ТЕОРЕТИЧЕСКИМ КОНЦЕПТ ИССЛЕДОВАНИЯ

Оружие и законы не уживаются друг с другом.

Юлий Цезарь

Любое современное политологическое исследование не обходится без конкретной методологии. Однако часто методология приравнивается к методике, хотя это не совсем верно. Методика - это конкретные инструкции, направленные на решение частных научных задач. В отличие от методологии, методика представляет собой некий готовый алгоритм (тех же политических технологий или научного проекта). Она характеризуется конкретизацией приёмов и задач. Это не только ряд специальных технических приёмов и конкретных операций по сбору, систематизации, обработке и анализу эмпирической информации, но и совокупность процедур по логике научного творчества политико-менеджерского исследования.

Научная методология (от греч. цгбo?o^oyla - учение о способах) - это система наиболее общих методов, подходов, принципов, средств и способов научного познания. К примеру, компьютерная обработка данных политологического анализа может объясняться как метод, тогда как конкретный выбор математических характеристик и критериев - как методика.

Методология вопроса

Хороший царь должен друзьям делать добро,

а врагов делать друзьями.

Аристон Хиосский

Политический менеджмент имеет самостоятельный характер по причине наличия собственной области исследования и прикладного применения[1]. Так как политический менеджмент тесно связан со многими политологическими дисциплинами, то он задействует в своём научном инструментарии много смежных научных методов[2] из политического анализа, политической географии, политической регионалистики, кратологии, политической психологии, партологии и сравнительной политологии, а также из других общественно-гуманитарных дисциплин. Для начала рассмотрим теоретические методы.

Ключевым подходом научной работы будет политическая компаративистика. Подчеркнём, что наиболее продуктивным является комбинированная разновидность политической компаративистики, которая означает не обычное описание сходств и различий, а формулирование выводов, претендующих на статус научных закономерностей[3]. Такой гибридный вариант политической компаративистики нацелен на установление причинно-следственных и других зависимостей между переменными. Он означает сочетание субстанционально-эмпирического и методологического вариантов политической компаративистики. Коротко рассмотрим остальные теоретические методы, используемые в работе.

Системный подход подразумевает рассмотрение объекта как управленческой системы - целостного множества элементов в совокупности отношений и связей между ними. Основными принципами системного подхода в политико-менеджерском исследовании являются: системность, целостность, структуризация и множественность элементов, иерархичность строения[4].

Критически-диалектический подход ориентирован на критический анализ политического управления, выявление его внутренних противоречий и скрытых конфликтов как источника его трансформаций. Исходит из общефилософских диалектических принципов.

Кроме того, в политическом менеджменте используются и другие методы. Рациональный подход принимает рациональные мотивы в качестве единственного источника поведения человека в управленческой системе. Как правило, этот подход связан с теорией рационального выбора и основными принципами психологии человека.

Когнитивный подход рассматривает человека в управленческой сфере как активно и сознательно конструирующего свою реальность субъекта. Базовый принцип заключается в том, что большинство человеческих эмоций и видов поведения, рациональных и иррациональных, обусловлены когнитивными процессами - способностью людей думать, воображать и во что-то верить.

Бихевиористский подход придаёт особое значение поведению субъектов и объектов управленческой системы. Мотивация индивидов и групп в политическом управлении является важнейшим принципом бихевиоризма.

Эмпирические методы политического менеджмента существенно отличаются от теоретических. Они делятся, прежде всего, на количественные и качественные подходы. Среди количественных подходов можно выделить наблюдение, ивент-анализ, контент-анализ и анкетирование.

Важной вспомогательной методологией нашего исследования будет количественный контент-анализ, основоположником которого был Б. Берельсон. Фундаментальной работой по методике контент-анализа можно назвать научную монографию «Контент-анализ для социальных и гуманитарных наук» американского профессора, известного политолога из Университета Дьюка О. Холсти. Метод контент-анализа предполагает учёт единиц измерения, которыми часто являются слова, аббревиатуры или словосочетания.

Принципы контент-анализа - формализация и статистическая значимость. Обычно таким способом проводится исследование эффективности функционирования управленческих подразделений, политической направленности газет, интернет-источников (блогов, сайтов, форумов,

социальных сетей, видеохостингов), аналитических программ на радио и

телевидении.

Для облегчения процедуры контент-анализа разработаны разнообразные компьютерные программы. В своей работе для анализа PR-результативности партийных технологий исследование будет использовать интернет-поисковик «Google», который представляет собой наиболее совершенную систему для подобных целей в глобальной сети. Единицами контент-анализа будут названия

зарегистрированных российских политических партий на русском языке.

Наблюдением называют преднамеренное и целенаправленное восприятие исследователя, которое не изменяет условий существования рассматриваемого управленческого объекта, явления. Принципами наблюдения как подхода являются непосредственность и познавательность. Данный метод также будет использован в исследовании.

Хотя в настоящем исследовании остальные эмпирические методы будут

использоваться несколько меньше, их все же следует назвать.

Ивент-анализ построен на слежении за ходом и интенсивностью управленческих событий с целью определения их основных тенденций. Учёт принципа событийности управленческого процесса предполагает составление банка данных, деление информации на отдельные единицы наблюдения, кодировку этих единиц по принципу «что-где-когда», а также соотнесение определенных фактов и явлений с принятой в связи с задачами проекта системой сортировки [5].

Анкетирование основывается на социологических принципах, выявляя в количественном плане статистические (однократное анкетирование) или динамические (при многократном анкетировании) представления людей о политическом управлении с целью прогнозирования дальнейших событий.

Основными качественными подходами в политическом менеджменте являются маркетинговые исследования, case-study, брейнстоминг и SWOT-анализ.

Маркетинговое исследование в политическом менеджменте фокусируется на понимании поведения субъектов и объектов управления, желаний и предпочтении электората, политических конкурентов и политического рынка. Политический маркетинг, как и анкетирование, основывается на принципах опросных методик, но ставит своей задачей выявление качественных характеристик политического управления с целью понимания состояния рынка управленческих услуг и политического рынка, кодируя исследовательские единицы по принципу «как именно-почему». При этом в политикомаркетинговых исследованиях применяются принципы методик «фокус-групп» и глубинного интервью. В данном исследовании будут также использоваться результаты политико-маркетинговых исследований разных специалистов, особенно в сфере анализа партийного строительства.

Case-study в политическом менеджменте использует описание реальных политико-управленческих и бизнес-ситуаций. Исходя из принципа ситуационности, кейсы руководствуются реальным политико-управленческим материалом и приближены к реальной ситуации. Подход помогает исследователю проанализировать ситуацию, разобраться в сути проблем политического управления, предложить потенциальные решения и выбрать лучшее из них.

Брейнстоминг представляет собой групповую экспертизу, особо эффективную при выработке и оценке политико-управленческого решения. Большая роль отведена ведущему, следящему за соблюдением правил аналитической процедуры. Подход предполагает следующие принципы: свобода выбора, отсутствие критики, креативность, объединение идей. И если на первом этапе брейнстоминга эксперты предлагают любые политикоуправленческие решения, то на втором этапе происходит критика предложенного и готовится окончательное решение.

SWOT-анализ направлен на определение и оценку сильных и слабых сторон политического управления, выявление его возможностей и потенциальных угроз. Название метода - это аббревиатура четырёх английских слов: Strength (сильные стороны), Weakness (слабые стороны), Opportunities (возможности), Threats (угрозы). Исходя из состояния внешней среды, SWOT-анализ позволяет определить, насколько существенны в политическом управлении сильные стороны и незначительны слабые, а также насколько важны угрозы и возможности, исходя из состояния внутренней среды. Оценочный принцип означает, что сравнивать можно количественные оценки сильных сторон между собой и со слабыми сторонами, так же, как и угрозы можно сравнивать между собой и с возможностями. Как правило, политическое управление можно оценить благодаря специальной SWOT-матрице (см. таблицу 1).

Таблица 1. Построение SWOT-матрицы

Возможности

  • 1)
  • 2)...

У грозы

  • 1)
  • 2)...

Сильные стороны

Поле

Поле

1)

«Возможности

«Угрозы и сильные

2)...

и сильные стороны»

стороны»

Слабые стороны

Поле

Поле

1)

«Возможности и

«Угрозы и слабые

2)...

слабые стороны»

стороны»

При этом научная работа будет подчинена хронологическому принципу,

делая упор на анализ политико-менеджерских теорий зарубежных и отечественных публицистов. Хронологический принцип построения работы предполагает принятие научной парадигмы управленческих революций. Важно осознать, что под управленческими революциями следует понимать переходы от одной качественной модели политического менеджмента к другой. Отечественный исследователь менеджмента А.И. Кравченко насчитывает в человеческой истории пять таких этапов [6].

Данное исследование больше интересует последняя, пятая, управленческая революция (с конца XIX века), когда стало появляться именно научное

осмысление политико-менеджерского опыта. Тогда менеджеры всё больше стали оформляться в отдельную профессиональную группу.

Анализ политико-менеджерского концепта

Главное качество руководителя - реализм.

