Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Политология arrow Мировое комплексное регионоведение: Введение в специальность

Мировой тренд регионализации. Основной понятийный аппарат

4.1. Теоретико-прикладные аспекты регионализации / 4.2. «Многослойность» пространства / 4,3. Макрорегионализация и практика мирополитического взаимодействия / 4.4. Сегментирование мирового пространства / 4.5. Понятийный аппарат

Ключевые слова: системный подход, региональный уровень, логика системного биполярного противостояния, новое качество региональных процессов, пространственное измерение международных отношений, «плоский» мир, структурное неравенство, дифференциация пространства, категория пространства-времени, глобализация, регионализация, регионализм, политический регионализм, типы регионов, международно-политический регион, историко-культурный регион, культурно-религиозный регион, региональная подсистема, региональный комплекс, региональный комплекс безопасности, региональный порядок, великая держава, региональная держава, теневая интеграция.

Теоретико-прикладные аспекты регионализации

Из всего многообразия теоретических подходов к исследованиям международных отношений одним из наиболее продуктивных «макроподходов» при анализе региональных измерений является системный подход, который благодаря своей комплексности дает возможность на основе теории научно выделять региональный уровень и региональные подсистемы (собственно «региональные подсистемы» и «региональные комплексы») в качестве самостоятельных аналитических объектов исследования. Кроме того, даннй подход позволяет решать наряду с теоретическими и вполне практические, прикладные задачи: вычленять и сравнивать ключевые макрорегионы мира и уже на региональном уровне анализировать, как модифицируются общие (глобальные) закономерности применительно к макрорегиональным и региональным географическим / историческим / историко-культурным / цивилизационным обра-

зованиям, региональным организациям разного типа, собственно странам, трансграничным регионам, а также применительно к внутристрановым регионам. Благодаря вычленению регионального уровня анализа в качестве теоретической и практической проблемы, одновременно можно более адекватно и корректно подойти к страновой специфике, поскольку это ставит ее в контекст региональных (т.е. модифицированных применительно к конкретной группе связанных определенными общими основаниями объектов) закономерностей, а не интуитивных неформализованных историософских умозаключений страноведческого характера.

Вопросы о региональных и субрегиональных подсистемах, связанные с новейшими трендами современных международных отношений — глобализацией, регионализацией и фрагментацией, как и само понятие региона, и в связи с этим конкретное региональное членение мира являются предметом дискуссий. Однако результаты этой дискуссии имеют вполне прикладное значение — проблематика регионального уровня непосредственно связана с практикой международных отношений и дипломатии.

В биполярном мире при взаимодействии двух центров и двух типов периферий подчиненный характер проблематики региональных и субрегиональных подсистем не вызывал сомнений, поскольку объяснялся логикой системного биполярного противостояния. После распада биполярной структуры отношений ситуация усложнилась и появилось много вопросов, на которые пока нет однозначного ответа. Если биполярная система исчезла, а ей на смену пришел полицентричный мир, то корректно ли утверждать, что мир распался на относительно компактные территориальноэкономические регионы и субрегионы, «соответствующие» тому или иному центру международной системы, т.е. географически, экономически, культурно-исторически «привязанные» к нему, а значит, нет и не будет общих / глобальных закономерностей, а есть только сочетание мегарегионального и субрегионального уровней взаимодействия? Если это не так, то, может быть, следует говорить о принципиально новом качестве влияния региональных процессов на глобальный уровень отношений и необходимости совершенствования глобального управления вызванной новой реальностью? Возникают в связи с этим и более конкретные вопросы. Как методологически корректно определить границы между регионом (и региональной подсистемой) и субрегионами (субрегиональными подсистемами)? Совпадают ли границы макрорегионов и региональных подсистем? Каково соотношение между глобализацией и регионализацией?

Системный подход в сочетании с другими подходами в принципе дает исследователю богатый теоретический и методологический инструментарий для поиска адекватных ответов на поставленные вопросы. Этот подход становится достоянием науки о международных отношениях с середины 1950-х гг. Очевидно также, что многие из положений теории международных отношений, которые принадлежат системному подходу, разрабатывались и раньше. Однако особенно широкое распространение системные идеи получили после выхода работ классиков политической науки Т. Парсонса и Д. Истона, в которых политическая система рассматривалась в виде определенной совокупности отношений, находящейся в непрерывном взаимодействии со своей внешней средой через механизмы «входов» и «выходов» в соответствии с базовыми идеями кибернетики. Одновременно исследователи определили, что международные отношения имеют свою специфику: прежде всего по своему характеру они являются социальными отношениями, следовательно, международные системы и подсистемы — это тип социальных систем. Это означает, что они должны рассматриваться как сложные адаптирующиеся системы, анализ которых невозможен по аналогии с анализом моделей механических систем. Эти системы, как правило, принадлежат к типу открытых и слабоорганизованных, т.е. в таких системах сложно провести четкую границу, соответственно и подвергнуть анализу систему в отрыве от среды, и наоборот. Пространственные границы таких систем имеют условный характер, т.е. подсистемы пусть и отличаются характером своих отношений со средой, однако не только существуют в реальности, но и имеют некоторые пространственные границы, хотя часто эти границы меняются, налагаются одна на другую. Это в той или иной степени верно для всех региональных международных (под)систем. Они представляют собой не просто некоторые аналитические объекты, но конкретные, в реальности очень сложные, комплексные связи между существующими социальными общностями, взаимодействие которых имеет определенные черты системно-пространственной организации.

Еще одна особенность международной системы отношений и составляющих ее региональных подсистем связана с тем, что их основные элементы представлены социальными общностями (включая индивидов), т.е. они являются социальными системами особого типа со слабой степенью интеграции элементов в целостность и со значительной автономией элементов.

Третья особенность заключается в том, что международные отношения являются по преимуществу политическими отношениями, главное звено которых — межгосударственные отношения. Другими словами, даже при увеличении количества акторов отношения между ними и государством в основном продолжают носить политический характер, а по степени влияния на стратегические вопросы государство все еще остается вне конкуренции по сравнению с другими акторами. Вопрос о трансформации суверенитета и о свян-ном с этим переносом акцента в международных отношениях с реалистических подходов (геа1ро1Шк) только начал обсуждаться в рамках интеллектуальных дискуссий, а кооперативистские подходы в мире в целом по-прежнему не стали превалирующими.

В 1990-е гг. теоретики международных отношений в полный голос заговорили о настоятельной необходимости разграничить общие и частные проблемы систем международных отношений и выделить региональный уровень международных отношений как самостоятельный уровень анализа. Вызвано это было нарастанием тенденций глобализации, с одной стороны, и регионализации и фрагментации — с другой. В связи с этим теоретики международных отношений заговорили о том, что ряд международных взаимодействий, помимо взаимодействий глобального уровня, обладает определенной автономией, нуждающейся в объяснении и концептуализации. Они обратили внимание на то, что существуют частные закономерности, связанные с определенной спецификой (прежде всего географической, территориально-экономической, цивилизационной, культурной, этнопсихологической, этноконфессиональной) функционирования частей международной системы — подсистем международных отношений. Эти более узкие (частные) закономерности описывают функционирование региональных и субрегиональных подсистем, т.е. совокупности специфических международных взаимодействий, в основе которых лежит общая географическая, экономическая, культурно-цивилизационная, политическая (пространственная — в широком смысле) принадлежность. Причем тенденции последних десятилетий позволяют утверждать следующее.

  • 1. В настоящее время складывается принципиально новое качество влияния региональных процессов на глобальный уровень международных отношений.
  • 2. Глобальная повестка дня переформатируется и актуализируется по-разному в разных региональных подсистемах.
  • 3. Региональные процессы (региональное понимание мировых процессов) могут выдаваться за глобальные или альтернативные глобальным', региональные процессы могут оказывать влияние или переформатировать глобальные.
  • 4. Иерархия глобальных проблем и угроз разная в различных региональных подсистемах.
  • 5. Различные элементы региональной подсистемы или разные комбинации акторов регионального уровня по-разному влияют на глобальный уровень: они могут поддерживать и усиливать глобальный порядок, способствовать его радикальному слому и ниспровержению или эволюционной трансформации в новый порядок.
  • 6. Относительное обособление регионального уровня международных отношений (регионализация) позволяет ставить вопрос о корректировке существующих теоретических подходов к международным отношениям, «достройке» общей теории с учетом регионального уровня или (более радикальное предложение) построении «незападной» (корректнее, незападноцентричной) теории международных отношений в соответствии со спецификой крупнейших сегментов макрорегионального уровня (макрорегиональных ком-плесов).
  • 7. Относительное обособление регионального уровня международных отношений (регионализация) «реабилитирует» категорию пространства в международном политико-экономическом анализе и приводит к образованию субдисциплинарных полей «на стыках» международных отношений/мировой политики и политологии (мировое/зарубежное сравнительное/комплексное регионоведе-ние, сравнительный макрорегиональный политический ана-лиз/кросс-региональный политический анализ, региональная политология, политическая регионалистика, политическая география, геополитика), в которых категория пространства становится центральной или играет стержневую роль.
  • 8. Последние десятилетия происходит трансформация глобальной системы международных отношений, в которой существенное, если не определяющее, влияние играют процессы перераспределения регионального влияния и региональной мощи, новые конфигурации макрорегиональных союзов и блоков, которые в конечном счете определят конфигурацию новых региональных порядков второй четверти XXI в.
  • 9. Сегодняшние дебаты по вопросам идейно-философских основ современного мирового порядка напрямую связаны с проблематикой регионального уровня: подъем новых мировых держав незападного мира; подъем Азии; дискуссии о роли Запада и месте Востока, «реинтерпретации» основ западной цивилизации, последствиях перераспределения влияния между регионами мира, сущностном содержании проектов незападного мирового порядка или незападной (незападноцентричной) теории объяснения существующего порядка, путей его эволюционного развития, роли исламского, китайского факторов в мировой политике, роли стран БРИКС и т.д.
  • 10. Неверный или неадекватный анализ мировых глобальных и региональных тенденций и проектов, приблизительное понимание алгоритма отношений на глобальном и региональном уровнях, их взаимовлияния, неумение адекватно концептуализировать настроенную в соответствии с глобальными закономерностями, но удачно адаптированную к региональной специфике конкурентную региональную модель модернизации и развития увеличивает цену внешнеполитической ошибки, ускоряет отставание стран и регионов, приводит к фрагментации части мирового пространства и образованию «неудавшихся», «неуспевающих», стагнирующих или автаркических государств и депрессивных регионов, причем выход из этого состояния через стратегию догоняющего развития становится все более затруднительным.
 
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   След >
 
Популярные страницы