Лейбниц опровергает Локка

Чтобы встретиться с новой парой дуэлянтов, придется переместиться в конец XVII века. В 1690 году было опубликовано в четырех книгах исследование английского философа Джона Локка «Опыты человеческого разумения». Оно было настолько необычным, что вынудило Вильгельма Лейбница, выдающегося немецкого философа, написать монографию «Новые опыты человеческого разумения» (1704), в которой фигурировали те же главы и параграфы, что в исследовании Локка. Узнав о кончине Локка, Лейбниц решил не публиковать свой труд.

Противостояние Локка и Лейбница не было случайным. В канун нового, XVIII века они были самыми яркими представителями двух лагерей, эмпирицистов и рационалистов. От имени эмпирицистов, продолжая линию Бэкона, выступил Локк.

По своему первоначальному образованию Локк был медиком. Он стал авторитетным врачом, но в научном плане отметился не на стезе медицины, а политики, экономики и педагогики. Локк не был посвящен в тонкости таких авторитетных наук, как логика, математика и физика. В отличие от него Лейбниц был для своего времени непревзойденным логиком, математиком и физиком. Различие научного потенциала дуэлянтов, безусловно, наложило отпечаток на их воззрения. Указанное обстоятельство часто недопонимается. Отчасти это объясняется приверженностью обоих авторов к умозрительному философствованию. Их утверждения часто не подтверждаются никаким научным материалом. Разумеется, можно быть недовольным этим обстоятельством. Тем не менее склонность как Локка, так и Лейбница к умозрительной философии приходится при характеристике их творчества учитывать.

Локк, проведший во Франции четыре года, был не понаслышке знаком с философией Декарта. Она его явно не устраивала. К тому же Локк в отличие от Бэкона решил сосредоточить свои усилия не на характеристике научного метода, а на субъективных аспектах процесса познания, а также на языке. В этой связи он утверждал, что:

  • ? разум можно уподобить чистой доске (лат. tabula rasa - табула раса), не существуют врожденные идеи;
  • ? познание начинается с чувств, простых идей;
  • ? за счет рефлексии происходит соединение идей, их сравнение и абстрагирование;
  • ? понятия являются абстракциями, они выражают сходное в вещах;
  • ? язык - знаковая система для обозначения вещей и результатов познания.

Лейбница такая на первый взгляд довольно последовательная теория познания не могла устроить. Он был убежден, что рассуждать следует более научно и, как он выражался, более абстрактно, чем это делал Локк. Яблоком раздора стало представление о принципах. Лейбниц был убежден, что существо логики, математики, философии и этики выражают в первую очередь принципы. Локк же не в состоянии объяснить их природу. Принципы всеобщи, а все чувства преходящи. Чистыми эмпириками, утверждает Лейбниц, являются не люди, а животные, но они не владеют принципами. Опираясь на чувственность, невозможно объяснить природу принципов, следовательно, их следует поместить в другое место, в разум. У человека есть врожденная способность оперировать принципами, а потому он не является чистой доской. Чувства приобретают характерный для человека смысл лишь благодаря принципам, истинам не факта, а разума. Не устраивало Лейбница и понимание Локком природы абстракций. По Локку, любое понятие непременно является абстракцией. Лейбниц же считал, что возможно исчерпывающее описание явлений. Абстрактные понятия необходимы, но лишь как путь к реальным определениям.

Мне придется в очередной раз прокомментировать воззрения выдающихся представителей прошлых веков с позиций сегодняшнего дня. Лейбниц заметил недостаточную концептуальность воззрений Локка и постарался осветить их слабые места. Чувственные представления, о которых рассуждал Локк, оторваны у него от понятий, иначе говоря, они не концептуальны. Он называет их простыми идеями, но само по себе слово «идея» не добавляет рассуждениям Локка концептуальности. Лейбниц, рассуждая о принципах, вроде бы твердо стоит на концептуальной почве. Тем не менее и она далеко не так устойчива, как ему казалось. Он рассуждает о вечных принципах, но их нет. Он не видит возможность извлечения принципов из экспериментальных данных, зафиксированных в качестве чувств. А между тем такой переход есть, что согласуется с воззрениями Локка.

На мой взгляд, Локк не понимал, что все чувственные восприятия являются не чем-то отличным от научных концептов (понятий), а их специфическим обликом на экспериментальной стадии. Лейбниц не понимал, что принципы, равно как и законы, будучи составными частями теорий, принимаются в качестве исходных лишь на стадии дедукции. Он не учитывал их изменчивость, которая выясняется уже за пределами дедукции. Лейбниц был выдающимся представителем науки, но не метанауки.

Интересно, что по своим жизненным установкам Лейбниц всегда стремился к гармонии. Решительно возражая Локку, он тем не менее пытается доказать, что они рассуждают об одном и том же. Он явно желал примирения с Локком, но не сумел его добиться. Их обоюдная беда заключалась в том, что они разговаривали на различных языках. Локк предпочитал язык чувств, Лейбниц - язык принципов. Оба противопоставляли чувства и принципы. На мой взгляд, следовало взять за основу язык теории. Любая теория имеет дело с единством принципов, законов и переменных. При всем отличии Лейбница и Локка они, по сути, стремились к одному и тому же единству. Именно это обстоятельство не учел в должной степени Лейбниц. В итоге он так и не нашел путь примирения с Локком.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >