Практические аспекты деятельности офшоров в мировом хозяйстве

Уровни и принципы безналоговости. Цепочки международного финансового и налогового планирования

Управление бизнесом состоит во многом в своего рода творческой деятельности, основная цель которой заключается в поиске и принятии оптимальных, эффективных решений и их практическом воплощении.

Цель бизнеса — получение наибольшего дохода, который может увеличиваться, с одной стороны, путем роста темпов приумножения прибыли по сравнению с темпом роста расходов, с другой — посредством снижения издержек разных видов. Налоги вполне могут трактоваться и рассматриваются предпринимателями сегодня в качестве разновидности издержек наряду с прочими обязательными платежами. Как следствие, налоги играют колоссальную роль в бизнесе, ибо изменение ставок налогов и самого их перечня непосредственно и существенно влияет на доходность любого предпринимательства. В связи с этим все управленческие решения обязательны с учетом налогового фактора.

Таким образом, минимизация налоговой базы и налоговых платежей становится насущной потребностью любого бизнеса. Разумеется, речь идет о минимизации, осуществляемой законным путем, без нарушения действующего законодательства стран и территорий, где данный бизнес осуществляется. Предприниматель для минимизации должен использовать возможности, льготы и преференции, которые предоставлены законно, комбинировать варианты с тем, чтобы сделать свой бизнес оптимальным, но ни в коем случае не преступать закон. Кроме того, налоговый менеджмент — неотъемлемая часть управленческой деятельности предпринимателя, но он не должен становиться самоцелью, другими словами, сокращение налоговых платежей не должно превращаться в сущность бизнес-процесса и подменять собой предпринимательство как таковое. В противном случае это будет уже не бизнес, стремящийся оптимизировать себя за счет минимизации издержек (в том числе налогов), а сознательно выстроенная схема ухода от налогов, увода активов от полагающихся по закону обложений и взысканий, когда прочая предпринимательская деятельность (производство, торговля, услуги и проч.) становится ширмой, которая скроет существо схемы.

Бизнес ведут не ради уплаты налогов (или ухода от них), а ради прибыли, которую можно извлечь из реальной предпринимательской активности. Отсутствие такой цели говорит о ложности (мнимости) сделки, что уже очень близко к мошенничеству.

Для эффективной организации бизнес-процессов необходимо знать текущее налоговое законодательство, но, порой, одного этого оказывается недостаточно. Требуется также следование концептуальным основам, на которых строится любая система налогообложения. Общепризнанными при налогообложении считаются такие понятия, как «справедливость», «определенность», «удобство» и «эффективность» («нейтральность»).

Справедливость налогообложения предполагает возложение одинаковой налоговой обязанности на лиц с одинаковым доходом и разной налоговой обязанности — на лиц с неодинаковым доходом. Определенность подразумевает то, что у налогоплательщика не должно быть сомнений или возможности двусмысленного толкования определения подлежащих уплате налогов. Удобство означает, что налогоплательщик в состоянии определить размер и время подлежащих уплате налогов однозначно и с наименьшими затратами. Эффективность подразумевает, что стоимость собирания налога должна быть минимально возможной.

Эти принципы зачастую вступают в противоречие с реальностью, не согласуются с фискальной политикой государств, а также нередко конфликтуют один с другим. Например, малый и средний бизнес, практически повсеместно поддерживаемый государством и несущий на себе налоговое бремя в меньших размерах, очевидно, нарушает принцип справедливости, хотя мало кто сомневается, что он нуждается в поддержке. Или существование налогов не только на доходы, но и на потребление очевидно противоречит принципам справедливости и эффективности.

Важен также вопрос налоговой юрисдикции. Существуют два в общем-то взаимоисключающих принципа: принцип резидентства и принцип источника дохода. В разных налоговых системах государств сделан упор на какой-то один из принципов; либо один, либо другой из них положен в основу заключенных между странами договоров об избежании двойного налогообложения, которые играют колоссальную роль в офшорном бизнесе. Каждый из названных принципов по-своему устанавливает и измеряет степень связи лица с налоговой юрисдикцией — отсюда разные подходы к налогообложению хозяйствующего субъекта. Разногласия между странами и территориями в этом вопросе велики. В связи с этим до сих пор в мире не существует никакого общепризнанного юридического акта, в котором раз и навсегда однозначно были бы сформулированы критерии, согласно которым точно определялось, как признавать налогоплательщиком то или иное лицо. Не всегда очевидны, не ясны критерии минимального присутствия бизнеса на той или иной территории, дающие основания для возникновения налоговых обязательств и отношений, строящихся на налогообложении.

Кроме того, налоговые вопросы по-прежнему являются важным элементом системы национально-государственного суверенитета стран и территорий, вмешательство в которые извне трактуется как посягательство иностранных держав (их налоговых и финансовых органов, разведслужб и проч.) на суверенитет, что офшорные юрисдикции превосходно используют в борьбе с попытками международного регулирования офшорной деятельности. В любом случае там, где связь между бизнес-структурой и юрисдикцией недостаточно очевидна (внешнеэкономическая деятельность через посредников, предпринимательство в Интернете и др.), бизнес-структура гораздо легче уклоняется от налогообложения. Офшорный бизнес выступает в качестве одного из таких ярких проявлений ситуации неочевидности во взаимоотношениях бизнес-структуры и юрисдикции, отсюда во многом и возникают возможности, которые офшорный бизнес предоставляет своим участникам.

На первый взгляд офшоры действуют на тех же принципах, что и все прочие государства: облагают налогами реальную экономическую деятельность, осуществляемую на их территории, и осво-бождают от налогообложения любую деятельность, которую зарегистрированные в офшорах компании на их территории не ведут. Другими словами, во всех случаях, когда источник дохода бизнес-структуры находится за рубежами данного офшорного центра или локализован недостаточно четко, он может быть исключен из сферы налоговой ответственности в пределах офшорной юрисдикции. Однако при более детальном рассмотрении оказывается, что офшоры не только следуют этому принципу (как, впрочем, и все прочие страны и территории), но и сделали его краеугольным камнем своей экономической политики. Вопрос ослабления связи между бизнес-структурой и юрисдикцией, равно как и между офшорной компанией и национальной компанией в стране извлечения реального дохода, реализуется как за счет повышенной конфиденциальности всего, что связано с офшорной деятельностью, так и за счет слабых связей между государствами, удаленности друг от друга офшорных юрисдикций и стран извлечения реального дохода.

Офшорные центры и компании, специализирующиеся на предоставлении услуг в области офшоринга, предлагают разнообразные варианты снижения степени взаимозависимости и сокращения связи между бизнес-организацией и налоговой юрисдикцией. Однако за исключением явно криминальных случаев, все эти центры и компании стремятся не нарушать законодательства ни одной из стран, где та или иная схема реализуется: максимум, что может быть позволено, это использование всяческих лазеек, т.е. несовершенства действующих в конкретной стране законов, недоработок и противоречий в их нормах. В связи с этим и схемы, цель применения которых явно заключается не в развитии бизнеса, а лишь в расхищении активов и их незаконном выводе из-под налогообложения, рано или поздно будут обнаружены налоговыми органами.

Целесообразность и выгодность использования того или иного вида офшорной компании в том или ином качестве была рассмотрена ранее. Но в международном налоговом и финансовом планировании зачастую единичное применение мало что значит и дает небольшой эффект: он гораздо более ощутим, когда подобные элементы складываются в своего рода пазл, позволяющий предпринимателю сэкономить значительно. Тогда и возникают целые цепочки финансового и налогового планирования, многократно повышающие эффективность бизнеса.

Эффективность любой цепочки имеет множество естественных ограничений. Одно из самых важных — конфиденциальность: любая схема по-настояшему может быть действенной только до тех пор, пока она не «засвечена» перед налоговыми органами страны ведения бизнеса. Соответственно любая схема, опубликованная в открытых источниках, теряет львиную долю своей привлекательности для лиц, реально занимающихся бизнесом, и остается интересной лишь для исследователей.

Жизнестойкость и успех бизнеса определяются разными моментами. Одним из важнейших является фактор роста: количественный или качественный рост бизнеса, в том числе экспансия, свидетельствует о способности выдерживать конкуренцию. Каждый предприниматель определяет для себя свои уникальные конкурентные преимущества, на основе каковых он мог бы оказаться не смятым жесткой конкуренцией, острой как на внутренних, национальных, так и (в особенности) на международных рынках. Развитие бизнеса, его «выживаемость» связаны с определенными стартовыми расходами и расчетом на доходы в будущем. Управление ростом бизнеса, его устойчивостью, тем, за счет каких средств и возможностей он достигается, — большое искусство менеджмента, в первую очередь финансового, поскольку любые финансовые решения отражаются на дальнейшем развитии бизнеса.

Изменение структуры управляемого бизнеса вызывает необходимость и потребность дальнейшего развития и роста. Бизнес нередко использует офшорные структуры для оптимизации подобной деятельности. Можно выделить несколько мотивов: мотив эффективности, информационный мотив, мотив налогообложения, инвестиционный мотив. Мотив эффективности заключается в следующем: очень часто за счет учреждения офшорной компании можно достичь операционной экономии. Дело в том, что в большинстве случаев офшорные фирмы относятся к специфическому сектору бизнеса: они являются сервисными, т.е. обслуживающими по отношению к основному бизнесу, поэтому, частично переводя такие офшорные фирмы на непрофильную деятельность, компания может сильно оптимизировать свои расходы. При помощи офшорного звена можно сэкономить на таких затратах, как маркетинг, снабжение, учет. Фактически, учреждая офшорную дочернюю структуру, национальная компания приобретает черты холдинга, пусть и несложного (на первых порах) по своей организационной структуре, в силу чего она вправе выде-

лить из своей структуры вид деятельности или актив и передать его своей офшорной фирме. С юридической точки зрения материнская компания — холдинг и учрежденная дочерняя офшорная структура будут абсолютно независимыми субъектами, значит, возможно выстраивание между ними отношений с максимальной для учредителя выгодой по налогообложению и финансовому планированию.

Информационный мотив заключается в стремлении имиджево развести материнскую компанию — учредителя и офшорную «дочку», чтобы они воспринимались государством и бизнес-сообществом как абсолютно независимые, самостоятельные единицы. Такая необходимость может возникнуть по мере развития бизнеса, быть продиктованной соображениями конкурентоспособности и эффективности. Решение о выделении какого-либо звена или вида деятельности компании в особую структуру и ее перемещение в офшор может быть принято исключительно по экономическим причинам, так и, например, из-за необходимости соблюдать безопасность, обеспечить конфиденциальность, сохранность активов. Информационно подобная офшорная структура становится субъектом «с чистого листа», не обремененным прошлой историей материнской компании. При этом у новой компании появляются дополнительные возможности получать информацию о состоянии рынка вообще и о конкретном рыночном сегменте, в котором данная компания работает.

Мотив налогообложения, пожалуй, самый очевидный в организации цепочек налогового и финансового планирования с использованием офшорных структур. Этот мотив по-прежнему остается приоритетным, основным, но он, как показывает практика, далеко не единственный.

Наконец, инвестиционный мотив также очень важен: учреждение офшорной компании позволяет получить контроль над другой компанией при гораздо меньшем объеме инвестиций, чем если бы приобреталась аналогичная по сфере деятельности компания. Выигрыш от привлечения заемных средств очевиден, тем более что до сих пор, несмотря на достаточно длительный период совместного развития рыночной среды в России и интегрирование с мировым хозяйством, выходить на зарубежные рынки капитала для отечественного бизнеса по-прежнему легче через иностранные офшорные компании, а иностранному инвестору (пусть и с российскими по происхождению капиталами) проще и спокойнее работать в России не через отечественную фирму, а через иностранное юридическое лицо.

Любое изменение в организационной структуре бизнеса должно находить отражение в системе его управления, и внедрение офшорного звена не является исключением. Делегирование части полномочий в рамках фактически холдинговой структуры офшорной составляющей — акт децентрализации управления, демократизации оргструктур бизнеса. Офшорная компания в структуре холдинга наделяется правом финансового учета, т.е. это очень высокий уровень автономии и соответственно высокая степень децентрализации и демократизации бизнеса. В этом контексте холдинговая структура представляет собой бизнес-организацию, в которой отдельным производственным единицам (структурным подразделениям) предоставлена оперативно-производственная и финансовая самостоятельность, а также статус юридического лица. Управление этими структурными подразделениями происходит через систему участия.

В контексте офшорного бизнеса существенное значение приобретает понятие так называемой пустотелой корпорации (hollow corporation), или «оболочечной» компании. У такой корпорации (первый случай был описан в литературе еше в 1986 г.) фактически все виды деятельности осуществляли подрядчики либо были эти виды деятельности отданы на аутсорсинг: дизайн продукции, инжиниринг, производство, дистрибуция, бухгалтерский учет, кредитная политика. Фактически в «пустотелой» корпорации наблюдается крайняя степень децентрализации управления — многие (если не практически все) бизнес-функции, характерные для стандартных организаций, вынесены за внутриорганизационные рамки. Схематично такая корпорация представляет собой небольшую управляющую фирму, немногочисленные менеджеры которой координируют работу сторонних подрядных организаций. За исключением глобального бизнес-планирования и координации фактически все прочие бизнес-функции переданы сторонним организациям — подрядчикам. Виртуализация компаний и управления бизнесом очень подходит в том случае, когда подобной «оболочечной» компанией становится офшорный игрок. Вместе с тем наряду с достигнутым высоким уровнем децентрализации наблюдается и противоположная тенденция — интеграция разрозненных, не зависящих друг от друга структур, вовлеченных в одну производственную и (или) сервисную цепочку. Цепочки налогового и финансового планирования, конструируемые офшорными консультантами с использованием офшорных компаний, функционируют абсолютно на таких же принципах.

Учреждение офшорной компании и ее включение в цепочки налогового и финансового планирования должны соотноситься с такими понятиями, как «доходность» и «риск»: это решение должно быть экономически обоснованным, как и любое инвестиционное решение. Верно определить выгодность того или иного инвестиционного шага бывает весьма несложно, в случае с офшорной компанией это затрудняется из-за разности валютных курсов, неодинаковых законодательства и практики налогообложения, порядка учета, факторов, влияющих на риск, и проч. У каждого офшорного центра свои правила, свои льготы, свои приоритетные направления развития тех или иных видов и форм бизнеса. Любого инвестора, приходящего в офшорный центр, интересует потенциальный доход, который он может получить, участвуя в какой-либо из проектов. Это зависит от возможности снизить платежи налогов, стоимости регистрации и последующих платежей за обслуживание офшорной компании, гарантии прав собственности, свободы доступа к активам и др.

Ряд факторов не подлежит прямой материальной оценке и может быть учтен только на основании собственного опыта и интуиции предпринимателя. Другие факторы можно точно оценить: стоимость создания и обслуживания компании; налоговые льготы; легкость интеграции офшорной компании в международные финансово-экономические структуры; доступ к международным рынкам капитала; международный имидж офшорной зоны; среднеотраслевые показатели доходности аналогичных компаний и т.д.

Кроме того, необходимо учитывать, что полностью безналоговых компаний и безналоговых зон не существует в принципе — бывают лишь ситуации, в которых те или иные субъекты бизнеса имеют льготы по налогообложению или полное освобождение от него. Комбинация таких безналоговых ситуаций как раз и составляет существо финансового и налогового планирования, а сама комбинация именуется цепочкой. Желанный идеал для любого бизнесмена: цепочка должна быть организована так, чтобы она сплошь состояла из безналоговых ситуаций.

Бизнес всегда функционирует в многофакторном мире, где существует масса всевозможных правил и ограничений, но в то же время — несколько степеней свободы, т.е. возможностей, благодаря которым осуществляется манипулирование финансами в международном масштабе и получается избегать нежелательного контроля со стороны государственных (прежде всего налоговых) органов.

Можно назвать по меньшей мере пять степеней свободы для бизнеса, которые необходимо учитывать при выстраивании цепочки. Во-первых, это различающаяся налоговая политика в разных государствах — неодинаковы и сами налоги, и уровень налогообложения как в целом, так и по отдельным видам налогов. В связи с этим бизнесмен стремится разместить получающий прибыль субъект (структурное подразделение своего холдинга) в наименее налогооблагаемой юрисдикции. Во-вторых, это различия в организационно-правовых формах бизнеса, поскольку для каждой формы в конкретных национально-правовых системах предусмотрены свои льготы и преференции, благодаря чему всегда есть возможность выбрать для своего бизнеса наиболее оптимальную организационно-правовую форму. В-третьих, это различия в формах извлечения доходов, от чего также зависят формы налогообложения и полагающиеся льготы и преференции. В-четвертых, между многими странами и территориями заключены двусторонние договоры об избежании двойного налогообложения, которые существенно влияют на ситуацию с налогами и прибылями, поскольку позволяют не платить один и тот же налог дважды, а в ряде случаев выбрать ту страну из двух, где налог ниже. В-пятых, это различия в правовых системах государств как таковых: понятия одной системы права могут плохо коррелировать с правовой реальностью другой системы, и грамотно выстроенная для одной среды схема (цепочка) может попросту не работать в другой среде, а может, напротив, получить дополнительные, неожиданные для бизнесмена выгоды. Комбинации пяти названных степеней свободы, каждая из которых предоставляет множество вариантов (только государств и ква-зигосударственных административно-территориальных образований в мире насчитывается более 200, среди них 60—70 — офшорные юрисдикции), поистине впечатляющи по своим масштабам. Задача специалиста по налоговому планированию — выбрать оптимальный для каждого конкретного случая, для каждого конкретного бизнеса вариант. Суть этой задачи можно выразить кратко: нужно попытаться переместить максимум прибыли на наименее налогооблагаемый субъект.

Анализ безналоговых возможностей бизнесмен всегда начинает от конечного платящего субъекта. Анализ предусматривает подробное изучение множества опций. Изучается возможность квалифицировать сделку в качестве внешнеэкономической или разбить ее на ряд этапов, хотя бы один из которых подпадал под понятие внешнеэкономической сделки. Анализируется удобная организационно-правовая форма бизнеса, подбираются возможные льготные категории (например, благотворительные организации, которые также могут быть включены в цепочку). Все исследуемые опции применяются ко всем возможным для уплаты налогам. В цепочку вводится несколько промежуточных звеньев, иногда их несколько десятков, что и создает длинную, весьма запутанную для непосвященного цепочку налогового и финансового планирования. Количество создаваемых промежуточных звеньев, конечно же, не самоцель — это делается лишь для оптимизации бизнеса в целом: как только будет найден оптимальный вариант, такой участник цепочки окажется конечным.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >