Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Менеджмент arrow Основы научных исследований

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ НАУЧНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ

Правильно определяйте понятия, и вы будете жить в правильном мире.

Конфуций

Учебные задачи

  • 1. Изучить историю развития научной мысли.
  • 2. Составить представление об особенностях науки.
  • 3. Систематизировать методологию научных исследований.
  • 4. Понимать сущность научного подхода к изучению экономических дисциплин.

Основные цели

Ознакомившись с данной главой, студент должен:

  • - уяснить смысл и значение теоретических основ научного исследования социально-экономических явлений и процессов;
  • — уметь применять принципы теоретических основ научного исследования в анализе конкретных экономических проблем и процессов.

История науки

Наука — это форма духовной деятельности людей, направленная на производство знаний о природе, обществе и самом познании, имеющая непосредственной целью постижение истины и открытие объективных законов на основе обобщения реальных фактов в их взаимосвязи, для того чтобы предвидеть тенденции развития действительности и способствовать ее изменению. [26]

Когда и почему возникла наука? Существуют две крайние точки зрения по этому вопросу. Сторонники одной объявляют научным всякое обобщенное абстрактное знание и относят возникновение науки к древности, когда человек стал делать первые орудия труда. Другая крайность — отнесение генезиса (происхождения) науки к тому сравнительно позднему этапу истории (XV—XVII вв.), когда появляется опытное естествознание. Современное науковедение не дает однозначного ответа на этот вопрос, так как рассматривает саму науку в нескольких аспектах. В зависимости от того, какой аспект мы будем принимать во внимание, мы получим разные точки отсчета развития науки:

  • — наука как система подготовки кадров существует с середины XIX в.;
  • — как непосредственная производительная сила — со второй половины XX в.;
  • — как социальный институт — в Новое время;
  • — как форма общественного сознания — в Древней Греции.

Уже сравнительно давно делались попытки представить

общую систему наук как вытекающую из ответов на три последовательно задаваемых вопроса: что изучается? (предметный подход); как, какими способами изучается? (подход с точки зрения метода); зачем, ради чего, с какой целью изучается? (подход со стороны учета практических приложений).

В результате ответов на эти вопросы раскрываются три различные стороны полной системы научного знания: объектно-предметная, методологически-исследовательская и практи-чески-целевая. Связь между ними определяется последовательным нарастанием удельного веса субъективного момента при переходе от одной стороны к другой. Это и есть, по нашему мнению, общий принцип, лежащий в основе полной системы научного знания и объединяющий все науки в одно целое.

Рассмотрим это принцип подробнее. Всякое научное знание может быть исследовано под углом его содержания и его формы. Содержание выражается через объект (предмет) познания либо использования, форма — в том, каким образом этот объект (предмет) отражается в сознании (мышлении) человека (субъекта), как он исследуется или применяется человеком (субъектом) на практике. Таким образом, в характеристике каждой науки, точнее, каждого класса наук, проявляется определенное соотношение (или единство) двух противоположных моментов: объективного и субъективного, выступающих как соотношение (или единство) содержания и формы научного знания. Поэтому весь данный аспект классификации наук мы и назвали объектно-субъектным. При этом определяющим, детерминирующим моментом является объективный, воплощенный в содержании человеческого знания [24].

Образующиеся три основных класса наук едины в смысле опоры на определенную объективную основу, играющую роль детерминанты, но различны по удельному весу и характеру субъективного момента. Соответственно этому классы наук различаются: или по объекту (предмету) изучения; или по методу исследования; или по способу практического приложения полученных результатов познания.

Первый класс наук — естественные науки (науки о природе) представляют собой простейший неразвернутый случай этого класса или первую его группу. В итоге естественно-научного познания из его содержания должно быть полностью элиминировано все привнесенное от самого исследователя (субъекта) в процессе познания, в ходе научного открытия; закон природы или естественно-научная теория только в том случае оказываются правильными, если они объективны по содержанию. К этой же первой группе первого класса наук примыкают математические и абстрактно-математизированные науки, относящиеся к числу таких наук, которые различаются между собой по своему объекту (предмету).

Общественные науки составляют уже более сложный и более развернутый случай первого класса наук. В отличие от естествознания в общественные науки вносится гораздо больше извращений в духе идеологии экономически и политически господствующих классов, нежели это делается в науках о природе.

В общественных науках субъективный момент удерживается не только в качестве понятийной формы объективного содержания, как это имеет место в естествознании, но и как указание на субъект истории, на субъект социального развития и социальных отношений, который органически входит в сам объект общественных наук.

Науки о мышлении вместе с общественными науками составляют класс гуманитарных наук, т. е. наук о человеке. В отличие от собственно общественных наук они имеют своим предметом, не сам по себе объект (например, в виде общественных отношений), но объект, отраженный в общественном или индивидуальном сознании человека (субъекта).

Второй класс наук — это науки, различающиеся по методу исследования, который в конечном счете определяется природой изучаемого объекта (предмета), но в который дополнительно вкраплена известная доля субъективного момента. Речь идет не просто об объекте (предмете), существующем вне и независимо от нашего сознания, а о примененных нами приемах и способах его изучения, т. е. о том, каким образом он последовательно, шаг за шагом фиксируется в нашем сознании.

Третий класс наук составляют прикладные, практические, в том числе технические, науки. Здесь субъективный момент при сохранении детерминирующего значения объективного момента возрастает в наибольшей степени при определении практической значимости научных достижений, практической целенаправленности научных исследований. Если при выработке и применении метода исследования субъективный момент носит как бы преходящий, временный характер, то в практических науках он органически входит в качестве реализованной цели в конечный результат. Все практические, прикладные науки основаны на сочетании объективного момента (законы природы) и субъективного момента (цели технического использования этих законов в интересах человека).

Поскольку классификация наук есть их связь, то законно поставить вопрос о том, как по-разному связывались и соотносились между собой науки в самом процессе их собственного развития, каково было соотношение между науками, изучавшими сам процесс их развития.

Как известно, научное знание зародилось в древности в форме натурфилософии как единой философской науки. Естественно, что лидером тогдашней совокупной науки была философия, под эгидой которой и развивалось зарождавшееся научное знание. В Средневековье на лидерство в развитии наук стал претендовать католицизм, если говорить о странах Западной Европы. Под эгидой теологии науки престали быть подлинными науками, а превратились в придаток религиозного мировоззрения.

В эпоху Возрождения возникает подлинная наука в виде естествознания. Она стремится освободиться от теологии, порвать с религиозным мировоззрением и стать на самостоятельный путь своего развития. Необходимость этого была продиктована прежде всего запросами материального производства и техники, потребностями зарождающейся промышленности [24].

Естествознание стало лидером совокупного научного движения и в смысле его связи с производством (промышленностью и техникой), и в смысле идеологическом, т. е. как в материальном, так и в духовном аспекте. От естествознания шел ток к зарождавшимся общественным наукам уже в XVII в. через весь XVIII в. вплоть до XIX в. включительно.

Не случайно XIX в. получил наименование века пара и дарвинизма. Этим подчеркивалось лидерство естествознания, проявившееся в успехах паровой техники, в развитии теории эволюций. В конце XIX в. и на рубеже XIX и XX вв. стали говорить о веке электричества, вкладывая сюда оба момента — практический и теоретический.

Но с середины XIX в. стали вырываться вперед общественные науки. Влияние естественных наук на общественные науки проявилось в том, что естествознание стало втягиваться непосредственно в процесс общественного производства. Будучи применена практически к производственному процессу, прежде всего крупномашинной промышленности, а также в сельском хозяйстве и медицине, сама наука все больше обретала общественный характер.

Процесс выдвижения общественных наук вперед и занятие ими главенствующего положения возросло до такой степени, что они постепенно стали превращаться в лидера всего общественного движения.

Итак, последовательную смену глобальных лидеров в научном движении можно представить в виде цепочки: философия — естествознание — общественные науки.

Как видим, последовательность в ряду основных лидеров наук отвечает строению общей классификации наук: сначала в качестве общей науки идет философия, затем — науки в порядке движения от общего к частному, причем восхождения частных наук следуют от низшего к высшему — от наук о природе к наукам об обществе [4,20,24].

Попытаемся охватить в общих чертах проблему классификации наук на протяжении всей истории научного познания от древности через современность к будущему. Проблема классификации наук — это проблема связи между науками и вместе с тем проблема структуры всего научного знания. Рассмотрим пять аспектов эволюции рассматриваемой проблемы.

1. От дифференциации наук к их интеграции. Когда в эпоху Возрождения началась дифференциация наук, т. е. возникновение отдельных отраслей научного знания, то этот процесс явился ярким выражением того, что познание человека вступило в аналитическую стадию своего развития. Интегративные тенденции в науке практически сначала отсутствовали почти полностью. Важно было исследовать частности, а для этого требовалось вырывать их из общей связи. Во избежание того, чтобы все научное знание не рассыпалось на отдельные, ничем не связанные между собой отрасли, подобно бусинкам при разрыве нити, уже в XVII в. стали предлагаться общие классификации наук с целью объединить их в одно целое. Однако никакой внутренне необходимой связи между науками при этом не раскрывалось: науки просто «прикладывались» одна к другой довольно случайно. Поэтому и переходов между ними не могло быть обнаружено.

Так в принципе обстояло дело до середины и даже до конца третьей четверти XIX в. В этих условиях продолжавшаяся нараставшими темпами дифференциация наук, их дробление на все более мелкие разделы и подразделы были тенденцией не только противоположной их интеграции, но и тенденцией, затруднявшей и осложнявшей ее. И чем больше появлялось новых наук и чем дробнее становилась их собственная структура, тем труднее и сложнее было их объединение в единую систему при создании общей классификации.

  • 2. От координации наук к их субординации. В основе движения (тенденции) от координации наук к их субординации лежит отказ от идеи неизменности вещей и явлений природы. Но идея развития предполагает, во всяком случае, два признака, имеющие исключительно большое значение для проблемы классификации наук. Во-первых, признание генетической связи высших ступеней с низшими, из которых эти высшие возникли и развились. Отсюда иерархический ряд наук выступает как восходящий от низшего к высшему, от простого к сложному, отражая принцип развития. При этом низшее выступает в высшем как подчиненное, побочное, превзойденное этим высшим. Во-вторых, идея развития неминуемо приводит к признанию того, что между смежными членами иерархического ряда наук должны быть обязательно переходы, переходные области, так как сам процесс развития, будучи связанным, не может происходить иначе как только путем переходов от одного к другому. Принцип координации, основанный на внешнем соположении наук, допускает образование между смежными (по ряду) науками резких разрывов и даже непереходимых пропастей. Напротив, принцип субординации по самому своему существу влечет за собой «наведение мостов», через которые осуществляются переходы между науками и их общая взаимосвязь.
  • 3. От субъективности к объективности в обосновании связи наук. В неразрывности с обеими предыдущими тенденциями действует в эволюции классификации наук тенденция, направленная от субъективной трактовки обоснования их классификации к его объективной трактовке. Раньше в качестве основы, на которой строилась система умений и знаний, в том числе и научных, выбирались особенности проявления человеческого интеллекта (психики), например память (отсюда история), разум (отсюда наука), воображение (отсюда искусство). Но постепенно шаг за шагом в качестве обоснования классификации наук стали выдвигаться связи самих явлений объективного мира. Поэтому последовательность в расположении наук, т. е. отраслей человеческого знания в их общей классификации, стала все чаще выводиться из последовательности расположения вещей и явлений как в природе, так и в жизни человека.
  • 4. От изолированности наук к междисциплинарности. Со второй половины XIX в. началось постепенное заполнение прежних пробелов и разрывов между различными и прежде всего смежными по их иерархическому ряду науками. В связи с этим обнаружилась новая тенденция — от изолированности наук к возникновению наук промежуточного (переходного) характера, образующих собой связующие звенья между ранее разорванными и внешне соположенными одна возле другой науками. Основой для вновь возникших междисциплинарных отраслей научного знания служили объективные переходы между различными формами движения материи. В неорганической природе такие переходы были обнаружены благодаря открытию процессов взаимного превращения различных форм энергии. Переход между неорганической и органической природой был отражен в гипотезе Ф. Энгельса о химическом происхождении жизни на Земле. В связи с этим Энгельс выдвинул идею о биологической форме движущейся материи (организм). Наконец, переход между ней и общественной формой движущейся материи (историей) Энгельс осветил в трудовой теории антропогенеза.
  • 5. От однолинейности к разветвленности классификации наук. Такая тенденция в эволюции классификации наук касается их графического построения и выражения. Однолинейная форма на первый взгляд лучше других способна выразить процесс восхождения от низшего к высшему, от простого к сложному, а в общем случае — от абстрактного к конкретному. Так, Энгельс составил иерархический ряд наук: математика — механика — физика — химия — биология. Однако в дальнейшем сюда потребовалось внести существенные коррективы.

Прежде всего, на каждой ступени развития природы мы наблюдаем, что этот процесс совершался отнюдь не однолинейно, а раздваивался на две противоположные ветви — обе прогрессивного характера. Одна из них в перспективе имела тенденцию выйти за рамки существующей качественной ступени и перейти на более высокую ступень. Другая же, будучи тоже прогрессивной, такую тенденцию не обнаружила и развертывалась лишь в пределах уже достигнутой степени развития, т. е. в пределах существующего качества. Первую ветвь развития мы называем перспективной, вторую — неперспективной. Так, это имеет место в области неорганической и органической природы.

На такие две ветви процесс развития природы раздваивается, начиная с химии: органическая химия через биохимию и биоорганическую химию и химию биополимеров ведет к биологии, прежде всего молекулярной биологии, которая изучает жизнь на самом ее низком (молекулярном) уровне. Неорганическая химия через физико-химический анализ многокомпонентных систем и геохимию ведет к геологии и всему комплексу геолого-минералогических наук.

В итоге общая классификация наук приобретает исключительно сложный разветвленный характер, сменивший былую ее простоту и однолинейность. В сущности, сейчас она представляет собой переплетение всех наук, их сеть, где самые отдаленные друг от друга науки могут обнаруживать прямую стыковку, как это видно, например, в случае бионики, связавшей собой биологию и технику.

Такова основная тенденция в эволюции классификации наук, четко проявившая себя вплоть до современности.

Основной тенденцией в эволюции современных классификаций наук начиная примерно с середины XIX в., т. е. с момента полного развертывания научно-технической революции, стало движение ко все более широкому и последовательному распространению диалектики на самые основы классификации наук и вообще на все ее звенья и детали.

Рассмотрим шесть аспектов эволюции рассматриваемой проблемы и ее тенденции в настоящее время.

1. От замкнутости наук к их взаимодействию. В прошлом внутренняя связь наук обнаруживалась как возникновение переходных «мостов» между разобщенными ранее науками или же целыми областями наук. Но за пределами этих «мостов», т. е. за пределами междисциплинарных областей науч-ного познания, каждая фундаментальная наука продолжала заниматься своим собственным предметом — своей специфической формой движения или же специфической стороной предмета изучения, отгораживаясь от других наук. Впервые необходимость выйти из такой замкнутости и вступить во взаимодействие друг с другом возникает перед науками тогда, когда один и тот же предмет (объект) требуется изучить одновременно с разных его сторон, причем каждая изучается особой наукой. Так, это имело место, когда встала задача изучить явление жизни на самом низком, элементарном ее уровне — молекулярном.

В итоге начинает вырисовываться новый методологический подход, действующий наряду с прежним. Когда одной науке соответствовал один предмет и одному этому предмету соответствовала лишь одна эта наука, то отношение между ними — наукой и предметом — было строго однозначным. Теперь же все чаще обнаруживается, что один предмет должен изучаться одновременно многими науками; одна наука должна иметь дело не с одним, ее «собственным» предметом, а со многими другими. Иными словами, между науками и изучаемыми ими предметами отношения существенно меняются и оказываются не однозначными, а многозначными.

2. От одноаспектности к комплексности наук. Дальнейший шаг в том же направлении, определяемый углублением взаимодействия наук, состоит в том, что во взаимодействие вступают не только науки одного общего профиля, например, представленные только естествознанием или только гуманитарным знанием, но науки всех профилей. Вместе с тем их связь усиливается и доходит до образования некоторых слитных комплексов. Вырабатывается новый, комплексный метод исследования, представляющий собой дальнейшее развитие и совершенствование метода материалистической диалектики.

Комплексность в научном исследовании — это не простое сложение методов различных наук вместе, не простое следование синтеза за анализом, а слияние наук воедино при изучении общего для них объекта.

3. От сепаратизма к глобальности в научном развитии. Теперь мы можем проследить общую основную тенденцию в эволюции структуры современного научного знания, а следовательно, ее выражения в области классификации современных наук. Эволюция эта, коротко говоря, имеет направленность от разобщенности наук к их слитному единству. В ее основе лежит строго объективный принцип: если предмет (объект исследования) един, то и изучающие его науки должны быть схвачены в единстве, соответствующем единству общего для них предмета (объекта).

Сначала эта тенденция появилась: в образовании междисциплинарных отраслей знания, цементирующих собой фундаментальные науки; затем в виде взаимодействия между различными науками, изучающими один и тот же объект одновременно с разных сторон; потом в виде усиления этого взаимодействия вплоть до возникновения комплексного метода исследования и как его результата — комплексных наук, изучающих один и тот же объект в пределах отдельной научной отрасли, ее профиля. Наконец, дальнейшая эволюция все в том же направлении приводит к тому, что взаимодействие наук и их комплексность достигают всеобщих, глобальных масштабов.

Образцом подобного объекта может служить научно-техническая революция, как поистине глобальное явление современной исторической эпохи. Оно глобально потому, что включает различные по своему устройству страны, по-разному проявляясь в них; охватывает все стороны жизни современного человека — материальную и духовную, науку, искусство, народное хозяйство, быт.

4. От функциональности к субстратности. Взглянем теперь на общий принцип построения почти всех основных наук, а значит, их классификации в наше время. В основе их структуры, как это сложилось с самого начала их возникновения, лежит признак функциональности. Науки выделялись и продолжают, как правило, выделяться не по объекту, а по формам движения или по отдельным сторонам изучаемого предмета. Однако между функциональностью и субстратно-стью в общем отношения неоднозначны. Например, атомы могут одновременно служить объектом физики (атомной) и химии; молекулы могут быть предметом химии и физики (молекулярной). Жизнь, живой организм составляют предмет биологии, химии, физики и кибернетики.

Ту же картину мы видим и в развитии общества. Отдельный предмет (объект) в качестве ступени исторического движения (та или иная социально-экономическая формация, взятая как целое) должен изучаться совокупностью общественных наук, и прежде всего экономических, политических и идеологических.

Встает вопрос: будет ли в дальнейшем в качестве основного сохраняться деление наук, а значит, их классификация, по функциональному признаку, или начнется переход к их построению по субстратному признаку? В первом случае существующие ныне фундаментальные науки будут до конца определять собой основное деление (основную структуру) всего научного знания, причем связи и взаимодействия между ними будут все время усиливаться. Во втором случае такая тенденция в ходе дальнейшего движения современных наук явится только предпосылкой к коренной перестройке всей прежней структуры научного знания вплоть до ее основ путем качественного ее преобразования из структуры, определяемой в конечном счете функционально, в структуру, определяемую прежде всего субстратным признаком.

5. От множественности наук к единой науке. Хорошо известно, что мир един и что его единство заключено в материальности его бытия. Бытие, будучи первичным, определяет собой сознание как вторичное.

Единство мира, заключенное в его материальности, предполагает, что материя выступает в бесконечном множестве своих видов, форм и проявлений. Значит, она являет собой единство в многообразии. Отсюда следует, что субстратный подход к изучению мира должен быть логически доведен до конца: отдельные глобальные проблемы должны быть сами приведены во взаимную связь между собой и образовать единую универсально-глобальную проблему, объектом разработки которой будет весь мир как единство в многообразии. Речь идет в данном случае об универсальной связи вещей и явлений мира.

6. От одномерности к многомерности в изображении классификации наук. Обсуждение вопроса о графическом изображении будущей структуры единой науки и ее классификации в настоящее время было бы преждевременным, поскольку не ясно в деталях взаимоотношение между целым и его внутренними частями. Будущая же классификация наук выступит, очевидно, в виде объемного многомерного образа, внутри которого названный «треугольник наук» составит как бы внутренний скелет.

 
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   След >
 

Популярные страницы