственный способ избежать грядущей революции и национальной гибели. Созданная князем Гагариным Славянская библиотека в Париже стала интеллектуальным центром для кружка русских католиков-иезуитов, мечтавших о католицизации своей родины.

В XIX в. у какой-то части образованного российского общества складывается представление о том, что католическая и православная церкви равно истинны. Еще Н. Гоголь сказал, что не видит между двумя церквами разницы, что для него это одна Церковь, поэтому переход из православия в католичество не имеет смысла. Но наиболее исторически значима была позиция Владимира Соловьева, который в 1896 г. «воссоединился» со Вселенской церковью и причастился у грекокатолического священника Николая Толстого. Это воссоединение он понимал не как переход из одной церкви в другую, но как признание принадлежности обеим церквам, которые на самом деле составляют единую мистическую Церковь Христову. Позже Вл. Соловьев причащался и у православного, и у католического священников (что, следует заметить, противоречило канонам обеих церквей)[7].

Следующий этап российской модернизации на рубеже XIX—XX вв. стал временем настоящего преображения в судьбе русского католицизма. На территории самой России появляются католические общины этнических русских [8] . Поиски путей сближения двух церковнокультурных традиций исходя из неотъемлемости для России восточно-христианского обряда возникают еще в начале XIX в., но широкое общественное звучание приобретают после того, как Вл. Соловьев выразил унионистские идеи на рубеже XIX—XX вв. Его работы размывали культурно-конфессиональный изоляционизм, способствовали пониманию и распространению духовных ценностей Западной церкви, не насилуя природы православного мышления.

Филокатолические экуменические идеи Соловьева и других русских философов начала XX в. во многом предопределили появление в России в 1907 г. Русской католической церкви восточного обряда. Фактическими основателями Греко-католической церкви стали православные Алексей Зерчанинов и Леонид Федоров и старообрядческий священник Евстафий Сусалев. Алексей Зерчанинов был простым сельским нижегородским батюшкой, в один прекрасный день уверовавшим в истинность католичества. Леонид Федоров, чувствуя призвание к католичеству, на третьем курсе ушел из Петербургской духовной академии и отправился в Рим, посвятив с тех пор всю свою жизнь делу Унии. В мае 1917 г. он возглавил экзархат Русской католической церкви.

Таким образом, с предреволюционных времен в российском католицизме стали сосуществовать два обряда и, соответственно, две духовные интеллектуальные традиции. В начале XX в. наметилась тенденция сохранения латинского обряда для польских и немецких католиков, в то время как русские преимущественно обращались в католицизм восточного обряда. Для сохранения традиции католицизма восточного обряда особое значение имела община, созданная в Москве представителями знаменитого купеческого рода Абрикосовых — Владимира и его жены Анны (в монашестве Екатерины).

Унионистская традиция вобрала всю глубину вечных российских противоречий: во-первых, стремление к вселенской церкви и вселенскому единству, во-вторых, неприятие реалий российской жизни и, в-третьих, желание сохранить собственную религиозную и национальную самобытность. Внутри российского католицизма унионистское движение с момента своего возникновения и до сегодняшнего дня представляет собой наиболее симпатизирующее православию крыло, склонное рассматривать себя в качестве моста между двумя благодатными «церквами-сестрами».

Нынешний, очередной этап модернизации, начавшийся в конце 80-х гг., вновь поставил Россию перед выбором, в том числе и выбором веры. Переход от десятилетий официального безбожия к «религиозному возрождению» предоставил католицизму в России определенные перспективы. Короткий период горбачевской перестройки был одним из редких исторических моментов, благоприятных и в идейном, и в политическом плане для возрождения католичества в России. Всеобщее ощущение того, что стоит России избавиться от коммунистической системы — и она тут же станет «нормальной западной страной», где воцарятся свобода, гуманность и справедливость, вызвало западническую эйфорию, интерес и симпатию не только к западным политическим, культурным и экономическим, но и духовным ценностям. Традиционный русский изоляционизм — и коммунистический, и националистический — на короткое время был ослаблен и дискредитирован. В 1989—1993 гг. на волне этих западнических настроений происходит масса католических обращений.

Католицизм в Российской Федерации и католическо-православные отношения

В 1989—1990 гг. на территории Советского Союза имелись два руководящих католических центра: один в Литве, а другой в Латвии. Епископская иерархия Литвы распространяла свою власть только на Литву (здесь действовало 630 приходов), а ординариат архиепископства Риги, наряду с заботой о Католической церкви в Латвии, занимался также обслуживанием католической диаспоры во всех других республиках (179 приходов). Что касается России, то в этот период на ее территории действовало лишь 12 приходов: в Москве, Ленинграде, Новосибирске, Прохладном, Прокопьевске, Кемерове, Омске, Томске, Саратове, Челябинске, Орске и Оренбурге, причем три последние общины обслуживались из Кустаная (Казахстан).

В настоящее время, несмотря на сталинские репрессии и эмиграцию (например, немцев) количество представителей национальностей, традиционно исповедующих католицизм, составляет, по разным оценкам, около 1,52 млн человек. Для многих из них, уже забывших свой язык и обычаи, принявших в силу разных обстоятельств русские имена и фамилии, Римско-католическая церковь и ее духовность стали единственным звеном, связующим с этническим и культурным наследием предков.

Сложившаяся за последние 70 лет ситуация поставила Церковь перед необходимостью создания дееспособной структуры для более эффективной работы по духовному окормлению католиков в стране. В 1990—1991 гг. Ватикан приступил к реформированию структуры Римско-католической церкви, действовавшей на территории тогдашнего Советского Союза и в России в частности.

Папа Иоанн Павел II возвел епископа Тадеуша Кондрусевича, апостольского администратора Минска, в сан архиепископа и назначил его апостольским администратором для католиков латинского обряда в европейской части России с резиденцией в Москве; священник Йозеф Верт, настоятель прихода в г. Марксе (Саратовская обл.), был возведен в сан епископа и назначен апостольским администратором католиков азиатской части России с резиденцией в Новосибирске. Позднее из них были выделены еще две апостольские администратуры — Восточной Сибири и Дальнего Востока во главе с епископом Ежи Мазуром (кафедра в Иркутске) и южных регионов России во главе с епископом Клеменсом Пиккелем (кафедра в Саратове). Были осуществлены и другие структурные и кадровые изменения. В результате активной деятельности назначенных Римом апостольских администраторов в России были открыты десятки новых католических приходов.

С сентября 2007 г. архиепархию Матери Божией с центром в Москве возглавляет архиепископ-митрополит Паоло Пецци.

Статистика

По данным на 2009 г., в архиепархии Матери Божией имелось 103 прихода (из всех городов архиепархии по несколько приходов есть только в Москве и Санкт-Петербурге, остальные приходы — единственные в своих городах). Тогда же в ней насчитывалось 66 диоцезаль-ных (то есть не монашествующих) и 71 монашествующий священник (общее число монахов — 108, монахинь — 129).

На территории архиепархии действует единственная в России католическая семинария — «Мария Царица Апостолов» (в Санкт-Петербурге). Точно подсчитать количество верующих католиков в российских условиях не представляется возможным. Приблизительно их число в архи-епархии оценивается в 200 тыс. человек.

Возобновилась издательская и просветительная деятельность католиков в России. С 1990 г. в Москве стал выходить сначала католический информационный бюллетень, а теперь общехристианский журнал «Истина и жизнь», базой которого являются одноименные информационное агентство и книжное издательство. Официальным органом апостольской администратуры в Москве стала газета «Свет Евангелия». Богословское направление отражает журнал «Теология».

В ноябре 1991 г. был основан колледж католической теологии имени Св. Фомы Аквинского. Цель — дать богословское образование мирянам, готовить катехизаторов и специалистов для социальной и благотворительной работы. Второе католическое учебное заведение в Москве — духовная семинария «Пресвятая Дева — Царица Апостолов» — было открыто в сентябре 1993 г.; в том же году еще одна семинария открылась в Новосибирске. Кроме того, практикуется подготовка преподавателей для России в высших духовных учебных заведениях Рима. Каждый год там выделяется одно место для русского студента.

С 1991 г. в Российской Федерации действует католическая организация «Каритас», развернувшая активную благотворительную деятельность: она распределяет гуманитарную помощь, попечительствует над престарелыми, больными, сиротами. «Каритас» имеет Центральное. Северо-Западное, Западное, Поволжское и Северо-Кавказское региональные отделения. С 1994 г. при «Каритас» функционирует Духовная библиотека, распространяющая в год около 140 тыс. книг религиозного содержания.

В начале 90-х гг. в России была восстановлена деятельность католических монашеских орденов. Помимо традиционных для России французских монахов — ассумпционистов и доминиканцев — появились также францисканцы, салезианцы и иезуиты. К первым католическим монахиням, появившимся на территории бывшего СССР, сестрам милосердия матери Терезы, впоследствии добавились кармелитки, паулинки и представительницы других женских конгрегаций.

Католики восточных обрядов

Вплоть до 2004 г. проживавшие в России католики восточных обрядов (за исключением армянского, для которого существовали свои структуры в рамках армяно-католического ординариата Восточной Европы с центром в г. Гюмри) подчинялись местным ординариям латинского обряда.

20 декабря 2004 г. для католиков византийских обрядов (украинского и славяно-византийского, или русского) был назначен общий ордина-рий — латинский епископ Иосиф Всрт и все греко-католическое духовенство страны перешло в созданный таким образом ординариат. Таким образом, из проживающих на территории архиепархии восточных католиков ей подчинена только община халдо-католиков, не имеющая собственного духовенства в России, а также отдельные арабы-мелькиты, марониты и др. При этом многие верующие, канонически принадлежа к той или иной восточной Католической церкви, регулярно участвуют в богослужениях и приступают к таинствам в подчиненных архиепархии приходах латинского обряда.

Отношения Католической церкви с Московским матриархатом продолжают оставаться проблемными, хотя обе стороны отмечают тенденцию к их улучшению. Главным препятствием для плодотворного диалога РПЦ считает прозелитизм на своей канонической территории. Для разрешения возникших проблем в 2004 г. Москву дважды посещал кардинал Вальтер Каспер, глава папского совета по содействию христианскому единству. В итоге была создана совместная комиссия по рассмотрению случаев прозелитизма.

Во время визита в Ватикан 1 декабря 1989 г. М.С. Горбачев впервые пригласил папу Иоанна Павла II посетить Москву, правда, в завуалированной форме: «Хочу сообщить, что в нашей беседе с Его Святейшеством мы говорили о визите в будущем Папы Римского в Советский Союз». Приглашал Папу Римского посетить Россию и Б.Н. Ельцин 9 февраля 1998 г. Папа, однако, в соответствии с принятой в Ватикане практикой совершать только пастырские, но не государственные визиты, хотел получить приглашение и от Московского патриарха. Московский патриархат, со своей стороны, говорил о невозможности встречи между Папой и Патриархом до тех пор, пока не будут урегулированы проблемы между РКЦ и РПЦ.

В конце октября 2007 г. в интервью газете «Московские новости» тогдашний председатель ОВЦС митрополит Кирилл (Гундяев) заявил по поводу возможной встречи Патриарха Алексия II и Папы Бенедикта XVI, что «патриарх неоднократно сам говорил, что никогда не исключал возможности такой встречи. Сегодня эта возможность не менее реальна, чем это было некоторое время тому назад, а может, даже более реальна».

В декабре 2007 г. митрополит Кирилл подтвердил непризнание Московским патриархатом католических структур в Российской Федерации в статусе ординарных епархий (с февраля 2002 г.). Однако в январе 2008 г. он с оптимизмом оценил перспективу встречи Патриарха и Папы Бенедикта XVI на нейтральной территории, заметив, в частности: «С тех пор, как Бенедикт стал папой, наши отношения улучшились. Он снял с повестки дня вопрос о визите в Москву. Подобный визит не решил бы никаких проблем, а только бы спровоцировал новые». Одновременно оптимизм по вопросу выразил представитель Святого престола в России архиепископ Антонио Меннини, заявивший, что встреча Патриарха с Папой Римским становится все более вероятной: «Наблюдаются знаки, позволяющие надеяться на положительные сдвиги».

В конце ноября 2008 г. на выездном заседании Конференции католических епископов России, прошедшем в Кенигштайне, архиепископ Антонио Меннини обратился к российским католическим епископам: «<...> Призываю вас, как я уже не раз делал в прошлом, невзирая на трудности, стараться укреплять ваши отношения дружбы и братства с православными епископами, которые работают в ваших обширных округах».

В мае 2010 г. председатель ОВЦС митрополит Илларион (Алфеев) совершил многодневный визит в Италию, в ходе которого состоялся ряд экуменических мероприятий и контактов с руководством РКЦ. В июне 2010 г. посол Святого престола в РФ архиепископ Антонио Меннини предложил католическим священникам присутствовать время от времени на богослужениях в храмах РПЦ; Меннини отметил «значительное улучшение» православно-католических отношений и призвал развивать «братские отношения между католическим и православным духовенством».

В общественном мнении россиян сегодня обнаруживаются две противоположные тенденции в отношении к католицизму. Представители первой («изоляционистской») позиции склонны усматривать в католичестве наиболее опасного для православия и даже для страны противника. Сторонники «открытой» позиции, в свою очередь, выступают за решение всех спорных вопросов между двумя христианскими конфессиями путем взаимного учета интересов и достижения согласия.

  • [1] Овсиенко Ф.Г. Католицизм. М.: Издательство РАГС, 2005. 314 с.
  • [2] Воронцова Л., Филатов С. Судьба католицизма в России // Иностранная литература. 1998. № 11.
  • [3] Чаадаев П.Я. Статьи и письма. М., 1989.
  • [4] Там же.
  • [5] Там же.
  • [6] Там же.
  • [7] Мочульский К. Владимир Соловьев. Жизнь и учение. Париж, 1951. С. 217-218.
  • [8] Филатов С., Воронцова Л. Католики и католицизм в России // Религия и общество: Очерки религиозной жизни современной России, М.; СПб.: Летний сад, 2002. С. 268-292.
 
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   След >
 
Популярные страницы