Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow История arrow Государство и общественные объединения России в XX

ОБЩЕСТВЕННЫЕ ОБЪЕДИНЕНИЯ В ПЕРИОД ПЕРЕСТРОЙКИ

С середины 1980-х гг. начинается глубокая трансформация системы общественного и экономического устройства страны, получившая название «перестройка». В наибольшей степени она коснулась политической системы СССР, а не экономики. Кардинальные изменения происходят в этот период именно в общественном секторе. Новый этап характеризовался мощным подъемом социальной активности и самодеятельности населения. По масштабу и многообразию форм он сопоставим лишь с послереволюционным периодом. Только в системе Министерства культуры СССР число самодеятельных объединений, клубов и обществ превысило в 1988 г. 100 тысяч[1]. Перестройка стала для многих неформальных объединений временем легализации, возможностью открыто реализовывать свои цели (досуговые, творческие, социально-ориентированные), опираясь при этом на поддержку государства (клубы самодеятельной песни, клубы любителей фантастики, коммунарские объединения и т.п.)[2].

Значительно возросла «митинговая» общественно-политическая активность населения. Поданным МВД СССР, за 10 месяцев 1989 г. было проведено около 3600 митингов, демонстраций, манифестаций и других массовых выступлений граждан. В целом в них участвовало около 10 млн человек. Только в Москве, по данным Моссовета, за 1989 г. прошло около 600 митингов[3]. Другая особенность периода состояла в том, что данный процесс развернулся «снизу» по инициативе заинтересованных граждан. Одновременно в условиях либерализации политической системы происходит разгосударствление старых советских общественных формирований, освобождение их от диктата партийных и государственных органов, от несвойственных им функций.

Разворачиванию этого процесса способствовали изменения в правовом положении общественных организаций. Напомним, что советское законодательство устанавливало руководство общественными организациями со стороны государства. Надзор и контроль за их деятельностью в послевоенный период осуществляли Совет Министров СССР, Советы министров союзных и автономных республик, ведомства, исполкомы местных советов. Правовой регламентацией охватывались почти все стороны их функционирования. Государственные органы решали вопросы целесообразности создания тех или иных обществ, имели право контролировать их работу, заслушивать отчеты, давать обязательные для исполнения указания, регулировать состав руководящих органов, досрочно распускать выборные органы и принимать другие меры, вплоть до ликвидации. Такой порядок взаимоотношений государства с общественными организациями, нормативно закрепленный еще в 1930-е годы, сохранялся вплоть до конца 1980-х годов[4].

На начальном этапе перестройки становление «третьего сектора» происходило на прежней правовой основе, которая отличалась отсутствием закона об общественных организациях, обилием подзаконных актов, в том числе ведомственных распоряжений и инструкций, которые регулировали вопросы создания и функционирования общественных структур. В конце 1980-х годов предпринимаются первые шаги, направленные на ослабление государственного воздействия на общественные институты и расширение их самостоятельности. 9 марта 1988 г. Постановлением Совета Министров СССР был отменен порядок, согласно которому для проведения съезда общественной организации требовалось разрешение Правительства СССР или союзной республики. Общественные организации получили возможность свободно созывать свои съезды, а также право свободных международных контактов, включая вступление в международные объединения[5]. Это оказало существенное влияние на активизацию общественной жизни, развитие гражданской дипломатии и неформальных контактов с зарубежной общественностью.

По-новому выстраиваются взаимоотношения с государственными органами. Закон СССР «О выборах народных депутатов в СССР», принятый 1 декабря 1988 г., предоставил общественным организациям одну треть мест (750 мандатов) в новом высшем органе государственной власти — на Съезде народных депутатов СССР, который начал работу в мае 1989 г. С середины 1989 г. начались послабления в процедуре регистрации некоммерческих организаций. Весной 1990 г. III съезд народных депутатов СССР внес изменения в статьях 6 и 7 Конституции СССР (1977), отменив положение о руководящей роли КПСС в жизни советского общества. В новой редакции Конституции был закреплен политический плюрализм, все общественные организации, в том числе политические партии, получили возможность наравне с КПСС участвовать в политической жизни общества и государственных органах. Предпринятые меры способствовали раскрепощению творческих возможностей граждан по организации своей жизни.

Важнейший шаг по пути создания правовой основы функционирования общественных формирований был сделан 9 октября 1990 г., когда впервые в советской истории был принят Закон «Об общественных объединениях», который регламентировал отношения в сфере социальной активности граждан[6]. Он ввел новое понятие — «общественное объединение». К общественным объединениям были отнесены: политические партии, массовые движения, профсоюзы, женские, ветеранские организации, организации инвалидов, молодежные, детские и иные добровольные общества. Впервые в советском законодательстве обрели правовой статус такие виды общественных объединений, как политические партии и массовые движения. Все политические партии признавались равными перед законом, их деятельность должна была осуществляться в нерабочее время и за счет собственных средств. К общественным объединениям не были отнесены кооперативные и иные организации, преследующие коммерческие цели; религиозные организации; органы территориального общественного самоуправления (советы микрорайонов, домовые, уличные, поселковые и т.п. комитеты), а также органы общественной самодеятельности.

Закон 1990 г. заменил разрешительный порядок создания общественных объединений на регистрационный. Он предусматривал необходимость регистрации их уставов, которая возлагалась на Министерство юстиции СССР для общесоюзных и межреспубликанских объединений. Союзные республики должны были сами определить свои регистрирующие органы. Таковыми стали соответствующие министерства и управления (отделы) юстиции союзных и автономных республик. С принятием закона утратил силу прежний порядок учреждения и ликвидации всесоюзных обществ и союзов, действовавший с 1930 г.[7] Закон развил право граждан на объединение, декларированное советской Конституцией, и предоставил гражданам свободу в выборе вида деятельности и социальной активности.

10 декабря 1990 г. был принят первый в истории страны Закон «О профессиональных союзах, правах и гарантиях их деятельности»[8].

Он определял профсоюз как добровольную общественную организацию, объединяющую трудящихся, связанных общими интересами по роду их деятельности как в производственной, так и в непроизводственной сфере для защиты трудовых и социально-экономических прав и интересов своих членов. Закон предусматривал регистрацию уставов профсоюзов, порядок которой был аналогичен порядку, установленному для других общественных объединений. Однако регистрирующий орган не осуществляет контроля за созданием и деятельностью профсоюза. Закон провозгласил независимость профсоюзов от органов государственного управления, хозяйственных органов, политических и иных общественных организаций, которым профсоюзы неподотчетны и неподконтрольны. Тем самым обеспечивалась самостоятельность профсоюзов в отношениях и с государством, и с политическими партиями. Запрещение деятельности профсоюзов стало возможно лишь в судебном порядке. Профсоюзам предоставлялся ряд важнейших прав, позволяющих заниматься в том числе политической деятельностью: законодательная инициатива и участие в нормотворчестве, участие в защите трудовых прав и социальной защите трудящихся, а также право на проведение забастовок. Такая форма борьбы в предшествующий период профсоюзами не использовалась, и они в полной мере воспользовались ею в конце 1980—1990-х годах. Закон оказал профсоюзам серьезную правовую поддержку в защите социально-экономических и трудовых прав работников в условиях последующих рыночных реформ.

С принятием вышеназванных законов в СССР были созданы правовые основы существования и деятельности как политизированных, так и иных общественных объединений. По мере отхода от административно-командных методов управления происходили изменения в секторе советских общественных формирований. Наблюдается оживление их деятельности, проводятся съезды, обновляется руководство, проводятся реорганизации внутри объединений, расширяются права местных организаций, появляются новые формы и направления работы.

Процесс преобразований в официальных профсоюзах начался после XIX Всесоюзной партконференции, когда на 3-м Пленуме ВЦСПС в августе 1988 г. был принят ряд решений, направленных на децентрализацию и демократизацию управления: установлены прямые выборы председателей профкомов, принято решение о сокращении на 25% профаппарата (это решение в СМИ получило название «огонь по профштабам»), а главное произошло перераспределение членских взносов в пользу первичных организаций, в распоряжении которых должно было оставаться не менее 65%. В сентябре 1989 г. на 6-м Пленуме ВЦСПС было принято решение о «высвобождении» профсоюзов от ряда несвойственных им функций, в том числе от хозяйственной и производственно-массовой работы. ВЦСПС отказался также от жесткой регламентации деятельности первичных организаций. Все это способствовало усилению центробежных тенденций в профсоюзах. Одновременно шел поиск новой профсоюзной концепции, на первое место стала выдвигаться защитная функция, но трактовалась она расплывчато и абстрактно.

Ключевым событием перестройки профсоюзов стало воссоздание российского республиканского центра, который был упразднен в 1924 г., а его функции выполнял ВЦСПС. Активное участие в этом процессе принимали работники ВЦСПС. В марте 1990 г. состоялся Учредительный съезд российских профсоюзов, на котором была создана Федерация независимых профсоюзов России (ФН П Р), которую возглавил бывший зам. председателя ВЦСПС И. Клочков. Имидж старой профсистемы во главе с ВЦСПС был подпорчен ее слиянием с государством, поэтому была избрана принципиально иная модель построения, в основе которой лежал принцип федерализма. ФНПР отличалась большей демократичностью, в ее состав могли входить как отраслевые или профессиональные союзы (например, ЦК профсоюза работников детективных служб), так и территориальные объединения (например, Московская федерация профсоюзов). Аппарат ФНПР должен был содержаться не на членские взносы, а на средства от коммерческой деятельности. Практически сразу же между ФНПР и ВЦСПС началась борьба за влияние, за обладание собственностью. Лидеры ФНПР выступали за ограничение полномочий вышестоящих структур, что напоминало процессы, происходившие в КПСС.

В результате «парада суверенитетов» союзных республик, развернувшегося с лета 1990 г., республиканские организации приобрели политическую и материальную независимость. В этих условиях в октябре 1990 г. состоялся последний XIX съезд профсоюзов СССР, который ликвидировал ВЦСПС и создал вместо него Всеобщую конфедерацию профсоюзов (ВКП) СССР, просуществовавшую до апреля 1992 г. Основным отличием нового объединения была конфедеративная форма его построения. Она предполагала принцип полной самостоятельности и равенства прав и обязанностей организаций, в нее входящих. В отличие от ВЦСПС, активно воздействовать на республиканские организации ВКП не могла.

Однако в целом перестройка в официальных профсоюзах носила половинчатый характер. До августа 1991 г. они неоднократно заявляли о своей поддержке реформаторского курса партии. Как и другие советские общественные организации, профсоюзы получили квоту на избрание 100 своих представителей («профсоюзная сотня») народными депутатами СССР. Официальные профсоюзы еще длительное время не могли найти свое место в обновленной политической системе общества и изменить свою социальную роль.

Активно проходил процесс обновления в творческих союзах. В 1986—1987 гг. было образовано два новых творческих союза — театральных деятелей СССР и дизайнеров СССР. Прошли съезды писателей СССР (1986), архитекторов СССР (1987), художников России (1987), а также самого многочисленного отряда творческой интеллигенции — журналистов (1987). На съездах были приняты новые уставы, которые аккумулировали изменения, происходящие в обществе. На выборах первого секретаря правления Московской писательской организации в октябре 1987 г. впервые за все годы ее существования выдвижение кандидатур на этот пост началось «снизу», а непосредственному избранию предшествовали программные речи претендентов и неформальные прения[9].

В 1986—1989 гг. в ЦК КПСС состоялся ряд встреч с деятелями литературы и искусства, на которых обсуждались вопросы участия творческих организаций в реализации решений XXVII съезда партии, роли печати, телевидения, радиовещания в процессе перестройки. Творческие союзы были привлечены к работе высшего органа государственной власти — Съезда народных депутатов СССР, на котором им было предоставлено 75 депутатских мест.

Главная примета времени состояла в том, что с 1988—1989 гг. стала резко снижаться численность советских массовых организаций — профсоюзов, комсомола и других объединений. Этому способствовал Указ Президента РСФСР от 26 октября 1991 г. «Об обеспечении прав профсоюзов в условиях перехода к рыночной экономике», которым запрещалась дискриминация по признаку принадлежности или непринадлежности к профсоюзу. Непринадлежность к профсоюзу не влекла за собой каких-либо ограничений прав и свобод. С 1990 по 1992 год численность членов профсоюзов сократилась на 4 млн чел. Таким образом принцип добровольности членства получил практическое воплощение.

Отток рабочих и служащих из официальных профсоюзов был обусловлен также созданием в конце 1980-х годов новых альтернативных профсоюзов и их объединений, более действенных и демократичных. Аналогичное явление наблюдалось в начале 1920-х гг. при переходе от военного коммунизма к нэпу: массовый отток трудящихся из профсоюзов и комсомола и попытки создания альтернативных им общественных объединений. Однако тогда они не увенчались успехом.

В отличие от профсоюзов, входящих в ВЦСПС, новые организации трудящихся в большинстве своем представляли политизированные формирования: Объединенный фронт трудящихся, Конфедерация труда, Союз трудовых коллективов. Некоторые из них создавались на базе забастовочных и рабочих комитетов, например, Союз трудя-

щихся Кузбасса и др. На рубеже 1980—90-х годов именно эти «переходные» организации, сочетающие признаки политических партий и профсоюзов, стали влиять на формирование рабочего движения[10].

На рубеже 1980—90-х годов появились первые альтернативные объединения: Объединение социалистических профсоюзов СССР {Соц-проф, 1989), Конфедерация свободных профессиональных союзов России (КС П Р, 1990), Межрегиональная конфедерация объединений профсоюзов России (КОПР, 1990) и некоторые другие. В ихсостав входили преимущественно профсоюзы, образованные по узкопрофессиональному (авиационные диспетчеры, локомотивные бригады железнодорожников и т.д.) или социодемографическому признаку (женщины-работницы, учащаяся молодежь, пенсионеры и т.д.). Из альтернативных отраслевых профсоюзов наибольшую известность получили Независимый профсоюз горняков России(НПГР), Профсоюз летного состава гражданской авиации (ПЛ СР), Российский профсоюз моряков (РП М) и др.[11] Для деятельности большинства новых профсоюзов была характерна сильная политическая составляющая.

С периодом перестройки связано образование еще одной особой группы профсоюзов, обусловленное появлением новых форм собственности, например, Российский профсоюз работников среднего и малого бизнеса (1989), Профсоюз работников совместных предприятий, Профсоюз работников потребкооперации и предпринимателей и др. В июне 1992 г. на учредительном съезде четыре таких профсоюза создали свой общероссийский профцентр — Конгресс российских профсоюзов (КРП). Новые профсоюзы и их объединения были малочисленны, имели ограниченное представительство как по регионам, так и по отраслям, не обладали большой собственностью, поэтому не могли вытеснить традиционные профсоюзы.

Таким образом, к концу перестройки профсоюзы России не представляли единой системы, единый в масштабе страны объединяющий центр отсутствовал. Принципы построения разных организаций также различались. Ведущим принципом организационного построения и внутрисоюзных отношений стал принцип федерализма.

Исследовали периода перестройки отмечали возросшую общественно-политическую активность «неформальных» объединений молодежи и резко упавшую активность членов ВЛКСМ. Политический и организационный монополизм ВЛКСМ, его несамостоятельность привели к отчуждению аппарата от самой молодежи, к неспособности отстаивать ее интересы, к социальной апатии к членству в ВЛ КСМ и, как следствие этого, к резкому снижению его численности: с 44 млн (максимальная) до 21,3 млн человек (июль 1991г.)[12]. Только XXI съезд ВЛКСМ, состоявшийся в 1990 г., провозгласил организационно-политическую самостоятельность комсомола, однако состав делегатов съезда по-прежнему свидетельствовал о засилье бюрократического аппарата: среди 309 делегатов было 23 рабочих, 4 колхозника, 24 студента и 182 комсомольских работника[13]. В 1990 г. из ВЛКСМ выделились Коммунистический Союз молодежи Литвы и Российская демократическая ассоциация. Однако комсомол по-прежнему оставался самой крупной в стране молодежной организацией.

Отказавшись от монополии в молодежной среде, ВЛКСМ провозгласил курс на установление диалога с другими молодежными организациями в решении актуальных проблем общества и молодежи и поддержку политических союзников. Для организации этой работы был создан Координационный комитет ЦК ВЛКСМ по связям с молодежными организациями СССР. Однако исторические часы комсомола были сочтены. После августовского кризиса в сентябре 1991 г. на чрезвычайном XXII съезде ВЛКСМ организация была распущена, а ее политическая роль признана исчерпанной. Другой по значимости общественно-политической организации молодежи ни тогда, ни впоследствии создано не было.

В неформальном молодежном движении периода перестройки можно выделить несколько этапов. Первый этап (1985—1987 гг.), когда преобладали новые молодежные субкультуры («люберы», «кришнаиты» и т.д.). Политизированных молодежных формирований в этот период почти не было. Второй этап (1988—1989 гг.), когда быстро росли молодежные группы, клубы, ассоциации, которые «растворялись» в мощных гражданских движениях, идущих под лозунгами перестройки и национального возрождения. На третьем этапе (1990— 1991 гг.) происходит становление отдельных независимых молодежных организаций с собственными идейными позициями и программами обновления общества. На этом этапе появляются формирования, возникшие под непосредственным воздействием народных фронтов, движений за национальное возрождение (Союз независимой украинской молодежи, Демократическое движение азербайджанской молодежи, Организация демократической молодежи Молдовы и др.). Их программные положения совпадали с платформами народных фронтов республик, а молодежные лидеры входили в их руководство.

Кроме названных создаются также объединения, связанные с решением профессиональных проблем, с достижением определенного статуса в обществе (Независимое объединение сельской молодежи Латвии, Союз кружков молодых хозяев Литвы и т.д.)[14].

Активно шло формирование различных студенческих объединений — Московский студенческий клуб, Украинский студенческий союз, Союз армянского студенчества и др. В 1989—1990 гг. заявили о себе как о самостоятельных организациях около 20 студенческих объединений[15].

Относительно небольшую группу составляли организации, возникшие на базе молодежных секций новых партий, разделяющие платформу «взрослой» партии и поддерживающие связи с ней. Среди них Федерация социалистической молодежи, Союз молодых социал-демократов и др. Их отличала организационная неустойчивость, малочисленность и «рыхлость» платформ. Ометим, что политические партии в этот период не уделяли особенного внимания ни проблемам молодежи, ни созданию собственного кадрового резерва. Молодежные общественно-политические объединения и группы, в состав которых входила в основном учащаяся молодежь, были сосредоточены главным образом в столицах союзных республик, крупных научных и промышленных центрах. Большинство организаций не имело официального статуса, материальной базы, собственных СМИ. Общим для большинства было негативное отношение к КПСС и ВЛКСМ.

Оценивая роль молодежи в реформировании советского общества, отметим, что она не являлась инициатором преобразований и не сыграла активной роли в годы перестройки. Причинами этого явились политическая необразованность молодых людей, когда необходимо определить свою позицию и сделать осознанный выбор, отсутствие идеологического многообразия в советском обществе и массового опыта политического плюрализма. Существование единственной молодежной общественно-политической организации крайне негативно сказалось как на ВЛКСМ, так и на самой молодежи. Серьезным фактором стала апатия в молодежной среде к любого вида организованности[16]. К концу перестройки только 5—7% юношей и девушек действительно активно участвовали политической жизни страны[17].

В одной из самых массовых организаций советской эпохи — СОКК и КП СССР — количество первичных организаций уменьшилось с 442 тыс. в 1986 г. до 424 тыс. в 1990 г., а число членов обществ со 130 млн до 109 млн человек соответственно[18]. Такие сокращения были связаны как с оттоком наиболее инициативных людей в новые неформальные организации, так и с более реалистичным подходом самих организаций к оценке членства и его показателей.

Важные изменения происходили и в финансово-экономической базе советских общественных объединений. В их деятельность активно внедряются начала хозяйственного расчета.

Так, большинство республиканских комитетов СОКК и КП СССР к 1991 г. было переведено на хозрасчет. В практике работы появились такие формы, как проведение лотерей, выпуск изданий коммерческого характера. С целью получения дополнительных финансовых средств при общественных структурах разного уровня учреждаются кооперативы, ассоциации, хозрасчетные объединения и т.п., которые отчисляют часть прибыли на их содержание. Однако несмотря на изменение структуры доходов значительной части массовых организаций, доля государственных средств на этом этапе оставалась преобладающей. В 1990 г. в СОКК и КП СССР она составляла 68% от общих доходов[19].

Для периода ранней перестройки типичен процесс создания новых организационных структур, ставящих задачей демократизацию институтов, в рамках которых они создавались. Таковыми являлись правозащитные организации при обкомах партии, «демократические группы» в рамках КПСС, комитеты солдатских матерей при военкоматах и др.[20] Еще одной характерной чертой стало появление новых организаций переходного типа, которые сочетали в себе черты старой и новой эпохи. С одной стороны, они создавались в сферах, ранее находящихся в руках государства или закрытых для активной общественной деятельности: благотворительность, социальная помощь, поддержка культуры и т.п. С другой стороны, инициатива их создания по-прежнему исходила «сверху», в своей деятельности они были подчинены государственным органам и имели централизованный характер построения. Так, для реализации антиалкогольного постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 7 мая 1985 г. была привлечена общественность и образовано Всесоюзное добровольное общество борьбы за трезвость (1986). В 1987 г. был создан

Советский детский фонд им. В.И. Ленина, а в 1988 г. — Общество друзей кино. Отметим, что многие из названных организаций имели предшественников в 1920—1930-х гг.: Общество строителей пролетарского кино, общество «Друг детей», Общество по борьбе с алкоголизмом и др.

Популярной формой перестроечных объединений стали фонды. Их создавалось особенно много. Постановлениями Совета Министров СССР были созданы Российский фонд культуры (1986), Театральный и Кинематографический фонды СССР (1987), Советский фонд милосердия и здоровья и Советский фонд культуры (1990), Фонд помощи жертвам Чернобыля (1987) и др. Формально деятельность вновь создаваемых организаций строилась на принципах благотворительности, основными источниками поступлений должны были стать частные пожертвования. Во главе большинства фондов стояли известные в стране люди (писатели, режиссеры, деятели культуры, церкви). Однако в большинстве случаев их руководящая роль была формальной, а реально распоряжалась средствами фондов партийногосударственная номенклатура. Часто фонды использовались в коммерческих целях, следствием чего были громкие скандалы в печати и уголовные дела. Мероприятия фондов широко рекламировались, однако эффективность деятельности в целом была достаточно низкой. Сочетание старых принципов организации и управления и новых экономических условий, в которых они оказались, не позволили заметно улучшить положение в сфере их деятельности.

Одновременно с существованием организаций переходного характера отмечается бурный рост неформальных объединений, создаваемых по инициативе граждан как в центре, так и на местах. Большое значение для этого процесса имел закон 1990 г., который позволил гражданам легитимно создавать свои организации для решения социальных задач. Классификация новых общественных формирований представляет значительную трудность. Она обусловлена длительным отсутствием законодательной регламентации, многообразием видов и форм объединений, действовавших в этот период, а также характером их деятельности, которая в ряде случаев приобретала производственный характер и преследовала коммерческие цели. Некоторые общественные объединения именовали себя малыми предприятиями, кооперативами (например, кооператив «Эколог» в Юрмале) и т.д.

Наиболее активным и заметным на первом этапе было экологическое движение. За долгие годы в стране накопилось множество острых экологических проблем. В одной только Москве имелось 17 мест, где хранилось и испытывалось химическое оружие[21]. Загрязнение Байкала, проект поворота сибирских рек в Азию и Казахстан, состояние бассейна Аральского моря и другие вопросы широко обсуждались на страницах печати. Повышенное внимание общественности к районам, опасным для жизни населения, также было связано с рядом катастроф, самой тяжелой из которых стала авария на Чернобыльской АЭС в 1986 г. Она привлекла внимание к закрытым городам военно-промышленного комплекса, атомным станциям, атомному подводному флоту, захоронениям атомных отходов и т.п. В защиту природы и здоровья граждан выступали известные и авторитетные деятели науки и культуры — академик Дмитрий Лихачев, писатель Сергей Залыгин и многие другие, чей голос имел широкий общественный резонанс. Все это также способствовало подъему «зеленого движения».

В 1987 г. в г. Кириши Ленинградской области, где располагалось биохимическое производство, был создан Экологический клуб, который стал первой неформальной общественной организацией города, а его деятельность приобрела широкую известность. С 1988 г. во всех регионах страны появляются объединения граждан для решения локальных экологических и эколого-культурных проблем: фонд защиты Байкала (Бурятская АССР), общественный комитет спасения Волги при газете «Советская Россия», дружина «Служба охраны природы» (Казань), экологическая группа «Родник» (Зеленоград), Комитет спасения Печоры и др. Во многих городах создавались экологические клубы, советы и центры. К началу 1990-х годов в Москве насчитывалось около 30 экологических организаций, действовавших во многих районах города[22]. По мере роста экологического движения происходила его консолидация как в региональном (Ассоциация зеленых Карелии, Уральский экологический союз и т.д.), так и всесоюзном масштабе. К 1991 году насчитывалось более десяти всероссийских и всесоюзных формирований[23]. Наиболее заметными среди них были «Зеленое движение», Социально-экологический союз СССР — единственное международное экологическое объединение, возникшее на территории Советского Союза, Экологический союз СССР и другие, ставящие задачи в масштабе страны. Результатом общественной активности стало отклонение проекта переброски вод северных рек в Среднюю Азию и Казахстан, закрытие ряда особо опасных предприятий и др. Если не считать Всероссийского общества охраны природы, деятельность которого протекала в строго очерченных пределах и не вступала в противоречие с интересами советских ведомств, от которых исходила главная угроза экологии, то можно констатировать, что неформальное экологическое движение было новым явлением в общественной жизни страны.

Другим направлением общественной инициативы в годы перестройки стала культурно-просветительская деятельность. Объединения в этой сфере создавались в самых различных формах: ассоциаций, фондов, обществ, союзов, центров и даже малых предприятий. Такой разброс в названиях во многом объясняется отсутствием правовых норм в этот период. Культурно-просветительные объединения преследовали различные цели. В одних случаях они создавались для защиты профессиональных прав участников (Ассоциация деятелей эстрадного искусства, Ассоциация руководителей театров РСФСР), в других — для оказания помощи государственным учреждениям культуры и творческим коллективам (Московский оперный центр «АРТ», Ассоциация попечителей Дома-музея Ф.И. Шаляпина, ассоциация «Мир культуры»), В третьих случаях ставилась цель реализации программ в области национально-культурного наследия (Фонд образования Л. Н. Толстого, «Лермонтовское наследие», Московское рери-ховское общество и др.), в четвертых — сохранение и увековечивание памяти о жертвах сталинизма (Всесоюзное историко-просветительское общество «Мемориал», 1989). Культурно-просветительские организации создавались главным образом в столицах, в крупных областных центрах, а также в небольших городах туристического значения (города «Золотого кольца», Серпухов, село «Бородино» и т.п.)[24].

Еще одним бурно развивающимся видом общественных объединений стали национально-культурные. Законы о государственном языке, принятые в 1989 г. во многих республиках, а также декларации об их государственном суверенитете способствовали росту национального самосознания. К 1991 г. общее число таких объединений составило 269, из них в Москве — 77. Национальные объединения были созданы представителями около 50 этносов. Больше всего их работало в РСФСР, среди них 20—татарских, 17 —немецких, 13 —еврейских, 25 — русских (в том числе за пределами России). На Украине действовало 29, в Эстонии — 11, в Узбекистане — восемь организаций[25]. В Пензе с 1988 по 1990 г. было создано четыре общества немецкой, русской, татарской и еврейской культуры[26]. В рамках названных объединений создавались национальные школы, театры, библиотеки и другие учреждения образования и культуры, оказывалась юридическая помощь, развивалась художественная самодеятельность. В последующий период одни общества распались, другие, наоборот, укрепились и развились. Прежде всего это относится кукраинским, татарским, немецким и польским обществам в России. На данном этапе активно проявили себя русские национально-патриотические объединения, деятельность которых в ряде случаев носила националистический характер. Среди них весьма заметными были Союз духовного возрождения Отечества (1989), национально-патриотическое движение «Память» (1987), Христианско-патриотический союз (1988) и др.

Новым для общественной жизни страны явлением стали массовые общественные движения, которые получили широкое распространение в самых различных сферах. Движения придают какой-либо идее большую весомость, провозглашают ее важность для общества в целом, призывают через участие в движении содействовать осуществлению этой идеи. Эта форма объединения приобрела особую популярность, поскольку отвечала особенностям сознания большинства населения, связанным с недавним прошлым. Отсутствие индивидуального членства, а следовательно, и личной ответственности способствовало их массовости в период перестройки. Назвать точную цифру числа таких объединений не представляется возможным. В силу изменчивой природы переживаемого периода многие из них возникали явочным порядком и не регистрировались, другая часть отличалась кратковременностью существования.

Из всего разнообразия движений этого периода (общественно-политические, экологические, национально-культурные и др.) самыми массовыми были общественно-политические, связанные с процессами демократизации, борьбы за власть, укрепления национальной государственности и т.п. Первые независимые массовые движения — народные фронты возникли в апреле 1988 г. в Прибалтике (литовское движение за перестройку «Саюдис», Народный фронт Латвии и др.). Позже аналогичные фронты и движения национального возрождения возникли во всех союзных и автономных республиках (народное движение Украины «Рух», Народный фронт Молдовы и др.). Народные фронты, которых к 1991 г. насчитывалось более 20, носили по преимуществу региональный характер (Ленинградский народный фронт, Пензенский народный фронт, Тюменский народный фронт и т.п.) и имели сильную национальную компоненту1. Именно общественные движения на этом этапе сыграли ключевую роль в росте национального самосознания, а иногда и национализма, в укреплении идеи национальной государственности, проведении в союзных республиках референдумов и провозглашении суверенитета.

Наряду с движениями либеральной направленности создавались объединения прямо противоположной политической ориентации, отстаивающие прежние социокультурные ценности и направленные на защиту советского строя. Среди них Объединенный фронт трудящихся (1989), Интерфронт Латвии, Интердвижение трудящихся Эстонии и др. Наиболее заметным на этом фланге стало движение «Трудовая Россия» во главе с депутатом Моссовета В. Анпиловым. Оформившееся в виде блока осенью 1991 г. и созданное в противовес либеральному движению «Демократическая Россия», оно стало одним из наиболее активных отрядов «непримиримой оппозиции» политическому и экономическому курсу Президента России и имело свои отделения более чем в 80 регионах страны.

В ходе выборной кампании в органы государственной власти как в Центре, так и на местах создаются объединения избирателей (Московское объединение избирателей, Пензенское объединение избирателей т.п.). Одним из самых влиятельных в тот период был избирательный блок «Демократическая Россия» (январь 1990 г.), впоследствии преобразованный в движение и выступавший в поддержку демократических кандидатов на выборах народных депутатов РСФСР. Во главе его стояли Л. Пономарев, Г. Старовойтова, И. Заславский, Г. Якунин и другие известные политики, выступавшие за радикальные реформы. К середине 1991 г. численность участников движения достигла 200—300 тыс., а его местные отделения имелись во всех областных центрах России. Поддержка «Демократической России» кандидатуры Б. Ельцина обеспечила ему победу на президентских выборах 12 июня 1991 г.

Начиная с 1987 г. возникают первые политические группы и движения, часто в недрах структур КПСС, оппозиционные ей. Одновременно в крупных городах создаются гражданские инициативные объединения в поддержку перестройки, общественно-политические клубы, куда, как правило, вошли новые политики. Неформальные организации активно включались в общественно-политическую жизнь. Широкую известность в этот период приобрел комитет «Апрель» («Писатели в поддержку перестройки»); дискуссионный клуб «Московская трибуна», образованный по инициативе академика А.Н. Сахарова; Российский союз молодых демократов и др. Только в Пензе с 1987 по 1990 г. действовало восемь общественно-политических объединений[27]. В 1988 г. неформальное политическое движение насчитывало сотни тысяч участников.

В мае 1988 г. первой оппозиционной партией провозгласил себя небольшой по численности «Демократический союз» во главе с Валерией Новодворской, стоящей на крайних антикоммунистических позициях. Существенному ускорению процесса образования политических партий способствовала легитимация многопартийности, осуществленная на III съезде народных депутатов СССР в марте 1990 г., когда альтернативные политические партии получили право на существование. В новой редакции статьи 51 Конституции СССР отмечалось: «Граждане СССР имеют право объединяться в политические партии, общественные организации, участвовать в массовых движениях, которые способствуют развитию политической активности и самодеятельности, удовлетворению их многообразных интересов».

С 1990 г. начинается активное создание и регистрация политических объединений, именовавших себя партиями. Вновь образованные партии отражали все основные политические направления. В литературе нет единой общепринятой классификации политических объединений этого периода, поскольку политический спектр был существенно шире классификаций, разработанных для политических систем с рыночной экономикой. Некоторые политологи предлагают для периода перестройки следующее деление: «державники» («Объединенный фронт трудящихся», «Российское христианско-демократическое движение» В. Аксючица, «Всероссийский национальный правый центр» М. Астафьева и др.), радикальные демократы («Демократический союз» В. Новодворской, «Демократическая Россия» и т.д.) и социал-демократы.

В исторической литературе выделяют либеральное, социалистическое и социал-демократическое направления. Либеральное направление было представлено «Демократическим союзом», христианскими демократами, конституционными демократами, либеральными демократами и т.д. Одной из первых на этом фланге была создана Либерально-демократическая партия Советского Союза (ЛДПСС) во главе с В. Жириновским, учредительный съезд которой состоялся в марте 1990 г. В 1991 г., на момент регистрации, ее численность составляла 12 тыс. человек. Наиболее крупной из либеральных партий стала оформившаяся в мае 1990 г. Демократическая партия России (ДПР) во главе с народным депутатом РСФСР Н. Травкиным (28 тыс. человек). Партия издавала еженедельник «Демократическая газета». В ноябре 1990 г. появилась «Республиканская партия России» (6,5 тыс. человек), создателями которой были В. Лысенко и В. Шостаковский. Печатным органом партии стала газета «Господин народ».

Наиболее известной среди партий социал-демократического направления была Социал-демократическая ассоциация, а затем созданная на ее основе Социал-демократическая партия России, учредительный съезд которой прошел в мае 1990 г. Во главе партии встал ее основатель О. Румянцев (5 тыс. человек). Партия издавала газету «Альтернатива».

Социалистическое направление было представлено прежде всего КПСС. Объявленные новым руководством КПСС процессы обновления и демократической перестройки советского общества отразились и на самой партии. В рамках провозглашенного плюрализма мнений углублялись противоречия внутри КПСС, в составе которой оформились различные группы и фракции (Марксистская платформа, Демократическое движение коммунистов, Движение коммунистической инициативы, группировка Н.А. Андреевой и др.). В июне 1990 г. была образована Коммунистическая партия РСФСР во главе с И. Полозковым, отстаивающая «социалистическую перестройку». И хотя руководство новой партии заняло традиционалистскую позицию, сам факт ее появления не способствовал укреплению единства правящей партии. В июле 1991 г. из Коммунистической партии РСФСР вышла группа коммунистов во главе с А.В. Руцким, образовавшая в августе 1991 г. Демократическую партию коммунистов России численностью в 5 тыс. человек. Партия позиционировала себя как демократическую альтернативу КП РСФСР, глава которой олицетворял собой консервативное направление в коммунистическом движении. С октября 1991 г. партия носила новое название — Народная партия «Свободная Россия». Печатным органом партии являлся еженедельник «Российское время», совместно издаваемый участниками блока «Гражданский союз».

КXXVIII съезду (июль 1990 г.) КПСС пришла в состоянии раскола. В ее руководстве прослеживались три течения — радикально-реформаторское, реформаторское и традиционалистское. Однако съезд не преодолел кризиса в партии и не предложил конкретной программы перестройки КПСС, особенно ее первичных организаций, тем самым способствуя его углублению. Из партии вышли «Демократическая платформа», Б.Н. Ельцин, Г.Х. Попов, А.А. Собчак и др. Важнейшим рычагом влияния КПСС на массы оставался производственный принцип ее построения, при котором в каждом коллективе существовала партийная ячейка, что позволяло оказывать идеологическое воздействие на работающее население. Провозгласив многопартийность, все политические объединения получили возможность создавать свои ячейки в учреждениях, предприятиях, организациях. В этих условиях необходимо было освободить трудовые коллективы от занятия политикой и перейти от производственного принципа построения партийных структур к территориальному. Однако КПСС тормозила этот процесс.

Первым шагом по пути деполитизации государственного аппарата стал Указ Президента РСФСР от 20 июля 1991 г. «О прекращении деятельности организационных структур политических партий и массовых общественных движений в государственных органах, учреждениях и организациях РСФСР»[28]. Чтобы обеспечить равенство прав политических объединений в управлении государственными делами, запрещалось создание новых и деятельность старых первичных организаций политических партий и общественных движений в государственных органах, учреждениях и организациях, расположенных на территории РСФСР Исключение составляли профсоюзы, которые по-прежнему могли создавать свои структуры по производственному принципу Государственные служащие имели право участвовать в деятельности политических партий только в нерабочее время и за пределами государственных органов и организаций.

Данный указ оказался направленным в первую очередь против КПСС, поскольку новые политические объединения производственных ячеек не имели. Однако к работе по территориальной схеме КПСС оказалась не готова, ее введение привело бы к развалу многих организаций, к утрате влияния партии. Поэтому КПСС выступила против Указа, а Комитет конституционного надзора СССР предложил Президенту РСФСР отложить введение его в действие до рассмотрения в КНК СССР. Тем не менее в соответствии с законодательством РСФСР Указ вступил в силу 4 августа 1991 г.

Организационный распад КПСС продолжался. Появление новых партий и движений, а также утрата КПСС руководящей роли, привлекавшей в нее карьеристов, привели к оттоку из ее рядов рабочих и служащих. Выход из партии становится массовым: с 1985 по лето 1991 г. численность КПСС сократилась с 21 млн до 15 млн человек[29]. Следующий шаг по пути деполитизации государственного аппарата был сделан после августовского кризиса 1991 г. и носил вынужденный характер. Указом Президента СССР от 24 августа 1991 г. была прекращена деятельность организационных структур политических партий в Вооруженных силах СССР, правоохранительных органах и государственном аппарате. Генеральный секретарь ЦК КПСС М.С. Горбачев призвал Центральный комитет партии к самороспуску.

После подавления путча (19—21 августа 1991 г.) Президент РСФСР Б.Н. Ельцин обвинил ЦК КПСС в поддержке ГКЧП и предпринял ряд мер, направленных на ее ликвидацию. 23 августа 1991 г. он подписал Указ «О приостановлении деятельности Коммунистической партии РСФСР»[30]. МВД и Прокуратуре РСФСР поручалось провести расследование антиконституционной деятельности компартии, поддержавшей ГКЧП и насильственное отстранение от должности Президента СССР. Деятельность органов и организаций Коммунистической партии РСФСР приостанавливалась до окончательного решения вопроса в судебном порядке. 25 августа 1991 г. было объявлено государственной собственностью все принадлежащее КПСС и Компартии РСФСР движимое и недвижимое имущество[31].

6 ноября 1991 г. Указом Президента РСФСР была прекращена деятельность КПСС и Компартии РСФСР на территории РСФСР, а их организационные структуры распускались. В Указе отмечалось, что структуры КПСС не прекратили свою противоправную деятельность, и пока они будут существовать, не может быть гарантий от очередного путча или переворота[32]. Решения Конституционного суда РФ по данным указам, принятые осенью 1992 г., носили половинчатый характер, что позволило в дальнейшем коммунистическому движению восстановиться и создать несколько партий коммунистической ориентации.

Помимо названных в период перестройки появилось значительное количество карликовых объединений как левого (марксистских, на-ционал-большевистских, сталинистских, троцкистских и т.д.), так и правого толка (монархических, христианских демократов и т.д.), численностью в несколько десятков человек. В период «поздней» перестройки начинается формирование националистических политических партий, в которые трансформировались, в частности, народные фронты прибалтийских и некоторых других республик.

Избирательная кампания 1989 года и Закон СССР «Об общественных объединениях» (1990) способствовали организационному оформлению партий и движений, многие из которых прошли регистрацию и получили официальный статус. В 1991 г. были зарегистрированы как общесоюзные партии КПССиЛДПСС. В РСФСР к концу 1991 г. официально действовало 13 политических партий и союзов[33].

Однако большинство политических партий этого периода, несмотря на свое название, в организационном отношении партиями не являлись, а представляли собой самодеятельные политические объединения единомышленников вокруг лидера. Они не имели ни первичных, ни региональных структур, ни серьезной электоральной поддержки. По экспертным оценкам, только в РСФСР с 1987 по 1990 год насчитывалось около 400 организаций, претендующих на роль партий[34]. Вновь образованные партии отражали все основные политические направления.

Особенностью общественного движения периода перестройки являлась высокая степень его политизации, свойственная подавляющему большинству объединений даже неполитического характера. Подъем общественного движения в этот период был связан не столько с определенными проблемами, сколько со стремлением изменить общество в целом. Поэтому в орбиту политики были вовлечены самые разные объединения — ветеранские, национальные, молодежные, женские и т.д., которые принимали активное участие в выборных кампаниях и оказывали заметное влияние на принятие политических решений. Существенную политизацию экологического движения в 1989—1990 годах на пике его развития отмечали американские исследователи Р. Дарст и Д. Доусон1. К началу 1990-х годов общественные объединения более четко разделились на политические и неполитические.

Период «поздней перестройки» (конец 1980 — начало 1990-х годов) знаменовал расцвет, а затем и упадок гражданских инициатив того времени.

Таким образом, новый этап отечественной истории характеризовался мощным подъемом социальной активности населения и возрождением общественного сектора как элемента демократического общества.

  • [1] Политическое образование. 1988. № 12. С. 58.
  • [2] См.: Шубин Л.В. Парадоксы перестройки: Упущенный шанс СССР. М., 2005; Шубин Л. В. Преданная демократия: СССР и неформалы (1986—1989). М., 2006; Ивашников К.В. Неформальные самодеятельные объединения в СССР: историко-культурный аспект. 1985—1991 гг. Дисс. канд. ист. наук. М„ 2008.
  • [3] Комсомольская правда. 1989. 25 октября; 1990. 14 января.
  • [4] Солдатов С.Л. Творческие союзы СССР. М., 1989. С. 50.
  • [5] Шутько Д.В. Эволюция правового статуса общественных организаций // Гражданское общество и правовое государство: предпосылки формирования. М„ 1991. С. 76-86.
  • [6] Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1990. №42. Ст. 839.
  • [7] Собрание законов СССР. 1930. № 7. Ст. 76.
  • [8] Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1990. № 51. Ст. 1107.
  • [9] См.: Литературная газета. 1987. 21 октября.
  • [10] История профсоюзов России: этапы, события, люди. М., 1999. С. 357—358.
  • [11] Там же. С. 323-324.
  • [12] См.: Топалов М. «Формальная» и «неформальная» активность молодежи: состояние и тенденции развития // Общественные движения и социальная активность молодежи: Материалы Всесоюз. науч. конференции. М., 1991. С. 114-115.
  • [13] Комсомольская правда. 1990. 17 января.
  • [14] Буньков С. О некоторых тенденциях в развитии общественно-политического молодежного движения // Общественные движения и социальная активность молодежи: Материалы Всесоюз. науч. конференции. М., 1991. С. 238-239.
  • [15] Там же. С. 240.
  • [16] Зинченко А. Некоторые особенности и противоречия развития молодежного движения в СССР // Общественные движения и социальная активность молодежи: Материалы Всесоюз. науч. конференции. М., 1991. С. 232, 236.
  • [17] Буньков С. Указ. соч. С. 238.
  • [18] См.: Материалы о деятельности Союза обществ Красного Креста и Красного Полумесяца СССР, 1986—1991 гг. М., 1991. С. 110.
  • [19] Там же. С. 100.
  • [20] См.: Общественные движения в современной России: от социальной проблемы к коллективному действию. М., 1999. С. 57.
  • [21] АиФ. 2002. № 20.
  • [22] См.: ПерепелкинЛ.С., Фигатнер Ю.Ю. Экологические движения Москвы: эмпирический и теоретический анализ институциональной самоорганизации гражданского общества. М., 1994.
  • [23] Общественные движения в СССР в 1990-е гг.: Экспресс-информация. М., 1991.
  • [24] См.: Объединения культурно-просветительской и культурно-творческой направленности: Справочник. М.,1992.
  • [25] Там же. С. 42—43.
  • [26] См.: Общественные структуры Пензенской области: Справочник. Пенза, 1993. С. 8-9. Общественные движения в СССР в 1990-е годы: Экспресс-информация. М„ 1991.
  • [27] См.: Общественные структуры Пензенской области. С. 13—14.
  • [28] Ведомости съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР 1991. № 31. Ст. 1035.
  • [29] Ермаков В.П. История политических партий и движений в России. Пятигорск, 2008.С. 114.
  • [30] Ведомости съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1991. №35. Ст. 1149.
  • [31] Ведомости съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1991. № 35. Ст. 1164.
  • [32] Там же. №45. Ст. 1537.
  • [33] Ермаков В.П. Указ. соч. С. 113.
  • [34] Общественные движения в СССР в 1990-е годы. М., 1991. С. 25. См.: Общественные движения в современной России: от социальной проблемы к коллективному действию. М.,1999. С. 112.
 
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   След >
 

Популярные страницы