Марк Аврелий

Начнём анализ политико-менеджерского концепта с опыта зарубежных авторов. Важно понимать, что первые управленческие идеи пятой управленческой революции нельзя строго причислить лишь к политикоменеджерскому концепту. На эти мысли в равной мере имеют право экономисты и социологи. В то же время, по причине того, что опыт коммерческих предприятий часто переходил в сферу государственного и партийного управления, эти теории нельзя просто обойти вниманием. Напротив, нужно найти то, что близко к моделям политического управления.

Следует отметить, что во время пятой управленческой революции получил широкое распространение так называемый «научный менеджмент». Довольно прочные позиции он занял в среде американских мыслителей. Так, известна американская менеджерская модель Ф. Тейлора, изложенная в «Основах научного управления». Её философская база - концепция разумного эгоизма[7]. Учёный ввёл функцию планирования, назначая специального инструктора и создав в системе управления специальное плановое бюро.

Тейлор выступал за функциональную администрацию, был против благотворительности и считал, что оплата работнику должна соответствовать его вкладу в производство. Протестовал против фазербединга - практики, когда предприниматель обязывается сохранить численность рабочей силы независимо от потребностей в ней. В настоящее время такой подход не всегда эффективен. К примеру, сейчас практикуется аутсорсинг - работа с удалённым доступом.

Учениками Тэйлора являются Джилбретт и Эмерсон. Ф. Джилбретт на основе исследования работы каменщиков с помощью фото- и кинокамеры рационализировал принципы строительства, увеличив производительность в

несколько раз. Он стал сторонником экономии человеческих затрат в различном труде.

Тогда как согласно американской менеджерской системе Г. Эмерсона, менеджер должен внимательно изучать историю и современность[8]. Возводить управленческую пирамиду, по Эмерсону, нужно снизу, каждый следующий уровень которой создаётся по функциональному признаку. Причём, главная цель верхнего уровня - обслуживать нижестоящих.

Значение этой идеи для политического менеджмента заключается в том, что Эмерсон замечал функциональную привязанность человека. Он считал, что в правильной организации компетентные руководители сначала формулируют основные принципы и цели, затем обучают подчинённых тому, как их рационально достигать, а уже потом контролируют исполнение и вводят санкции. Американский специалист отмечал, что хороший руководитель не будет давать своим подчинённым совершенно произвольные поручения и потом требовать, чтобы они с ними справлялись, как хотят сами. Свои идеи он изложил в книге «Двенадцать принципов эффективности». Книги Эмерсона до сих пор изучаются современными менеджерами и управленцами.

Европейские представители классической школы также внесли немалый вклад в развитие теории политического менеджмента. Французский горный инженер и теоретик менеджмента А. Файолъ соединил в своей системе идеи функциональной администрации Тейлора и старый принцип единоначалия, заложив применение структурно-функционального подхода в политическом менеджменте[9].

Административная теория Файоля состоит из двух блоков - первый связан с пониманием функций управления, а второй с осознаванием его принципов. Иными словами, функция определяет сферу деятельности, компетенции и ответственности управленца, отвечая на вопрос, что делает руководитель. Тогда как принцип отвечает на вопрос, как руководитель делает это.

Исследователь опубликовал работу «Общее и промышленное управление», обобщив наработанные им схемы управления и создав логически стройную систематическую теорию менеджмента.

К слову, французский теоретик менеджмента описал пять функций администрации:

  • 1) планирование;
  • 2) организация;
  • 3) распределение;
  • 4) координация;
  • 5) контроль.

Также Файоль выделял четырнадцать принципов управления:

  • 1) разделение;
  • 2) власть;
  • 3) дисциплина;
  • 4) единство командования;
  • 5) единство руководства;
  • 6) подчинение индивидуальных интересов общим целям;
  • 7) вознаграждение;
  • 8) централизация;
  • 9) скалярный принцип иерархии;
  • 10) порядок;
  • 11) равенство;
  • 12) стабильность персонала;
  • 13) инициатива;
  • 14) корпоративный дух.

Так или иначе, концепция Файоля, несмотря на её давнишний характер, используется и в сегодняшних управленческих практиках, что доказывает её актуальность и работоспособность.

Большое значение для эволюции теоретического политического менеджмента имела научная деятельность известного немецкого социолога и

историка М. Вебера. В истории менеджмента он популярен как создатель классической теории бюрократии[10].

Согласно Веберу, зарождение акционерного капитала, централизация банковской системы, транспортных сетей и появление мощных корпораций пошатнули монополию индивидуальных собственников, чьё место занимает бюрократ - профессиональный государственный чиновник. Он исследовал бюрократию, как отдельную социальную страту, где сильна социальная значимость чина и установка, параллельно выяснив, что управление - это функция профессионалов[11].

Идея рациональной бюрократии характеризуется Вебером в ходе анализа легального господства. Характерной чертой этого типа господства служит наличие системы формальных правил, регулирующих деятельность управленческого персонала.

Вебер полагал, что аппарат, которым распоряжается политик, состоит из чиновников, действующих в соответствии со следующими принципами:

  • 1) бюрократы лично свободны и подчинены власти только в том, что касается их безличных должностных обязанностей;
  • 2) служащие организованы в четко установленную иерархию должностей;
  • 3) каждая должность обладает строго определенной сферой полномочий;
  • 4) чиновник занимает должность на основе добровольного договорного соглашения;
  • 5) кандидаты в служащие отбираются на основании их специальной квалификации и при этом назначаются на должность, а не избираются;
  • 6) вознаграждением служит постоянное денежное жалование, как правило, с правом на пенсию;
  • 7) должность рассматривается как единственный или, по крайней мере, основной род занятий занимающего ее лица;
  • 8) существует система служебного продвижения в соответствии со старшинством или заслугами;
  • 9) чиновник отделен от владения средствами управления и не присваивает свою должность;
  • 10) бюрократ подчинен в своей деятельности жёсткой и систематической дисциплине и контролю.

Также Вебер в своей работе «Политика как призвание и профессия» начал исследовать такое специфическое явление в современных ему партиях, как профессионализация политики. В своей научной работе социолог пришёл к выводу, что появление в партии так называемого «партийного босса» -закономерный процесс, подразумевающий нарастание темпов профессионализации политической сферы.

Приведённые парадигмы помогают осознать, что в ходе пятой управленческой революции менеджеры окончательно оформились в отдельную управленческую группу. Именно последняя управленческая революция коренным образом повлияла на становление теории и практики современного политического менеджмента, как у зарубежных, так и у отечественных учёных.

Мощным импульсом для развития менеджерской теории и практики стали Хоторнские эксперименты Э. Мэйо. Они проходили в 1927 - 1932 гг. в фирме «Вестерн Электрик Компани» близ Чикаго в 4 этапа среди контрольной и экспериментальной групп[12]. На первом этапе выяснилось, что уровень освещения слабо влияет на качество производительности. При втором этапе были получены данные, что на производительность влияют методы руководства и улучшение взаимоотношений. На последних этапах было определено, что к менеджерам подчинённые относятся по-разному, менее подчиняясь низшим чинам.

Однако эти эксперименты критикуют за «хоторнский эффект», ибо их положительные результаты вызываются не специально создаваемыми изменениями, а самим вмешательством учёных.

«Инстинктивная» теория мотивации У. Джемса - К. Ланга исходит из принципа, что хороший управленец руководствуется своими инстинктами -честолюбием и стремлением к соперничеству. Учёные исходят из того, что в основе целеполагающих мотивов управленца находятся эмоции удовольствия.

В то время как основная идея формально-логической концепции Дж. Муни и А. Рейли состоит в том, что эффективная организация - это система, построенная на строго формальных принципах[13]. Здесь выделяется принцип координации - в совместной деятельности люди достигают большего эффекта, нежели порознь. Скалярный принцип кроется в иерархическом построении организации, расположении уровней управления сверху вниз.

Тогда как принцип лидерства подразумевает власть и проявляется в делегировании полномочий. Функциональный принцип означает в политическом управлении необходимость планирования, выполнения и контроля. Как видно, в этой теории заметно влияние идей французского мыслителя А. Файоля.

Общеизвестная концепция «гегемонии» А. Грамши, известного итальянского учёного и марксиста, исходит из того, что политическое управление держится не только на насилии, но и на согласии. Учёный акцентировал роль интеллигенции в обеспечении гегемонии господствующей группы посредством контроля над «культурным ядром» подчинённых[14]. Также в своих работах он всесторонне анализировал феномены тоталитаризма и фашизма как результата кризиса социальных и политических институтов Европы. Выход из тоталитарного режима Грамши усматривал в синтезе интеллектуальных и духовных преобразований, которые, по его мнению, будут эффективнее любых либеральных реформ. Другими словами, итальянский учёный выдел

совершенствование политического управления в интеллектуальном возвышении масс[15].

Необходимо отметить, что современные американские военные эксперты и политологи развивают идеи Грамши в рамках так называемой теории «мягкой силы».

Концепция «достижения» Д. Макклелланда была изложена в его книге «Достигающее общество». Согласно исследователю, потребность в достижении обозначает состязание с некоторыми управленческими эталонами совершенства, стремление их превзойти[16]. Макклелланд определил три условия, при которых появляется мотив достижения:

  • 1) человек должен быть готов к тому, чтобы взять на себя всю ответственность за конечный исход дела;
  • 2) надо четко представлять себе, чем закончится дело и принесет ли оно вам удачу или поражение;
  • 3) успех не должен быть чётко определенным или гарантированным, но должен быть связан с умеренным риском, с некоторой неопределенностью.

Суть идеи понятна - она основана на психологическом подходе. Однако нужно реально осознавать его ограниченный потенциал в современной политической практике. Тем более что не к каждой политической ситуации подойдут данные постулаты. Не одну из теорий не следует возводить в степень

догмы, так как сама концепция все время в движении.

Мотивационная теория В. Врума, профессора Йельского университета, опирается на критерий человеческого выбора, когда управленцы и их подчинённые выбирают тот образ действий, который сулит им наилучшие результаты[17]. В теории учёный вводит понятие валентности - субъекты и

объекты управления руководствуются своими субъективными оценками, а не объективными критериями.

Так, одним людям важно реализовать в управлении свои способности, другие видят в нём средство сделать карьеру, третьи ориентируются на ценности общения и возможность приносить пользу обществу.

В этой теории очевидно влияние философии разумного эгоизма. Важно учитывать тот факт, что большинство концепций находится под влиянием той философии, которая общепринята на территории страны, где мысль и сформировалась. Одновременно помимо философии на особенности концепции того или иного учёного может повлиять и политическая культура. Часто приходится констатировать, что на западные политико-управленческие концепции и разработки сильнейшим образом влияют критерии индивидуализма, «атомизации общества». Однако менталитет не всегда влияет положительно на исследование, идею или проект в плане научной объективности.

Следует признать малую операционность этой концепции в плане современного политического управления. Эгоистический, личностноориентированный принцип, конечно, господствует в обществе потребления, а значит, диктует определённые правила и научного творчества у многих зарубежных и отечественных мыслителей. Но это вовсе не означает, что пороговые значения этого общества потребления будут всегда бесконечны. Поэтому в настоящее время большую актуальность приобретают идеи политической кооперации, эффективного принятия политических решений, развития демократических институтов в плане синтеза профессионализма и привлечения населения к политическому управлению.

Концепция «формулы успеха» Дж. Аткинсона исходит из гипотезы, что неудача при решении легкой задачи более притягательна для управленца, чем поражение при решении трудной задачи[18]. Аткинсон в своих экспериментах

заметил, что испытуемые, отличавшиеся высоким уровнем потребности в достижении, гордились своими успехами.

В то же время, люди с низким уровнем этой потребности были очень довольны тем, что им удалось избежать неудачи. Исследователь предположил, что чем ниже вероятность успеха, тем выше уровень побуждения к нему в связи с его ценой. Идеи Аткинсона популярны и у современных российских исследователей в области психологии управления и менеджмента.

Между тем, эта идея не учитывает проблему совершенствования демократических институтов. Учёный признаёт, что люди в своей психологии разные и составляют целые группы - управленцев и управляемых, но он не отвечает на вопрос - а что будет дальше? Это общество потребления будет воспроизводить одну и ту же политико-управленческую модель, без всяких шансов на политическую эволюцию или что-то изменится? К сожалению, данный концепт, по сути, пропагандирует приспособленчество и фактически оправдывает кастовость системы управления. Для любого здравомыслящего человека здесь ясно, что подобная модель при современном экономическом и демографическом развитии общества потребления не способна разрешить проблемы эффективного управления в условиях перенаселённости, исчерпания сырьевых ресурсов и ухудшения экологии.

Другая, до сих пор популярная в научной среде теория потребностей А. Маслоу предполагает, что не сама по себе потребность движет управленцем, а степень её неудовлетворения[19]. Американский психолог составил иерархический порядок потребностей человека:

  • 1) физиологические и сексуальные (воспроизводство, пища, дыхание, физические движения, одежда, жилище, отдых);
  • 2) экзистенциальные (физическая и экономическая безопасность);
  • 3) социальные (общение, близкие, дружба, коллектив);
  • 4) престижные (карьера, статус, независимость);
  • 5) духовные (самовыражение через творчество).

Теория потребностей Маслоу постоянно перекочёвывает из одной книги в другую. Она не только принимается сегодняшним учёным сообществом, но и активно дорабатывается остальными исследователями.

Между тем, в этом концепте большее значение уделено именно психологической составляющей. На какую-либо системную модель политического управления автор не претендует. Видимо, это не входило в задачи Маслоу.

«Двухфакторная» теория Ф. Херцберга основывается на разработках Маслоу и провозглашает, что любой индивид имеет не одну иерархию потребностей, а две качественно различных, независимых друг от друга, по-разному влияющих на поведение людей: гигиенические факторы

(благополучные условия труда, его налаженная организация, режим работы, обеспечение льготами и жильём, психологический климат) и мотивационные факторы[20]. При этом материальное вознаграждение нельзя рассматривать как панацею, поэтому нужно улучшать стиль руководства.

Как видно, идеи Маслоу пользуются в западной науке особенной популярностью. Между тем, не следует излишне догматизировать эту концепцию в плане постижения того же политического лидерства. Идеи Маслоу хорошо укладываются в мейнстрим современной западной философии с его индивидуальной компонентой. Отсюда возникает и мысль о преобладании потребностей. Но нужно помнить, что личные потребности всегда будут упираться в потребности окружающих людей. Управленец, который этого не учитывает, обречён на малоэффективную работу своих сотрудников, вплоть до открытого сопротивления.

Так называемый «синтетический подход» Л. У рейка и Л. Гъюлика совмещает концепции Файоля, Тейлора и Вебера, обозначая основные принципы политического управления: соответствия своей структуре;

соответствия уровней власти и ответственности; единоначалия;

департаментализации (организация строится снизу вверх); разделения властей (департамент контролирует только свою сферу); диапазона контроля (эффективно можно контролировать 8 подчинённых); исключения (уделять внимание лишь значительным нарушениям)[21].

Иными словами, подход Урвика и Гьюлика можно отнести к категории гибридных, синтетических идей, воспринимающих мысли различных учёных, исходя из современной обстановки. Следует отметить, что учёт нескольких факторов - более объективный принцип для построения теории любого уровня. Концепция, не имеющая места для теоретического манёвра, может превратиться, скорее, не в методику (каковых современное научное сообщество создаёт не так много), а в ограниченную догму.

Концепция стилей управления Д. Макгрегора исходит из двух идей. «Теория X» предполагает, что среднестатистический человек не любит работы, а значит, стремится её избегать. Но большинство предпочитает, чтобы ими руководили. Поэтому нужен авторитарный стиль руководства и угроза наказания.

«Теория Y» признаёт, что физические и умственные усилия на работе также естественны для человека, как отдых или развлечения. При демократическом стиле руководства индивид привлекается к управлению, проявляет самоконтроль и делает вклад в общее дело[22].

На деле существуют смешанные стили руководства. Выделять классические типы управления по Макгрегору теперь считается устаревшей практикой. Учёные признают, что технологии управления, тем более их конкретные менеджерские стили, намного разнообразней и сложней, чем считалось раньше. Иными словами, концепция Макгрегора некоторым образом устарела. Тем не менее, данная идея последовательно перемещается из одной научной работы в другую - и на это есть основание. Дело в том, что эта теоретическая разработка действительно интересна с точки зрения психологии управления. Однако учёта

только психологической стороны будет явно недостаточно в современном политическом управлении.

Психология управления стала отдельным направлением в политико-менеджерских концептах. К примеру, модель управления Р. Блейка и Дж. Моутона базируется на допущении, что идеального стиля руководства нет, а наилучшее политическое управление - артельное, приспосабливающееся к конкретной обстановке[23]. Наиболее эффективное достижение управленческой задачи выходит благодаря совместным усилиям, доверительным и уважительным отношениям.

При этом теория психологии контроля М. Фоллетт отмечает, что управленческий контроль часто ущемляет людей[24]. Поэтому предлагаются принципы, которыми должен руководствоваться администратор, обеспечивая координацию: 1) координация путем прямого контакта с лицами,

ответственными за работу; 2) координация на ранних стадиях; 3) координация как взаимосвязь всех факторов ситуации; 4) координация как непрерывный процесс. Другими словами, на концепт Фоллетт большое влияние оказал психологический подход. Однако нужно объективно учитывать, что психологический догматизм не сможет разрешить все противоречия в управленческой системе.

Также популярным направлением в политико-менеджерской мысли стало изучение неформальных групп. Так, модель неформальных групп Дж. Хоманса сосредоточена на заданиях, взаимодействии и установках в политическом управлении, в ходе которого может возникнуть эффект наполнения, или спиральный процесс, когда появляются неформальные лидеры[25]. Члены малого коллектива становятся более сплочёнными, живя по парадигме: «Ты не должен общаться с руководителем чаще других или больше, чем это объективно необходимо, если стремишься сохранить авторитет в группе».

Необходимо добавить, что модель Хоманса неплохо сочетается с современными концепциями, объясняющими сущность политической культуры той или иной страны.

Концепция «страха и любви» А. Этциони заимствует и развивает идеи Макиавелли, исходя из постулата, что управленческие отношения, основанные на любви, непостоянны и краткосрочны, если нет страха перед возмездием [26]. В то же время, управленческие отношения, основанные на страхе, более длительны, но они чреваты скрытым сопротивлением. Отсюда хороший руководитель вынужден жертвовать краткосрочными дружественными отношениями ради долговременного уважения, но быть осторожным, если не хочет, чтобы страх перешёл в ненависть.

Получается, что важнейшим сегментом теоретического концепта Этциони выступает идея разумного эгоизма. Однако такой подход не обязательно будет работать в управленческой системе любой страны.

Тогда как теория «незрелости» К. Арджириса видит причину в образовании неформальных групп в практике недоверия к людям и плохом управлении. Чёткая специализация в политико-управленческом процессе не оставляет места для полной самостоятельности, поэтому неформальная сеть является для людей отдушиной. Сплоченный коллектив всегда борется за каждого своего участника, ибо его воспитание, прививание групповых норм и ценностей далось огромным трудом.

Как и у Арджириса, большое значение проблеме неформальных групп уделяет теория стилей Р. Лайкерта. Учёный выдвигает конкретные модели политического управления [27] :

  • 1) руководитель не доверяет подчиненным и редко их подключает к принятию решений, основной стимул - угроза наказания и страх. Неформальная организация состоит в конфликте с формальной;
  • 2) управленец удостаивает подчиненных некоторым доверием, но как хозяин слуг, делегируя часть решений вниз. Вознаграждение действительное, а наказание - потенциальное. Есть небольшое противоборство неформальной системы с формальной;
  • 3) руководитель проявляет большое, но не окончательное доверие к

подчиненным, используя их ограниченное включение в принятие решении. Неформальная сеть может и не возникнуть;

4) начальник полностью доверяет подчинённым, мотивируя их лучшую работу через включение в принятие управленческих решений. Неформальная и формальная системы совпадают.

Подобные модели, конечно, не являются чем-то незыблемыми, однако они помогают исследователю сориентироваться в особенностях политикоменеджерского процесса.

Модель успешного руководителя Б. Басса основана на предпосылке, что, если управленец заинтересован лишь в успехе, то он делает акцент на формальной власти и жёстком контроле28. Вслед за Арджирисом и Лайкртом Басс рассуждает, что если руководитель стремится быть эффективным, то он акцентуируется на неформальной власти и общем контроле.

Таким образом, в зарубежной теории менеджмента особую популярность приобрели концепты неформальных групп. В России этой проблеме пока уделяется гораздо меньшее внимание. Зато большое значение в исследованиях по-прежнему играют психологические аспекты политического менеджмента. Поэтому нет ничего удивительного в том, что концепция убеждающего управленческого воздействия является одной из самых ярких в политическом менеджменте. Эта теория была заложена в трудах Н.А. Рыбникова и Б.Г. Ананьева по акмеологии (от. др.-греч. акме - вершина) - междисциплинарной отрасли о закономерностях и путях достижения максимального совершенства во всех видах индивидуальной деятельности человека. [28]

Согласно концепции, политический субъект управления (политик или государственный чиновник) должен осознавать, что он может опереться на долговременную поддержку объектов управления (подчинённых или избирателей) благодаря технологиям убеждения. Основной принцип - новая психологическая позиция управляемого должна отличаться от прежней. Это может быть осуществлено в результате алгоритма убеждающего воздействия, правильное следование которому позволяет управленцу достичь в процессе общения:

  • 1) Восприятия подчинённым убеждающего воздействия с формированием у него первичного образа сообщаемой ценности отдаваемого политикоуправленческого требования или распоряжения наряду с другими ценностями;
  • 2) Понимания подчинённым информации убеждающего воздействия,

предполагающего осмысление значения полученного политико

управленческого требования или распоряжения. Итогом такого понимания должно быть приобретение знания о распоряжении, содержащемся в убеждающем воздействии. Постепенно в сознании подчинённого это знание приобретает характер убеждения.

3) Принятия подчинённым содержания информации убеждающего воздействия, которое выступает как процесс включения ценности полученного от управленца распоряжения в структуру личностных ценностей.

В ходе этого процесса возникает феномен акцепции, когда объект управления принимает в собственную систему ценностей требования субъекта управления при соблюдениях следующих условий: 1. требование, распоряжение не противоречит уже существующим ценностям у подчинённого; 2. возникшая в результате новая ориентация позволяет лучше удовлетворить интересы и потребности объекта управления; 3. образование аттракции (притяжения, привлечения) между руководителем и подчинённым[29].

В ходе убеждающего управленческого воздействия политический менеджер должен освоить базовые техники культуры общения. Он должен обладать полноценным словарным запасом, правилами грамматики, руководствоваться профессиональной терминологией, уметь вставлять звуковые паузы, постичь звуковой строй языка, уместно применять идиоматику - приёмы речи, а также звуки назализации.

При управленческом общении надо употреблять простые, ясные и точные слова, грамотно формулируя свою мысль. Ни в коем случае нельзя переходить на крик, не допускать грубой, вульгарной и жаргонной речи - такие методы только испортят облик менеджера. Политическому управленцу нужно приучить себя всем своим видом показывать, что он внимательно слушает собеседника, даже если в этот момент думает о другом. Требуется избегать поспешных возражений и перебивания собеседника во время разговора.

Убеждающее управленческое воздействие требует от управленца предельной наблюдательности. В коллективной работе под редакцией В.И. Жукова, А.В. Карпова, Л.Г. Лаптева и О.Ф. Шаброва дан детальный анализ этого аспекта30.

Например, необходимо учитывать экспрессию взгляда подчинённого. Быстрые, короткие, повторяющиеся взгляды служат сигналом к установлению контакта. Но, стремление избежать взгляда - один из признаков затруднений и барьеров в общении. При этом полностью открытые глаза свидетельствуют о высокой восприимчивости чувств и выражают беспредельное доверие. Однако это могут использовать люди, стремящиеся создать впечатление наивного человека перед руководством. В то же время прикрытые глаза выражают равнодушие и покорность, инертность и даже тупость. На деле же это чаще признак утомления. Но не стоит забывать и скрытый смысл - чванство и высокомерие.

Вариант прямого взгляда означает интерес, уважение и сочувствие к собеседнику, взгляд, направленный вдаль, свидетельствует о задумчивости, сомнении и колебании. Тогда как взор, направленный «сквозь» собеседника означает подчеркнутое неуважение и возможную агрессивную реакцию. Уклоняющийся от прямого взора собеседник может означать неуверенность из-за сомнения, скромности либо чувство вины. Встречающийся твёрдый фиксированный взгляд характеризует устремлённость к цели, уверенность в себе.

Немало важен в работе управленца и учёт экспрессии мимики подчинённого. К примеру, гримасы протеста (уголки рта чуть приподняты, рот может быть чуть приоткрыт, часто сопровождается широко открытыми глазами) и удивления (рот открыт максимально) - в этот момент человек неспособен ни принимать волевые решения, ни выполнять распоряжения. Порой подчёркнуто закрытый рот свидетельствует о твёрдости и решительности, об отсутствии желания продолжать разговор. В то время как сжатый рот знак отказа, упорства и даже жестокости.

Политическому управленцу важно освоить и язык жестов. Например, защитная поза у подчинённого может выражаться в прямой осанке, жёсткой посадке, окрещёнными на груди руками. Распространённая поза раздумья и критической оценки сопровождается рукой у щеки или же наклоном головы набок. Следует примечать, что поглаживание переносицы, захватывание носа ладонями руки означает у подчинённого сверхсосредоточенность, затруднение в принятии решения. Поэтому такого человека нельзя торопить - будет только хуже.

Нужно фиксировать и позу потери интереса. В этом случае у подчинённого голова опускается, плечи сначала поднимаются, затем опускаются, а глаза начинают блуждать и останавливаются на направлении выхода. Пальцы рук, «соединенных в купол», означают позу самоконтроля. Тогда как авторитарность выражается в позе рук за спиной, задранном подбородке.

Подобные признаки поведения объекта политического управления, которые мы иногда не замечаем в силу их незначительности относительно более впечатляющих явлений, используются при политико-маркетинговых исследованиях и разработке политической рекламы.

Кроме убеждающего управленческого воздействия, в настоящее время особую популярность на практике приобретает концепция телекоммьютинга Дж. Найллса. Она руководствуется тем, что доставить работу к человеку легче, чем наоборот (через Интернет, телефон и т.п.). Политико-управленческий процесс, организованный посредством современных информационных коммуникаций снижает транспортные и материальные затраты.

Известны японские менеджерские теории. Принципы руководителя среднего звена по И. Каору гласят:

  • 1) качества сотрудника определяются не его постоянным физическим присутствием, а потребностями организации в быстроте его реакции, инициативе и сообразительности;
  • 2) эффективный руководитель - тот, кто способен управлять и вышестоящими по должности;
  • 3) наделение подчиненных правами стимулирует развитие их способностей, активизирует их творческие возможности;
  • 4) не стоит постоянно следить за реакцией вышестоящего руководителя;
  • 5) важна ответственность за достоверность информации;
  • 6) среднее звено отвечает за качество работы;
  • 7) функциональное управление зиждется на сотрудничестве с отделами;
  • 8) необходима ориентация на перспективу[30] .

Японская модель управления по X. Йосихара также обладает несколькими критериями:

  • 1) гарантия занятости и обстановка доверия;
  • 2) гласность и ценности организации;
  • 3) управление основывается на информации;
  • 4) управление ориентируется на качество;
  • 5) руководство постоянно присутствует на работе;
  • 6) поддержание чистоты и порядка[31].

Немаловажную нишу в политико-менеджерском теоретическом концепте достойно занимают так называемые маркетингвые концепции[32]. Причина в том, что современный политический менеджмент претерпевает глубинные трансформационные изменения, связанные, прежде всего, с процессами маркетизации сфер человеческой жизни. Это явление напрямую связано с проникновением рыночных принципов в политический сегмент[33].

Зарубежный специалист Д. Линдон определяет политический маркетинг в виде совокупности теорий и методов, которыми пользуются политические организации и публичная власть для формулирования своих целей и программ и одновременного воздействия на поведение граждан[34]. Новейшие политикомаркетинговые исследования, как правило, оперируют категориями политического капитала и политического рынка.

Активно развивают это направление и отечественные учёные. Так, российский элитолог, доктор социологических наук О.В. Крыштановская понимает под политическим капиталом политические ресурсы в аккумулированном и персонифицированном состоянии. Иными словами, политический капитал - это государственные должности, политический статус и связи, обеспечивающие благополучное материальное положение для субъекта политического управления. Кроме того, наличие политического капитала означает существование политического рынка[35].

Виднейший отечественный специалист в области политического маркетинга, доктор политических наук Е.Г. Морозова полагает, что политический рынок - это пространство, где происходит обмен голосов избирателей на предвыборные обещания кандидатов, лояльности и поддержки граждан - на проектируемые политиками и управленцами решения[36]. Если же расширить эту трактовку за рамки электоральных циклов, что мы получим, что политический рынок - это пространство, где происходит не только обмен голосов избирателей, лояльности граждан на предвыборные программы и предлагаемые решения политических управленцев, но и торг между самими субъектами политического управления по поводу владения сегментами государственной власти.

Исходя из этих политико-маркетинговых постулатов, можно предположить, что мировой политический рынок представляет собой сложную систему, включающую в себя несколько уровней. Во-первых, это локальный уровень политических рынков, складывающийся из национальных политических рынков суверенных государств (Европейский Союз, Содружество наций, Лига арабских государств, Содружество Независимых Государств и др.). Во-вторых, существуют национальные политические рынки отдельных стран, включающие региональные политические рынки (Австралия, Канада, Индия, Россия, США, Франция и др.). И, наконец, в-третьих, формируются региональные политические рынки населённых пунктов и регионов со своими отличительными особенностями (Лондон, Москва, Рим, Квебек, Техас и др.).

Оборот политического капитала на политических рынках связан с процессами появления слоя профессиональных политиков и явления политического предпринимательства[29].

Немецкий социолог М. Вебер ещё в своё время заметил феномен политического предпринимательства, отмечая, что профессиональный политик не имеет твёрдых политических пристрастий, совершенно беспринципен и интересуется лишь политической конъюнктурой и тем, что ему выгодно в политическом сегменте. Политический предприниматель продаёт своё искусство из-за сулящей благополучие выгоды.

Согласно политико-маркетинговым концепциям, в настоящее время сформировалось два основных политических актора - политический потребитель (граждане) и политический предприниматель (профессиональные политики и политические консультанты)[38].

Большую популярность в теоретическом осмыслении политического маркетинга получила вирджинская школа Общественного выбора (Public Choice). Её основателями были учёные Дж. Бьюкенен и Г. Таллок, решившие использовать методы экономической теории применимо к анализу политического рынка и политического капитала.

Базовые принципы концепции Бьюкенена и Таллока исходят из того, что основой мотивации является эгоистический интерес индивида, а

наикратчайшим путем удовлетворения эгоистического интереса является рациональное поведение. Теория Общественного выбора содержит несколько важных допущений:

  • 1) Мотивационное. Судьбоносные политические решения принимаются только на основе серьезного рационального осмысления вопросов публичной политики.
  • 2) Предпочтения. Политические потребители последовательно оценивают предлагаемые им политические альтернативы и политические услуги с целью ранжирования собственных предпочтений.
  • 3) Институционное. Политический рынок формируется лишь в условиях представительной демократии.
  • 4) Инструментальное. Политические потребители и предприниматели оценивают существующие политические институты инструментально - в виде рыночных механизмов для достижения выгоды.
  • 5) Информационное. Политический потребитель обладает полноценной информацией о товарах и услугах политических предпринимателей.

Другой специалист, американский политолог Э. Даунс, отталкиваясь от политико-рыночной парадигмы развития социума, выдвинул формулу рационального участия политического потребителя:

Я = рВ - С + О

В формуле Даунса параметр Я означает чистую прибыль гражданина от участия в выборах, значение р подразумевает небольшую возможность того, что голос избирателя окажет влияние на исход политической кампании. В - это общая польза, которая извлекается избирателем в ходе кампании, при этом параметр С предполагает общие затраты политического потребителя, связанные с его визитом на избирательный участок (материальные, транспортные и другие расходы). Тогда как О - это конкретная выгода, полученная гражданином во время прихода на избирательный участок. Отсюда можно сделать вывод, что если параметр С перевесит все остальные члены уравнения, то политический потребитель, скорее, воздержится от участия в избирательной кампании[29].

Формула Даунса функциональна не только во время электорального цикла, но и во время проведений всевозможных референдумов. К примеру, установлено, что рабочие на производстве голосуют с учётом того, как предложенная политическая программа влияет на уровень безработицы, а средний класс обращает внимание на фактор потенциальной угрозы инфляции.

Критика теории Общественного выбора и близких к ней политикомаркетинговых концепций основывается на том, что здесь не учитывается фактор идеологии, которая может сыграть существенную роль в политическом процессе. На фоне этой критики обрела популярность парадигма политической кооперации.

Наиболее известной из политико-кооперационных теорий является концепция коалиций У. Райкера. Она предполагает следующий постулат -политическую коалицию нужно строить из минимально необходимого для победы числа членов, так как расширение рядов уменьшает размер политической выгоды, приходящийся на каждого члена коалиции. Примером такой ситуации может служить тот случай, когда американский президент Л. Джонсон соединил в своём управленческом аппарате сторонников Дж. Кеннеди и собственных последователей из южных штатов, обделив политической прибылью последних.

В рамках парадигмы политической кооперации появилась концепция «фрирайдера» М. Олсона, которая предполагает, что рациональный политический потребитель не захочет предпринимать усилия и расходы для поддержания политической организации, созданной с целью достижения общего благополучия, в условиях, когда его собственный вклад в конечный результат будет незначителен, и когда он может воспользоваться будущими благами, не прилагая для этого никаких усилий. Иными словами, он будет

«зайцем», едущим за счёт других.

Теория политического торга Г. Таллока учитывает формальные и неформальные сделки, совершаемые между сторонами политического рынка (гражданами, политиками и государственными чиновниками) на разных уровнях политико-управленческой деятельности - электоральном, парламентском и правительственном.

Согласно точке зрения американского политолога Г. Маузера, политический маркетинг означает не только совокупность технологий, призванных приспособить политический продукт (идеологию, профессионального политика, политическую партию, коалицию, предвыборную программу, политическую рекламу и т.п.) к сложившимся моделям поведения людей, но и

предполагает убеждающую коммуникацию, имеющую цель изменить это их поведение41.

Маркетинговое исследование политического рынка состоит из следующих основных этапов:

  • 1) создание дескриптивной модели (описание политической проблемы, явления или процесса);
  • 2) создание экспликативной модели (объяснение причин возникновения политической проблемы, явления или процесса);
  • 3) сегментация политического рынка.

Для удобства построим программу примерного политико-маркетингового исследования, взяв в качестве анализируемой проблемы межнациональные конфликты (см. таблицу. 2).

Таблица 2. Построение политико-маркетинговой матрицы

Этап 1. Создание дескриптивной модели

Направление исследования

Параметры исследования

Сбор статистических данных о количестве националистических

группировок в стране

Выявляется основные влиятельные организации

Описание форм проявления

националистического поведения

Формы разделяются на

распространённые мероприятия и редкие акции

Выявление политической географии национализма

Локализуются территории,

населённые пункты, улицы

постоянных прецедентов

Описание обстоятельств проявления националистического поведения

Определяется зависимость акций от мероприятий других организаций, годовщин чего-либо или кого-либо, государственных праздников,

политических реформ

Выявление отношения людей к национализму

Обознается степень осуждения,

поддержки и снисхождения

различных групп общества к

националистам

Изучение институциональных

условий

Фиксируются законы, нормативные акты, регулирующие

межнациональные и миграционные

41 Матег С. РоНйса! Магкейг^. М.У., 1983.

отношения; определяются газетные источники, радио- и телепередачи, интернет-ресурсы, актуализирующие проблему национализма

Определение групп влияния

Выявляются внутренние и внешние политические акторы,

симпатизирующие национализму или заинтересованные в его разжигании; определяются политические и

общественные силы

антинационалистического характера; поиск «лидеров мнения»

представителей масс-медиа, шоу-бизнеса, научного сообщества;

политиков и т.п.

Этап II. Создание экспликативной модели

Направление исследования

Параметры исследования

Выявление бытовых причин

национализма

Выявляется бытовая оценка явления национализма у групп

государственных чиновников,

предпринимателей, врачей, учителей и т.п.

Определение взаимосвязи

национальных конфликтов с

межконфессиональной ксенофобией

Отбор «конфликтных зон»

памятников культурного и

религиозного значения,

поликонфессиональных территорий

Изучение социально-экономического контекста национальной вражды

Выявляются группы населения,

наиболее чувствующие свою

ущемлённость в национальном вопросе

Анализ корреляции политического популизма с ростом национализма

Контент-анализ националистических высказываний политиков, поиск групп интересов

Исследование системы стереотипов и политической мифологии

Принимаются во внимание анекдоты, народный фольклор, искусственно насаждаемые мифологемы

Этап III. Сегментация политического рынка

Направление исследования

Параметры исследования

Классификация националистов

Определяются активисты,

сочувствующие, пассивные

Классификация политических

акторов, поддерживающих или

противостоящих национализму

Локализуется взаимосвязь всех этих сил

Классификация «зон национализма»

Определяются урбанистические,

географические и др. факторы

Систематизация основных Все изученные причины подробно

глубинных причин национализма классифицируются; между ними

_устанавливается взаимосвязь_

Приводимая матрица является примерной моделью политико-

маркетингового исследования, но она отражает саму суть поэтапного анализа, разработанного Д. Линдоном[34].

После сегментации политического рынка и определения его наиболее перспективных сегментов адресных групп политико-маркетинговая

деятельность не заканчивается. Происходит адаптация политико-управленческого продукта (политической идеи, программы, проекта, профессионального политика, партии, организации и т.п.) к потребностям и запросам целевых групп.

Только на самом последнем этапе проводится комплексное воздействие политико-маркетинговых коммуникаций на поведение выявленных аудиторий с целью получить программируемый результат. При этом нужно понимать, что современный политический маркетинг бывает двух основных видов: электоральный и политико-административный. Первый имеет сезонный характер и применяется только во время избирательных кампаний, тогда как второй необходим постоянно для эффективного функционирования политического управления.

В настоящее время в политическом менеджменте становится популярной концепция политической консъюмеризации. Есть в основном, два научных подхода в этой концепции, исходящего из базового термина - политического консьюмеризма.

Первый подход поддерживает политолог из Стокгольмского университета М. Мичелетти, понимая под политическим консьюмеризмом потребительское поведение граждан, мотивированное политически[41]. В этом случае уместно привести в качестве примера реакцию граждан западных демократий, которые

могут осуждать деятельность правительства или конкретных политиков бойкотом каких-либо товаров или, наоборот, поддержать их, покупая продукцию.

Другой подход исследует российский политолог, доцент кафедры политического анализа факультета государственного управления МГУ им. М.В. Ломоносова С.Н. Пшизова[42]. Согласно этой трактовке, политический консьюмеризм - это политическое поведение граждан, мотивированное потребительски. В качестве примера следует упомянуть реакцию российских граждан, которые голосуют за политическую продукцию, сформированную политическими консультантами через масс-медиа. И, хотя сами граждане могут к этой продукции относиться весьма скептически, подданническая политическая культура некоторые постсоветских и схожих с ними стран формирует условия для так называемого приспособленческого электорального поведения.

Оба подхода не противоречат, а органично дополняют друг друга, учитывая специфику национальных политических культур различных стран.

Отдельную нишу в политическом менеджменте заняли теории, посвящённые принятию политических решений. Прежде всего, интереса заслуживает концепция принятия политического решения К. Паттона и Д. Савики включает в себя следующие элементы:

  • 1) выявление, определение и детализация политической проблемы;
  • 2) установка критериев оценки политических альтернатив;
  • 3) разработка альтернативных вариантов решения политической проблемы;
  • 4) оценка самих политических альтернатив;
  • 5) выбор наилучшей из политических альтернатив;
  • 6) оценка последствий принятого политического решения[43].

Имеется схожая теория принятия политического решения Г. Лассуэла. Она предполагает несколько этапов:

  • 1) постановка политической проблемы;
  • 2) поиск информации о политической проблеме;
  • 3) разработка рекомендаций для поиска альтернативных решений политической проблемы;
  • 4) отбор наилучшей политической альтернативы;
  • 5) предварительное убеждение в правильности политического решения тех, на кого оно направлено;
  • 6) оценка эффективности политического решения;
  • 7) обновление, пересмотр или отмена политического решения.

Тогда как теория принятия политического решения Д. Марча и Т. Саймона состоит всего лишь из четырёх стадий:

  • 1) постановка политической проблемы;
  • 2) поиск наиболее эффективных альтернативных политических решений;
  • 3) сравнительный анализ политических альтернатив;
  • 4) выбор оптимальной политической альтернативы в качестве плана действий.

Следует заметить, что неплохо учитывает прогнозные аспекты концепция принятия политического решения Д. Веймера и А. Вайнинга[44]:

  • 1 ) осознание политической проблемы;
  • 2) выбор и объяснение целей;
  • 3) выбор метода решения политической проблемы;
  • 4) выбор критериев оценки политических альтернатив;
  • 5) определение альтернативных вариантов решения политической проблемы;
  • 6) оценка политического решения (прогнозирование последствий реализации той или иной альтернативы, оценка по конкретным критериям;
  • 7) рекомендация относительно действий.

Представляется важным указать и концепцию оценки политических решений Р. Даля, американского политолога[45]. Он приводит несколько видов оценок, определяющих природу политических решений:

  • 1) выбор решения зависит от наличия политических курсов (при одном -это невозможно);
  • 2) специфика решения исходит из возможных последствий альтернативных курсов;
  • 3) при сомнении выбор решения зависит от предположения относительно возможности достижения определенных результатов;
  • 4) при проблемных ситуациях характер принимаемого решения зависит от психологической подготовки к риску, спекуляциям и фактора форс-мажора.

В современной теории политического менеджмента несомненной популярностью пользуются мерикотратические концепты, развиваемые А. Гротендиком, П. Камолником и другими зарубежными исследователями.

Американский социолог Д. Белл, развивая концепт меритократии, предположил, что лучший стиль управления должен основываться на конкретном кадровом принципе - руководящие посты нужно занимать наиболее способным людям, независимо от их финансового состояния, связей и социального происхождения. Белл считал, что в будущем меритократия способна заменить собой бюрократию, изменив всю суть общества[46]. У меритократии есть и критики - так, известный американский политический аналитик К. Хайес отмечает вырождение меритократической системы в самих США. Так или иначе, несмотря на критику, концепт меритократии до сих пор привлекает к себе внимание учёных всего мира. Довольно интересна меритократия и через призму объяснения технологий политического менеджмента.

Настоящим особняком в политико-менеджерской теории стоят партологические концепции. Приведём примеры лишь тех, которые наиболее интересны с точки зрения технологий партийного строительства.

К слову, концепция партийного поведения Л. Хиршмана поясняет, что покупатели на обычном рынке имеют гораздо больше возможностей для выбора товара и различных услуг, чем граждане на политическом рынке, которые слишком ограничены в своих возможностях спроса - смены политических партий. Хишман заметил, что граждане в этих неконкурентных условиях заинтересованы в эффективном использовании своего голоса внутри партийной организации. Отсюда, к примеру, возникает ответная реакция -серьёзное внимание членов экстремистских партий к политике и поведению своих лидеров, которым не прощают умеренность.

В то же время, концепция «политического делового цикла», отдельные элементы которой развивали как зарубежные учёные У. Нордхаус и Д. Макрэй, так и отечественный социальный философ А.А. Зиновьев, предполагает, что ради привлечения голосов электората политические партии выдвигают популистские лозунги. Однако, придя к власти, они от этих лозунгов часто отказываются.

Немного другого мнения придерживается Дж. Олдрич, который, наоборот, считает, что политики используют ресурсы партий, когда верят, что они улучшат перспективы достижения желательных результатов, и избегают партий, если такой уверенности нет.

Исследование К. Джанды и Р. Хармеля 95 партий в 28 демократических и квазидемократических государствах выявило тенденцию к сходству организационных партийных структур, действующих в одной и той же стране. При этом 44% различий в структурном строении объяснялось факторами среды (избирательная система, длительность демократического развития страны, отсутствие конкурирующих партий и т.п.), тогда как 35% различий в уровнях централизации партий объяснялись размерами страны, особенностями

федерализма, взаимоотношениями между законодательной и исполнительной властями.

Исследователь Г. Ляйбхольц выдвинул идею так называемого партийного государства, согласно которой партии, до сих пор бывшие свободными ассоциациями социума, с помощью их конституционализации переместились в ранг конституционных органов (к примеру, можно взять взаимоотношения бундестага и федерального правительства).

Особое видение на трансформацию партий предложили политологи Р.С. Кац и П. Мэйр, введя в политологическую терминологию понятие «картельных партий», характеризующихся взаимопроникновением государства и партии и тенденциями сговора между остальными партиями. Учёные пришли к выводу, что партии превращаются в «полугосударственные агентства».

Несмотря на уязвимость «картельной» концепции в плане эмпирической валидности, современные исследователи признают её рациональность, стараясь усилить доказательную базу концепции[47]. Гипотеза Мэйра и Каца довольно логично объясняет современные отличия партий на основе их близости к власти.

Гипотеза К. Лоусона и П. Меркла исходит из того, что партии постепенно в своём упадке заменяются движениями, ориентированными на так называемые группы интересов, добивающихся своих проектов.

Таким образом, зарубежная научная мысль достигла определённых успехов в политико-менеджерской теории. Рассмотрим теперь особенности отечественного опыта политико-управленческого теоретизирования.

Особое значение для теории политического менеджмента имеет концепция культурных установок А.К. Гастева, советского социолога и экономиста. Исследователь считал, что управленца сначала надо обучать не руководить

другими, а подчиняться самому[48]. Предлагал в ходе полугодового испытательного срока составлять «психологический паспорт» нового руководителя, который не приглашался извне, а воспитывался в коллективе. Учитывал культуру учёта времени, поведения, труда и рабочего места. Гастев, анализируя опыт Тэйлора, изучал явление рестрикционизма, означающего ловкости подчинённых, уходящих от полного выполнения задания. В.И. Ленин поддерживал начинания учёного и добился финансирования Центрального Института Труда.

Другими словами, Гастев, как и западные авторы менеджерских теорий, активно затрагивал психологический подход в своих исследованиях.

Теория тектологии А.А. Богданова, советского философа и экономиста, видит главным фактором политического управления принцип его построения. Теоретик сформулировал «закон наименьших», согласно которому прочность управления определяется наиболее слабым его элементом[49]. Закон лёг в основу практиковавшегося планирования.

Модель управления А.Ф. Журавского подразумевает, что цель организации труда состоит в распределении работников таким образом, чтобы усилия одного были согласованы с усилиями всех[50]. Советский исследователь был убеждён, что достаточно высокая и научно установленная норма стимулирует работника к повышению производительности труда.

Большое значение Журавский уделял проблемам профотбора и психотехники, структуры управления, биомеханики человека как рабочей силы, классификации типов рабочих в зависимости от их психофизиологических качеств, гигиены труда, организации и культуры быта. Таким образом, идеи

Журавского, как и Гастева, можно отнести к так называемому психологическому подходу в политико-менеджерском теоретизировании.

«Конструктивистская» концепция Н.Л. Витке, крупнейшего советского представителя теории научной организации труда, опирается на парадигму социальной инженерии, согласно которой управление должно перейти к социальным техникам, работающим методом научного анализа, наблюдения и эксперимента. Витке, анализируя наследие Файоля, полагал под эффективным управлением облегчение работы и улучшение условий труда.

Учёный предлагал создавать социально-технические проекты с составлением карт организации рабочего места, хроно-карт рабочего и внерабочего времени, оперограмм процесса управления. Как видно, советские учёные не отставали от западной менеджерской науке и активно перерабатывали старые идеи, приспосабливая под анализ социалистического управления.

Довольно футуристическая концепция «индустриальной утопии» О.А. Ерманского предполагала, что развитие прогресса приведёт к тому, что в будущем все люди станут руководителями, так как работников заменят машины[51]. Поэтому советский исследователь призывал к увеличению управленческого аппарата и превращению бюрократии в господствующую силу общества. Между тем, исследователь опирался лишь на слишком абстрактные теоретические и эмпирические данные. Идеи Ерманского были подвержены критике и не стали распространёнными в советской управленческой науке.

Теория «распоряжений» Ф.Р. Дунаевского, виднейшего представителя советской Харьковской школы управления, исходила из предположения, что причины возможного неисполнения надо учитывать до того, как отдано само распоряжение[52].

Дунаевский отмечал, что мелочный контроль, как и слишком детализированное распоряжение вредят исполнительской дисциплине. Он обнаружил, что практика санкций авторитарного стиля имеет «эффект бумеранга», влияя на субъект политического управления, ложно приучая его к излишне простым способам решения проблем. Но, если обеспеченность исполнения гарантирована не личными качествами руководителя, а налаженной организацией системы управления, то искусство администрирования превращается в точную науку. Политико-управленческая мысль Дунаевского интересна и для сегодняшних российских исследователей.

Кроме теорий политических решений Г. Лассуэла, Р. Даля, К. Паттона и Д. Савики, Д. Марча и Т. Саймона, Д. Веймера и А. Вайнинга существуют неплохие отечественные разработки в аналогичном сегменте политического менеджмента.

Для примера - в российской политологии известна концепция принятия политического решения К.В. Симонова, насчитывающая целых 11 этапов:

  • 1) обнаружение и определение политической проблемы;
  • 2) сбор информации, относящейся к политической проблеме;
  • 3) составление плана принятия политического решения (выбор метода анализа ситуации, относящейся к проблеме, политический прогноз, определение исполнителей каждого из этапов, информационных, временных, финансовых, организационных и прочих ресурсных ограничений);
  • 4) анализ политической ситуации, относящейся к проблеме;
  • 5) определение того, как будут развиваться политические события при сохранении существующих тенденций и без активно вмешательства;
  • 6) формирование альтернативных вариантов решения политической проблемы;
  • 7) прогноз относительно политических последствий, к которым приведет реализация той или иной альтернативы;
  • 8) выбор наилучшего варианта политического решения;
  • 9) исполнение политического решения;
  • 10) анализ реакции на политическое решение - реализация принципа обратной связи с гражданами;
  • 11) коррекция политического решения[53].

Предложенная Симоновым модель политических решений довольно подробна. Вместе с тем, создавать большие алгоритмы по принятию управленческого решения нецелесообразно. Вспомним, что ещё советский исследователь Ф.Р. Дунаевский предупреждал об опасности излишне детализированного распоряжения. Нужно помнить, что чрезмерное количество этапов принятия решения может привести к дополнительной перестраховке. Это, в свою очередь, поспособствует к детализации распоряжения, излишней регламентированности, что уничтожит всякую инициативность, приведут к тому, что управленческая цель просто не будет достигнута. Поэтому детальный алгоритм принятия политического решения Симонова будет наиболее эффективным только в опытном, сплочённом и профессиональном коллективе.

Концепция принятия политического региения В.Т. Данченко руководствуется этапами, схожими с подходом К.В. Симонова:

  • 1) накопление исходных данных о проблемной политической ситуации в обществе;
  • 2) анализ исходных и всех дополнительных данных;
  • 3) принятие политического решения;
  • 4) реализация политического решения.

Между тем, Данченко считает, что этого недостаточно, отмечая важность самого алгоритма принятия политического решения, который должен учитывать менеджер:

  • 1) уточнение объекта политического решения (кто заинтересован в нём, а кто против);
  • 2) неудовлетворённые интересы (чего желают субъекты и объекты политического управления);
  • 3) конкретные недостатки (что конкретно стоит изменить, чтобы удовлетворить интересы недовольных; выявление «слабого звена» политической системы, препятствующего такому удовлетворению);
  • 4) конечная цель принимаемого политического решения (позиционирование

по времени: долго-, средне-, краткосрочное решение; выявление

стратегического, тактического или оперативного уровня);

  • 5) средства реализации цели (выбор парадигм: «цель оправдывает средства» или «цель, достигаемая неправедными средствами, не есть праведная цель»);
  • 6) основная решаемая проблема (природа противоречия и потенциал его разрешения);
  • 7) выбор альтернатив (кому будет выгодна конкретная альтернатива; социальная и этическая ответственность менеджера);
  • 8) оформление политического решения (учёт «дерева целей» -продуктивная ветвь медленная, затратная, но самая эффективная, оптимальная ветвь обеспечивает результат временно, при возможных компромиссах, тупиковая ветвь - движение к цели становится результатом ошибок, совершённых на предыдущих этапах принятия политического решения).

Среди наиболее ярких отечественных партологических разработок можно отметить концепцию партийного строительства Е. Малкина и Е. Сучкова[54]. Они выделяют управление партийными функционерами, управление партийными активистами и работу с партийными сторонниками.

Подводя итоги, следует сказать, что пять управленческих революций способствовали расцвету зарубежной и отечественной политико-менеджерской мысли, нацеливая политику на эффективность.

В сегменте зарубежной политико-менеджерской мысли можно выделить несколько направлений. Это, во-первых, концепции, развивавшиеся на базе тейлоризма. Во-вторых, существует ряд теорий, появившихся под влиянием идей А. Файоля. В-третьих, фиксируются теоретические модели синтетического характера (например, идеи Л. Урвика и Л. Гьюлика). В-

четвёртых, в современной западной менеджерской теории популярен психологический подход (разработки У. Джемса - К. Ланга, Дж. Муни и А. Рейли, А. Маслоу, М. Фоллетт, А. Этцони. Концепция убеждающего управленческого воздействия и др.). В-пятых, довольно распространены теоретические схемы, посвящённые рассмотрению проблемы неформальных групп (К. Арджирис, Р. Лайкртом, Б. Басс).

Наконец, растёт интерес к политико-маркетинговым теориям. Не теряют своей актуальности теории принятия политических решений (Д. Веймера и А. Вайнинга, Д. Марча и Т. Саймона и др.). Довольно распространены и теории, касающиеся политических партий.

В отечественной - советской и современной российской политикоменеджерской мысли также можно выделить несколько направлений. В первую очередь, это психологический подход (А.К. Гастев, А.Ф. Журавский). Большое влияние на советских теоретиков управления оказывал марксизм. У современных российских исследователей определённым вниманием пользуются политико-маркетинговые концепции (Е.Г. Морозова, Нежданов Д.В., Ильясов Ф.Н.). Особняком стоят концепты принятия политических решений (К.В. Симонов, В.Т. Данченко). Между тем, до сих пор сохраняется ситуация с минимальным репертуаром отечественных партологических разработок.

В отечественной политико-менеджерской мысли пока сохраняется копирование западных научных моделей. Отсюда собственного уникального разнообразия теорий политического управления почти не наблюдается.

  • [1] Мангейм Дж.Б., Рич Р.К. Политология: Методы исследования. М.: Весь Мир, 1997; Routledge Handbook of Political Management. /Ed. by Dennis W. Johnson. N.Y.: The George Washington University, 2009.
  • [2] Пушкарёва Г.В. Политический менеджмент. М.: Дело, 2002; Федорченко С.Н. Современные технологии политического менеджмента. М.: МГОУ, 2012.
  • [3] Зазнаев О.И. Что такое сравнительная политология? //Наука, технологии и коммуникации в современном обществе: материалы респ. научно-практ. конф. с международным участием. Набережные Челны: Лаб. операт. полиграфии, 2010. Т. 1.
  • [4] Симонов КВ. Политический анализ. М.: Логос, 2002.
  • [5] ю
  • [6] Кравченко А.И. История менеджмента. М.: Академический Проект, 2002. 12
  • [7] Taylor F. Early Century Management Consultant //The Wall Street Journal. June 13, 1997. Retrieved May 4, 2008.
  • [8] Эмерсон Г. Двенадцать принципов производительности. М.: Экономика, 1992.
  • [9] Кравченко А.И. История менеджмента. М.: Академический Проект, 2002. 15
  • [10] Swedberg R., Agevall О. The Max Weber dictionary: key words and central concepts. Stanford University Press, 2005. Retrieved 23 March 2011. PP. 18-21.
  • [11] Weber M. Economy and society. An outline of interpretive sociology. Univ. of California press, 1978. Vol. 1.
  • [12] Политический менеджмент. /Под ред. В.И. Жукова, А.В. Карпова, Л.Г. Лаптева и О.Ф. Шаброва. М.: Изд. Инст. психиатр., 2004. 18
  • [13] Кравченко А.И. История менеджмента. М.: Академический Проект, 2002.
  • [14] Santucci A. Antonio Gramsci. Monthly Review Press, 2010. 19
  • [15] Gramsci A. Quaderni del carcere. A cura di V. Gerratana. Torino, 1975.
  • [16] Raven J. The McClelland/McBer Competency Models. Chapter 15 in J. Raven & J. Stephenson (Eds.), Competence in the Learning Society. NewYork: Peter Lang, 2001.
  • [17] Vroom V.H. and MacCrimmon K.R. Toward a Stochastic Model of Managerial Careers //Administrative Science Quarterly. Jun., 1968. Vol. 13.P.1. 20
  • [18] Atkinson J.W. Towards experimental analysis of human motivation in terms of motives, expectancies and, incentives. New York, 1958.
  • [19] Hoffman Е. Abraham Maslow: a biographer's reflections //Journal of Humanistic Psychology, 2008. 48 (4).
  • [20] Херцберг Ф., Моснер Б., Блох Снидерман Б. Мотивация к работе. М.: Вершина, 2007.
  • [21] Urwick L. The golden book of management. London, 1956.
  • [22] Mc. Gregor P. The human side of enterprise. N.Y.: 1960. 24
  • [23] Блейк Р.Р., Моутон Д.С. Научные методы управления. Киев, 1990.
  • [24] Montana P.J., & Charnov В.Н. Management. New York: Barron’s, 2008. P. 18.
  • [25] Федорченко C.H. Современные технологии политического менеджмента. М.: МГОУ, 2012.
  • [26] Etzioni A. Political Unification Revisited: On Building Supernational Communities. Lexington Books, 2001.
  • [27] Hall J.W. A Comparison of Halpin and Croft's Organizational Climates and Likert and Likert's Organizational Systems //Administrative Science Quarterly, 1972.17(4). 26
  • [28] 28 Bass В.М. Leadership, psychology and organizational behavior. N.Y., 1960.
  • [29] Федорченко С.Н. Современные технологии политического менеджмента. М.: МГОУ, 2012.
  • [30] 31 Каору И. Как работают японские предприятия. М.: Экономика, 1989.
  • [31] Йосихара X Японские методы управления //Бухгалтерская наука, 2008. №9.
  • [32] Lees-Marshment J. The Political Marketing Revolution. Manchester: Manchester University Press, 2004.
  • [33] Mauser G. Political Marketing. N.Y., 1983.
  • [34] Lindon D. Marketing politiqueet social. Paris, 1976.
  • [35] рынок: проблема агрегирования предпочтений акторов при принятии решений //Вестник ВГУ. Серия «История. Политология. Социология», 2010. №2.
  • [36] Морозова Е.Г. Политический рынок и политический маркетинг: концепции, модели, технологии. М.: Российская политическая энциклопедия, 1999.
  • [37] Федорченко С.Н. Современные технологии политического менеджмента. М.: МГОУ, 2012.
  • [38] Ильясов Ф.Н. Политический маркетинг. Искусство и наука побеждать на выборах. М.: ИМА-пресс, 2000; Ковлер А.И. Основы политического маркетинга. М., 1993; Нежданов Д.В. Политический маркетинг: вчера, сегодня, завтра. СПб.: Питер, 2004; Пшизова С.Н. Демократия и политический рынок в сравнительной перспективе //Полис, 2000. №2 (Часть I); №3 (Часть II).
  • [39] Федорченко С.Н. Современные технологии политического менеджмента. М.: МГОУ, 2012.
  • [40] Lindon D. Marketing politiqueet social. Paris, 1976.
  • [41] Micheletti M. Political Virtue and Shopping. Individuals, Consumerism, and Collective Action. N.Y.: Palgrave Macmillan, 2003.
  • [42] Пшизова С.Н. От «гражданского общества» к «сообществу потребителей»: политический консьюмеризм в сравнительной перспективе //Полис, 2009. №1 (Часть I); №2 (Часть II).
  • [43] Симонов К.В. Политический анализ. М.: Логос, 2002. 40
  • [44] Weimer D., Vining A. Policy Analysis: Concepts and Practice, Englewood Cliffs. N.J.: Prentice Hall, 1999.
  • [45] Dahl R. Modern Political Analysis. Englewood Cliffs. N.J.: Prentice Hall, 1999.
  • [46] Bell D. The Coming of Post-Industrial Society. New York: Harper Colophon Books, 1974.
  • [47] Katz R., Mair P. Cadre, Catch-All or Cartel? A Rejoinder //Party Politics, 1996. Vol. 2. №4.
  • [48] Гастев А.К. Восстание культуры. Харьков, 1923; Гастев А.К. Трудовые установки. М, 1973.
  • [49] Богданов АА. Тектология - Всеобщая организационная наука. Берлин-Санкт-Петербург 1922, 2-е изд. В 2-х книгах. М.: «Экономика», 1989; Dudley Р. Bogdanov’s Tektology (1st Engl, transl.). Centre for Systems Studies, Univ. of Hull UK, 1996.
  • [50] Журавский А. Ф. Научная организация труда. М.-Л. 1926. 45
  • [51] Ерманский О.А. О критерии рациональности (в порядке обсуждения) //За рационализацию, 1928. №2.
  • [52] Дунаевский Ф.Р. Об индустриализации в управленческой работе //Производство, труд, управление, 1925. № 4(6).
  • [53] Симонов К.В. Политический анализ. М.: Логос, 2002. 48
  • [54] Малкин Е., Сучков Е. Политические технологии. М.: Русская панорама, 2006. 49
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >