ТИПОЛОГИЯ ПОЛИТИЧЕСКИХ ТЕКСТОВ

«АГРЕССИВНЫЙ» ТЕКСТ

Как мы уже отмечали, превалирующей функцией эмогива (по В.И. Шаховскому) является выражение эмоций говорящего. Агрессивность, как и многие другие личностные характеристики человека, может проявляться как в его действиях и поступках, так и в языковых средствах, используемых при сообщении. При этом наивным было бы делать выводы об агрессивности человека лишь на основании обнаружения в его высказываниях прямых призывов к агрессии. Агрессивность может проявляться в неосознаваемом человеком предпочтении употреблять особую лексику. Назовем ее агрессивно окрашенной лексикой.

К агрессивным текстам мы отнесли большинство текстов «Русского национального единства», многие тексты «Движения в поддержку армии» и «Коммунистической партии РФ», некоторые тексты «Либеральнодемократической партии России».

В текстах данного типа присутствуют две основные идеи. Первая - об опасности врага в лице оппозиционных партий, имеющих противоположные взгляды, занимающих иные позиции по тем или иным вопросам. Вторая идея - о необходимости всем людям, обманутым и униженным, воспротивиться, противостоять этому врагу, не дать ему возможность и дальше себя обманывать и уничтожать. Действительность в данных текстах предстает как темная, мрачная, угрожающая, в ней не осталось почти ничего человеческого. Кругом царит обман, насилие, нищета. Будущее будет таким же и безнадежным, если народ не прислушается к ним, а поддержит любую другую партию.

Пример «агрессивного» текста:

Который год - в стране царствует смута и развал, властвует произвол финансово-чиновничьей олигархии.

Который год мы ожидаем обещанного благополучия и процветания, получая взамен безудержный рост цен, неплатежи по зарплатам и социальным пособиям, межнациональные войны и конфликты, бандитизм и коррупцию.

Довольно слушать бесконечные обещания и заверения чиновников, терпеть унижения и издевательства обнаглевших «реформаторов».

На попытку Ельцина, с помощью отставки правительства, уйти от ответственности за содеянное - ответим решительным: Ельцина - в отставку!

На попытку Ельцина путем политических рокировок продлить агонию ненавистного антинародного режима - ответим : НЕТ -антинародному курсу!

На угрозы президента распустить Государственную Думу, выступающую за изменение курса «реформ», заявим: Руки прочь от Государственной Думы! Даешь Правительство народного доверия!

Листовка Коммунистической партии РФ, 1998 г.

В ходе эксперимента большинство экспертов (99%) отметили, что в большинстве своем подобные тексты вызывают у них сильные по уровню психической активности негативные эмоциональные состояния: ненависть, озлобленность, страх, ужас.

Практически все эксперты (99%) также указали, что данные тексты вызывали у них в сильной степени такие эмоциональные состояния, как: презрение, тревога, беспокойство, которые относятся к состояниям средней психической активности.

Некоторые тексты, принадлежащие к «агрессивному» типу, по оценке ряда экспертов (70%), вызвали чувство беспомощности и ущербности, но в слабой степени. Из состояний низкой психической активности, по оценкам экспертов (85%), «агрессивные» тексты вызывали сильное чувство обиды и униженности.

В целом можно отметить, что обилие негативно окрашенной лексики настраивает людей на отрицательное отношение ко всему окружающему, создаёт вокруг человека некий отрицательный коннотативный ореол. Все стороны жизни в «агрессивных» текстах рассматриваются только с точки зрения своих недостатков. Вокруг всё плохо, отвратительно, мерзко, страшно. Эта неспецифичность (неконкретность и генерализация) и создаёт у реципиента раздражённость и озлобленность.

Судя по оценкам экспертов, необходимо отметить, что в отличие от «эпатажного» типа текстов (описание которых даётся дальше), тексты «агрессивного» типа лишь частично подавляют человека. В большинстве своем «агрессивные» тексты заставляют человека чувствовать себя обиженным, униженным и оскорблённым, но не беспомощным и ущербным. Наоборот, они призывают активно действовать, возможно, мстить.

Сегодня на той работе, которую я выполняю вот уже шесть лет, надо бы иметь каменное сердце. Ведь мне, кроме тех горьких и зачастую безысходных сообщений, что потоком льются на наш народ с телеэкранов, приходится ежедневно читать специальную литературу, а также почту, сотни писем от простых людей. В них боль и отчаяние, обида за унижения, крик о помощи. ...

Вот только одно из них. Не в силах прокормить своих детей, женщина покончила с собой, выбросившись из окна. И я смотрю на случившуюся трагедию глазами тех ребятишек, которые остались один на один с огромным, враждебным, эгоистичным миром, в обществе, уже теряющем последние нравственные устои.

Но мы живем среди людей! Или я ошибаюсь?

Я уже не говорю, я кричу с парламентской трибуны: посмотрите, власть имущие творят преступление. Вот он - корень ваших бед и унижений! И с горечью вижу - люди не слышат. Потому и бросаются с балкона или под поезд, пускают себе пулю в висок...

Но порок должен быть наказан - чтоб другим не повадно было. И сейчас я говорю: насквозь порочна нынешняя власть. Здесь, в моей обвинительной речи, собраны факты, отнюдь не исчерпывающие, но полностью изобличающие эту криминальную власть. Я хочу, чтобы об этом узнали все. И именно сегодня, поскольку не уверен, что мне это удалось бы сделать потом.

Речь «Обвиняется Ельцин!». В.Илюхин, лидер Общероссийского политического движения «Движение в поддержку армии, оборонной промышленности и военной науки», 1999 г.

Мы относим к текстам «агрессивного» типа тексты «Коммунистической партии РФ» (КПРФ), «Либерально-демократической партии России», а также «Движения в поддержку армии» и «Русского национального единства».

Анализ политических текстов данных партий показывает, что они содержат много лексики, относящейся к таким семантическим категориям (о понятии «семантическая категория» см. главу 1), как ‘низ’ (снижение, деградация, ниже, понижение, упали, пасть, упаднический, понизиться, катиться вниз и др.), ‘тоска’ (горький, безысходный, порочная власть, враждебный мир, беды и унижения, крик о помощи, за все обиды и оскорбления, слезы льются потоком, рабство, нищета, унижение, угроза, предательский, преступления и др.).

Также характерной чертой «агрессивного» типа текстов является частое употребление слов, принадлежащих к семантической категории ‘смерть’ (умереть, умирают, повышенная смертность, смертельная опасность, «Россия или Смерть!», число умерших, похороны и др.), а также самого слова смерть, по сравнению с частотностью употребления слов, относящихся к семантической категории ‘жизнь’ (примерно в десять раз).

Попытка реставрации обернулась чудовищным геноцидом народа. Четвертая часть российских семей существует ниже прожиточного минимума. Разрушается семья, беззащитна женщина-мать. Вновь, как после военного урагана, улицы полны беспризорными детьми.

Попираются религиозные святыни. Телеэфир и книжные развалы заполонены низкопробными изделиями западной масс-культуры, смакующими разврат и насилие. Шайка информационных хищников каждый день насилует страну, убивая волю, память и совесть. Как пожар, распространяются СПИД, туберкулез, наркомания и пьянство. Средняя продолжительность жизни сократилась с 70 до 64 лет. А у мужчин - до 58 лет, то есть немногие доживают до пенсии. В России почти не осталось деревень, где новорожденных было бы больше, чем похорон. В целом же число умерших превысило число родившихся в 1,6 раза.

Заявление «К чему ведет капитализация России», 1997 г.

IV съезд Коммунистической партии РФ (материалы и документы).

В «агрессивном» тексте нередко только начало бывает достаточно агрессивным, злобным. Тут характерна лексика, описывающая состояние безнадежности, тревоги, тоски. Затем постепенно происходит смена эмоционально-смысловой доминанты. По мере приближения к концу текст становится менее злобным, но более энергичным, активным. Иногда конец текста может содержать лексику, принадлежащую к семантическим категориям ‘добро’, ‘истина’, т.е. может возвеличивать достоинства нашего народа, Отечества, русской земли, но может призывать бороться за справедливость, за светлое будущее. Но в «агрессивном» типе такой лексики немного, она встречается чаще в конце текста.

Результат лексико-семантического анализа показал, что в основном тексты «Коммунистической партии РФ», а также некоторые тексты «Либерально-демократической партии России», «Русского национального единства» и «Движения в поддержку армии» устроены именно таким образом. Их начало достаточно мрачное, угнетающее. Много лексики, описывающей состояние безысходности, тревоги, тоски. Затем эмоционально-смысловая доминанта постепенно изменяется, и текст становится менее злобным.

Конец текста может содержать лексику, принадлежащую к семантическим категориям ‘уникальный’ {удивительный, феноменальная способность, способность к самоорганизации, чрезвычайное долготерпение, неповторимый, уникальная история и др.), ‘борьба’ (доблесть, упорство, терпение, бороться, упорная борьба, спасение и расцвет, восстанавливать, взлет к вершинам, духовная сила и др.).

Такая характерная черта «агрессивных» текстов позволяет предположить, что именно со сменой эмоциональной доминанты связан тот факт, что многие эксперты (99%) при их оценке наравне с указанием на то, что у них возникала сильная ненависть, озлобленность и тревога, давали высокую оценку и положительным эмоциональным состояниям высокой психической активности, таким как: воодушевление, гордость, радость.

«Агрессивные» тексты не угнетают и не подавляют человека, как, например, тексты «эпатажного» типа. Можно предположить, что человек под действием сильной обиды, ненависти и злобы к врагу, унизившему и оскорбившему его, начинает чувствовать воодушевление, настраиваться на активные действия, на борьбу с врагом, возможно - и на месть.

Начало текста:_

Попытка реставрации обернулась чудовищным геноцидом народа. Полная или частичная безработица охватила 15 процентов трудоспособного населения. Четвертая часть российских семей существует ниже прожиточного минимума. Разрушается семья, беззащитна женщина-мать. Вновь, как после военного урагана, улицы полны беспризорными детьми. Как пожар, распространяется СПИД, туберкулез, наркомания и пьянство. В России почти не осталось деревень, где новорожденных было бы больше, чем похорон. ...

Конец текста:_

...Чтобы спасти страну, мы должны думать не просто о том, чтобы встать с колен. Мы должны вспомнить наши лучшие национальные качества - доблесть, упорство, терпение. Верить в духовную силу нашего Отечества. Именно это станет залогом нашего спасения и расцвета.

В текстах данного типа, по сравнению с «эпатажными» и «энергичными» текстами, частотно употребление слова женщина отдельно или в словосочетаниях, в обращениях. Она представляется как мать, как хозяйка, хранительница очага, как жена. Но её жизнь в настоящее время очень тяжёлая, мрачная, полная трудностей, забот и проблем. Эту ситуацию нужно срочно исправить, т.к. она неправильна, несправедлива.

В связи с этим следует отметить, что тексты, содержащие такую установку и соответствующую эмоционально окрашенную негативную лексику, описывающую эту ситуацию как несправедливую, мрачную, вызывали у многих экспертов, во-первых, чувство воодушевления. Можно предположить, что это означало согласие с точкой зрения автора политического текста. Во-вторых, эти тексты также вызывали достаточно сильную озлобленность и презрение. Скорее всего, подобные эмоции эксперты испытывали по отношению к тем, кто допустил подобную ситуацию.

Я обращаюсь к вам, женщины. Вы составляете большую и, как многие считают, лучшую часть населения нашей страны. Я знаю долю женщины на примере своей матери: вечно сумка в руках, вечно в очереди. Она постоянно думала, чем прокормить меня, молодого парнишку. Эти вечные ожидания, вечно латаный бюджет семьи. Никогда не хватало денег до получки.

• • •

Руки женщины не должны быть натружены непосильной работой, нервная система - не измучена постоянной тревогой на работе о доме, дома о работе. Только когда над семьей не будет висеть нужда, когда муж станет настоящим кормильцем жены и детей, женщина обретет истинную свободу: она сама будет решать, работать ей или целиком посвятить себя мужу, детям.

Жириновский В.В. ЛДПР и женщины. - М.: Изд. дом «Галерия», 1998. Либерально-демократическая партия России.

В текстах «агрессивного» типа много обращений к физиологической стороне человеческого существования, в то время как лексики, описывающей зрительные, слуховые и другие ощущения, немного. Часто говорится о насилии, разврате, убийствах, самоубийствах. Например, много слов, относящихся к семантической категории ‘голод’ (не в силах прокормить, голодные и обездоленные, голодать, .жить впроголодь, ниже прожиточного уровня, чем прокормить, латаный бюджет и др.). Система образности также связана с наличием лексики, относящейся к таким семантическим категориям, как ‘сумрак’, ‘страх’, ‘смерть’. Частое употребление лексики, задаваемой вышеописанными семантическими категориями, придают текстам эмоциональную насыщенность.

Положение ветеранов за семь реформаторских лет стало невыносимым. Почти 90% российских пенсионеров сегодня живут за чертой бедности. А последние Ваши эксперименты с правительственной чехардой и резким падением рубля, естественно, и жизненного уровня окончательно добили старшее поколение.

Страну потрясают социальные взрывы, рельсовая война шахтеров, голодовки и забастовки во всех отраслях народного хозяйства, демонстрации и марши протеста.

Листовка «Обращение к Президенту Российской Федерации Б.Н. Ельцину», Коммунистическая партия РФ

С другой стороны, «агрессивные» тексты, в отличие от «эпатажных», не особенно богаты лексическими средствами и стилистическими приемами. Лексика текстов агрессивного типа в целом нейтральная, иногда встречается разговорная лексика, стилистически сниженные языковые обороты, что также придаёт текстам некоторый негативный оттенок, вызывает беспокойство, агрессию и т.п. Много аллюзий. Практически нет поэтически окрашенной лексики.

Стилистические приёмы в целом также не слишком разнообразны. Много эпитетов, как правило, имеющих негативную окраску, есть сравнения, гиперболы. Иногда встречаются метафоры, но их немного, а также сарказм.

Иногда можно обнаружить в данных текстах пословицы и поговорки, а также эпиграммы, цитаты. В целом, это указывает на явное желание авторов подтвердить свою точку зрения, найти оправдание своим словам, высказываниям в каких-то еще источниках, заверить читателя в том, что не только они, но и народная мудрость, а также авторитетные личности думают также.

Что же касается пословиц и поговорок, то частота их использования, в особенности в политических текстах, объясняется не только тем, что они, как отмечает Е.И.Селиверстова, обладают точностью и лаконичностью, обобщенно-переносным смыслом, апелляцией к мудрости предков1. Они способны служить средством выражения разнообразных эмоциональных отношений автора текста к происходящему, а также средством формирования отношения реципиента к описываемому. Иными словами, наряду с логико-предметной семантикой они содержат и эмотивную - «опосредованное языком отношение эмоционально-социологических представлений человека к окружающему миру».2

В целом, пословиц, которым сопутствуют в языке положительные эмоции, сравнительно меньше, чем тех, которым сопутствуют отрицательные эмоции. В основном тут используются пословицы, вызывающие негативные эмоции у реципиента, а также пословицы, которые могут быть прочтены как насмешка, т.е. которые окрашены ироничным оттенком. Некоторые из употребляемых в таких текстах пословиц можно рассматривать как поучение, назидание с оттенком укоризны, осуждения. Иногда авторы текстов, принадлежащих к «агрессивному» типу, используют пословицы как апелляцию к мудрости предков, к тому, что «не нами сказано», чтобы дистанцироваться от высказываемой точки зрения, особенно если она крайне негативна, излишне категорична или слишком груба по форме.

Пословица характеризует народ как неспособный к самоуправлению, но не понимающий этого, стремящийся захватить власть, не признающий даже бога (как легко делается обобщение!). В данном случае со стороны автора видно явное презрение, осуждение и сарказм. Пословица явно тяготеет к выражению отношения со знаком «минус», не говоря уже о контексте3, в котором она употребляется.

Селиверстова Е.И. Пословицы как средство эмоционального речевого воздействия. // Слово во времени и в пространстве: Сб. научн. ст. - СПб.: Фолио-пресс, 2000.

Шаховский В.И. Типы значений эмотивной лексики. //Вопросы языкознания. №1.-М, 1994. С. 20.

Контекст (от лат. соЩехШя — «соединение», «связь») - относительно законченная в смысловом отношении часть текста, высказывания. Значение слова узнается (уточняется) в контексте. // Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. ВО 000 слов и фразеологических выражений. / Российская академия наук. Институт русского языка им. В.В.Виноградова. - 4-е изд., дополненное. -М.: Азбуковник, 1999. С. 291.

Характерной чертой текстов «агрессивного» типа является частое обращение к авторитетам. Тут мы хотим сделать небольшое отступление и вспомнить о проведённых психологом С.Милгрэмом[1], а затем и рядом других учёных исследований в отношении склонности людей к повиновению. Согласно данным этих исследований, общество в целом оказывает сильное давление на своих отдельных членов с целью побуждения их к согласию с требованиями авторитетов. Суть эксперимента С.Милгрэма состояла в том, что многие нормальные, психически здоровые индивиды действовали вопреки собственной воле и были готовы причинять другим людям сильную боль по приказу авторитетного человека. Оказалось, что людям часто бывает удобно повиноваться приказам истинных авторитетов, поскольку те обычно имеют большой запас знаний, мудрости и силы. По этим причинам почтение по отношению к авторитетам может возникать неосознанно. Повиновение авторитетам часто представляется людям рациональным способом принятия решения.[2]

Очень часто люди склонны автоматически реагировать на символы авторитета, а не на авторитет как таковой. Основными символами авторитета являются титулы, одежда и марка автомобиля. К индивидам, обладающим тем или иным символом авторитета (но не имеющим при этом никаких истинных преимуществ) окружающие относятся, как правило, с большим почтением. Более того, практически все индивиды, которые уважительно относятся к символам авторитета, недооценивают степень влияния этих символов на их поведение.

Троцкий и его сторонники намеревались превратить Россию в пустыню, а русских - в «белых рабов», после чего приступить к построению сионистского государства. Однако победила линия Сталина. Страна быстро возрождалась. Созидательный труд, повышение уровня жизни, культуры, образования, дружба и расцвет всех наций. Народ был счастлив!

Жириновский В. В. Мы возродим Великую Россию. - М., 1997. Либерально-демократическая партия России.

Не только для себя мы должны понять, но и заявить об этом всем без стеснения: «Наша Россия - особый мир, особая культура и, как сказал Федор Тютчев, - у ней особенная стать!»

Заявление «К чему ведет капитализация России», 1997 г.

IV съезд Коммунистической партии РФ (материалы и документы).

Характерным для данного типа текста является повышенное количество слов, соответствующих категории «чужой» (особенно неконкретных слов) (примерно в два раза больше, чем лексики, относящейся к категории «свой»).

При общении с людьми, как правило, происходит различение «свой -чужой». По мнению Ю.А.Сорокина, существует использование структурных слов для конкретного отображения «чужого» (он, она и их производные). Для того чтобы избежать называния «чужого» используется целый ряд неконкретных местоимений (кое-кто, тот, этот, кто-нибудь и др.), а также словоупотребления, связанные с вопросительными местоимениями.[3] Замена называния конкретного человека (объекта, события) местоимением или идиомой является типичным приёмом искажения информации.[4] Повышение доли местоимений в тексте иногда может означать неискренность автора в отношении обсуждаемых в тексте личностей, событий, проблем.

Синтаксис текстов «агрессивного» типа не слишком разнообразен по сравнению, например, с «эпатажными» тестами. Предложения в основном простые или сложносочинённые, реже сложноподчинённые с одним или несколькими придаточными. Однако встречается большое количество безличных конструкций, а также конструкций с пассивным залогом. Что касается пунктуации, то она достаточно яркая только в листовках. В них можно обнаружить восклицательные и вопросительные знаки, тире, двоеточия. В целом, большинство текстов «агрессивного» типа содержат большое количество абзацев - в среднем девять абзацев на страницу. Это придаёт им некоторую отрывистость и резкость.

  • [1] Milgram S. Behavioral study of obedience. Journal of Abnormal and Social Psychol-
  • [2] ogy. 1963; Milgram S. Obedience to authority. - New York, 1974. ’ Чалдини P. Психология влияния. Глава 6 «Авторитет». - СПб., 1999. / Библиотека Гумер - www.gumer.info.
  • [3] Сорокин Ю.А. Психолингвистические аспекты изучения текста. - М.: Наука,
  • [4] 1985. См. Ecman G. Dimensions of emotion // Nordisk Psychol, 1955; Николаева T.M. Лингвистика текста. Современное состояние и перспективы. // НЗЛ - Новое в
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >