«НИЗШАЯ МИФОЛОГИЯ» ГОРНОРАБОЧИХ ЕВРОПЕЙСКИХ СТРАН И РОССИИ: СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ

В социологии, культурологии, философии культуру представляют как систему, состоящую из двух главных составляющих - духовной и материальной (ряд источников выделяет еще и социальную культуру). В Философском энциклопедическом словаре отмечается, что «духовная культура охватывает сферу сознания, духовного производства (познание, нравственность, воспитание и просвещение, включая право, философию, этику, эстетику, науку, искусство, литературу, мифологию и религию)»[1]. Духовная культура рассматривается как относительно самостоятельная сфера культуры, обладающая собственными закономерностями и структурой.

Мир духовной культуры разнообразен: он населен мифологическими образами, богами, духами, художественными образами, формирующими картину мира человека и представления о том, что есть добро и что есть зло. Духовная культура наиболее чувствительна к внешним воздействиям. Она способна улавливать малейшие изменения в жизни людей и отзываться на них изменениями в самой себе. В нашем случае можно предположить, что на духовную культуру горнозаводского населения Германии, Австрии, Чехии, Польши, Франции, Урала и Алтая оказало влияние горное дело, которое было главной отраслью хозяйства в целом ряде регионов этих стран.

Наиболее ярко, по нашему мнению, это отразилось на таких составных частях духовной культуры, как низшая мифология и различные праздничные и обрядовые практики. К так называемой низшей мифологии относятся различные сверхъестественные существа, не имеющие божественного статуса. Это могут быть различные духи природы, персонификации календарных праздников и персонажи народной демонологии.

Мы опираемся на груды известного отечественного этнографа С. А. Токарева, который обозначил «культ гор» в качестве одной из ранних форм религиозных верований: «...специфическую форму культ гор принял в тех сравнительно немногих местностях, где население было занято добычей горных ископаемых <...> Доходность этого промысла, но, в то же время, его ненадежность повели <...> к мифологизации горных богатств. Так появились в разных странах различные духи гор»[2].

Можно предложить условную классификацию духов гор: это духи мужского пола, женского пола и зооморфные персонажи. Начнем с персонажей «низшей мифологии» первого типа. В качестве оснований для сравнительного анализа мы выделяем несколько их основных черт: внешний облик, среда обитания, способы контактов с людьми и система ценностей.

Персонажи «низшей мифологии» мужского пола

Персонаж «низшей мифологии» мужского пола, связанный с подземными богатствами, известен в народных верованиях горняков Рудных гор (Германия) как Горный дух (нем. Berggeist). Горный дух в виде маленького человечка появляется из внезапно раздвинувшейся скалы как из каменных ворот («Горный дух из Доната близ Фрейбурга»[3]), его появление может сопровождаться вспышкой яркого света («Каменное сердце в Шварцвассере»[4]) или непонятными физическими явлениями («внезапно задергалась веревка», «странным образом» начинает себя вести горняцкий инструмент).

Он обладает способностью менять свой облик: иногда являться маленьким человечком, а иногда - работником, стоящим возле лебедки. Его отношение к человеку зависит от настроения: когда он в хорошем настроении, он помогает людям, но не бескорыстно, а за определенную плату. Если человек нарушает заключенный с Горным духом договор, его ждет наказание.

Так произошло с персонажем предания «Горный дух из Доната близ Фрейбурга». Горный дух появляется, когда в забое громко плачет о своей беде горнорабочий по имени Ханс, «бедный, изнемогавший в нужде» человек. И Горный дух приходит ему на помощь. В тексте предания говорится: «Он сказал ему: “Ханс, я хочу тебе помочь, но ты должен мне за это отдавать каждый пласт, одну крошку хлеба и один светильник и никому из людей не рассказывать об этом”»[4]. Игорнорабочему «улыбнулась удача»: он находит залежи серебра.

Ханс, к несчастью, нарушает обещание: он рассказал другим горнорабочим о том, что с ним произошло, и Горный дух в наказание убивает его: «...повернулось колесо лебедки и, вскоре, двинулся ковш с откатом руды за день. Много руды упало на мертвого горняка Ханса»[6].

Горный монах (Bergm?nch) - персонаж низшей мифологии горняков Гарца. В предании «Кем раньше был Горный монах» его внешний вид описывается так: «Горный монах показывается людям в одежде горного мастера с серебряной шахтерской лампой»[7]. Иногда его представляли в виде присяжного заседателя огромного роста, у которого «глаза искрят пламенем и подобны колесам кареты, его серебряная шахтерская лампа так огромна, как четверик... Его ноги подобны паутине»[6]. В виде маленьких человечков в белых одеждах, или гномов (M?nnchen, Zwerge), встречаются горные духи в преданиях Гарца- «Духи в горе Клаусталер» и «Война карликов».

Горный дух и Горный монах внимательно следят за своими подземными владениями и за теми, кто их добывает. Так, Горный монах «...обходит все штольни, изучает каждый забой, проходит за день такие места, под которым находятся залежи руды, туда и сюда. Он передвигается то медленно, то быстро, как молния»[6]. Кроме того, Горный монах обладает властью над инструментами горнорабочих: «Иногда он садится на откатные рельсы или поддерживает их. Также он крутит водяные колеса, когда его настроение располагает к покровительству [людям]»[10].

Как и другие персонажи низшей мифологии, Горный монах амбивалентен и противоречив: «Тем, кто ему нравится, он делает подарки и появляется в человеческом облике... Когда он зол, он показывается в своем настоящем облике»[6] - как жестокий судья.

Благожелательные к трудолюбивым людям карлики могут пригласить человека на пир в подземном царстве, одарить слитком золота, но могут и жестоко расправиться, если человек дурно поступает (например, отнимает силой не принадлежащие ему богатства, подаренные горными духами: «...тем, кто его отнимет, он свернет шею»[6]).

Время в горе, в которой живут горные духи, течет иначе, чем в мире людей: один день равен многим годам человеческой жизни. Гость на пиру карликов возвращается в свой мир, и его никто не узнает - слишком много времени прошло с тех пор, как он «пропал».

Между собой горные духи могут вести войну, как об этом говорится в предании «Война карликов». Случайным свидетелем такой битвы стал горнорабочий, который шел в Лаутенталь: «Когда он пришел к горе, на месте, где находится Лаутенталерский пруд, он услышал шум, крики и вопли, выкрики и буйство», трубили трубы, били барабаны. «Огромные толпы бились друг с другом саблями и кинжалами, другие толпы безрезультатно передвигали штурмовые лестницы друг на друга и яростно рубили друг друга своими маленькими мечами так, что мертвые и раненые лежали кучами....»[13] Это шла битва между двумя вождями карликов. На вождях были надеты «красивые военные мундиры, покрытые золотом и серебром, также у них на голове были маленькие короны и маленькие сверкающие звезды на груди»[6]. Когда один из вождей бросился к горнорабочему в ноги, ища защиты от второго, вмешивается горнорабочий и спасает, как впоследствии выясняется, самого Короля карликов (2уег§епкбт§). Король в награду приводит горнорабочего в свою сокровищницу - «Серебряную комнату» и говорит ему: «Бери, чего и в каком количестве ты желаешь, и возьми хоть все! Чем больше ты возьмешь, тем больше я обрадуюсь!»[6]. Мы предполагаем, что описание боя в данном предании является попыткой истолковать происхождение непонятных звуков в шахте[6].

Схожие с Горным духом и Горным монахом персонажи есть в народных верованиях горняков Лаузитца (Германия), Польши (Силезия), Чехии, Тироля (Австрия), Франции (Эльзас), Урала и Алтая. В Лаузитце это такие персонажи, как «лютки» (Die Lutken / Lutki), которые обитали под землей или в горных пещерах и обладали властью над подземными богатствами. Их также представляли как маленьких человечков. Горняки Лаузитца считали, что лютки не вредят людям и «дружелюбны»[17].

В Силезии (Польша) «обитает» такой персонаж, связанный с горным делом, как Скарбник. Он мог появляться перед людьми в облике маленького человечка-гнома (предание «Скарбник помогает рудокопам»), шахтера невысокого роста с белой бородой (предание «Горный обушок владыки недр»), в облике штейгера-начальника горняков огромного роста или короля-владыки подземного мира, одетого в пурпурную мантию и золотую корону с горняцким обушком в руке - знаке власти «над подземным шахтерским племенем» (предание «В царстве Скарбника -Властелина гор»).

Места обитания Скарбника аналогичны немецкой традиции: это «глубь шахты» или цинковый рудник. В фольклоре шахтеров Польши подробно описывается царство Скарбника: «Высокие черные базальтовые скалы, смыкаясь вверху, образовали величественный свод над подземным садом. Причудливые деревья и кусты, диковинные цветы переливались всевозможными красками и благоухали так, что дух захватывало. Птицы были несравненно красивее земных, пение их сливалось с чарующими звуками музыки, а затем их голоса сменили музыку, когда она, замирая, ушла куда-то вглубь. На зеленых газонах били фонтаны. Разинутые пасти чудовищ из яшмы выбрасывали струи лучезарной воды. Шахтер пригляделся: да ведь это серебро, настоящее серебро лилось в бассейны, а не чистая, сверкающая в свете звезд и луны вода. На высокой темной скале, среди зелени верб, черемух, яблонь и вишен, возносился дворец, сияющий радугой»[6].

Общие черты этих персонажей можно усмотреть в том, как они проявляют себя в мире людей. Скарбник, как и схожие персонажи низшей мифологии горняков Рудных гор и Гарца, «пробивает штреки, подсказывает забойщикам, где найти богатый пласт, помогает, предостерегает»[19]. Он, как и аналогичные немецкие «горные духи», дает о себе знать шумом: «кашель, как будто кто поперхнулся угольной пылью»[20].

Общие черты просматриваются и в системе ценностей. Скарбник «не любит шуток и балагурства»[21] в шахте, помогает понравившемуся ему честному шахтеру, человеку «с добрым сердцем, без алчности к деньгам»[22] [6]. Скарбник награждает Юзека Заранковского за честный труд, пригласив его в свое царство, чтобы Заранковский поверил, что оно существует. Между тем, это такой же противоречивый образ, как иГорный. В предании «Скарбник помогает рудокопам» он сам в разговоре с шахтером говорит: «Были и до тебя здесь люди, но при виде золота у них тряслись руки, всякий старался урвать лишний грош. Не соблюдали условия и гибли в пропасти» .

Ярче всего амбивалентность образа Скарбника видна в предании «Горный обушок владыки недр». У главного героя данного предания, Франека Лещины во время смены в шахте ломается обушок (инструмент, которым рубили уголь). Согласно традиции этот инструмент, даже если он ломается, нельзя ни у кого одалживать. Лещина же говорит: «к черту этот закон и честь! Работа ждет, а мне нечем рубить»[24]. В ответ на это появляется Скарбник в облике шахтера, который разглядывает главного героя «не то сурово, не то с насмешкой»[6]. Он дает Лещине обушок и указывает на большие залежи угля. Однако Франек становится из-за этого жадным.

Тем не менее Франек получает за эту работу достойную плату. Но когда он окончательно выходит на поверхность, встречает странную картину, он не может ничего узнать в окружающем его мире: «Все, что ни увидит- незнакомое»[6]. Его невеста Доротка за время его работы умирает, оказывается, что она ждала Франека тридцать лет[27]. Между тем Франек был «с деньгами» и женился на внучке Доротки. В предании отмечается: «Владыка [Скарбник. - А.М.] перемежал наказание с милостью»[28].

В фольклоре горняков Чехии мы также видим персонажей, типологически схожих с немецкой и польской традициями. «Пермон», или «Пермоник» - один из них. Считается, что название этого персонажа происходит от немецкого слова «Bergmann», что означает «горняк» или «горный человек». Этому персонажу приписывались непонятные людям звуки под землей: «он издавал много звуков, напоминавших стук»[29].

В чешской традиции были и другие подобные персонажи, с которыми связывались непонятные человеку звуки в шахтах. Это «коваричек», или «маленький кузнец» и «Клепачек». Им приписывали звуки, напоминающие стук под землей, которыми они давали о себе знать людям[6]. Так же, как и типологически схожих персонажей из немецкой и польской традиций, их представляли в виде маленьких человечков.

В «низшей мифологии» горняков Австрии мы также обнаруживаем сверхъестественных персонажей мужского пола, связанных с горным делом и обладающих властью над подземными богатствами. Как и в Германии, Чехии и Польше, их представляли в виде маленьких человечков. Человек-из-Венеции (нем. Venediger Mann) - один из них. Он появлялся перед людьми в облике маленького человечка с лопаткой, которой он сгребал золото[31].

Аналогичный персонаж в верованиях горняков Рудных гор (Германия) не имеет каких-то особых атрибутов. Тем не менее такой атрибут есть у немецкого Горного монаха (Гарц) - шахтерская лампа, с которой он появляется перед людьми, и у Скарбника - обушок, шахтерский инструмент.

Система ценностей Человека-из-Венеции аналогична персонажам в Рудных горах, Гарце и Силезии. В одном из преданий о Человеке-из-Венеции говорится, что он попросил у одного человека уголь и в обмен дал ему золото. Данный персонаж награждает порядочного человека.

В Тироле «обитали» и такие персонажи, как «серые человечки». Их представляли в облике карликов, которые были одеты как горняки и имели длинные бороды[32]. Они обитали в глубине штольни рудника Швац, как и аналогичные немецкие «горные духи».

«Серые человечки» - такие же противоречивые персонажи, как немецкие Горный дух и Горный монах и польский Скарбник. Они причиняли вред тем, кто их дразнил. При этом «Серые человечки» помогали горнякам, которые их не боялись. За помощь их нужно было обязательно отблагодарить: «Да отплатит тебе Господь тем же!». Горняков, которые забыли их отблагодарить, эти персонажи жестоко наказали: «...человечки исчезли, и шахта обрушилась и погребла горнорабочих»[6].

Представляли горных духов в Тироле в образе воинов огромного роста, закованных в броню. Этих персонажей называют «Охранниками руды». Они дают о себе знать людям громкими звуками, напоминающими выстрелы из оружия. Подобных персонажей в немецкой или польской традиции мы не видим. Эти персонажи ценят храбрость как человеческую добродетель, они показывают месторождение руды тем, кто их не боится[34].

В тирольской традиции есть и персонажи, которые, по нашему мнению, являются попыткой истолковать непонятные человеку звуки в шахтах, так же как это было с рядом персонажей «низшей мифологии» горняков Германии Польши (Силезия) и Чехии. Но при этом данные персонажи не обладают властью над подземными богатствами. Один из этих персонажей - «Звенящий человек». Согласно одноименному преданию, раньше он был крестьянином, который звенел косой и серпом в праздничные дни и в воскресенье, и делал это всю жизнь. Когда он умер, эти звуки люди продолжали слышать, но не видели того, кто их издает[35].

В верованиях горнорабочих Франции (Эльзас) мы также видим персонажей, типологически схожих с «горными духами» из низшей мифологии горняков Германии, Польши, Чехии и Австрии. Их представляли, в облике горнорабочих: «шахтеры, которые приходят из других мест»[36]. Различие с верованиями горняков Германии, Польши и Чехии и Австрии заключается здесь в том, что типологически схожие персонажи народной демонологии горнорабочих Франции исчезают, когда «рудная жила истощается»[6].

Еще одно важное отличие - данные персонажи «зависят от Горного судьи (который зависит в свою очередь от Императора)»[6]. В верованиях горняков Германии, Польши, Чехии и Австрии персонажи «низшей мифологии», связанные с горным делом, не состоят на службе у других персонажей того же типа.

Персонажи мужского пола, обладающие властью над подземными богатствами и типологически схожие с «низшей мифологией» горняков Германии, Польши, Чехии, Австрии и Франции, имеются в уральской и алтайской традициях. На Урале «обитал» Горный, которому горняки приписывали разные шорохи и звуки, сопровождаемые оседанием пород, движением газов, воздуха, грозившим людям катастрофой.

Звуки, которые издавал Горный, были связаны с его внешним видом. Гулкий, глухой звук представлял Горного как огромное существо, седобородого «старца». Свистящий, пронзительный крик соответствовал образу шустрого и злого человека, прячущегося за углом штольни, а хохочущий, гортанный голос «рисовал» облик озорного колдуна, который любит попугать рабочих и поозорничать.

Внешний облик Горного, который он принимал, появляясь перед людьми, был связан с тем, какие полезные ископаемые добывали там, где «обитал» Горный. Там, где добывали уголь, Горного представляли как горняка, одетого в черную или темно-серую рубаху с седой короткой бородой. В медных рудниках Горный представал перед людьми как маленький человечек с зелеными волосами и одеждой. Когда появлялся и исчезал, то оставлял за собой «сернистый туман». А в местах добычи драгоценных металлов Горный появлялся перед людьми в ярких одеяниях. В уральской традиции способность Горного менять свой облик не выступает как показатель противоречивости этого персонажа, как это было в Германии. Горный также мог принимать облик животных птиц или природных стихий[39].

Горный давал о себе знать «свистом, криком, хохотом, конским топотом или словами угрозы»[40]. Появлялся он перед людьми тогда, когда хотел им сообщить что-то важное или напугать. Все перечисленные способы контактов Горного с людьми в уральской традиции схожи с аналогичными персонажами в немецкой (Рудные горы, Гарц), польской (Силезия) и австрийской (Тироль) традициями. При этом Горный не дает о себе знать звуками боя, как схожие персонажи в «низшей мифологии» горняков Гарца, выстрелами, как в Тироле, или непонятным человеку поведением горняцких инструментов, как в Рудных горах.

Горный так же, как и аналогичные персонажи из немецкой, польской и австрийской традиций, мог указать на залежи подземных богатств. Как справедливо отмечает Б.Г. Ахметшин, Горный «умеет разгадывать скрытые замыслы людей, не терпит шуток над собой, не дает обмануть себя, не допускает нарушения тайного союза, заключенного между ним и шахтером, не прощает неискренности и лицемерия... Он, как рачительный хозяин, озабочен тем, чтобы не оскудели его подземные кладовые, не любит, когда слишком много золота становится добычей людей, и, если они не прислушиваются к его предостережениям, насильно прекращает выработку шахты...»[6]. Кроме этого, Горный «наказывает стяжателей и эксплуататоров, заступается за несправедливо обиженных»[6].

Типологически схожий с уральским Горным и аналогичными персонажами из европейской традиции персонаж есть в «низшей мифологии» горнозаводского населения Алтая. Он имеет несколько имен: «Горный -

Хозяин земли»[43], «Горный»[44], как и в уральской традиции, или «Горный Батюшка»[45].

Внешний облик этого персонажа, с одной стороны, типологически схож с уральским Горным: его представляют как штейгера-начальника горняков, но в отличие от схожих персонажей, «обитающих» в Германии, Польше, Чехии, Австрии, Франции и на Урале, имя этого штейгера конкретно известно (Борзов, Игловский)[46]. Еще одно важное отличие -во внешнем облике Горного на Алтае: его представляли как человека огромного роста[47] или человека огромного роста с двумя головами[46]. Внешний облик Горного с несколькими головами отражает враждебные человеку силы подземного мира (в мифологиях многих народов персонаж с несколькими головами также символизировал хтонические силы природы, враждебные людям). На Урале, в Германии, Чехии и Польше такого облика «горного духа» мужского пола не встречается. Однако в австрийской традиции, как мы уже сказали выше, «горные духи» могут появляться перед людьми в облике людей огромного роста. Здесь мы видим сходство алтайской и австрийской традиции.

В отличие от уральского Горного, который обитает под землей, на Алтае Горный появляется перед людьми и на поверхности[6] или обитает в избушке, где работает машина для промывки золота[50]. Горный ассоциируется с традиционными устройствами, использовавшимися при добыче полезных ископаемых. Это важное сходство между алтайской и немецкой традициями. Появление Горного духа в Рудных горах было связано с непонятным человеку поведением горняцких инструментов, Горный монах, «обитающий» в Гарце, мог крутить водяные колеса в шахте или поддерживать откатные рельсы.

Горный в верованиях горнозаводского населения Алтая наказывает плохих людей и помогает достойным. К примеру, этот персонаж наказывает человека, который хвастался, что не боится его. Но, в то же время, Горный помогает найти месторождение полезных ископаемых. Алтайский Горный предупреждает людей о грозящей катастрофе, помогая ее избежать. Он может делать это как с помощью звуков, так и появляясь перед людьми[51]. Важное отличие персонажей «низшей мифологии» горнозаводского населения Урала и Алтая от австрийкой, немецкой и польской традиций заключается в том, что у Горного, или Горного батюшки нет какого-либо атрибута, указывавшего на его власть над подземными богатствами (к примеру, у Горного монаха в Гарце это шахтерская лампа, у Скарбника в Польше - обушок, у Человека-из-Венеции в Австрии - лопата, которой сгребают золото).

Персонажи мужского пола, связанные с горным делом, «обитали» не только в Германии, Польше, Чехии, Австрии, Франции и России, но и в Англии. Речь идет о главном горнодобывающем регионе Англии -Корнуолле, где бытовали представления о knockers (буквально «те, кто стучат», стуканцы) или, как их еще называют, нокерах. Эти персонажи обитали в шахтах и появлялись перед людьми в облике карликов, которые «одеждой и повадками походили на заправских шахтеров» . Считалось, что нокеры предупреждали шахтеров стуком об обвале или катастрофе, как и аналогичные персонажи уральской и немецкой традиции.

Женские образы низшей мифологии

«Горный дух» в также имеет женский облик. Это следующий тип персонажей «низшей мифологии» горняков Европы и России, который мы выделяем. Такого рода персонажи присутствуют в немецкой (Гарц), австрийской (Тироль) и уральской традициях.

В Гарце (Германия) это «Девушка из Илльбурга» которую представляли как девушку с ключами, одетую во все белое[52] [53]. Она дает о себе знать людям звуком чихания, и когда горняк, услышавший этот звук, три раза говорит в ответ «Бог в помощь тебе!»[6], она указывает горняку место, где тот находит сокровище. Важным элементом в описании выступает то, что горный дух появляется в молчании, лишь делая знак рукой. Это, на наш взгляд, показательный факт, так как тишина и молчание в шахте - одно из условий работы.

В Тироле (Австрия) бытовали представления о «Девушке-из-Пусто-ши» (Не1с1епйгаи1ет)[55] - удивительно красивой девушке, которая расчесывала золотые волосы. Этот образ связан с местонахождением золота. По преданию, одна из девушек сидела на скале и расчесывала золотые волосы. Внезапно ее заметил пастух, которому она крикнула, чтобы он снял шляпу. Пастух сделал это и увидел, что гора, на которой сидела девушка, полна золота. Но пастух надел шляпу снова, и все неожиданно исчезло. Волосы в данном случае олицетворяют власть над подземным миром, а шляпа, которую должен был снять пастух, - знак того, что он должен покориться власти сверхъестественного персонажа.

В низшей мифологии горняков Тироля известен еще один персонаж женского пола - «Девушка в Хохбурге». Он выглядел так: «Женщина со связкой ключей»[56], которая делала знаки рукой на место, где было богатое месторождение полезных ископаемых. Место обитания этого персонажа в предании характеризуется как замок, где есть «...зал, в котором красивая девушка сидела у камина, где горело много угольков»[6] [6]. Внешний облик этого персонажа типологически схож с немецкой (Гарц) традицией, схожа и функция этого персонажа: он указывает на местонахождение подземного богатства. Однако немецкая девушка из Илльбурга появляется на поверхности, а тирольская «Девушка в Хохбурге» обитает в комнате в замке.

События предания «Девушка в Хохбурге» разворачиваются следующим образом: «Когда в одну рождественскую ночь одна девочка <...> из находившегося неподалеку двора была дома одна, внезапно погас свет. <...> раздался голос старой женщины: “Иди к соседу на ту сторону и достань свет в фонарь!” Ребенок послушался, взял свет и вошел в замок, который как только что построенный тут стоял. Озадаченная, она поднялась по лестнице и нашла в зале красивую женщину, которая сидела возле камина, в котором горело много угольков. Женщина приветливо кивнула, нагребла полную лопату угольков, и она хотела их насыпать девочке в фартук. Тут испуганный ребенок закричал: “Мой Бог, они сожгут меня...” Замок мгновенно исчез в глубине, закричало и зазвенело».

«Девушка в Хохбурге» дает сокровище только тому, кто ее не боится, такого показателя, как противоречивость «горного духа» женского пола мы не видим в немецкой традиции (Гарц). В немецкой традиции также нет образа углей или чего-то подобного, которое затем станет подземным богатством, это чисто тирольская традиция.

Перейдем к тирольскому преданию «Женщина с золотыми орехами», в котором горный дух предстает перед людьми в образе старой женщины, которая «делала знаки рукой и держала перед собой три золотых ореха»[59]. Когда эту женщину увидел проходивший мимо крестьянин, он взял у нее из рук золотой орех и продолжил свой путь. Впоследствии этот человек стал очень богатым. Орех в данном случае символизирует подземные богатства. Старая женщина, как можно допустить, символизирует не только умирание / переход в «другой мир» (в нашем случае - представительница подземного мира, ассоциирующегося в том числе и с захоронением), но и мудрость и обещание благополучия.

В уральской традиции также встречаются женские «горные духи». В первую очередь, речь идет о таком персонаже, как Горная матка. В.П. Кругляшова считает, что название этого персонажа связано с термином «рудная матка» или «железистая матка», который обозначал в промышленности XVIII в. средоточие месторождения, основное ядро. Это могло сопутствовать появлению в народном сознании образа «горной матки» - существа женского пола, живущего где-то в центре месторождения и распоряжающегося подземными богатствами.

В преданиях углежогов Горная матка живет в особой комнате, которая находится в шахте. Комната «внутри обита бархатом черным, золотом, камнями разными дорогими украшена»[60]. Подобная «среда обитания» имеет место в преданиях о типологически схожих персонажах «низшей мифологии» женского пола в тирольской традиции. При этом в представлениях о Горной матке, бытовавших на Урале, она «обитает» не в замке, как в Тироле, а в «комнате» в глубине шахты. Горная матка не появляется на поверхности, как немецкая «Девушка из Илльбурга», это важное отличие уральской и немецкой традиций.

Горная матка не любит шума, песен, хохота, неприличного слова в шахте, поднимает в шахте вихри. Она строга, но справедливо требовательна, милосердна к слабым и невинно страдающим. К примеру, в облике штейгера или смотрителя она отчитывает в одном из преданий шахтера, не следящего за крепью: «Ребятишек осиротить хочешь?»[61]. Это такой же амбивалентный персонаж, как и типологически схожие «горные духи» из немецкой и тирольской (Австрия) традиций. Однако в уральской традиции не встречается такой показатель амбивалентности этого персонажа, как преодоление страха перед ним, как это имеет место в тирольской (Австрия) традиции.

Встречается в «низшей мифологии» горнорабочих Урала и другой персонаж женского пола, связанный с подземными богатствами - девка Азовка. Она может появляться возле места, где есть подземные богатства, и указывать на их местонахождение: «Видели люди девку Азовку, когда она сгребала сено граблями. Они спрашивают: “Где вход в пещеру?” А она только приговаривает: “Вот вам грабли, вот вам грабли”. Пошли от нее, смотрят - яма глубокая, а там слиток золота»[62]. Сено, как это принято считать, символизирует прибыток и неожиданное счастье.

Проведенный сравнительный анализ женских образов в низшей мифологии горнозаводского населения Урала, Германии (Гарц) и Австрии

(Тироль) показал, что при их значительном сходстве («место жизни»-шахта, гора, власть над подземными богатствами, способность изменять свой внешний облик в зависимости от того, на какое подземное богатство указывается, добрые дела по отношению к одним и наказание другим) они отличаются наличием особых атрибутов - ключей.

Появление ключей у этих персонажей не случайно. В «Словаре сюжетов и символов в искусстве» отмечается: «Христос передает ключи от неба апостолу Петру. Они являются его атрибутом - иногда один золотой, другой серебряный (или железный)». В народной традиции этот атрибут становится символом власти над подземными богатствами, ключи открывают доступ к подземным богатствам.

Зооморфные персонажи

В фольклоре горняков Гарца, Тироля, Эльзаса и Урала встречаются «горные духи», появляющиеся перед людьми в образе животных. Предание горнорабочих Гарца «Охотник в Альтенау» описывает такого рода персонажей так: «серны, олени, кабаны и прочие дикие животные, из золота или из серебра».[63] [64] Система ценностей данных персонажей схожа: в предании «Охотник в Альтенау» наказываются люди, которые одержимы жаждой наживы (венецианцы), а награждается охотник, у которого такой страсти нет (он попадает в «горное царство», тогда как венецианцы, набравшие в шахте, куда их приводит охотник, золота - в Венецию. Охотник получает в подарок серебряного оленя).

В Тироле также бытовали представления о горных духах в облике змей, которые как хтонический персонаж тесно связаны с землей и символизируют в народной традиции мудрость, бессмертие. В одном из преданий говорится, что в одной местности люди: «...видели лоснящегося зеленого змея в пруду, который нес золотые ключи в ядовитой пасти. Они [люди] должны были дождаться того, кто имел бы храбрость взять его ключи, чтобы поднять сокровище»[65].

Зооморфный горный дух может в тирольской традиции выступать и в качестве того, кто не указывает на местонахождение подземных богатств, а охраняет их. В этой ипостаси такого рода персонаж выступает в предании «Сокровище у Майенбурга»: «...возле одной замковой стены лежит сокровище, охраняемое черной собакой»[66]. В верованиях горнерабочих Франции (Эльзас) зооморфный персонаж, связанный с горным делом, предстает в облике волка .

В народных верованиях горнозаводского населения Урала также присутствуют персонажи, появляющиеся в облике животных и указывающие на местонахождение подземных богатств: «Клад может свиньей представиться. Ее удалить надо, из нее клад получится. Серебро, золото - все раньше было»[67] [68]. Золото, по представлениям горнозаводского населения Урала, могло представляться и в облике барана[69]. Такого облика зооморфных «горных духов» в европейской традиции мы не видим.

Драгоценный металл, клад, по представлениям горнозаводских рабочих Урала, мог появляться в облике птицы. Такого рода представления бытовали вплоть до 1930-х гг. в районе нынешнего г. Красноуральска: «Нынче ничего такого не слышно, а прежде много рассказывали. Вот, говорят, как петух или курица выйдет из голбца - бей наотмашь! Рассыплется. Это, говорят, клад ходит»[70].

В «низшей мифологии» горнозаводского населения Урала также был известен такой персонаж, как Полоз, представлявшийся в образе огромного змея. Он указывал на нахождение под землей золота: «Говорят, будто Полоз указывает золото. Если человек хороший, то Полоз покажет ему, где золото, а если плохой - наведет на ложный след. Когда Полоз ползет, то после него остается золотистый след»[71]. Этот персонаж типологически схож со «змеем» из тирольской традиции: у них схожий облик и схожие функции, они указывают на подземные богатства.

Иногда Полоза в уральской традиции представляли в человеческом облике, как, например, в одном из преданий, собранных С.К. Власовой: «...человек идет. Купец не купец, а видать, из богатеньких был. В ухе золотая серьга, цепочка на брюхе. Сам тонкий высокий, будто худой голик против доброго кедра. Шея долга. Голова махонькая и злые-то озорные глаза».[72] Можно предположить, что так же, как и в случае с Горным и женскими образами из «низшей мифологии» горнозаводского населения Урала, подобный облик полоза связан с тем, что он указывает на местонахождение драгоценных металлов. «Горный дух», появляющийся перед людьми в облике змея, в тирольской традиции не меняет своего облика.

* * *

Фактический материал показывает, что в среде горняков в различных регионах бытовали не только представления о «горных духах», но своего рода «этиологические мифы» об их происхождении. Особое место в таких преданиях занимают сюжеты о бывших в «земной жизни» горняками и оставшимися таковыми и после своей смерти.

В предании «Кем раньше был Горный монах» говорится о горном духе, прежде бывшем горным мастером: «Горный монах раньше был горным мастером. Ему доставляло такое удовольствие горное дело, что после смерти он попросил Господа, чтобы Он разрешил ему вместо блаженного покоя на небесах, как в прежние дни, объезжать горы и долины, забои и шахты и присматривать за горным делом. Эта просьба была удовлетворена»[73].

Подобное представление встречается у польских шахтеров, когда речь идет о появлении Скарбника (предание «Как горняк променял рай на шахту»): горняк, который «без малого полвека... трудился в своей шахте»[74], умирает и отправляется на небо. В предании отмечается: «...такой неудобной кажется ему эта дорога: камни сияют, как звезды, свет слепит глаза, привыкшие к земным тропкам, ноги ступают не так смело. Куда свободнее чувствовал он себя на шлаковой дорожке, по которой каждый день ходил в шахту»[75]. Шахтеру, который впоследствии станет Скарбником, милее, чем рай, работа в шахте. И Бог решает следующее: «Выпусти-ка ты шахтера, Петр, нечего его держать, раз ему милее работа... И останется он в шахте навсегда, коли небо готов на шахту променять»[76].

Сходство между немецкой и польской традицией видится в том, что появление «горных духов» связывается с Богом и христианскими святыми, как будто освящающими самый труд шахтеров.

В.А. Михнюкевич зафиксировал следующие предания о появлении Горного, бытовавшие на Урале: «Управлял им [рудником, где позже появился Горный] ученый горный надзиратель из крепостных. Не зазнавался. К подневольным рудокопам относился душевно. Вовсе не применял телесных наказаний». За то, что предложил хозяевам добывать руду при помощи вскрышных работ, «его разжаловали и публично высекли розгами. Не вынес он такой обиды, такого позора и наложил на себя руки».

Новый управитель стал виновником грандиозного обвала, при котором погибло 40 рудокопов. «Поговаривать стали, что то место проклял горный-самоубийца. Ночью на Шуйде померещился он кому-то. Пошли также толки, что там под землей иногда раздаются стоны, слышен стук кайл». Рассказывают, что время от времени «некоторым даже встречался на Шуйде, недалеко от пропавшего рудника, сам «хозяин»[77].

В верованиях горнорабочих Алтая происхождение типологически схожего с уральским Горным демонологического персонажа также объясняется тем, что тот раньше был человеком и после смерти стал Горным[78]. Мы предполагаем, что появление Горного на Урале и на Алтае связывают с так называемым «заложным покойником» (человеком, умершим не своей смертью, похороненным не по-христиански). Это общерусская традиция, но на Урале она «преломилась» вследствие специфики образа жизни и трудовой деятельности горнорабочих. Здесь проявляется типологическое сходство с австрийской традицией, где становится человек, который работал в воскресные и праздничные дни, т.е. нарушал христианские традиции (на Урале и Алтае это тот, кто умер не по-христиански). Тогда как в Германии и Польше появление Горного монаха и Скарбника связывается с христианскими святыми.

На Урале также бытовали предания о том, откуда появилась девка Азовка. В одном из них говорится: «...она [Азовка] спозналась с разбойниками и стала носить им на гору еду, питье, стала помогать грабить прохожих и проезжих. Родители плакали, просили ее не ходить к разбойникам, да она не могла не ходить, потому что под сердцем уж дитя носила, а отцом-то ему был главарь разбойничий. Узнали родители всю правду и прокляли дочь свою. С тех пор она и стала жить в пещере на той горе»[79].

Так же, как и в случае с «этиологическим мифом» о Горном в уральской традиции, это общерусская традиция, «преломившаяся» в среде горнорабочих. В России в целом считалось, что когда родители проклинают своих детей, те становятся существами, которые перестают принадлежать миру людей. Здесь мы видим преломление общерусской традиции в специфической трудовой среде (в фольклоре горнорабочих) -в России в целом «проклятые дети» попадают под власть или в руки нечистой силы, а на Урале после того, как родители проклинают Азовку, она начинает жить в горе.

Появление горных духов в низшей мифологии горняков Германии, Польши, Чехии, Австрии, Франции, Урала и Алтая имеет ряд общих черт. Они внезапно появляются перед людьми, дают о себе знать необъяснимыми звуками или посредством непонятного поведения горняцких инструментов. Появление этих персонажей в низшей мифологии горняков и их связь с различными звуками под землей были попыткой истолковать эти непонятные человеку природные явления.

Антропоморфных горных духов можно разделить на «мужские» и «женские». Первые предстают в облике самих горняков, их начальников, воинов, маленьких человечков или людей огромного роста, вторые являются в образе прекрасной девушки или старой женщины. Их размеры и внешний облик связаны, по-видимому, с оптическими иллюзиями, возникающими у человека под землей.

Все перечисленные персонажи имеют власть над подземными богатствами или указывают на их местонахождение. Некоторые из них ассоциируются с приспособлениями для добычи полезных ископаемых. Однако важным отличием европейской традиции становится наличие у персонажей низшей мифологии особых атрибутов (шахтерская лампа, инструмент-обушок, связка ключей).

Важным сходством между низшей мифологии горняков Европы и России является противоречивость «горных духов» по отношению к человеку. Они помогают достойным людям и наказывают дурных. При этом их помощь не бескорыстна: человек должен соблюдать определенные условия, и если он их нарушает - последует его наказание. Человек также должен соблюдать определенные правила поведения в шахте, чтобы не вызвать гнев горных духов.

  • [1] Арнольдов А.И. Культура / А.И. Арнольдов, М.А. Батунский, В.М. Межу-ев // Философский энциклопедический словарь. - М.: Советская энциклопедия, 1983.-С. 294.
  • [2] Токарев С.А. О культе гор и его месте в истории религии // Советская этнография, 1982, № 3. С. 109-110.
  • [3] Der Berggeist am Donat zu Freiberg// [Электронный ресурс]. URL: http://www.westerzgebirge.com/index.html
  • [4] Das steinerne Herz im Schwarzwasser// [Электронный ресурс]. URL: http://www.westerzgebirge.com/index.html
  • [5] Das steinerne Herz im Schwarzwasser// [Электронный ресурс]. URL: http://www.westerzgebirge.com/index.html
  • [6] Там же.
  • [7] Wer der Bergm?nch fr?her war// Bergmannssagen aus dem Harz, VEB Deutscher Verlag f?r Grundstoffindustrie Leipzig [Электронный ресурс]. URL: http://www.manganit.de/019dc7954c0b 1 c501/1 fl)23d95fe0933807/1 fl)23d960208100 11/index.html
  • [8] Там же.
  • [9] Там же.
  • [10] Wer der Bergm?nch fr?her war// Bergmannssagen aus dem Harz, VEB Deutscher Verlag f?r Grundstoffindustrie Leipzig [Электронный ресурс]. URL: http://www.manganit.de/019dc7954c0blc501/lffi23d95fe0933807/iro23d960208100 11/index.html
  • [11] Там же.
  • [12] Там же.
  • [13] Der Zwergenkrieg // Bergmannssagen aus dem Harz, VEB Deutscher Verlag f?r Grundstoffindustrie Leipzig [Электронный ресурс]. URL: http://www.manganit. de/019dc7954c0blc501/1 ffi23d95fe0933807/lffi23d96020810011/index.html
  • [14] Там же.
  • [15] Там же.
  • [16] Там же.
  • [17] Die Lutken / Lutki aus Lausitz Wiki, der freien Wissensdatenbank [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://wiki.lausitzerleben.de/lausitzwiki/index.php/ Die Lutken_/_Lutki
  • [18] Там же.
  • [19] Как горняк променял рай на шахту // Польские народные легенды и сказки. - М.: Худож. лит., 1965. - С. 20.
  • [20] В царстве Скарбника - Властелина гор // Польские народные легенды и сказки. - М.: Худож. лит., 1965. - С. 34.
  • [21] Горный обушок владыки недр// Польские народные легенды и сказки.-М.: Худож. лит., 1965. - С. 22.
  • [22] Там же. С. 33.
  • [23] Там же.
  • [24] Там же. С. 24.
  • [25] Там же.
  • [26] Там же.
  • [27] Там же. С. 27.
  • [28] Там же. С. 28.
  • [29] 22-28 August, 1993. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://old.speleo.cz/ soubory/speleo/sp 16/mytho.htm
  • [30] Там же.
  • [31] Das Goldplatzl bei Barbian// [Электронный ресурс]. URL: http://gutenberg. spiegel.de/zingerle/sagen/Ohtmldir.htm
  • [32] Die grauen M?nnlein// [Электронный ресурс]. URL: http://gutenberg.spiegel. de/zingerle/sagen/Ohtmld ir. htm
  • [33] Там же.
  • [34] Die Erzh?ter// [Электронный ресурс]. URL: http://gutenberg.spiegel.de/ zingerle/sagen/Ohtmldir.htm
  • [35] Das Dengelmannl [Электрон, ресурс]. Режим доступа: http://gutenberg. spiegel.de/zingerle/sagen/Ohtmldir.htm
  • [36] La l?gende de la source engloutie [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://fr.wikipedia.org/wiki/L%C3%A9gendes_mini%C3%A8res_%C3%A0_Belmon t de la Roche. Здесь и далее пер. с французского - наш.
  • [37] Там же.
  • [38] Там же.
  • [39] Ахметшин Б.Г. Образы Хозяина и Хозяйки подземных богатств в фольклоре горняков Башкирии (по материалам фольклорных экспедиций Башкирского университета) // Фольклор народов РСФСР: современное состояние фольклорных традиций и их взаимодействие / Межвуз. науч. сб. - Уфа, 1989. - С. 32.
  • [40] Там же. С. 34.
  • [41] Там же.
  • [42] Там же.
  • [43] Мисюрев А.А. Про Горного батюшку // Мисюрев А.А. Легенды Горной Ко-лывани. Баранаул. Алт. Кн. изд-во, 1989. - С. 92.
  • [44] Там же. С. 96
  • [45] Там же. С. 102.
  • [46] Там же. С. 95.
  • [47] Там же. С. 94
  • [48] Там же. С. 95.
  • [49] Там же.
  • [50] Там же. С. 96.
  • [51] Там же. С. 99.
  • [52] Коути Е., Харста Н. Суеверия викторианской Англии. М.: Издательство Центрполиграф, 2012. С. 204.
  • [53] Die Jungfer von der Ilburg // Bergmannssagen aus dem Harz, VEB Deutscher Verlag f?r Grundstoffindustrie Leipzig [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.manganit.de/019dc7954c0blc501/lffi23d95fe0933807/iro23d960208100 11/index.html
  • [54] Там же.
  • [55] Das Heidenfr?ulein // Sagen aus Tirol alphabetisch nach Titeln sortiert [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://gutenberg.spiegel.de/zingerle/sagen/ 0htmldir.htm
  • [56] Das Fr?ulein auf der Hochburg// Sagen aus Tirol alphabetisch nach Titeln sortiert [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://gutenberg.spiegel.de/zingerle/ sagen/Ohtmldir.htm
  • [57] Там же.
  • [58] Там же.
  • [59] Die Frau mit den goldenen N?ssen // Sagen aus Tirol alphabetisch nach Titeln sortiert [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://gutenberg.spiegel.de/zingerle/ sagen/Ohtmldir.htm
  • [60] Про Горную матку // Предания и легенды Урала: Фольклорные рассказы/ сост. и вступит, ст. и коммент. В.П. Кругляшовой. - Свердловск: Средн.-Урал. книж. изд-во, 1991. - С. 129.
  • [61] Там же. С. 130.
  • [62] Золото на Азов-горе // Предания и легенды Урала: Фольклорные рассказы / сост. и вступит, ст. и коммент. В.П. Кругляшовой. - Свердловск: Средн.-Урал. книж. изд-во, 1991. - С. 102.
  • [63] Ключ // Холл Д. Словарь сюжетов и символов в искусстве. - М.: Изд-во «Крон-Пресс», 1997. - С. 299.
  • [64] Der J?ger in der Altenau // Bergmannssagen aus dem Harz, VEB Deutscher Verlag f?r Grundstoffindustrie Leipzig [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.manganit.de/019dc7954c0blc501/lffi23d95fe0933807/iro23d960208100 11/index.html
  • [65] Die Schlange [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://gutenberg.Spiegel. de/zingerle/sagen/Ohtmld ir. htm
  • [66] Der Schatz auf Maienburg [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://gutenberg.spiegel.de/zingerle/sagen/Ohtmldir.htm
  • [67] La l?gende du loup fant?me de Belmont [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://fr.wikipedia.org/wiki/L%C3%A9gendes_mini%C3%A8res_%C3%A0_ Belmont_de_la_Roche
  • [68] Зап. в с. Махневе от А.Я. Шаровой, 1901 г.р. // Предания и легенды Урала: Фольклорные рассказы; сост. и вступит, ст. и коммент. В.П. Кругляшовой. Свердловск: Среди.-Урал. кн. изд-во, 1991. С. 118.
  • [69] Зап. в деревне Большая Лая Пригородного района от С.А. Зарихина, 1884 г.р. // Предания и легенды Урала: Фольклорные рассказы; сост. и вступит, ст. и коммент. В.П. Кругляшовой. Свердловск: Среди.-Урал. кн. изд-во, 1991.-С. 119.
  • [70] ГАСО. Ф. Р-2111 Он. 1 Д. 33. Л. 10.
  • [71] Зап. в г. Михайловске от Л.Ф. Щипано-ва, 1890 г.р. // Предания и легенды Урала: Фольклорные рассказы / сост. и вступит, ст. и коммент. В.П. Кругляшовой. - Свердловск: Среди.-Урал. книж. изд-во, 1991. - С. 129.
  • [72] ГАСО. Ф. P-2486 on. 1. д. 5. Л. 42.
  • [73] ГАСО. Ф. Р-2486 оп. 1. д. 5. Л. 42.
  • [74] Как горняк променял рай на шахту // Польские народные легенды и сказки. - М.: Худож. лит, 1965. - С. 15.
  • [75] Там же. С. 16.
  • [76] Там же. С. 20.
  • [77] Материалы и исследования по фольклору Башкирии и Урала. Уфа, 1974, вып. 1, с. 185. Тактаров А. Пропавший рудник. - Горняк Бакала, 1965, 18 июня. Цит. по: Михнюкевич В.А. Мифологические образы в современных записях уральской несказочной прозы // Фольклор Урала. Современный фольклор старых заводов. - Свердловск: УрГУ, 1984. - С. 94.
  • [78] Мисюрев А.А. Про Горного батюшку// Мисюрев А.А. Легенды Горной Ко-лывани. Баранаул. Алт. кн. изд-во, 1989. - С. 104.
  • [79] Зап. в г. Полевском от А.Я. Голубевой, 1900 г.р. // Предания и легенды Урала: Фольклорные рассказы / сост. и вступит, ст. и коммент. В.П. Кругляшо-вой. - Свердловск: Среди.-Урал. книж. изд-во, 1991. - С. 70.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >