Философия права Нового времени и эпохи Просвещения

XVII—XVIII столетия — это эпоха выдающихся достижений философии, науки и культуры в Западной Европе. Новое время открывает новую эпоху в историческом развитии европейской экономики и права. Возникает насущная необходимость в территориально масштабных государствах, имеющих возможности обеспечить функционирование не только внутренних, но и международных связей (экономических, политических, культурных и т.п.).

Идейный и интеллектуальный настрой рассматриваемой эпохи, как известно, концентрировался вокруг идеи универсального. Это относится и к правоведению, поэтому естественно воспринимаются такие интеллектуальные продукты, как универсальное право и гражданская философия как учение о государстве, природе и праве. Основой универсального права стала признаваться философия, а не римское право.

Под влиянием обозначенных выше факторов, а также философии рационализма Нового времени философско-правовые учения сделали своим главным предметом разработку естественного права. Учение о естественном праве получает новую окраску. Во-первых, оно освободилось от богословских трактовок. Во-вторых, естественное право в это время не смешивается с правом общенародным. В нем начинают усматривать совокупность тех идеальных норм, которые должны служить прообразом для всякого законодательства. Такое новое направление в правоведении оформилось в школу естественного права, которая доминировала в юриспруденции на протяжении XVII—XVIII вв. Родоначальником ее был голландский юрист, политик и дипломат Гуго Гроций (1583—1645).

Задачу философии права Нового времени Гроций и его сторонники усматривали в раскрытии рационалистическими способами абсолютного, неизменного, равного для всех народов и времен права, данного самой природой, а потому стоящего выше позитивного права.

Понятие права у Гроция имеет два значения. В первом значении право — это моральное качество, которое позволяет человеку иметь определенные вещи или совершать определенные поступки (право в субъективном смысле). Во втором значении понятие права тождественно понятию закона (право в объективном смысле). Гроций считал, что законы естественного права берут начало в самой природе разума, а потому такие же вечные, как и сам разум. По его учению, даже сам Бог не может изменить начал естественного права. Государство же Гроций определял как вечное, полное и верховное общество, образованное для охраны человеческого права и для общей пользы.

Следуя Аристотелю, Гроций делит право на естественное и волеустановленное. Естественное право определяется им как «предписание здравого разума» и выступает в качестве критерия для различения дозволенного и недозволенного. Волеустановленное право делится на божественное (данное свыше и имеющее источником волю Бога) и человеческое, подразделяемое, в свою очередь, на человеческое право в узком смысле и человеческое право в широком смысле. Внутригосударственное право (гражданские законы), согласно Гро- цию, исходит от гражданской власти. Человеческое право в узком смысле включает в себя отцовское право, господское право и пр. Человеческое право в широком смысле — это право, устанавливаемое на уровне народов.

Развивая концепцию естественного права, Гроций создал основы международного права, которым руководствуются в отношениях между собой отдельные государства. Его наработки в этом направлении в дальнейшем оказали влияние на идею международного права, которая воплотилась в жизнь при создании Лиги Наций, организации Нюрнбергского процесса и создании ООН. Гроций указывает на условия, которые должны быть выполнены для того, чтобы государство было равноправным членом мирового сообщества. Размеры государства не имеют здесь значения, важно лишь то, что государство стабильно и имеет возможности придерживаться заключенных соглашений.

Одновременно Гроций так видоизменил концепцию естественного права, которая развивалась стоицизмом и христианской теологией, что она утратила теологические и конфессиональные корни, в результате чего политические и правовые аспекты существенно отделились от религиозных. Наиболее известный труд Гроция — «О праве войны и мира» (1625)Г В нем Гроций разрабатывает идею такого права, которое было бы применимым в любых условиях, включая и войну.

Правовые взгляды Гуго Гроция, а также философское учение родоначальника эмпиризма и материализма Нового времени Френсиса Бэкона (1561 — 1626) оказали влияние на выдающегося английского философа XVII в. Томаса Гоббса (1588—1679), который сделал существенный вклад в философию права Нового времени, включая и учение о естественном праве.

Сформулированная им концепция правопонимания дает основание для характеристики его в качестве родоначальника юридического позитивизма. Свою теорию Гоббс изложил в знаменитой книге «Левиафан, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского» (1651), ставшей впоследствии основой английской политической и правовой мысли.

Существенное значение в теории Гоббса придается принципиальному противопоставлению естественного состояния гражданскому состоянию. Гоббс считает, что для естественного состояния характерным является естественное право, которое определяется им как свобода всякого человека использовать свои собственные силы по своему усмотрению для сохранения своей собственной природы, собственной жизни, т.е. как свободу делать все, что для этой цели подходящее. Практическая реализация естественного права приводит к «войне всех против всех» (bellum omnium contra omnes), ибо, как подчеркивает Гоббс, «человек человеку волк» (homo homini lupus est).

Естественное право, по мнению Гоббса, не следует смешивать с естественным законом, который характерен для другого — гражданского состояния. Естественный закон — это предписание или выработанное общее правило, согласно которому человеку запрещается делать то, что пагубно для его жизни, и упускать то, что он считает наилучшим средством для сохранения жизни. [1]

Человек — существо разумное, поэтому общее правило и предписание разума, согласно Гоббсу, есть поиск мира и следование ему, что и выступает в качестве фундаментального естественного закона. Прибегая к дедукции, Гоббс из этого основного естественного закона выводит целый ряд других естественных законов, конкретизирующих правило поиска гражданского мира:

  • • в случае готовности других к миру человек обязан в интересах мира довольствоваться такой степенью свободы по отношению к другим, какую он допустил у других по отношению к себе;
  • • люди должны выполнять заключенные ими соглашения;
  • • получивший благодеяние должен сделать так, чтобы благодетель не раскаялся в своей доброте;
  • • каждый должен приспосабливаться ко всем остальным;
  • • отмщение должно ориентироваться на благо, последующее за ним;
  • • никто не должен ничем выказывать неприязни к другому;
  • • каждый должен признавать других равными себе от природы;
  • • посредникам мира должны быть даны гарантии неприкосновенности;
  • • никто не может быть судьей самого себя и т.д.

Остальные законы требуют соблюдения нравственно-правовых правил христианской цивилизации (милосердия, благочестия, скромности и пр.).

Согласно Гоббсу, наличие одних лишь естественных законов еще не ведет к миру и безопасности. Гарантировать соблюдение этих законов может лишь общая власть, держащая людей в страхе и направляющая их действия к общему благу. Такая власть имеет не божественное, а земное происхождение. Она возникает в результате общественного договора людей с целью их защиты: каждый человек добровольно отказывается от части своих прав и делегирует их суверену. Множество людей, объединяемое таким образом в одном лице (суверене), и есть государство. Суверен обладает верховной властью по отношению к подданным.

Сам договор, по Гоббсу, — не единовременный акт, а процесс — процесс перехода от естественного состояния людей к государственному. Со временем государство превратилось в Левиафана — чудовище, господствующее над людьми, а подданные стали его рабами, не способными справиться с ним.

Среди полномочий суверена Гоббс выделяет такие, как установление законов, наказание нарушителей законов, объявление войны и заключение мира, правосудие, установление законов о собственности, запрещение вредных учений и т.д., а также производные от них права. Свобода суверена носит надзаконный характер. Единственным ограничением суверена является то, что, будучи сам подданным Бога, он должен соблюдать естественные законы.

Гоббс различает естественное право и гражданский закон, поскольку право есть свобода, которую оставляет гражданский закон; гражданский же закон есть обязательство. В зависимости от происхождения Гоббс различает божественные и человеческие законы. Божественный, в свою очередь, подразделяется на естественный закон, «который Бог возвестил людям посредством своего вечного слова, от рождения присущего им в виде естественного разума», и положительный закон, содержащийся в Священном Писании. Естественный закон подразделяется на естественный закон для отдельных людей и естественный закон для государств (в общепринятой в те времена терминологии — право народов). Человеческий закон есть властное предписание, веление государства как суверена. Нормативное соотношение между законами таково, что человеческий закон не должен противоречить естественному. Иные нормативные требования к человеческому закону: его содержание и авторство должны быть обнародованы; закон должен быть верно истолкован; закон должен содержать не только обязанность, но и наказание за нарушение обязанности.

В целом гоббсовская философия права и государства носит ан- тиличностный характер. Трактуя закон как приказ суверена, Гоббс противопоставляет его праву таким образом, что закон резюмирует в себе лишь несвободу, бесправие и обязанности подданных по отношению к суверену, свободу и полновластие суверена по отношению к подданным. В философско-правовой концепции Гоббса отсутствуют идеалы правового закона, понимание закона и государства как форм свободы в цивилизованном, гражданском состоянии.

Таким образом, Томас Гоббс внес существенный вклад в философию права. Если Аристотель отделил этику от политики, то Гоббс сделал следующий шаг в этом направлении — начал отделять политику от права.

Наиболее последовательно идеи раннего Просвещения отразились в философско-правовых взглядах Джона Локка (1632—1704). Кроме выдающихся достижений Локка в теории познания существен его вклад и в развитие политической теории. Он справедливо считается творцом политической доктрины либерализма. Основные произведения, в которых изложены важнейшие взгляды Локка, — «Опыт о человеческом разумении» (1686) и «Два трактата о государственном правлении» (1689).

В учении Локка идеи естественного права и договорного происхождения государства интерпретируются в духе утверждения неотчуждаемых прав и свобод личности, разделения властей и правовой организации государственной власти, господства права в общественной и политической жизни.

В естественном (догосударственном) состоянии, согласно Локку, господствует естественный закон, закон природы, требующий мира и безопасности для всего человечества. Естественное состояние, по Локку, характеризуется полной свободой касательно своего имущества и личности и таким равенством, при котором всякая власть и всякое право являются взаимными, никто не имеет больше другого. Разумное преодоление недостатков естественного состояния ведет к общественному договору об учреждении политической власти и государства с целью обеспечения за каждым человеком его естественных прав на собственность — жизнь, свободу, имущество.

Рассматривая соотношение естественного и гражданского права, Локк отрицал утверждение Гоббса о несовместимости этих явлений. Он подчеркивал, что целью закона является не уничтожение или ограничение свободы, а наоборот, ее сохранение и расширение. Свобода людей в условиях существования системы правления заключается в том, чтобы жить в соответствии с требованиями законов, принятых законодательной властью и обязательных для каждого.

Принимаемые государством законы, по теории Локка, должны отвечать требованиям естественного права, ибо люди не могут полностью отказаться от естественных прав. Главное положение Локка — основой морали является выгода. В случае отсутствия выгоды для человека в результате соблюдения закона необходимо привлечь к закону насильственные методы принуждения. Локк различал три вида законов: Божьи, государственные и законы общественного мнения, у каждого из которых — своя санкция.

Определяя принцип выгоды в качестве основы морали, Локк сформулировал этим свою утилитаристскую доктрину. Человек, руководимый своей выгодой, должен придерживаться всех действующих законов и обычаев. Локк интересовался лишь тем, каким способом при определенном состоянии вещей личность ради собственной выгоды начинает придерживаться общепринятых законов.

Существенный вклад в развитие идей философии права внес ровесник Локка голландский философ Бенедикт {Барух) Спиноза (1632—1677) — один из основных представителей рационализма XVII в. Рационализм Спинозы базировался на тезисе, что все сущее связанно логической необходимостью. Таким образом, действительность во всех формах ее проявлений (в том числе и социальная, а значит, и правовая) разумна и не случайна, поскольку если в мире существует случайность, тогда невозможно вести речь о закономерностях происходящего. Спиноза утверждал, что в таком логически благоустроенном мире Бог приравнивается к природе, тем самым проповедуя пантеистическое мировоззрение.

Спиноза был сторонником естественно-правовой доктрины в своей собственной оригинальной трактовке. Трансформируя свои пантеистические взгляды на права, он выводит естественное право не из разума, как Гуго Гроций, а непосредственно из природы. Не только человек, но и любое другое существо обладает естественным правом, граница которого — сила природного индивида. Право природы (и любого ее субъекта) простирается так далеко, как далеко простирается ее мощь. Высший закон природы, по мнению Спинозы, состоит в том, что каждая вещь стремится к самосохранению, не считаясь ни с чем другим, кроме себя. В силу этого естественное право запрещает только то, чего никто не желает или никто не может совершить. Что же касается человека, то по природе он — эгоист, и все люди для него — враги. Все, что он считает полезным для себя, ему позволительно присваивать и захватывать любым способом «по верховному праву природы». Всех, кто попытается воспрепятствовать этому намерению, ему дано право считать своим врагом.

Философско-правовые взгляды предшественников Спиноза дополнил учением о свободе, которую стремился толковать по-новому, показал, как возможна в пределах необходимости свобода человека. На передний план он выдвигает свободу от страстей, поскольку, по его мнению, по мере углубления познания вещей страсти теряют силу. Свободой, по мнению Спинозы, следует считать такую вещь, которая сама по себе действительна, потому что необходима. Но таковой по определению является лишь субстанция. Отождествляя свободу с сознанием, Спиноза соотносит с понятием субстанции идею «свободной необходимости», совмещающей в себе необходимость и свободу как два момента в субстанции, самораскрывающей- ся в познании. Морально-этическая теория Спинозы, в которой он видит цель обоснования модели достойной общественной жизни, строится на том, что человек должен руководствоваться в своей деятельности исключительно разумом.

В учении об обществе Спиноза продолжает идеи Томаса Гоббса. Высшей формой власти считает не монархию, а демократическое правление, ограничивает всевластие государства требованием свободы. Подчеркивает, что люди должны объединяться в целостное сообщество и в своих поступках следовать общей воле. К совместной и упорядоченной жизни, к состоянию гражданственности людей толкает потребность оказать друг другу услугу, взаимную помощь. Эта необходимость возникает из разделения труда между членами общества.

Спиноза считает, что для людей полезнее жить не по естественному праву, где каждый друг другу — волк, а по законам и указаниям разума, поскольку они нацелены на истинную пользу и сохранение людей. Для этого люди должны договориться обуздать свои страсти, если они направлены во вред другому, и никому не делать того, чего не желаешь себе.

Спиноза — сторонник общественного договора, однако, в отличие от Гоббса и Локка, рассматривает общественный договор не как одномоментный факт истории, а как перманентное равновесие между властью и народом. Всеобщее народное недовольство может упразднить общественный договор и возвратить народ к естественному праву. Фактическое признание Спинозой права народа на неповиновение является средством ограничения государственной власти.

Изучая историю развития философии права в эпоху Нового времени, нельзя не обратиться к творчеству еще одного выдающегося европейца — Готфрида Вильгельма Лейбница (1646—1716) — выдающегося математика, основоположника идей современной математической логики и автора ряда оригинальных трудов по юриспруденции. Лейбниц впервые в истории философии права сделал попытку создать собственную логическую систему естественного права. Эта логическая модель естественного права, основанная на принципах модальной логики, подрывала предыдущие методологические основы естественного права, связанные с рационалистической дедукцией (выводом общего из частного) реальных правовых норм из идеальных принципов желательного поведения людей.

Философско-правовая точка зрения Лейбница напрямую связана с его «предустановленной гармонией». «Во Вселенной, — утверждает мыслитель, — совершается известный непрерывный и свободный процесс, который все более и более улучшает состояние мира». Он идет в направлении Града Божия — царства предустановленного Богом правового порядка, основанного на высшей справедливости. Никто, даже сам Бог, не может нарушить требования естественного права. Здесь в абстрактной форме Лейбниц выражает идею господства права и направляет свою мысль против земного деспотизма.

Право Лейбниц делит на естественное и позитивное («государственное», «публичное» и т.д.), в свою очередь, естественное право, или справедливость, имеет три ступени: 1) строгое право, взаимная справедливость («не делай другим того, чего не желаешь себе»); 2) право равенства («делай каждому то, что желаешь, чтобы тебе делали, воздавая каждому свое»); 3) право благочестия и праведности («не только не совершай несправедливостей, не только поступай справедливо со всяким, но желай каждому блага и счастья и способствуй ему, как своему собственному, живи добродетельно»). По мнению Лейбница, весь исторический процесс совершается в соответствии с этими тремя ступенями естественного права.

Естественное право существует до государства, на его основе возникает государственное право. Особое внимание Лейбниц обращает на регулирование взаимоотношений правителя и гражданина, мечтая о ликвидации произвола абсолютизма и полном подчинении правителя праву, о свободе и равенстве.

Для логико-юридической деонтологии Лейбниц разработал особую, отличную от естественного права науку — номотетику (от греч. nomos — закон и thesis — утверждение) — прототип современной законодательной политики, а также сделал существенный вклад в разработку проблем логической природы права. Лейбниц подчеркивал, что логика учит не столько «верно» мыслить, сколько правильно, т.е. со знанием дела ставить и решать определенный тип задач, в том числе задач юридического характера.

Философские, экономические, политические и правовые идеи Т. Гоббса, Дж. Локка, Б. Спинозы и Г. Лейбница оказали существенное влияние на многих философов, экономистов и социологов следующих поколений. Благодаря Дж. Локку, в частности, в XVII в. в Англии возникла просветительская идеология, которая со временем получила широкое распространение во Франции в XVIII в.

Одним из основоположников французского Просвещения и одним из самых выдающих политических теоретиков XVIII в. был создатель первой развернутой политической доктрины Просветительства Шарль Луи Монтескье (1689—1755)[2]. Наиболее известны два его вклада в социально-философскую и правовую теорию: разработка принципа распределения властей как условия свободы и разработка теории влияния окружающей среды на политику.

В своем философском трактате «О духе законов» (1748) Монтескье формулирует важное двуединое положение о законах. Он связывает концепцию естественного права, согласно которой различные законы есть формулировки одного и того же Закона, с социологической концепцией о том, что эти формулировки определяются историческими и природными условиями. Таким образом, Монтескье избегает и релятивизма, который часто возникает в результате отрицания концепции естественного права, и догматизма, который появляется при слепом использовании естественного закона без пояснения того, как этот закон реализуется в конкретных условиях.

Дух законов, согласно Монтескье, состоит во взаимосвязи различных видов окружающей социальной и природной среды и соответствующих им особых трактовок универсального закона. Относительно новым здесь является то, что Монтескье рекомендует эмпирически исследовать взаимосвязи между конкретной средой и соответствующими ей формулировками законов.

Монтескье считал, что совокупность юридически оформленных законов сыграет исключительно важную роль в жизни общества как инструмент управления людьми. Поэтому для уяснения форм государственной жизни он предлагает прежде всего проанализировать законодательный механизм того или иного общества. При анализе законов жизни людей Монтескье выделяет два их вида — естественные (природные), т.е. те, что вытекают из биологической природы человека, и собственно социальные законы. К естественным законам Монтескье относит стремление к миру, к добыче средств существования, к отношениям с людьми на основе взаимной просьбы, желание жить в обществе. К собственно социальным законам он относит так называемые «законы между людьми»: определяющие отношения между народами (международное право); между правителями и управляемыми (политическое право); всех граждан между собой (гражданское право).

Как просветитель Монтескье видел в праве общечеловеческую ценность, а цель права — в свободе, равенстве, безопасности всех людей. В отличие от Т. Гоббса, Монтескье объявил важнейшим законом естественного права не войну всех против всех, а мир.

Развивая свою правовую теорию, Монтескье дает классификационное описание трех форм государственного правления (республика, монархия, деспотия) и трех соответствующих им принципов (достоинство, честь, страх). В основу такой классификации он ставит оценку отношения верховных властей к политическим законам. Монтескье откровенно симпатизирует представительским учреждениям, т.е. республиканскому строю, который, по его мнению, в наибольшей степени гарантирует политические свободы. Политическая свобода, считает Монтескье, состоит не в том, чтобы делать все, что заблагорассудится, а в том, чтобы делать все, что позволяют законы. Такие законы будут эффективными, жизнеспособными только при условии распределения власти, что позволит на практике осуществить истинную свободу и законность.

Большое внимание Монтескье уделяет способам составления законов, законодательной технике. Основополагающим принципом законодательства он считает умеренность, на базе которой и строит свой принцип разделения властей на законодательную, исполнительную и судебную.

В целом соотношение права и закона предстает в учении Монтескье как соотношение духа законов и законодательства. «Дух законов» резюмирует в себе совокупность тех отношений и факторов (географических, климатических, хозяйственных, нравственных, религиозных, политических и пр.), которые влияют на законодательство, определяют его, придают ему характер объективно обусловленных, необходимых, закономерных, справедливых и разумных (с учетом данных обстоятельств) правил.

Учение Монтескье о духе законов, о разделении властей и политической свободе значительно обогатило философско-правовую мысль и содействовало ее дальнейшему развитию.

Если Монтескье сформулировал и выдвинул идею представительского правления, то другой французский философ и просветитель Жан-Жак Руссо (1712-1778) пошел дальше, открыто заговорив о суверенитете народа, о верховенстве власти народа. Как говорилось выше, теории общественного договора XVII в. в XVIII в. активно проходят через призму концепций гражданского общества. Дальнейшее развитие этого направления социальной науки находит свое выражение в работе Ж.-Ж.Руссо «Об общественном договоре» (1762). Руссо считает, что институт частной собственности как результат развития земледелия привел к разделению общества на бедных и богатых и к борьбе на основе противоположных интересов. Тогда и возникает государство как инструмент укрепления господствующего положения богатых. Узаконивая экономическое неравенство, государство дополняет его неравенством политическим благодаря разделению общества на тех, кто управляет, и на тех, кем управляют.

По мнению Руссо, люди образовывают государство с помощью общего соглашения (договора), но не добровольно, а вынужденно, поскольку настоящий договор навязывается бедному большинству богатым меньшинством. В результате богатое большинство (властные элементы) может навязывать всему обществу свое понимание правды и свое понимание прав. Общественный договор, в результате которого возникает государство, не разрушает естественного равенства, а лишь заменяет его морально-правовым равенством граждан перед законом.

К идее народного представительства Руссо относился достаточно отрицательно, поскольку считал, что суверенитет может быть осуществленным только всем народом как единым целым. На это и опирается Руссо при разработке своей теории общественного договора. Он подчеркивает, что если власть в государстве принадлежит не всем, а только той части общества, которой делегированы соответствующие социальные функции, то безвластные люди автоматически превращаются из свободных граждан в подвластных подданных, поскольку они не могут сами отстаивать свои интересы.

Народный суверенитет становится для Руссо единым способом преобразований государства на принципах разума и свободы. По его мнению, это предусматривает отождествление понятий «народ», «гражданское общество» и «государство» на основании уничтожения частной собственности, которая разделяет общество на враждебные классы.

Достаточно интересен взгляд Руссо на целесообразность, необходимость и достаточность размеров государства. Подобно тому, как природа установила естественные пределы роста и силы хорошо сложенного человека, существуют естественные пределы размеров и силы для отдельного государства. Его географическое и политическое «тело» не должно превышать меру, за чертой которой оно будет уже не наращивать силу, а терять ее. В огромном государстве из-за больших расстояний затруднено административное и политическое управление. Оно требует огромного количества государственных чиновников, содержать которых приходится народу. У граждан, никогда не видевших в лицо своих правителей, ослабнет привязанность к ним. В результате слишком большое государственное «тело» может оказаться перед опасностью саморазрушения. Поэтому цивилизованному государству не следует стремиться к увеличению своих размеров.

Ни Монтескье, ни Руссо не продвинули вперед теорию представительства в контексте теории народного суверенитета. Сам принцип рассматривался ими как идеальное требование, не более того.

Наряду с Монтескье и Руссо существенный вклад в философию права внес Клод Адриан Гельвеций (1715—1771). Свои философские идеи он стремился наполнить конкретным социальным содержанием, сопоставляя интересы личности гражданина с основами общественной морали, права и политики. В центре философских трудов Гельвеция лежат социально-этические и политико-правовые проблемы. По его мнению, этика является пустой наукой, если она не связана с политикой и законодательством.

Анализ политики и законодательства ведущих европейских стран того времени убедил Гельвеция в том, что феодально-абсолютистский строй давно исчерпал свои возможности и в настоящее время тормозит социальное развитие общества. Главный тормоз — феодальная собственность, которая подчиняет себе правовую систему и политику причастных к власти. Наличие такого неравенства сводит на нет все идеи здравого смысла и справедливости. Однако, отстаивая этот тезис, Гельвеций рассматривал коренные интересы общества и его граждан оторванно от экономических потребностей и интересов общества. Поэтому он стремился обнаружить некоторый «третий путь» в развитии общества, который связывал с новой формой государственного правления. Принципиально новой формой государственного правления Гельвеций считал такую, при которой законы имеют целью обеспечение общего блага и являются достаточно справедливыми для того, чтобы каждый член общества считал для себя выгодным их соблюдение. Чтобы такое государство адекватно воспринималось на международной арене, необходимо распространить описанный принцип на международное право. Это, по Гельвецию, помимо всего прочего даст возможность плодотворно влиять на социально-политическую и хозяйственную жизнь «неблагополучных» государств.

Важное место в философско-правовых размышлениях Гельвеция занимает идея объединения личных интересов с общественными с целью оптимизации общественных отношений в государстве. Он считает, что такую задачу можно решить путем распространения просвещения и законодательного обеспечения справедливого распределения общественных благ. Такое распределение Гельвеций предлагает осуществить согласно с принципом «социальной полезности», т.е. с учетом той реальной пользы, которую гражданин приносит обществу своей деятельностью. Гельвеций подчеркивал, что мудрый законодатель должен в первую очередь позаботиться о работающем населении, которое непосредственно производит материальные блага, образовывает основу социальной жизни. Потом тот же мудрый законодатель должен позаботиться о том, чтобы общенародное богатство распределялось соразмерно взносу каждого в общую совокупность общественных благ и относительно равномерно среди всего населения страны.

Такая равномерность предусматривает разумное ограничение людьми своих потребностей. В свою очередь, такая разумность является результатом просветительской работы, разъясняющей человеку законы общественного функционирования и развития, место и роль человека в обществе. Однако для решения сложной проблемы удовлетворения человеческих потребностей, которые постоянно изменяются, одного просвещения народных масс недостаточно. Поэтому Гельвеций рекомендует законодателям создавать такие законы и нормы общественной жизни, которые утверждали бы в обществе престижность интересов людей к социальным почестям, а не к богатству и роскоши. Под почестями он понимает проявления общественного одобрения и признания заслуг личности со стороны общества. Оказание личности почестей со стороны государства как выразителя интересов общества должно быть возведенным в ранг закона, для чего Гельвеций предлагает провести соответствующие изменения в существующем законодательстве и формах государственного правления.

Многие важные философские мысли касательно устройства государства и общества высказывал еще один представитель французского Просвещения — Поль Анри Гольбах (.Пауль Генрих Дитрих Гольбах) (1723—1789)[3] — сторонник конституционной монархии, а в ряде случаев — просвещенного абсолютизма. Во взглядах на общество Гольбах-идеалист утверждал, что будто «мнения правят миром». Решающую роль в истории он отводил деятельности законодателей. Путь к освобождению людей видел в просвещении. Считал, что незнание собственной природы привело род человеческий к тому, что он оказался порабощенным и стал жертвой правительства. Общество (буржуазное) понимает как царство разума, в то время как интересы собственной корысти толкают людей к образованию государства.

Гольбах жестко критикует прежние общественно-политические порядки и особенно современный ему церковно-абсолютистский строй. В работе «Система природы, или О законах мира физического и мира духовного» он делает вывод: «Так народы, лишенные разумного управления, справедливых законов, полезных учреждений, правильного воспитания, удерживаемые жрецом и государем в невежестве и бесправии, стали религиозными и развратными. Была забыта природа человека, истинные интересы общества, реальные выгоды государя и народа; естественно, что вместе с этим была забыта и мораль природы, основывающаяся на сущности общественного человека».

Естественные права вечны и неотъемлемы, естественные законы, вытекающие из природы человека, составляют самые важные принципы общественных отношений. К основным естественным правам Гольбах относит свободу, собственность и безопасность.

По мнению Гольбаха, в обществе действуют основные законы, обусловленные общественным договором, которые определяют взаимоотношения между носителем власти (сувереном) и народом. Задача законов состоит в том, чтобы ограничивать полномочия властителя и править в интересах общества.

Таким образом, философы-просветители внесли существенный вклад в философию права. Провозглашенные ими идеи — зависимость характера человека от социальных условий, прежде всего политики, а также равенства людей, врожденного стремления к добру и т.п. — имели безусловно прогрессивное значение для последующего развития европейской философско-правовой мысли. Их вера в общественный прогресс связывалась с идеей просвещения, которое, по их мнению, ведет к развитию науки и материальному благополучию. Однако такая вера в прогресс была смесью реализма и наивности.

  • [1] Полное название этой работы — «О войне и мире. Три книги, в которыхобъясняются естественное право и право народов, а также принципы публичного права». Этот фундаментальный трактат Гроций, по его же словам,написал «в защиту Справедливости», к написанию этой книги Гроция подтолкнула Тридцатилетняя война (1618—1648), в результате которой он задумался над тем, действует ли право во время войны, а это потребовалорешения общего вопроса о том, что же такое право как явление.
  • [2] Полное имя - Монтескье Шарль Луи, Шарль де Секонда, барон де Ла Бреди де Монтескье.
  • [3] Более детально философско-правовые взгляды П.А. Гольбаха рекомендуется изучить самостоятельно при помощи источников, указанных в концеданной главы.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >