ОБЩИЕ ПРИЧИНЫ СОЦИАЛЬНЫХ ДЕФОРМАЦИЙ

Причинность в социальной среде

I. Для анализа развития социальных деформаций необходимо прежде всего уяснить особенности причинных связей в этой области.

Причинное объяснение раскрывает «механизм» явлений, т. е. указывает на то, какие иные явления и процессы природы и общества порождают данное, рассматриваемое нами явление, в каких конкретных условиях оно может возникнуть, какие существуют содействующие и противодействующие ему силы. Именно это и дает возможность вырабатывать, прогнозировать и планировать организованную систему мер борьбы с нежелательными нам социальными явлениями.

Конечно, в области общественных явлений установление причинных зависимостей в большинстве случаев более сложно, чем в природе или в области техники, и в частности потому, что здесь не всегда возможны эксперименты, служащие проверкой причинных связен. Однако практика всегда остается незаменимым критерием истинности наших знаний. Речь идет в данном случае как об общественной, исторической практике в широком смысле слова, так и об отдельных методических приемах практической проверки наличия или отсутствия причинных связей (социальный эксперимент, моделирование и др.). Социальная жизнь предоставляет обширные возможности для сравнительного анализа различных событий и ситуаций, в которых наличествуют или отсутствуют те или иные причины и следствия. Наконец, если не всегда возможны эксперименты, связанные с искусственным созданием причинных связей в области социальных явлений, то не исключена проверка причинности посредством устранения тех или иных социальных факторов. Такая практическая проверка существования причинных связей между различными социальными явлениями, в том! числе обнаружение и устранение причин правонарушений, повседневно осуществляется, в частности государственными органами' и общественными организациями, ведущими борьбу с преступностью.

Причинность не исчерпывает всех разновидностей взаимосвязи явлений природы и общества. Два события, не находящиеся в причинном отношении, могут быть связаны между собой во времени (отношение «раньше-позже») или в пространстве «ближе-дальше»). Особым видом взаимосвязи явлений может быть признана связь ?состояний, характеризующая «отношение различных состояний одной и той же вещи, системы, целого»1. При этом предыдущее состояние иногда полностью порождает последующее состояние той же вещи и потому может рассматриваться как его причина; так [1] часто бывает при развитии социального кризиса. Правда, в большинстве случаев связь состояний и причинная связь не совпадают. «Причинность отражает двигательную силу, источник движения, изменения, развития; связь состояний описывает результат движения, изменения, развития вещи»[2].

С причинной связью не следует смешивать и так вызываемую функциональную связь явлений. Она имеется в тех случаях, когда с изменением одного явления изменяется и другое. Например, если возрастает рождаемость, то падает доля старших возрастов в населении.

Функциональное отношение может скрывать под собой различные виды объективной взаимосвязи явлений (в том числе и причинность), но иногда оно говорит лишь о случайном совпадении изменений двух явлений в пространстве и времени либо о том, что оба они зависят от какого-то третьего.

Причинная связь характеризуется несколькими признаками, в совокупности присущими только этому виду взаимосвязи явлений. Будучи разновидностью закономерной связи, причинность обладает такими чертами, как всеобщность, необратимость, пространственная и временная непрерывность; по своей природе причинная связь является генетической, поскольку причина вызывает, производит следствие[3].

При анализе любого явления, предпринимаемом для того, чтобы выяснить его причины, мы часто встречаемся с названными выше и другими видами взаимосвязей. При этом, постепенно углубляя исследование, мы нередко переходим от функциональных связей ,к связям состояний, а затем и к причинным объяснениям, ?которые дают возможность раскрыть внутренние «механизмы» образования того или иного явления, события или процесса.

Причинность — разновидность, одна из форм детерминации, под которой понимается любая закономерная зависимость между различными процессами и явлениями[4]. В широком смысле детерминация охватывает и связь состояний и некоторые виды функциональной связи, однако детальное ее рассмотрение всегда требует обращения к причинным отношениям, потому что именно этот вид связи отвечает на вопросы, почему и как произошло то или иное событие или явление. Можно сказать, что причинность есть внутреннее содержание детерминации, ее сущность.

Категория причинности, рассматриваемая в широком смысле слова, включает следующие понятия: причина, условие, следствие (результат), связь между причиной и следствием (условием и причиной, условием и следствием), обратная связь между следствием и причинами (условиями).

Философская (Категория причинности отражает один из наиболее общих, фундаментальных законов объективного мира. Поэтому она распространяется на все явления природы и общества, в том числе и на те, при которых передача вещества, энергии или информации ничтожна или даже равна нулю. С этой точки зрения покоящиеся тела, неподвижные предметы, неизменяющиеся явления также имеют свои причины и в свою очередь могут быть причинами иных явлений.

Иногда говорят, что пассивное явление, в частности отсутствие какого-либо события, не может быть причиной чего-либо. Но при таком ограничении категории причинности одними лишь активными действиями «фактически отрицается всеобщность принципа причинности, согласно которому все явления имеют свои причины независимо от того, представляет ли данное явление изменяющуюся связь между определенными объектами или устойчивую, стационарную связь, состояние»[5].

2. Причина и следствие соединены между собой объективной и закономерной связью. Однако характер этой связи может быть различным. Он определяется как природой самих явлений, так и особенностями объективных законов, действующих в данной области жизни.

В философской литературе различают динамические и статистические закономерности. «Динамический закон — закон класса явлений, обнаруживающийся в каждом из них»[6]. Он осуществляется с непосредственной и однозначной необходимостью, не допускающей никаких исключений.

Примером может служить закон всемирного тяготения, проявляющийся в каждом случае взаимодействия двух или более материальных тел. Связь причины и следствия можно назвать при этом «жестко детерминированной», однозначно определенной. «Сам термин «динамическая закономерность» можно расшифровать как закономерность, подобную механической»»[7].

Когда мы рассматриваем простое механическое движение, то встречаемся именно с такой разновидностью причинности. Так, биллиардный шар, столкнувшись с другим шаром, вызывает его движение. Простые динамические закономерности определяют однозначность этого процесса. Следствие — движение второго шара — необходимо вытекает из причины (удар первого шара).

Однако многие естественные и особенно социальные явления несравненно сложнее. Если мы нагреваем газ до определенной температуры, то скорость движения его молекул повышается. Но это повышение неодинаково для каждой конкретной молекулы, движения их хаотичны и разнообразны. Вместе с тем в среднем они уравниваются, и потому повышение температуры приводит к общему повышению давления нагретого газа. Здесь проявляются статистические закономерности. Связь между повышением температуры газа (причина) и повышением его давления (следствие) имеет статистический характер.

«Статистический закон относится ко множеству, совокупности материальных систем, которые в определенных условиях рассматриваются независимо друг от друга. Статистический закон осуществляется как внутренняя тенденция, прокладывающая себе путь сквозь массу случайностей и проявляющая себя в них как средняя многочисленных случайных отклонений»[8].

Всякий закон описывает некоторую объективную связь между какими-либо явлениями. Статистические законы также не представляют исключения: они являются отражением некоторого закономерного поведения сложных систем[9]. Если предположить, что принцип причинности на эти системы не распространяется, то это означало бы, что не всякое объективное явление имеет свою причину. А это противоречило бы научному пониманию мира, свидетельствующему о том, что .причинность — общее свойство всей движущейся материи.

Не только философские соображения, но и практический опыт дает возможность применить категорию причинности к массовым явлениям, подчиняющимся статистическим закономерностям. Именно так мы и поступаем, когда устанавливаем, к примеру, причины роста или спада рождаемости, изменения в показателях спроса и предложения в торговле и т. д. При этом могут быть вскрыты не только общие причины, определяющие главную тенденцию развития того или иного явления, но и причины различных отклонений от этой тенденции. Например, если общая тенденция образования состоит в повышении уровня культуры школьников, то и нарушения этой тенденции применительно к отдельным подросткам также могут и должны получить конкретное причинное объяснение. Они зависят, в частности, от индивидуальных особенностей школьников, от конкретных условий их жизни и обучения и т. д. Следовательно, дело в различных условиях, при которых действуют одни и те же (или не совсем одни и те же) общие причины.

Зная распространенность тех или иных конкретных условий, мы можем понять и результаты общего статистического распределения (например, понять, почему определенный процент школьников не заканчивает одиннадцатый класс). Следовательно, статистический характер наблюдаемой взаимосвязи объясняется не отсутствием причинной связи, а ее сложностью. Налицо, собственно, не одна, а множество причинных связей, в совокупности образующих массовое явление.

3. Когда мы анализируем явления и процессы, происходящие в обществе — наиболее сложной из всех имеющихся систем, необходимо учитывать как общие черты причинности в больших системах, так и специфику самой социальной жизни. Эта специфика определяется тем, что все социальные закономерности реализуются через деятельность людей. В результате можно отметить ряд особенностей причинных связей в социальной среде.

Во-первых, общество представляет собой систему, для которой характерны как динамические, так и статистические закономерности связей между элементами. Это не противоречит тому обстоятельству, что первичными «клеточками» этой системы являются люди, наделенные сознанием и волей, намечающие и реализующие более или менее обширные планы своей деятельности. В обществе, целиком основанном на плановых началах, элемент социальной организованности, упорядоченности был несравненно выше, чем в других общественно-экономических формациях. Однако если вероятностные процессы занимают достаточно существенное место, то это не недостаток общества, а напротив, его преимущество. Любая сложная система, состоящая из относительно автономных элементов, должна иметь элементы стохастичности. Такая система, хорошо приспособленная к учету случайных событий, функционирует эффективнее, чем в случае жесткой, механической детерминации, не рассчитанной на случайность[10]. Плановое, чрезмерно «зарегулированное» общество, каким было советское общество, наглядно продемонстрировало свою неэффективность.

Во-вторых, общество — это развивающаяся система. На первый план в этом историческом движении выступают общие социальные закономерности, не всегда достаточно глубоко познаваемые людьми в процессе общественного развития. Изменения,происходящие в общественной жизни, усложняют ее изучение и вместе с тем в принципе определяют возможность влияния на общественное бытие, подчинения его разуму и воле человека.

Установление причин общественных явлений предполагает анализ как внутренних процессов развития общества, так и связей социальных явлений с явлениями и процессами других уровней и систем. Признавая определенную роль таких естественных факторов, как географическая среда, рост народонаселения и т. д., наука исходит из того, что общество развивается на своей собственной социальной и исторической основе. Не климат, не космические явления, не природные условия жизни человека, а достигнутая людьми ступень общественного развития определяет переход общества в результате разнообразных изменений к новой, более высокой ступени прогресса.

Подчеркивая роль способа производства как основного и определяющего элемента развития, не следует, конечно, игнорировать всю сложность социальной системы, наличие многочисленных автономных подсистем и обратных связей. Сведение всех причин социальных явлений к способу производства было бы недопустимой вульгаризацией.

В действительности существует более широкая взаимосвязь всех социальных явлений, нередко упускаемая из виду. «...Объясняя ?строение и развитие данной общественной формации исключительно производственными отношениями, — писал В. И. Ленин о К. Марксе, — он тем не менее везде и постоянно прослеживал соответствующие этим производственным отношениям надстройки, облекал скелет плотью и кровью»11 Только конкретное изучение реально существующих социальных явлений позволяет раскрыть их причины и следствия, проследить все взаимозависимости.

Развитие всякой и прежде всего социальной системы происходит путем борьбы противоположностей, ей свойственных, идет ли речь об экономических, социальных или политических процессах, об интересах людей или их трудностях.

Всякой системе свойственны внутренние противоречия: между стабильностью и изменчивостью, между свойствами целого и отдельных элементов, между стремлением системы к равновесию и так называемыми возмущающими воздействиями. В социальной системе важное значение имеют отношения между классами, отражающие уровень развития производительных сил и производственных отношений. Вместе с тем нельзя игнорировать и общесоциальные закономерности и отношения, не имеющие классовой природы, но серьезно влияющие на общественные явления. Это уровень развития производства, отношения власти и подчинения, уровень культуры, психология людей и т. п.

В-третьих, спецификой социальной причинности является то, что в качестве социальных явлений, причины которых мы стремимся познать, выступают не материальные тела, не вещи, а почти исключительно процессы и состояния. Среди них главную роль играют общественные отношения людей. «Общество не состоит из индивидов, а выражает сумму тех связей и отношений, в которых эти индивиды находятся друг к другу»[11] [12].

Устанавливая причины и следствия различных социальных явлений (политических и социальных событий, экономических и культурных изменений, нравственного развития и морального упадка, национальных движений и религиозных реформ и т. п.), мы замечаем, что из различных форм связи причины и следствия (передача материи, энергии или информации) в обществе обнаруживается главным образом информационная связь. Все существенные причинные связи в социальной среде имеют информационную природу. Это не исключает того, что основой жизни общества является производство, где господствуют материальные и энергетические процессы. Но ведь в производстве люди взаимодействуют уже не только друг с другом, но и с внешней средой — природой, с орудиями и средствами производства.

В-четвертых, уникальной особенностью причинных связей в области социальной жизни является то, что они в большинстве случаев проходят через сознание людей, выражаясь, в частности, в виде целей и мотивов их поведения. Отражение объективной действительности в сознании людей приводит к появлению так называемого целеполагания. Как известно, другим формам движения материи не присущ такой характер детерминации (хотя отражение и является общим свойством материи).

Можно, видимо, утверждать, что во всех формах движения материи причинность включает обратные связи. Но нигде они не являются столь сложными и многообразными, как в общественной жизни. В качестве примера можно указать на взаимосвязь между общественным сознанием и общественным бытием.

Как известно, общественное сознание определяется общественным бытием (т. е. материальными отношениями людей к природе и друг другу), складывающимся в процессе производства и воспроизводства их жизни. Но оно определяется им лишь в конечном счете, ибо общественное сознание не только относительно самостоятельно, но и оказывает на общественное бытие обратное воздействие.

Человек в процессе труда не только приспосабливается к природе, но и переделывает ее, приспосабливает к своим потребностям. Революционное сознание, овладевая массами, может изменить общественное бытие. В конкретных проявлениях повседневной социальной жизни люди, руководствуясь своими представлениями и планами на будущее, совершенствуют и изменяют производительные силы.

Однако из этого нельзя сделать вывод, что общественное сознание всесильно и всемогуще. Оно, например, не в силах остановить экономический кризис, вернуть историю назад. Перестройка природы, планирование развития производительных сил ограничены объективными возможностями, достигнутым уровнем общественного бытия. Взаимодействие бытия и сознания конкретно и много-планово. Чередуясь и по-разному детерминируя друг друга при решении той или иной проблемы, сознание и бытие находятся в сложном системном взаимодействии.

Особого внимания заслуживает специфика причинных объяснений социальных деформаций, кризисов, конфликтов, консервативных процессов в обществе.

Наличе всех этих элементов и процессов в развивающейся общественной системе вызывается рядом объективных причин. Во-первых, они существуют потому, что новая социальная система возникает не на пустом месте, а вырастает из ряда элементов прежней, разрушенной системы — идет ли речь о людях или об элементах производительных сил, о духовной или материальной культуре. Во-вторых, процесс развития самой новой социальной системы обычно неравномерен, а это порождает диспропорции в соотношении некоторых из ее элементов и приводит к отставанию некоторых из них и к тем или иным дефектам функционирования. В-третьих, может наблюдаться неполная адаптация развивающейся системы к внешним и внутренним условиям ее существования. Иначе говоря, социальное, культурное или техническое развитие может подчас не поспевать за вновь возникающими общественными, духовными или экономическими потребностями. В-четвертых, нельзя сбрасывать со счетов и самые разнообразные случайные события, в том числе роль исторических личностей. Все это в совокупности и служит конкретным источником различных негативных явлений. Развитие социальной системы всегда самым существенным образом сказывается на взаимосвязях составляющих ее элементов. Оно изменяет взаимодействие между ними, приводит к возрастанию роли одних элементов и снижению функций других и т. п. Некоторые следствия этого развития могут быть новыми, неожиданными, непредвиденными, а подчас и нежалательными.

Можно ли считать сам факт развития социальной системы причиной этих нежелательных явлений? Для ответа на этот вопрос необходимо четко определить позицию по отношению к понятию развитие социальной системы. Если понимать под ним только и именно прогрессивное развитие (а это представляется единственно правильным), то на поставленный вопрос следует ответить отрицательно. Развитие системы есть ее усовершенствование, более полная адаптация к внешним и внутренним условиям существования. Стало быть, негативные, нежелательные явления, наблюдаемые в ходе развития, нельзя отнести к самому этому прогрессивному процессу. Это, скорее, издержки его, противоречия общественного развития. Другое дело, если система не развивается, а находится в состоянии застоя, стагнации. Здесь кризис неизбежен и закономерен. При этом скорее всего наступят такие социальные деформации, кризисные явления, которые коренным образом изменят социальную систему. Как раз с подобными процессами и столкнулось наше общество на рубеже 80—90-х годов.

  • [1] Свечников Г. А. Причинная связь и связь состояний в физике. М., 1971. С. 124.
  • [2] Там же. С. 295.
  • [3] 5 См.: Там же. С. 118.
  • [4] См.: Амстердамский С. Разные понятия детерминизма//Вопр. философии. 1966. № 7. С. 118.
  • [5] Кребер Г. Категория условия и ее соотношение с категорией причины// Философ, науки. 1961. № 3. С. 114.
  • [6] Сюсюкалов Б. И. Социалистическое общество: Проблемы диалектики развития. М., 1973. С. 247.
  • [7] Терлецкий ЯП. Динамические и статистические законы физики. М., 1950. С. 16.
  • [8] * Проблема причинности в современной физике. М., 1960. С. 394.
  • [9] а См.: Кравец А. Г. Вероятность и системы. Воронеж, 1970. С. 173, 174.
  • [10] См.: Там же. С. 90.
  • [11] и Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 1. С. 138—139.
  • [12] Маркс К-, Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 46, ч. 1. С. 214.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >