Объяснение Понятие и структура объяснения

Объяснение представляет собой научную процедуру, в которой на основе теоретических или эмпирических знаний раскрываются сущность и (или) структура исследуемого явления, причины его возникновения и функционирования, иные значимые для науки связи и отношения. Например, объясняются причины возникновения государства и права, причины правонарушений, определяется сущность права, правовой нормы, структура, содержание, функции, цели конкретных правовых институтов.

Объяснение состоит из трех частей: эксплананса, эксплананду-ма и логической формы, — дедукции и индукции, обеспечивающих получение нового достоверного знания.

Эксплананс (объясняющий) содержит научно обоснованные положения, из которых с необходимостью или вероятностью следует заключение (экспланандум). Эксплананс имеет два вида посылок — большую и меньшую.

Большую посылку составляют теоретические законы, принципы и иные общие положения правовой науки, философии, политологии, иных специальных неюридических наук либо эмпирические законы, полученные индуктивным путем. Меньшую посылку образуют положения, свидетельствующие о наличии у исследуемого явления совокупности признаков, связей, характерных для действия закона, принципа, общей связи, обозначенной в большей посылке. Наличие таких признаков должно подтвердить правомерность распространения на исследуемое явление, процесс этих общих положений, законов, составляющих большую посылку.

Экспланандум содержит заключение, которое с необходимостью или определенной вероятностью вытекает из эксплананса и в котором утверждается или отрицается наличие соответствующих свойства, связи у исследуемого явления, процесса, словом, содержится ответ на вопросы «почему?», «что?» или «каким образом?».

Объяснение может быть дедуктивным или индуктивным.

Если большую посылку эксплананса образуют научно обоснованные теоретические положения в форме закономерностей, принципов права, иные общие положения, такое объяснение называют дедуктивным. В этом случае логическая природа объяснения сходна с юридической квалификацией, при которой большая посылка содержит соответствующую норму права, а в меньшей посылке описывается совокупность юридически значимых признаков, свойств квалифицируемого деяния, отношения или события. В заключении делается вывод о том, что это деяние, отношение или событие подпадает под признаки нормы права, содержащейся в большей посылке, и на него могут быть распространены положения этой нормы права.

Дедукция может применяться и для объяснения конкретных фактов, событий. В этом случае меньшая посылка представляет собой утверждение о каких-либо свойствах, признаках, присущих исследуемым фактам. Это так называемое фактуальное объяснение, суть которого сводится к правомерности признания факта, его свойств частным случаем проявления общих признаков, отражаемых большей посылкой эксплананса.

Например, нужно установить, являются отдельные предписания нормативного правового акта нормативными или индивидуальными. С этой целью малую посылку образует конкретное предписание, а большую посылку — теоретические положения о том, какими признаками обладает нормативное правовое предписание. Посредством сравнения большей и меньшей посылок эксплананса делается вывод о юридической природе этого предписания. Предписание является нормативным, если обладает всеми признаками, названными в большей посылке, либо индивидуальным, если у него отсутствует хотя бы один из признаков нормативного предписания.

Индуктивная модель объяснения характеризуется тем, что большая посылка эксплананса содержит статистический закон, выраженный в форме вероятностного суждения. Такой закон характеризует определенную устойчивую связь, присущую группе или классу однородных массовых явлений, и представляет собой вероятностное суждение. Таковыми являются, например, эмпирические зависимости между материальным положением населения и состоянием преступности, между незаконной торговлей оружием, наркотиками и уровнем насильственных преступлений, между служебной загрузкой судей и качеством судебного разбирательства и др. Меньшая посылка эксплананса содержит перечень условий действия эмпирического закона, которые наблюдаются в исследуемом процессе, явлении. Соответственно, в экспланандуме дается вероятностное заключение о возможности наступления какого-либо отдельного события, исходя из эмпирического закона и наличных условий для его проявления. При этом считается, что достоверный вывод может даваться при условии, когда вероятность проявления эмпирического закона приближается к 1 (100%) и в любом случае не может быть меньше 0,5 (50%).

В современных исследованиях проблем теории права, отраслевых юридических наук, проводимых российскими правоведами, используется по преимуществу дедуктивный способ объяснения. Индуктивная модель объяснения применяется главным образом в науках, связанных с изучением массовых явлений (в судебной статистике, криминологии).

В конкретном исследовании объяснение ведется по правилам дедуктивного вывода. Если по правилам этой логической формы из эксплананса выводится экспланандум, то в реальном процессе познания первым появляется меньшая посылка. Исследователь обнаруживает какое-либо новое явление, его свойства, связи, компоненты и фиксирует полученные результаты в виде малой посылки эксплананса. Далее в системе наличного знания ему предстоит найти соответствующие теоретические положения, принципы и лишь затем осуществить вывод, обеспечивая при этом логическую правильность перехода от общих положений к положению, содержащемуся в заключении.

Виды объяснения

В правовых исследованиях наиболее широкое применение находят нормативно-правовой (догматический), целевой (телеологический) и функциональный виды объяснений.

Нормативно-правовой (догматический) вид объяснения характеризуется тем, что большую посылку эксплананса составляют не теоретические положения, выводы, а нормативные предписания действующего законодательства. Это могут быть принципы права, отдельной отрасли права, иные общие нормативно-правовые положения либо конкретные нормы права. Правомерность использования нормативных предписаний в этом качестве основывается на всеобщности и обязательности их действия. Как всеобщий критерий, масштаб оценки социальных правовых реалий нормы права выступают абстрактной основой, с которой необходимо последовательно согласовывать содержание конкретных правовых отношений, определять правовую природу иных явлений и событий, подпадающих под действие нормы права.

Экспланандум составляет вывод о том, какую юридическую природу имеют явления, их компоненты, входящие в малую посылку, либо вывод о том, в какой мере и каким образом надлежит применять общие нормативные предписания к условиям, предусмотренным меньшей посылкой эксплананса. Эти положения не являются простым повторением действующих норм права, а содержат элемент новизны, поскольку вносят ясность в юридическую природу исследуемых явлений, либо признают правомерным (невозможным) распространение общих нормативные установлений на частный случай.

Например, обосновывая специфику отступного как нового основания прекращения обязательства, М. И. Брагинский и В. В. Витрянский руководствуются ст. 409—411 ГК РФ. В результате они приходят к выводу о том, что отступное нельзя признавать в качестве разновидности обычной замены обязательства. Отступное, как это следует из положений названных статей, от обычной замены обязательства отличается двумя признаками: замена обязательства происходит до его нарушения, тогда как отступное применяется после; при использовании отступного обязательство прекращается без его превращения в другое. Подобные авторские комментарии, логически вытекающие из смысла ст. 409, 414 ГК РФ, тем не менее являются новыми, поскольку в тексте закона прямо не отражены[1].

В правовых исследованиях широкое применение находит целевой (телеологический) вид объяснения. В процессе такого объяснения ставится задача установить, насколько используемые средства либо полученные результаты соответствуют поставленным целям.

В правоведении телеологическое объяснение находит применение прежде всего в толковании норм права, а телеологический способ является ведущим в системе методов толкования норм права и в исследованиях эффективности действующих норм права. Эффективность, понимаемая как соотношение целей правовой деятельности и полученных результатов, может быть выявлена и надлежащим образом оценена только с учетом целей, поставленных субъектом правовой деятельности. В современных исследованиях наблюдается устойчивая тенденция к применению целевого объяснения в познании и иных правовых институтов и учреждений.

Особенность телеологического объяснения состоит в том, что его основанием выступает не совокупность достоверных теоретических или эмпирических положений, а такой важнейший компонент политико-правовой практики, как цели. В обществе, где действует множество субъектов, существует необычайное разнообразие целей. Это цели общества, государства, отдельных социальных общностей, групп, личностей. Множественностью целей характеризуется и система права, в которой выделяются цели права, отдельной отрасли права, правового института и отдельной нормы права. Поэтому для получения достоверного вывода следует весьма тщательно выбирать цели в качестве большей посылки эксплананса.

Если ставится задача раскрыть уровень согласованности компонентов целого, их способности обеспечивать реализацию целей, то телеологическое объяснение следует вести с учетом внутренних целей исследуемого. Например, в исследованиях эффективности норм права рекомендуется брать непосредственные цели этих норм, а не более высокие цели, присущие правовым институтам или отрасли в целом. Чтобы раскрыть результативность воздействия предмета исследования на другие правовые и социальные явления, образующие внешнюю среду, следует прежде всего определить степень соответствия этого явления целям, характерным для среды в целом.

Так, право как одно из действенных средств государственного управления обществом всегда используется для реализации каких-либо социальных целей — повышения благосостояния населения, обеспечения условий для активной деятельности личности, для вовлечения всех в управление делами общества, обеспечение общественного порядка, государственной безопасности. Поэтому телеологическое объяснение необходимо проводить в два этапа: первоначально устанавливать соответствие исследуемого собственно правовым целям, а затем уже социальным. Правовые исследования, в которых телеологическое объяснение ограничивается собственно правовыми целями, является неполным и недостаточно обоснованным.

Вполне возможны ситуации, когда собственно правовые цели могут резко расходиться с социальными целями. То, что с точки зрения права, правового регулирования признается действенным, эффективным, может оказаться социально вредным и недопустимым. Например, Советское государство признавало раскулачивание высокоэффективной политико-правовой мерой, позволившей ему в короткий срок перевести сельское хозяйство на социалистические рельсы. Однако в социальном плане, с точки зрения целей развития сельского хозяйства и обеспечения населения продуктами питания, данная мера имела только негативные последствия. Поэтому в интересах получения достоверных и обоснованных знаний телеологическое объяснение права, иных правовых институтов и учреждений, как правило, надлежит завершать анализом их социальных целей и социальных результатов, которых удалось достичь благодаря применению этих институтов и учреждений.

Один из недостатков телеологических объяснений видится в том, что за основу объяснений и оценок в них чаще всего берутся цели, которые были поставлены действующим субъектом: государством, правотворческим или правоприменительным органом либо гражданином. Вместе с тем реальные цели могут быть неправильно понятыми, субъективными и не соответствовать объективным процессам развития общества, государства и права. Поэтому и результаты телеологического объяснения, в котором степень объективности целей имеет вероятностный, проблематичный характер, не могут претендовать на высокую степень научной обоснованности.

Чтобы отделить субъективные цели от объективных и придать телеологическому объяснению необходимый уровень объективности, требуется специальный теоретический анализ. Объективность целей может быть обоснована в ходе их сопоставления с законами, принципами правовой науки, отдельной отрасли права, с научно обоснованными целями, преследуемыми обществом или государством, международными сообществами, нормами международного права. Руководствуясь объективными целями, возможно не только оценить степень соответствия им средств и результатов действия, но и убедиться в том, насколько действующие правовые средства и результаты их применения соответствуют магистральному развитию общества и государства, а также понять, что нужно сделать, чтобы привести сущее в соответствие с должным — объективными, научно обоснованными целями.

Современные российские правоведы зачастую используют функциональный вид объяснения. В этом случае большую посылку составляют положения о функциях, присущих тому или иному явлению как целостной системе, а экспланандум — выводы о степени соответствия деятельности отдельного компонента функциям этой системы, его способности усиливать или препятствовать реализации данных функций.

Примером удачного применения функционального объяснения в правовой науке может служить система нормативных правовых актов в Российской Федерации. Каждый компонент этой системы призван обеспечивать реализацию функций Конституции РФ, и оценка его деятельности дается с позиций того, как он реализует эти функции. Так, федеральные законы как акты высшей юридической силы конкретизируют положения Конституции РФ, устанавливая первичные нормы во всех отраслях права и законодательства. Иными предстают функции подзаконных нормативных правовых актов, в том числе указов Президента РФ, призванных конкретизировать и развивать положения федеральных законов и Конституции РФ. Таким образом, сопоставляя конкретные результаты деятельности отдельного правотворческого органа с тем, как он реализует свои функции, ориентированные на реализацию Конституции РФ, можно сделать достоверный вывод о его результативности в обеспечении эффективного нормативного правового регулирования общественных отношений.

Широкому применению функционального объяснения в правовых исследованиях препятствует одно обстоятельство: отсутствие четкого понимания функций правовых явлений. Общее понимание функций является настолько широким и неопределенным, что, руководствуясь им, весьма сложно, а скорее и невозможно, отличить функцию от иного свойства, признака исследуемого. В результате исследователь признает функцией все, что пожелает. Несмотря на многолетние и интенсивные исследования проблем функций государства, российские правоведы так и не имеют четких представлений о критериях, руководствуясь которыми следует отличать основное направление деятельности государства от неосновного, а также о том, какой должна быть действительная система функций Российской Федерации. Трудно найти два учебника теории государства и права, которые бы одинаково понимали и интерпретировали систему функций государства. Еще больший произвол царит в представлениях о функциях правовых явлений, которые стали исследоваться с применением функционального подхода сравнительно недавно.

Конечный результат объяснения эмпирической информации достоверных фактов может выражаться в двух формах: 1) непосредственная сущность исследуемых явлений полностью объясняется с помощью наличных теоретических знаний; 2) непосредственная сущность явлений остается необъясненной с позиций имеющегося теоретико-понятийного аппарата.

В тех случаях, когда эмпирические данные полностью соответствуют имеющимся теоретическим знаниям правовой науки, социальное правовое исследование не содержит новых теоретических знаний. Но это обстоятельство не означает того, что подобные исследования не имеют научной ценности. Сложный, диалектически противоречивый процесс познания закономерностей функционирования и развития правовых явлений невозможен без знания социальной обусловленности правовых норм и их влияния на развитие общественных отношений. Это один из основополагающих принципов материалистической теории права, реализация которого положила начало превращению юриспруденции в подлинно научную теорию права. Социальные правовые исследования, раскрывающие социальную обусловленность права, правовых институтов, механизмов их функционирования, дают материал, который составляет эмпирический базис науки как одного из ее необходимых компонентов.

Новые теоретические знания не могут быть получены в ходе социальных правовых исследований и в случаях, когда факты, свидетельствующие о новых свойствах, сторонах, отношениях явлений и процессов, не получают объяснения с позиции наличных теоретических знаний. Тем самым в правовой науке обнаруживается пробел, который может быть преодолен только на уровне теоретического познания и соответствующими этому уровню методологическими средствами. Сущность и необходимость, будучи внутренними, глубинными сторонами явлений и процессов, не совпадающими с их внешней формой, непосредственному наблюдению недоступны и в процессе эмпирических исследований остаются нераскрытыми.

Теоретический анализ эмпирического материала, направленный на установление сущности и необходимых элементов, — самостоятельный этап научного исследования, качественно отличающийся целями и способами познания от социального правового исследования. В теоретической области, считал Ф. Энгельс, эмпирические методы «оказываются бессильными, здесь может оказать помощь только теоретическое мышление». Применительно к правовым исследованиям это означает, что для успешного развития юридической науки важны совершенствование, разработка не только приемов сбора, изучения и обобщения эмпирических фактов, но и методов теоретического исследования. Однако исследование, основанное на применении этих методов, будет иным по сравнению с социальным правовым явлением как по целям, так и по конечным результатам.

  • [1] См.: Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. Общие положения. М., 1998. С. 361.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >