Единицы и измерения социальной вариативности языка и речи

Социолингвистическая переменная

Социолингвистическая переменная представляет собой две комплексные, взаимосвязанные и взаимодействующие языковые и социальные сущности при обусловливающей роли второй: 1) любую форму существования языка, ее компонент или элемент на любом языковом уровне (от фонемы, морфемы, слова, фразеологизма, до предложения и текста или дискурса) и

2) любую социальную, социально-языковую или социально-речевую группировку носителей конкретного языка (в терминах языкового сообщества, социума, языкового и речевого коллектива, общности) и любой социолингвистический параметр или совокупность параметров (характеризующих данные группировки, отдельных индивидов и ситуацию общения), обусловливающих выбор и употребление этих языковых форм и единиц в речи для построения социально корректного высказывания1.

Социальная вариативность языка и речи

Социальная вариативность языка и речи характеризуется сочетанием двух взаимодействующих измерений - стратификационного и ситуативного.

Социально-стратификационная вариативность языка и речи непосредственно связана с социальной структурой общества и проявляется в различном наборе языковых форм, их компонентов и элементов и в их речевых различиях, которые постоянно и вне зависимости от социальноречевой ситуации присущи представителям соответствующих языковых сообществ, социумов, коллективов и общностей[1] [2].

Социально-ситуативная вариативность языка и речи выражается в преимущественном выборе определенных языковых средств - экзистенциальных форм, их компонентов или элементов - и употреблении их в речи в зависимости от социолингвистических параметров социально-речевой ситуации и коммуникативного акта[3].

Социально-коммуникативная система

Социально-коммуникативная система (СКС) - это все возможные системно структурированные и упорядоченные формы существования национального языка и языковые средства конкретного общества и культуры, а также любого социума и субкультуры, обеспечивающие процесс ин- теракции-коммуникации их членов в соответствии с социолингвистическими параметрами социально-речевого общения и принятыми в обществе и культуре, социуме и субкультуре социолингвистическими нормами в конкретной социолингвистической ситуации в данном государстве[4].

Социально-языковая ситуация

Социально-языковая (или социолингвистическая) ситуация как результат сбалансированного взаимодействия внеязыковых и языковых факторов характеризуется следующими признаками, которые логически сводятся в три взаимосвязанных комплексных аспекта - социальный, лингвистический и функциональный, составляющих сущность этого сложного социально-лингвистического феномена. 1) В социальном аспекте языковая ситуация складывается как результат формирования и как одна из сторон социальной ситуации, в создании которой, а через нее и языковой ситуации, участвуют различные объективные и субъективные экономические, политические, идеологические, этнографические и демографические факторы, наиболее сконцентрировано выраженные в языковой политике и языковом планировании государства, а также в социальных установках, которых придерживаются в отношении языковых систем и подсистем члены соответствующих языковых и речевых коллективов и общества в целом. Это дает основания рассматривать языковую ситуацию как социально-языковую, или социолингвистическую, складывающуюся в пределах данного политико-административного и административно-территориального объединения людей и культурного ареала, в рамках этнической общности на конкретном этапе ее существования, во всех сферах общественной жизни каждого народа на данном этапе его исторического развития. 2) В лингвистическом аспекте социально-языковая ситуация - это обусловленная названными выше факторами совокупность всех национальных языков, их национальных вариантов и форм их существования, включая общенародный и литературный языки, территориальные и социальные диалекты, полудиалекты, говоры и наречия в их письменной и устной формах реализации, субъязыки, жаргоны, арго и другие субстандартные языковые формы, пиджины, лингва-франка, креольские и тайные языки (типа шелта), другие формы контактно-смешанных языковых образований, их отдельные системы и подсистемы. Все эти формы существования языка могут рассматриваться как языковые коды или субкоды, составляющие иерархически структурированную СКС соответствующего социума.

3) В функциональном аспекте социолингвистическая ситуация выступает в виде статичной и динамичной модели социально-функционального распределения сосуществующих, взаимодействующих и взаимодополняющих друг друга в СКС языковых форм, их подсистем и элементов в континууме интеракции-коммуникации во всех сферах общественной жизни в условиях билингвизма и диглоссии и с учетом специфики использования этих языковых образований и их элементов в речи в зависимости от социолингвистических параметров коммуникантов и ситуации общения1.

Билингвизм

Билингвизм (или двуязычие) - это реализация контактов и смешения языков и культур, характеризующая социально-речевую ситуацию, сложившуюся в пределах одного государства, и проявляющаяся в различном по степени владении функционально распределенными и дополняющими друг друга двумя языками, в их альтернативном использовании (кодовом переключении) в социально-речевом общении отдельных индивидов, социальных групп или всего общества в качестве единой комплексной иерархически структурированной СКС (с возможной интерференцией ее разноязычных элементов на фонетическом, грамматическом и лексическом уровнях), как средства интеракции-коммуникации в конкретной социально-речевой ситуации для построения социально корректного высказывания в рамках принятых в данном социуме норм речевого поведения для достижения целей коммуникативного акта (в устной и/или письменной форме) в соответствующей сфере общения[5] [6].

Диглоссия

Диглоссия - это разнообразная по сочетанию реализация контактов и смешения всех возможных в данный исторический период форм существования одного и того же национального языка и соответствующих субкультур единой национальной культуры данного народа, характеризующая социально-речевую ситуацию, сложившуюся в пределах одного государства, и проявляющаяся в различном по степени владении функционально распределенными и дополняющими друг друга двумя и более гомогенными языковыми формами, в их альтернативном использовании (кодовом переключении) в социально-речевом общении отдельных индивидов, социальных групп или всего общества в качестве единой комплексной иерархически структурированной СКС (с возможной интерференцией ее подсистемных элементов на фонетическом, грамматическом и лексическом уровнях), как средства интеракции-коммуникации в конкретной социально-речевой ситуации для построения социально корректного высказывания в рамках принятых в данном социуме норм речевого поведения для достижения целей коммуникативного акта (в устной и/или письменной форме) в соответствующей сфере общения1.

Явления билингвизма и диглоссии характеризуются принципиальным сходством в плане их социально-культурного функционирования и механизмов кодового переключения, однако различаются составом социальнокоммуникативных систем, обеспечивающих речевое общение их носителей. В связи с этим целесообразно провести четкое понятийное и терминологическое разграничение явлений билингвизма (или двуязычия) и диглоссии, оставив за первым только межъязыковые факты, а за вторым только внутриязыковые. При этом, естественно, возможны случаи различных сочетаний билингвизма и диглоссии, а также полилингвизма (многоязычия) и полиглоссии[7] [8].

Социолингвистическая норма

Социолингвистическая норма национального языка определяется как совокупность индивидуально и коллективно осознанных и допускаемых в обществе, исторически сложившихся, относительно устойчивых, национально-этнических, политико-идеологических, социопсихолингвистиче- ских, лингвокультурологических, эколингвистических (лингвоэкологических), социально-, функционально и этико-стилистических правил выбора и употребления любых экзистенциальных форм данного языка и имеющихся в их системах или потенциально возможных любых структурных средств и единиц всех языковых уровней, составляющих СКС, для построения корректного в формальном, семантическом и социальнопрагматическом аспектах речевого высказывания, детерминированного социолингвистическими параметрами коммуникации, понимаемого и принимаемого непосредственным партнером в данной ситуации общения, отдельным языковым или речевым коллективом, к которым принадлежат взаимодействующие коммуниканты, а через них и всем языковым сообществом в действующей социально-языковой ситуации в данном государственно-территориальном объединении.

Норма проявляется в нормативности - постоянном языковом качестве, без которого не могут функционировать любые формы существования языка и любые входящие в эти формы единицы всех языковых уровней. Нормативным можно признать все, что создано или может быть создано по

3

имеющимся в языковой системе моделям и что принимается коммуникантами в конкретном акте коммуникации между партнерами, в социуме и обществе в целом. При этом широкая вариативная нормативность частной ситуации общения между двумя партнерами сужается до полукодифици- рованной нормативности в социуме и до наиболее узкой стабильной кодифицированной нормативности, осознаваемой и принимаемой всем языковым сообществом.

На этом основании социолингвистическая норма представляется как комплексная вариативная система социально-языковых норм, которые реализуются в речи в зависимости от социолингвистических параметров коммуникации. Следовательно, социолингвистическая норма, которая проявляется в кодифицированной нормативности - существенном дифференциальном признаке литературного стандарта как составной части СКС, именуется нормой литературного стандарта. Норма, проявляющаяся в некодифицированной нормативности - существенной дифференциальной черте языкового субстандарта как составной части СКС, называется нормой субстандарта.

Норма стандарта выступает как нейтральный фон, на котором проявляются свойства нормы субстандарта - структурные, семантические и функциональные особенности, характерные для тех форм существования языка, их подсистем или входящих в них единиц всех языковых уровней (фонетического, морфологического, синтаксического, лексико-фразеологического, дискурсивного), которые находятся не только вне литературного стандарта (самой кодифицированной части литературного языка), но также и за пределами самого литературного языка. При этом пограничная зона между литературным стандартом и субстандартом будет соответствовать переходной полукодифицироеанной норме коллоквиальной части СКС национального языка.

Обе нормы в рамках национального языка образуют общую социолингвистическую норму, которая существует в трех видах своего варьирования и языкового наполнения: 1) преобладание нормы литературного стандарта и соответствующих языковых форм и элементов литературного языка; 2) паритетное сосуществование обеих норм в виде переходной полукодифицироеанной нормы и соответствующих коллоквиальных форм и элементов; 3) преобладание нормы субстандарта и соответствующих субстандартных языковых форм и элементов1.

  • [1] См. подр.: Коровушкин В.П. Военный социолект в английской и русской просторечной лексикографии. Череповец, 2005. С. 68-69.
  • [2] См. подр.: Он же. Основы контрастивной социолектологии. 4. 1. С. 69.
  • [3] См. подр.: Он же. Английский лексический субстандарт versus русское лексическое просторечие(опыт контрастивно-социолексикологического анализа). С. 17.
  • [4] См. подр.: Коровушкин В.П. Основы контрастивной социолектологии. 4. 1. С. 72; Он же. Теоретические основы контрастивной социолектологии. С. 88; Коровушкин В.П., Фалоджу Дж.О. Вербальнаялингвокреативность носителей нигерийско-английского пиджина как реализация языковых контактов исмешения языков в современной социолингвистической ситуации в Нигерии // Лингвистические горизонты: Сб. ст. Белгород, 2013. С. 47.
  • [5] См. подр.: Коровушкин В.П. Основы контрастивной социолектологии. Ч. 1. С. 74-76; Он же.Теоретические основы контрастивной социолектологии. С. 90-92; Коровушкин В.П., Фалоджу Дж.О.Вербальная лингвокреативность носителей нигерийско-английского пиджина как реализация языковыхконтактов и смешения языков в современной социолингвистической ситуации в Нигерии. С. 52-53.
  • [6] См. подр.: Коровушкин В.П. Основы контрастивной социолектологии. Ч. 1. С. 81; Он же. Билингвизм и диглоссия как проявления социально-языковой ситуации // Вестник Череповецкого государственного университета. 2012. № 2 (38). С. 98.
  • [7] См. подр.: Коровушкин В.П. Основы контрастивной социолектологии. 4. 1. С. 87-88; Он же. Билингвизм и диглоссия как проявления социально-языковой ситуации. С. 98-99; Коровушкин В.П., Фа-лоджу Дж.О. Лингвокреативный потенциал нигерийско-английского пиджина как проявление современной социально-языковой ситуации в Нигерии // Уральский филологический вестник. Екатеринбург, 2013.Вып. 3. С. 35.
  • [8] См. подр.: Коровушкин В.П. Теоретические основы контрастивной социолектологии. С. 103; Онже. Билингвизм и диглоссия как проявления социально-языковой ситуации. С. 99.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >