ОБРАЗ ЖЕЛАЕМОГО БУДУЩЕГО И ФРЕЙМЫ СМЕРТИ КАК СОЦИОКУЛЬТУРНЫЕ ФЕНОМЕНЫ

Важной социокультурной характеристикой ситуации в регионе выступает образ желаемого будущего его населения. Он же служит одним из существенных индикаторов, по которым можно определить переход социума от антиутопии к утопии.

Использовался прожективный вопрос, направленный на выявление у респондентов образа желаемого будущего. Каждая ценностная формулировка одного из аспектов их будущей жизни отражала определенную концепцию смысла жизни1. Респондентам был представлен ряд характеристик будущей жизни, каждая из которых выражает соответствующую ценностную концепцию смысла жизни, и предложено оценить их по трехбалльной шкале (табл. 9.1).

Таблица 9.1

Распределение ответов на вопрос «Представьте себя через десять лет. Какие характеристики, по Вашему мнению, будут присущи Вашей жизни?» (2010 г., % от числа ответивших)

Обязательно

Возможно

Маловероятно

Варианты ответа

Красноярский

край

Республика

Хакасия

Красноярский

край

Республика

Хакасия

Красноярский

край

Республика

Хакасия

1. Активные занятия спортом

17

23

34

36

49

41

2. Материальный достаток

31

39

43

43

26

18

3. Вера в Бога

34

30

31

36

35

34

4. Престиж, восхищение окружающих

7

11

37

45

56

44

5. Хорошие возможности для отдыха, развлечений

19

28

48

48

33

24

Нвмировский В.Г., Невирко Д.Д. Социология человека: от классических к постнеклассическим подходам. Изд. 2-е, перераб. и доп. — М.: Изд-во ЛКИ, 2008. - С. 269-292.

Обязательно

Возможно

Маловероятно

Варианты ответа

Красноярский

край

Республика

Хакасия

Красноярский

край

Республика

Хакасия

Красноярский

край

Республика

Хакасия

6. Хорошая семья

64

68

28

26

8

6

7. Руководящая должность

14

15

32

41

54

44

8. Интересная, творческая работа

17

28

38

43

45

29

9. Регулярное чтение книг, посещение театров, концертов «серьезной» музыки

22

28

46

45

32

27

10. Жизнь ради людей, независимо от профессии, должности, зачастую в ущерб собственным интересам

7

9

32

34

61

57

11. Духовное развитие, нравственное самосовершенствование

26

33

49

47

25

20

Данные, представленные в табл. 9.1 и 9.2, свидетельствуют о преобладании на вербальном уровне массового сознания населения элементов образа желаемого будущего, отражающих направленность на обладание (Э. Фромм). Иными словами, на вербальном уровне массового сознания населения региона доминируют ориентации на традиционные ценности. Это говорит о том, что ценностно-смысловая основа образа желаемого будущего у большинства жителей Красноярского края имеет потребительско-гедонистическое и престижновластное содержание. Причем в 2011 г. по сравнению с 2010 г. резко усилились престижно-потребительские ориентации в образе желаемого будущего респондентов. Например, материальный достаток (вариант «обязательно» отметили, соответственно, 36 и 31% опрошенных), престиж, восхищение окружающих (13 и 7%), хорошие возможности для отдыха, развлечений (33 и 19%).

Распределение ответов населения края на вопрос «Представьте себя через 10 лет. Какие характеристики, по Вашему мнению, будут присущи Вашей жизни?» (2011 г., в % от количества ответивших)

Варианты ответа

Обязательно

Возможно

Маловероятно

1. Активные занятия спортом

21

32

47

2. Материальный достаток

36

41

23

3. Вера в Бога

33

34

33

4. Престиж, восхищение окружающих

13

48

39

5. Хорошие возможности для отдыха, развлечений

33

41

26

6. Хорошая семья

67

26

7

7. Руководящая должность

15

37

48

8. Интересная, творческая работа

25

38

37

9. Регулярное чтение книг, посещение театров, концертов «серьезной» музыки

27

43

30

10. Жизнь ради людей, независимо от профессии, должности, зачастую в ущерб собственным интересам

13

42

45

11. Духовное развитие, нравственное самосовершенствование

35

46

19

Сделанный выше вывод подтверждают ответы жителей края на контрольный вопрос «Что из перечисленного Вы больше всего боитесь не получить (потерять)?». Как показано в табл. 9.3, более всего респонденты боятся за два аспекта своей жизни: хорошую семью — 77% ответивших и материальный достаток — 61%. Раскрывая вариант «другое», жители края чаще всего называют работу — 7% и здоровье, жизнь — 6%.

Распределение ответов на вопрос «Что из перечисленного Вы больше всего боитесь не получить (потерять)?» (2011 г., % от количества ответивших)

Варианты ответа

%

1. Активные занятия спортом

6

2. Материальный достаток

61

3. Вера в Бога

п

4. Престиж, восхищение окружающих

5

5. Хорошие возможности для отдыха, развлечений

17

6. Хорошая семья

77

7. Руководящая должность

8

8. Интересная, творческая работа

28

9. Регулярное чтение книг, поеещение театров, концертов «серьезной» музыки

6

10. Жизнь ради людей, независимо от профессии, должности, зачастую в ущерб собственным интересам

4

11. Духовное развитие, нравственное самосовершенствование

16

Разумеется, подобное ценностно-смысловое содержание образа желаемого будущего у респондентов не является благоприятным фактором как для его реализации в обществе, так и для развития самого регионального (очевидно, и всего российского) социума.

Если сравнить образ желаемого будущего жителей региона, существовавший в 2010 г., и аналогичный образ, сформировавшийся у них в 2012 г., то следует отметить их высокую тождественность. Вместе с тем, в 2012 г. несколько возросла ориентация на материальный достаток (вариант ответа «обязательно»: +5%), престиж, уважение окружающих (соответственно +5%), хорошие возможности для отдыха, развлечений (+9%), интересная, творческая работа (+5%), регулярное чтение книг, посещение театров, концертов «серьезной» музыки (+4%). Характерно, что по сравнению с 2011 г. в 2012 г. заметно снизилась ориентация на духовное развитие, нравственное самосовершенствование (вариант ответа «обязательно», соответственно, 35 и 29%). Эти тенденции свидетельствуют об усилении престижно-потребительских элементов образа желаемого будущего у населения Красноярского края.

Использование факторного анализа показало, что в 2012 г. по сравнению с 2011 г. несколько изменилась латентная структура образа будущего у населения Красноярского края.

Ф-1 описывает ориентации на активные занятия спортом; материальный достаток , престиж, восхищение окружающих; хорошие возможности для отдыха, развлечений', хорошую семью; интересную, творческую работу; руководящую должность. Описательная сила фактора — 35,0%. Условно назовем его «престижно-потребительская направленность».

Ф-2 выражает латентную ориентацию на регулярное чтение книг, посещение театров, концертов «серьезной» музыки', духовное развитие, нравственное самосовершенствование — 11,1% — «культурно-нравственная направленность».

Ф-3 характеризует стремление к вере в Бога и жизнь ради людей, независимо от профессии, должности, зачастую в ущерб собственным интересам — 9,1% — «религиозно-альтруистическая направленность».

На основе данных, полученных в 2012 г., также выявлены три фактора, однако характеристики несколько отличаются от тех, которые были получены в 2011 г.

Ф-1 описывает ориентации на активные занятия спортом, материальный достаток, престиж, хорошие возможности для отдыха, развлечений, руководящую должность, интересную работу (40,7%). Как и в предыдущем случае, это «престижно-потребительская направленность».

Ф-2 выражает стремление к регулярному чтению книг, жизни ради людей, духовному развитию, нравственному самосовершенствованию (13,2%) — «культурно-нравственная направленность».

Ф-3 характеризует такие элементы образа желаемого будущего, как вера в Бога и хорошая семья (9,2%). Очевидно, данный образ желаемого будущего можно назвать «религиозно-семейным».

Таким образом, у опрошенных жителей Красноярского края в 2011 г. преобладали латентные ориентации на образ желаемого будущего, соответствующий «модусу обладания» (Э. Фромм) — Ф-1, над ориентациями, описывающими «модус Бытия» — Ф-2 и Ф-3. Эта тенденция сохранилась и даже несколько усилилась в 2012 г. Вместе с тем возникли определенные отличия. Так, если в 2011 г. вера в Бога была взаимосвязана с социально-альтруистической ориентацией, то в 2012 г. образовался тандем — «вера в Бога — хорошая семья», что может свидетельствовать об определенной «бытовизации» религиозности, превращении ее в элемент повседневности и секуляризации социально-альтруистической ориентации.

Курсивом выделены признаки, имеющие наиболее высокую корреляцию

с фактором.

Вместе с тем, если сравнить значимость смысложизненных ориентаций жителей края в 2010 и 2015 гг., мы увидим существенные изменения, которые произошли за шесть лет в данной ценностной структуре массового сознания (табл. 9.4).

Таблица 9.4

Распределение ответов на вопрос «Представьте себя через десять лет. Какие характеристики, по Вашему мнению, будут присущи Вашей жизни?»

(2015 г., % от количества опрошенных)

Варианты ответа

Обяза

тельно

Возможно

Мало

вероятно

1. Активные занятия спортом

28

37

35

2. Материальный достаток

51

34

15

3. Вера в Бога

28

40

32

4. Престиж, восхищение окружающих

24

42

34

5. Хорошие возможности для отдыха, развлечений

42

39

19

6. Хорошая семья

69

22

9

7. Руководящая должность

31

34

35

8. Интересная, творческая работа

28

39

33

9. Регулярное чтение книг, посещение театров, концертов «серьезной» музыки

25

47

28

10. Жизнь ради людей, независимо от профессии, должности, зачастую в ущерб собственным интересам

15

3

48

11. Духовное развитие, нравственное самосовершенствование

30

46

24

Прежде всего, следует подчеркнуть, что резко усилились престижно-потребительские и гедонистические ориентации. Так, возросла доля ответов «обязательно» для характеристик таких элементов образа желаемого будущего, как «материальный достаток» с 31% до 54%, «хорошие возможности для отдыха, развлечений» — более чем в два раза (соответственно, 19% и 42%), «престиж, восхищение окружающих» — более чем в три раза (7% и 24%), «руководящая должность» — также более чем в три раза — 14% и 31%. Значимость «интересной творческой работы», которая и выступает средством достижения вышеназванных ценностей, увеличилась с 17% до 28%. Престижнее стало также заниматься спортом.

Наряду с этим, у небольшой группы респондентов к 2015 г. усилились и альтруистические интенции: «жизнь ради людей, независимо от профессии, должности, зачастую в ущерб собственным интересам» (7% и 15%).

Судя поданным, представленным в табл. 9.5, которые характеризуют ответы на вопрос «Что из вышеперечисленного в предыдущем вопросе Вы больше всего боитесь не получить (потерять)?», доминирующими в массовом сознании респондентов остаются два взаимосвязанных элемента образа желаемого будущего: «хорошая семья» и «материальный достаток».

Таблица 9.5

Распределение ответов на вопрос «Что из вышеперечисленного в предыдущем вопросе Вы больше всего боитесь не получить (потерять)?»

(2015 г., % от количества ответивших)

Варианты ответа

%

1. Активные занятия спортом

10

2. Материальный достаток

63

3. Вера в Бога

20

4. Престиж, восхищение окружающих

16

5. Хорошие возможности для отдыха, развлечений.

24

6. Хорошая семья

74

7. Руководящая должность

20

8. Интересная, творческая работа

22

9. Регулярное чтение книг, посещение театров, концертов «серьезной» музыки

11

10. Жизнь ради людей, независимо от профессии, должности, зачастую в ущерб собственным интересам

5

11. Духовное развитие, нравственное самосовершенствование

16

В целом можно сделать вывод о существенном усилении престижно-потребительских и гедонистических ориентаций в массовом сознании населения региона: люди все более страстно хотят жить не просто в достатке, но банально стать богатыми. Имея при этом, престиж, власть, высокую должность, хорошее здоровье, интересную творческую работу и хорошую семью (как показали беседы с респондентами, последнюю они рассматривают как важнейший элемент высокого социального престижа). Учитывая ситуацию финансово-экономического кризиса, реализация подобных устремлений для многих может оказаться проблематичной, что способно катализировать сильнейшее психологическое и социальное напряжение в обществе.

Одним из активно развивающихся в последние два десятилетия направлений социологии является фрейм-анализ, в основе которого лежат работы американского социолога и психолога Ирвинга Гофмана1. Актуализации этого направления в отечественной социологии, на наш взгляд, способствовала публикация проблемных, содержательных статей В.А. Ядова2, О.Н. Яницкого3, Д.Н. Шалина4 на официальном сайте Российского общества социологов. Не занимаясь перечислением всех тех зарубежных и отечественных авторов, которые в своем научном творчестве отдали дань этому направлению, обратим внимание читателей лишь на содержательную диссертационную работу В.С. Вахштайна, в которой раскрываются важные аспекты фрейм-анализа5, а также на ряд публикаций этого автора.

Наша задача значительно скромнее: провести эмпирическое исследование фрейма смерти как социокультурного феномена в массовом сознании сибиряков. По верному замечанию О.Н. Яницкого, «...фрейминг — это процесс осмысления и организации человеческого опыта. Фреймы — результаты его кристаллизации. Но одновременно фреймы — это инструменты, при помощи которых индивид или коллективный актор строят стратегию и тактику социального действия и выбирают адекватный моменту способ воздействия на ситуацию или конфликт»6. При этом многочисленные авторы справедливо указывают на сложную иерархическую структуру фреймов. Безусловно, представления о смерти в массовом сознании населения непосредственно отвечают основным характеристикам, которыми наделяют эти феномены современные исследователи. Как писал И. Гофман, «в повседневной жизни нашего общества, если не проводится вполне последовательно, то достаточно отчетливо ощущается различие между двумя обширными классами

Гофман И. Анализ фреймов: эссе об организации повседневного опыта / Под ред. Г.С. Батыгина и Л.А. Козловой. — М.: Ин-т социологии РАН, 2003. Яницкий О.Н. Социальные движения и теория фрейминга. Официальный сайт РОС // [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://www.ssa-rss.ru/ index. php?page_id= 19&id=464

Ядов В.А. Попытка переосмыслить концепцию фреймов Ирвинга Гофмана. Официальный сайт РОС // [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http:// www.ssa-rss.ru/index.php?page_id= 19&id=469

Шалин Д.Н. О Гофмане (отклик на статью В. Ядова). Официальный сайт РОС // [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://www.ssa-rss.ru/index. php?page_id=19&id=471

Вахштайн В.С. Теория фреймов как инструмент социологического анализа повседневного мира: Автореф. дисс. ...канд. социол. наук. — М.: 2007.

6 Яницкий О.Н. Указ. соч.

первичных систем фреймов — назовем их природными и социальными.

Природные системы фреймов определяют события как ненаправленные, бесцельные, неодушевленные, неуправляемые — «чисто физические». Принято считать, что неуправляемые события полностью, от начала до конца, происходят благодаря «естественным» факторам, что никакое волеизъявление, каузально или интенцио-нально, не вмешивается в их естественный ход, и нет никого, кто бы постоянно направлял их к цели. Невозможно представить себе успех или неудачу применительно к таким событиям; здесь нет места ни негативным, ни позитивным санкциям. Здесь царят детерминизм и предопределенность.... Социальные фреймы, напротив, обеспечивают фоновое понимание событий, в которых участвуют воля, целе-полагание и разумность — живая деятельность, воплощением которой является человек. В такой деятельной силе нет неумолимости природного закона, с ней можно договориться, ее можно задобрить, запугать, ей можно противостоять. То, что она делает, можно назвать «целенаправленным деланием». Само делание подчиняет делателя определенным «стандартам», социальной оценке действия, опирающимся на честность, эффективность, бережливость, осторожность, элегантность, тактичность, вкус и т.п.»1. При этом автор указывает на тесную взаимосвязь и взаимопроникновение природных и социальных фреймов: «...хотя природные события происходят без вмешательства мысленных действий, их нельзя совершить, не вторгнувшись в природный порядок. Поэтому любой сегмент социально направленного действия можно в определенной степени анализировать и на основе природной схемы»2.

Как известно, в каждой культуре смерть — это логичное продолжение жизни, а образ смерти — искаженное отражение облика жизни. Представления о потустороннем — неотъемлемый элемент «образа мира», который лежит в основе культуры той или иной эпохи, прежде всего в форме религиозной картины мира. Такие представления могут разрастаться в необычайно богатую картину и могут быть «нулевыми», когда небо пустеет и по ту сторону жизни находится небытие. В любом случае оба мира — жизни и смерти — присутствуют в сознании культуры и определяют ее существенные черты. Представления о смерти выступают одними из базовых ценностных ориентиров личности, а точнее говоря, фреймами, сочетающими в себе характеристики как природного, так и социального

Гофман Ирвинг. Анализ фреймов. Американская социологическая мысль. Тексты. Теоретическая социология. Антология. — [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://www.fidel-kastro.ru/sociologia/hoff_frame.htm Там же.

класса первичных фреймов. Они также выступают одной из базовых мировоззренческих универсалий, влияющей на многие характеристики социального поведения индивида. На наш взгляд, важным элементом фреймов смерти выступают и религиозные представления респондентов, красной нитью через любое религиозное вероучение проходит тема смерти, посмертного воздаяния, спасения души и т.п. Наконец, неотъемлемый конструкт фрейма смерти — представление человека о бессмертии; его потенциальной возможности и условиях его обретения. Поэтому можно выдвинуть общую гипотезу, что верующий человек иначе относится к смерти и бессмертию, нежели неверующий.

Особенно актуально их изучение в современной России, где в массовом сознании населения произошла резкая смена системы ценностей и жизненных стратегий, нередко сопровождающаяся ситуацией экзистенциального вакуума1.

Совместный факторный анализ представлений о будущем и фреймов смерти позволил выделить в массовом сознании жителей Красноярского края и Республики Хакасия следующие латентные переменные.

Ф -1 описывает материальный достаток, спорт, престиж, гедонизм, руководящую должность, интересную, творческую работу. Описательная сила фактора по массиву данных в Красноярском крае — 21,1%, в Республике Хакасия — 22,5%.

Ф-2 характеризует духовное развитие, культурный досуг, альтруизм (соответственно, 10,9 и 10,0%).

Ф-3 выражает реинкарнапионное и христианское бессмертие, веру в Бога (9,9 и 9,9%).

Ф-4 связан с индикаторами: социальное и социально-демографическое бессмертие (8,3 и 8,7%).

Ф-5 описывает фреймы нигилистического и потребительского отношения к смерти (7,6 и 7,7%).

Как видим, выделены совершенно идентичные латентные структуры в массовом сознании жителей двух регионов Восточной Сибири. Первые две из них описывают соответствующие образы желаемого будущего, один из которых (имеющий максимальную описательную силу среди обнаруженных факторов) выражает престижно-потребительский образ желаемого будущего — наиболее мощный феномен в ценностном поле массового сознания (бессознательного) сибиряков. Второй — нравственно-альтруистический образ желаемого будущего,

См.: Немировский В. Г. Фреймы смерти в массовом сознании сибиряков: структура и динамика (на материалах социологических исследований в Красноярском крае и республике Хакасия в 1995—2010 гг.) / Мониторинг общественного мнения, 2011. — №2 (102) — С. 116—125.

описательная сила которого в обоих массивах данных значительно ниже, чем у первого фактора. Специфика третьего фактора состоит в том, что это единственная латентная переменная, которая объединяет ориентации на желаемое будущее и фреймы смерти. Причем имеет весьма характерное содержание, описывая различные религиозные и квазирелигиозные фреймы и представления о будущем. Четвертая и пятая переменные характеризуют два вида фреймов смерти: социальные и нигилистически-потребительские.

Из всего сказанного можно сделать вывод, что в массовом сознании (бессознательном) жителей данных регионов Восточной Сибири фреймы смерти (за исключением религиозных и квазирелиги-озных, образующих единый комплекс с верой в Бога) не связаны с ценностными ориентациями на будущее. Получается, что у большинства респондентов социальная деятельность мотивируется мечтами о желаемом будущем, никак не взаимодействующими с осознанием конечности своего бытия. У других опрошенных жителей Красноярского края и Республики Хакасия (меньшей их части) фреймы смерти выступают самостоятельным феноменом в массовом сознании (бессознательном), играющим определенную роль в мотивации их социальной деятельности, но также не связанным с образом желаемого будущего.

Иными словами, для большинства опрошенных людей жизнь протекает под знаком надежд и мечтаний; существование меньшинства из них во многом обусловлено фреймами смерти, которые, создавая соответствующее психоэмоциональное настроение, в определенной мере мотивируют их социальную деятельность (иными словами, проявляются как неосознанное стремление к смерти). Причем лишь у небольшой их части (Ф-4) эта мотивация в рамках понимания физической конечности жизни имеет просоциальное содержание. Несколько большая часть опрошенных воспринимает факт конечности физического существования человека как основание для деятельности в расчете на позитивную оценку и добрую память как своих близких, так и более широкого социального окружения. Столь «пестрая палитра» латентных ориентаций, отражающих взаимосвязь образа желаемого будущего и фреймов смерти, безусловно, свидетельствует о промежуточном состоянии социокультурной ситуации в социуме (в частности, на материалах двух сибирских регионов): сложном и противоречивом переходе от антиутопии к утопии.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >