О нищенстве в России и способах борьбы с ним

О нищенстве в России и способах борьбы с ним. Доклад И. В. Мещанинова // Труды первого съезда русских деятелей по общественному и частному призрению. — С.-Петербург, 1910. (Извлечения)

11 марта 1898 г. с Высочайшего соизволения была образована при М-ве Юстиции под моим председательством особая Комиссия для разработки вопроса о мерах борьбы с профессиональным нищенством и бродяжеством.

Комиссия эта в составе 18 лиц, заключала в себе представителей М-ва Юстиции, В. Дел, Финансов, попечительства о домах трудолюбия, Главного Тюремного Управления, Столичного Миров. Съезда и четырех сведущих лиц, приглашенных Председателем.

Работа Комиссии шла довольно успешно и дружно, благодаря удачному подбору ее членов; между тем по Высочайшему повелению 9 Мая 1899 года была учреждена Комиссия по отмене ссылки, в программу которой вошел, между прочим, вопрос об учреждении рабочих домов и общественных работ как меры предупреждения нищенства и бродяжества, вследствие чего отдельная Комиссия по нищенству и бродяжеству была закрыта и все делопроизводство ее в январе 1900 г. было передано в Комиссию по отмене ссылки.

Результатом работы этой Комиссии был закон 10 Июня 1900 г. об отмене ссылки, но вопрос о борьбе с нищенством, сколько лишь известно, Комиссиею этой остался не разработан.

Между тем Комиссией по нищенству был собран большой материал, в значительной мере подвергнутый обработке. Большая часть этой работы исполнена членом Комиссии А.А. Левенстим и, вместе с докладами Евгения Дмитриевича Максимова и Александра Владимировича Лихачева, составила вышедший в печати первый том Сборника Материалов. Пользуясь главным образом этим сборником и дополняя его лишь очень немногим, я и рассчитываю ознакомить настоящее собрание с положением вопроса о нищенстве.

Сознаюсь, что сообщаемые мною сведения, относящиеся к 1898-1899 гг., несколько устарели, но позднейших данных я не имею и смею думать, что и настоящее сообщение, дающее понятие о положении дела 10 лет тому назад, небесполезно:

  • 1) едва ли положение вещей за это время много изменилось;
  • 2) быть может, мое сообщение вызовет желающих не только на собрание новейших сведений, но и на дальнейшую разработку этого весьма интересного вопроса.

Нищенство на Руси явление стародавнее; оно окрепло в особенности под влиянием христианства, поощряющего раздачу милостыни во имя любви и милосердия. Впрочем, это явление не исключительно русское: оно известно всему миру и во все времена; даже такие суровые законодательства, как древнееврейское и мусульманское, предписывают подачу милостыни неимущему. Так, Второзаконие повелевает: “Да не лишиши мзды убогого. В той же день да отдаси мзду ему, да не зайдет солнце ему, яко убог есть и в том имать надежду, да не возопиет на тя ко Господе- ви и будет тебе грех. Аще же пожнеши ниву твою на селе твоем и забудеши снопь на ниве твоей, да не возвратишися взяти его: пришельцу и убогу и сиру и вдове да будет и да благословит тя Господь Бог твой во всех делах твоих”[1]. Суровый мусульманский

Коран говорит: “О, верующие! Давайте милостыню из благ, которые Вам даровал Бог; творите милостыню из лучших вещей, которые вы приобрели; не раздавайте милостыни из самой худшей части ваших благ, которую вы не взяли бы сами; вы не достигнете совершенства, если не будете давать милостыню из того, что вы сами больше любите”[2].

С другой стороны, борьба с нищенством занимала государства и Древнего мира, и средних веков; с ним боролись и старый республиканский, и императорский Рим, и римские папы, меры принимались крутые. Так, в 1596 г. французский парламент распорядился всех нищих, которые появились бы в Париже через 24 часа после обнародования этого постановления, вешать без соблюдения каких-либо формальностей; в Англии по статусу Эдуарда VI 1547 г. всякий нищий, отказывающийся от работы, подвергался клеймению и отдаче в рабство на два дня тому, кто пожелает его взять, а за побег клеймился второй раз, отдавался в вечное рабство; за вторичный побег подвергался смертной казни[3].

В Древней Руси нищие находились в ведении епископа и подчинялись его суду; они кормились подаянием, но часть их содержалась на счет церквей; были даже государевы нищие. Стоглавый собор 1551 г., постановляя об учреждении богаделен для больных, прокаженных и неимущих, говорит: “А здоровые бы с женами по богадельням не жили, а питались бы ходячи дворам от боголюбцев, якоже и до днесь”[4].

Соборным постановлением царя Феодора Алексеевича 1681г. поведено: “Находящихся в Москве нищих разобрать и странных и больных держати в особом месте со всяким довольством от государевы казны и чтобы великий господин святейший Иоаким, патриарх московский и всея Руси изволил приказать потому же во градах учинить пристанище нищим, чтобы нищие не скитались без призрения, а ленивые бы, имеющие здравие телесное, пристали бы к работе”[5].

Именным указом 30 ноября 1691 г. Великие государи указали: известно им, великим государям, что в Москве гулящие люди, подвязав руки, также и ноги, а иные и глаза завеся и за- жмуря, будто слепы и хромы, притворным лукавством просят на Христово имя милостыню, и по осмотру они все здоровы и тех людей имать и спрашивать и за то притворное лукавство учинить им наказание: бить кнутом и сослать в ссылку в дальние сибирские города[6].

Систематическую и беспощадную борьбу с нищенством начал Петр Великий. Сам работник и работник, увлеченный работою, он не выносил тунеядцев, кормящихся за счет общества. Указами 25 Февраля и 20 Июля 1718 г. И 11 Января 1726 г. поведено: милостыни отнюдь не подавать, а буде которые люди презрев сей указ, станут милостыню подавать, их присмотря приводить в монастырской приказ и имать с них штрафу первый раз по пяти, другой по десяти рублев[7], а что касается нищих, то престарелых и увечных посылать в богадельни, а кои не увечны и не старые — за караул и в первый раз пойманных бить нещадно батожьем и отсылать в прежния места, а уличенных вторично и в третий раз, бив на площади кнутом, посылать на каторжный работы, а баб в прядильной дом, а ребят бив батоги, посылать на суконный двор[8]. Здравые и ленивые прошаки, говорит любивший мотивировать сей указы Император, Богу противны суть и аще кто снабовает оных и той есть яко помощник, тако и участник в оном же грехе[9].

5 апреля и 7 августа 1797 г. в селениях удельных и казенных повелено отводить под богадельни две избы: одну для мужчин, другую для женщин[10].

При Екатерине II учреждаются рабочие дома для нищих, неспособных к труду, и с этих пор начинается гуманное отношение к нищенству, сводящееся почти к полной его безнаказанности. По именному указу 25 мая 1809 все нищие, бродящие по дорогам, городам и селениям, должны быть задерживаемы, без всякого им притеснения, страха и огорчения, и препровождаемы к помещикам и в волостные правления с наблюдением, чтобы и там они не претерпевали огорчения[11].

30 марта 1834 года в Одессе открывается дом призрения нищих с целью доставить приют и успокоение людям немощным, увечным, дряхлым и нездоровым, не имеющим возможности добыть себе пропитание собственными трудами[12]. Дом этот на 100 чел., обоего пола, состоял в ведении Приказа обществен- наго призрения и содержался на его средства и на частные пожертвования. Затем в обеих столицах учреждаются Комитеты для разбора и призрения нищих: 6 июля 1837 г. в Петербурге и 5 сентября 1838 г. по образцу Петербургского и с его же Уставом в Москве[13]. Предполагалось по их типу создать соответствующие учреждения и в провинциальных городах, но этого сделано не было и самые оба Комитета, в качестве правительственных учреждений, упразднены и дело их передано в ведение городских Управлений: в Москве в 1893 г., в Петербурге в 1904 г.

По уставам обоих комитетов задержанные полициею нищие передаются в распоряжение Комитета, который распределяет их наследующие 4 разряда:

I Разряд. Нищие, впавшие в убожество от стечения несчастных обстоятельств, сиротства, старости, дряхлости, болезни и которые не могут собственным трудом снискивать себе пропитание. Такие нищие должны быть помещаемы в богадельни или в существующий при Комитете дом призрения бесплатно или за счет Комитета.

II Разряд. Нищие, которые по сиротству, временной болезни и по другим причинам впали в нищету, но по летам своим и силам могут снискивать себе пропитание и лишь не имеют ни случая, ни способов к работе и занятиям. Таким лицам Комитет должен доставлять работу или в своих мастерских, или у посторонних лиц, или же помещать их в дома трудолюбия, на фабрики, заводы, казенные или частные. От Комитета они получают одежду и денежное пособие.

III Разряд. Нищие, которые по летам и крепости сил могли бы трудиться, но по лености и привычке к праздности бродяжничают, составив для себя из прошения милостыни род ремесла. Такие нищие предаются суду и, по отбытии наказания, иногородние высылаются в местожительства с воспрещением выдачи паспортов на отлучку в течение двух лет, а столичные передаются в распоряжение Градоначальника.

IV Разряд. Нищие случайные или временные от непредвиденных несчастных обстоятельств: а) просрочившие паспорт по болезни, неграмотству и посему лишившиеся возможности искать место или работу и б) находящиеся в отдаленности от своих хозяйств, лишившиеся почему-либо взятых из дому денег и потому не могущие ни найти занятий, ни продолжать дорогу, ни вернуться на родину. Таким нищим комитет исправляет отсрочку паспортов, выписывает новые паспорта, дает работу у себя или помещает к частным лицам, помогает вернуться домой, снабжая или деньгами, или бесплатным билетом на проезд по железной дороге[14].

Все это вышло хорошо на бумаге, на деле же столичные комитеты, по крайней мере Петербургский, с которым мне довелось обстоятельно ознакомиться, прежде всего не имел достаточно средств для того, чтобы справиться со всеми нищими; собственных мастерских у него не было никаких; фабриканты и заводчики нищих не брали, не брали их и частные лица по одной простой причине, что нищие в громадном большинстве плохие работники, да и полиция доставляла в Комитет далеко не всех задержанных нищих, а не более 10—15%, остальные же высылались административным порядком или на родину или, в большинстве случаев, до ближайшей железной дороги, откуда они, конечно, тотчас же возвращались в столицу: образовался особый класс, получивший прозвание Спиридоновых воротов. В результате казна несла большие расходы на перевозку нищих и на снабжение их одеждою, которую они, к слову сказать, тотчас же продавали и запасались рваным костюмом, более соответствующим их занятиям.

Некоторым доказательством этого служат данные Московского нищенского Комитета, в руках которого были нищие, судившиеся 18 и даже 24 раза за прошение милостыни. Впрочем в этом отношении не отстала от нас и Западная Европа. Известный исследователь нищенства во Франции Поллиан удостоверяет, что в Париже есть нищие, судившиеся 50, 60 и даже 70 раз; в Германии, по словам Гиппеля, были задержаны: женщина 31 года от роду, наказанная за нищенство 137 раз, девица 30 лет, судившаяся 135 раз, и 28-летняя замужняя женщина, судившаяся 88 раз.

Что касается богаделен, о которых неоднократно упоминалось выше, то вопрос о них, по данным 1898 г., представляется в следующем виде: в этом году были затребованы сведения от 71 губернатора о количестве богаделен и числе призреваемых в них. При этом по двум городам (С.-Петербург и Москва) и пяти губерниям (Харьковская, Лонжинаская, Подольская и Кутаисская) сведений не доставлено вовсе, а затем оказалось, что всего в Империи (за исключением, конечно, указанных губерний и городов) имеется 2 098 богаделен с 50 968 призреваемыми; что в трех губерниях (Черноморской, Эриванской и Елизаветпольской) богаделен совсем нет; что наибольшее количество богаделен имеют губернии Курляндская, Лифляндская, Московская и гор. Одесса, где 642 богадельни с 15 893 призреваемыми, а наименьшее — губернии Седлецкая (12 богаделен и 75 призреваемых), Плоцкая (9 богаделен и 89 призреваемых), Сувалкская (3 богадельни и 29 призреваемых) и Бакинская (1 богадельня и 5 призреваемых).

В восьмидесятых годах у нас появляются Дома трудолюбия. Дома трудолюбия — это особого рода учреждения, дающие временное пристанище бедноте; их задача — оказывать помощь только до первой возможности обойтись без нее; поступающие туда получают стол и ночлег, но обязаны работать и заработного платою покрывать издержки на содержание дома; остаток выдается им на руки. В действительности у нас, кажется, нет ни одного дома трудолюбия, в котором не приходилось бы часть расходов принимать на счет дома, ибо, не прибегая к этой мере, пришлось бы на руки не давать ни копейки. Плата, выдаваемая на руки, колеблется между 3 и 30 коп. в день и в среднем составляет 5~7 коп.

На 1 октября 1898 г. у нас было 129 домов трудолюбия. На сделанные Центральным Управлением запросы доставили сведения лишь 49, из них и по этим сведениям оказывается, что эти 49 домов имеют 417 213 руб. запасного и 330 429 руб. основного капитала; в день запроса в них находилось 2 013 чел. обоего пола; доход в отчетном году был 410 629 рублей, расход 359 020 рублей. Заработной платы выдано на руки 26 445 рублей.

Древнейший и богатейший из этих домов — это Кронштадтский, основанный в 1882 г. о. Иоанном Сергеевым: под именем Пенькощипательной мастерской он входит в целую сеть благотворительных учреждений, созданных церковно-приходским попечительством Андреевского Собора. В 1895 г. мастерская выдала на руки 2697 руб., в среднем 33 руб. в год на человека; средний суточный заработок был 11,5 коп.[15]

Спрошенные в 1898 г. о влиянии существующих домов трудолюбия на развитие нищенства Губернаторы отозвались: восемь — что означенные учреждения во вверенных им губерниях никакого влияния на нищенство не оказали; восемь — что затрудняются дать ответ, так как дома трудолюбия открыты у них недавно и в весьма ограниченных размерах; семь — что с устройством домов трудолюбия число нищих уменьшилось, и восемь — что деятельность домов трудолюбия выразилась в значительном уменьшении количества нищих.

Из других учреждений, служащих для борьбы с нищенством, можно упомянуть ночлежные дома и даровые столовые. По сведениям за 1898 г. ночлежные дома имелись в следующих городах: Вильне, Кишиневе, Люблине, Новороссийске, Орле, Порхове (Псковской губ.), Смоленске на 100 чел. каждый и в семи городах Тобольской губ. на 500 чел. Даровые столовые были в Люблине, Новоржеве (Псковской губ.), Саратове, Новороссийске и Усть-Йжоре (С.-Петербургской губ.).

Как велико число нищих в России? По официальным сведениям за 1877 г. по 71 губ. оказывается 293 445 человек просящих милостыню, но такое число далеко не соответствует действительности. В западноевроп. государствах принято считать нуждающимися в посторонней помощи 4—5% населения, но в действительности и там этот процент выше: в Швейцарии его считают 6,7%, в Германии 7,6%, в Италии и Испании до 8%, в Австрии 9,4%г. По этому расчету у нас, при 125-миллионном населении, количество лиц, нуждающихся в помощи, считая только 4%, составляло бы 5 миллионов; возьмем, что из этого количества только 10% кормятся милостынею, и мы получим цифру в 500 000.

Данные первой всероссийской переписи 1897 г. дают цифры, приближающиеся к только что указанной. В этих данных имеются две группы: одна, озаглавленная нищие бродяги, странники, богомольцы, гадалки и т. п., дает 362 514 человек (159 753 м. и 203 448 ж.), другая — не указавшие своих занятий и средств к существованию — 316 646 (122 998 м. и 192 648 ж.). Если из этой [16]

второй группы половину причислить к первой, то мы и получим около полумиллиона. Но и это будет только гадательный расчет, дающий минимальную цифру. В действительности же нищих, несомненно, много больше.

Во что обходятся эти нищие населению? Известный исследователь нищих Прыжов, определяя средний заработок нищего в 25 коп. в день, подсчитал, что нищим разных категорий раздается 27 375 000 руб. ежегодно; другой исследователь Недоховский утверждает, что с крестьянина средним числом, считая подачу деньгами, хлебом и разными продуктами, сходит в год около двух руб., а отсюда он выводит, что крестьянское население тратит на милостыню колоссальную сумму в 230 млн в год!

По вопросу о том, как распределяется нищенство по губерниям из доставленных губернаторами сведений (за 1898 г.) видно: 1) что коренное население Сибирских губ. (Иркутской, Енисейской, Тобольской и Томской) нищенством не занимается вовсе, но благодаря тому, что этот край служит или, вернее, долгое время служил местом ссылки преступников, там образовался многочисленный пролетариат, пополняющий кадры нищих; 2) что в 18 губерниях нищенство развито очень слабо. Это губернии: Архангельская, Астраханская, Бессарабская, Екатеринославская, Калужская, Курляндская, Лифляндская, Люблинская, Олонецкая, Оренбургская, Полтавская, Псковская, Ставропольская, Сувалская, Седлецкая, Херсонская, Черноморская и Эриванская. Здесь оно составляет от 0,13 до 1% населения.

Не особенно сильно развито нищенство в губ.: Варшавской, Виленской, Енисейской, Киевской, Ковенской, Минской, Пермской, С.-Петербургской, Тверской и Уфимской, составляя от 1 до 1,6%.

Наконец, очень большие результаты нищенство приняло в губ. Курской, Иркутской, Тобольской, а также в городах Астрахани, Казани, Киеве, Москве, Николаеве, Орле, Одессе, С.-Петербурге, Саратове, Ченстохове (Петроковс. губ.), Херсоне и Царицыне.

По вопросу о распределении нищих по возрасту и полу имеются сведения в отчетах С.-Петербургского нищенского комитета. Из этих отчетов видно, что за время с 1882 по 1897 г. через комитет прошло 52 529 мужч. и 25 605 женщин, а из отчета за 1897 г. усматривается, что в распоряжении комитета за этот год было 7936 человек, из них 5768 мужчин и 2148 женщин, причем минимальный возраст нищего был менее года (12 мальч. и 22 девочки), а максимальный 75—80 л. (38 муж. и 37 женщ.). На возраст от 17 до 55 лет упадает 5999 человек (4739 муж. и 1260 женщ.), т. е. 75,6% общего числа нищих.

Таким образом, более 3/4 задержанных нищих оказывается в рабочем возрасте.

Какие ближайшие причины нищенства? Здесь на первом месте должно было поставлено отсутствие или плохая организация призрения. Весьма доказательным является то, что губернии Курляндская и Лифляндская, имеющие наибольшее число богаделен, принадлежат к числу тех, в которых наименее развито нищенство (0,13%), причем, как удостоверяет местная администрация, большинство этих нищих люди пришлые. То же явление замечается среди евреев в черте оседлости: у них дело частной и общественной благотворительности поставлено хорошо и нищий-еврей в этой местности обязательно нищий профессиональный; тот же факт отмечен и относительно лютеран С.-Петербургской губ. ввиду прекрасной организации в их общинах помощи неимущим, наконец, то же самое констатировано и относительно магометан Эриванской губ.

Затем ближайшие причины нищенства могут быть разбиты на две группы: причины частные и общие.

К первым относятся: ссылка на поселения, высылка из столиц и вообще административная высылка и временные народные бедствия.

Выше было уже сказано, что коренное население Сибирских губерний не знает нищенства, и последнее рекрутируется там почти исключительно ссыльными.

Высланные из столиц и губернских городов по 48 ст. Улож. о наказаниях по отбытии арестантских отделений и отданные под надзор полиции на указанный законом срок без права отлучки из места жительства, лица, высланные за нищенство на родину и не имеющие права отлучки в течение двух лет в силу 23 ст. Уст. о пасп., лица, высланные в административном порядке, обыкновенно не имеют ни родственников, ни друзей, ни имуществ, а местные крестьяне не желают брать работниками людей с волчьим паспортом, пьяных, ленивых и развращенных; отлучки на заработки им воспрещаются — остается одно: уходить без паспорта и кормиться милостынью.

По сведениям 1897—1898 гг. общее число ссыльных в Сибири составляет 298 577 чел., по отношению к общему числу населения Сибири (5727000)5,21%, причем в губ. Иркутской и Тобольской, в которых, как выше сказано, особенно развито нищенство, количество ссыльных составляет: в первой 71 800, или 14,2% общего числа жителей, а во второй 106 093, или 7,4%.

Временные бедствия, как то: неурожаи, пожары, скотские падежи, вызывают увеличение нищенства. Влияние неурожаев последних лет сильно отозвалось на нищенстве в губ. Орловской, Пермской, Эриванской и Аккерманском уезде Бессарабской губ.

Причины общие делятся на экономические, этнографические, исторические и бытовые.

К экономическим относятся: 1) обеднение крестьян вследствие семейных разделов, раздробления на мелкие хозяйства, а также отсутствие ремесел, отхожих промыслов и слабое развитие кустарной промышленности.

Высокие цены на аренду земли настолько, что многие крестьяне бросают заниматься хлебопашеством.

Переселение деревни в город, особенно в фабричные центры, и появление фабричного и заводского пролетариата.

Неудачные переселения на новые места, влекущие за собою или бедствование на новом месте, или возвращение разоренными на старое.

Причины этнографические, хотя и весьма малочисленны, тем не менее достойны внимания. Дело в том, что среди народностей, населяющих Россию, есть одна, дающая громадный процент нищих. Это цыгане, которые, по отзыву сведущих лиц “все бродяги и нищие”. Из других народностей значительный процент нищих дают башкиры с Пермской губ., татары в Кузнецком уезде Саратовской губ., зыряне в Пермской губ. и карелы в Бежецком у. Тверской губ.

Переходя к причинам историческим, я остановлю ваше внимание на следующих словах известного исследователя русской старины Забелина. “Корни нищенства, как общественного порока, — говорит он, — лежат в старых русских обычаях, во многом уже исчезнувших, и потому успешная борьба с этим пороком вполне зависит от выяснения, в каких именно археологических бытовых глубинах должно отыскивать эти корни. Промысловое нищенство и пьянство, пожалуй, могут быть приписаны особым, весьма некрасивым природным свойствам русской народности; между тем, это не более как простые остатки, вроде археологических памятников нашей древней общественности, простые остатки ее обычаев и нравов, и живые корни этих пороков скрываются именно в умершем мире. В древней Москве нищий всегда был не только жданным, но, в известное время, и очень желанным гостем в каждом сколько-нибудь зажиточном доме, а тем больше — во время богомолья при дверях церкви и на улице при выходе из церкви. Повсюду в самом городе он был если не почетным, то весьма почтенным горожанином, присутствием которого тогдашняя общественность во многих случаях очень дорожила. Нищие бывали постоянными гостями за патриаршим столом, некоторые получили кормовые по деньге на день и, кроме того, при патриаршем выходе у дверей собора ручную милостыню”. При всех значительных храмах и приходских церквах г. Москвы были свои записные нищие: были штатные приписные нищие при патриаршем доме (домовые, дворовые), при соборах: Богородицком, Пречистенском, Успенском; при Архангельском соборе таких нищих было 10 чел., при Чудовом монастыре и соборе Николы Гостынскаго по 12, при Покровском Соборе (Василий Блаженный) 10 человек и т. д.

О количестве нищих, которых в известные дни кормил и оделял милостынею патриарх, свидетельствуют следующие данные: в 1678 г., в празднике Успенья в крестовой палате на патриаршем дворе кормлено 2 050 чел., причем во время обеда патриархом роздано поручной милостыни по 6 денег на человека; 4 января 1690 г. обедали у Патриарха и получили от него по 6 денег 1166 нищих; накануне погребения патриарха Адриана собрано 1 502 нищих, а в самый день погребения — 5137 человек.

Что касается причин бытовых — это уже прямое наследие причин исторических, это твердо сложившееся и до сих пор живущее убеждение, что подать нищему все равно, что подать Самому Христу. Вот это-то убеждение с одной стороны, а с другой существующий до сих пор обычай идти на поклонение св. местам, кормясь во время пути Христовым именем, что в вид подвига допускается и людьми состоятельными; наконец, обычай щедрой раздачи милостыни в определенные дни (среда, пятница и суббота у раскольников), в дни свадеб, поминок и смерти — вся эта щедрая и бессистемная раздача милостыни значительно содействует развитию нищенства.

Народное мировоззрение на нищих прекрасно выразилось в одной из легенд, записанных Афанасьевым. Накануне вознесения Христова, говорит эта легенда, расплакалась нищая братия. “На кого ты нас, Христос, Царь небесный, покидаешь, чем мы будем, бедные, кормиться? чем мы будем, бедные, одеваться, обуваться”? Спаситель обещал дать им в утешение гору золотую да реку медвяную, но Иоанн Богослов не советовал оставлять нищим золотую гору: ее у них отберут сильные богатые и будет лишь много убийств и кровопролития и посоветовал:

“Ты дай им Свое святое имя,

Тебя будут поминати,

Тебя будут величати,

Будут они и сыты, и пьяны,

Будут и обуты, и одеты”!

Вот почему наши нищие и просят милостыню “Христа ради”! Какие суммы тратятся на нищих во имя этого обычая, видно хотя бы из следующих примеров: в г. Сызрани раскольник Еро- масев оставил по духовному завещанию 10 000 руб. на раздачу нищим; другой раскольник Сыромятников, по случаю смерти жены своей, раздал нищим в продолжение 40 дней 10 000 руб. и рассыпал птицам несколько пудов зерна; умерший в восьмидесятых годах в г. Елабуге, Вятской губ. купец Стахеев оставил по завещанию 100 000 руб. на нищих и убогих, распорядившись, чтобы проценты с этого неприкосновенного капитала раздавались в дни его рождения и смерти на руки нищим по 5 коп. на человека; умерший около того же времени в Москве купец Губкин завещал раздать нищим в день его смерти 50 000 руб.

Исходя из того положения, что нищий, конечно, нищий профессиональный, получает много и расходует мало, ибо какие же у него расходы? На платье и обувь у него расхода нет, и чем оно хуже, тем более подходит к его промыслу; на семью тоже расхода нет, ибо у профессионального нищего большею частью семьи нет, а если и есть, то не требующая расхода, а напротив, дающая доход: ведь больная жена и дети, на что мы больше всего тратимся, — главный источник дохода нищего; остается квартира, но какая же у нищего квартира? Итак, исходя из этих положений, казалось бы, что нищие должны скапливать деньги. Действительно известно несколько таких случаев.

Так, в Париже несколько лет тому назад умер церковный нищий, после которого осталось состояние в 96 000 фр.

В Петербурге, в шестидесятых годах, один мещанин женился на нищенке с Митрофаниевского кладбища и взял за нею в приданое 20 000 руб.

В 1881 г. в Варшаве умер нищий Попроцкий, после которого осталось несколько тысяч рублей процентными бумагами.

В 1886 г. в Ревеле, в общественной богадельне умер восьмидесятилетний нищий, на его груди нашли чековую книжку и процентные бумаги на 10 000 руб.

Весною 1899 г. на Митрофаниевском кладбище в Петербурге был задержан нищий Таганрогский мещанин Григорий Павлов; при нем оказалась книжка сберегательной кассы на 914 руб. и наличными 707 руб.

Лет 7~8 тому назад в Петербургский нищенский комитет была доставлена нищенка старуха, в ветхой ватной юбке, в которой оказались зашитыми под заплатами 3000 руб.

Поллиан удостоверяет, что в Париже есть нищие, живущие в свое удовольствие; они угощают друг друга в дорогих ресторанах хорошими обедами и добрым вином.

Но всех превзошла Америка. Летом 1899 г. ньюйоркской полицией было обнаружено, что большинство зажиточных нищих принадлежит к особому сообществу, которое имеет в Бруклине собственный обширный дом. В этом помещении можно получить напрокат инструменты, необходимые для прошения милостыни, как то: деревяшки для рук и ног, горбы и т. п. Нищие платят в это общество известный процент со своих доходов, а Правление распределяет часы работы, места стоянок, дает списки благотворителей и т. п. Дознание по этому делу началось с ареста главного деятеля этого общества, некоего Зибеля, он жил милостынею, а арестован был 21 июня 1899 г. в театре, причем он был прекрасно одет и сопровождал товарища, тоже нищего, на руках которого блестели бриллианты.

Но такие нищие капиталисты чрезвычайно редки, и редки потому, что громадное большинство их тратит свой легко добываемый заработок на пьянство и разврат. Нищий работает только днем, да и то не с раннего утра, поэтому у него много свободного времени, и вот, с наступлением вечера, когда нищие возвращаются домой, слепые прозревают, хромые ходят, все зияющие раны исчезают, скривленные руки и ноги выпрямляются, и начинается колоссальный разгул и пьянство, а что касается разврата, то обнаружены случаи сожительства нищего единовременно с четырьмя женщинами (Могилевская губ.) или сожительство слепого нищего с 13-летней девочкой, которая от него забеременела и в родах умерла (Витебская губ.).

У профессиональных нищих существуют свои школы и свои справочные издания. Для обучения технике нищенства во Франции, Англии и Германии имеются целые академии, конечно, правительством не признанные и вывесок не имеющие.

У нас, хотя академий и нищенских школ пока нет, но есть особые учителя, преподающие за известное вознаграждение, как нужно вести себя, что говорить, во что и когда одеваться; учат, как подделывать увечья, напр. сгибать здоровую ногу так, чтобы она казалась отнятою по колено, закатывать зрачки глаз так, чтобы был виден один белок и человек был принят за слепого, и т. п. За известную плату выдаются адреса благотворителей, дабы нищий не тратил время зря, напрасно стучась в запертые двери. Так, в Париже продается особая рукописная книга и притом в двух изданиях под заглавием: большая и малая игра.

Малая игра стоит 3 фр. и содержит в себе несколько сот адресов благотворителей.

Большая игра подробнее: в ней кроме адресов помещены сведения относительно занятий, привычек, приемного часа, политических воззрений благотворителя. Эти сведения изложены в следующей форме:

Г-н А — богатый землевладелец, легко дает по 5 фр.; платит за квартиру в случае выселения; приходит между 10-11 часов утра.

Г-н Б — никогда не дает денег; просите платья.

Г-н В — интересуется только детьми, просите пеленки для новорожденного и белье для матери.

Г-н Г — благочестивый дом. Просите на узаконение брака.

Г-н Д — старый республиканец. Представьтесь ему как жертва старого порядка и священников.

Гросс в своем руководстве для судебных следователей утверждает, что нищие тесно сплочены между собою и один спешит помочь другому, которого даже и не знает, конечно, в надежде получить и от него такую же услугу. Поэтому, говорит, что в Австрии нередко можно встретить на стене дома рисунки, воображающие распростертую руку — что значит, что в этом доме щедро подают милостыню; андреевский крест — что здесь милостыни не подают; круг — значит, что подают деньгами; перечеркнутый крестом круг — что подают кое-что, но такие вещи, которые для нищего мало выгодны: кусок хлеба, яйцо и т. п.

Наши нищие до таких тонкостей не дошли; справочных книг у нас нет, но в Москве, например, нищие запасаются адресами в одном из загородных трактиров; там же, в одном из переулков Смоленского рынка, живет господин, знающий всех московских филантропов обоего пола и великолепно подделывающий всевозможные бумаги и документы. Почти ежедневно в 8 час. утра к нему является нищая братия; он вручает одному свидетельство о бедности, другому о погорелом и ведет к благотворителям, отбирая затем половину полученной нищим милостыни. Обмануть его нищий не смеет, ибо специалист с точностью знает, сколько каждый благотворитель обыкновенно подает нищему.

Что касается до тех форм, в которых выливается нищенство, до отдельных видов его, то известный наш юрист, писатель А. Ф. Кони всех нуждающихся в общественной поддержке делил на четыре группы: ищущие труда, бегущие от него, неспособные к нему и испорченные для него[17]. Очевидно, нищие должны быть отнесены к трем последним группам.

Другие исследователи нищенства (Свирский, свящ. Бирюков, Свидницкий, Масловский) делят нищих на городских и сельских.

Городские нищие, известные под общим именем стрелков, в свою очередь, делятся на две большие группы: христарадников и охотников.

Христарадники имеют 11 отдельных видов.

  • 1. Богомолы — просящие милостыню на церковной паперти.
  • 2. Могильщики — просящие милостыню на кладбищах.
  • 3. Горбачи — побирающиеся по домам с сумою.
  • 4. Иерусалимцы — мнимые странники.
  • 5. Железнодорожники —- просящие милостыню на вокзалах железных дорог.
  • 6. Севастопольцы — изображающие отставных солдат раненых и нераненых.
  • 7. Барабанщики — просящие милостыню под окнами.
  • 8. Безродные — бродяги.
  • 9. Складчики — берущие милостыню не только деньгами, но всем, что дадут: хлебом печеным и в зерне, мукою, яйцами, старым платьем и т. п.
  • 10. Погорельцы —- (выдающие себя за пострадавших от пожара).
  • 11. Переселенцы — возвращающихся на родину неудачных переселенцев.

Второй, высший класс городских нищих, класс охотников, подразделяется на два вида: 1) сочинители — подающие благотворителям просительные, более или менее трогательные, письма и 2) протекционисты — являющиеся в дома якобы по рекомендации близкого знакомого.

Сельские нищие по роду промысла — на просящих на церковь и просящих на себя.

Остановимся на некоторых из перечисленных групп.

Богомолы и могильщики обыкновенно образуют артели, занимающие церковную паперть или кладбище. Каждый из них имеет строго определенное место, и горе постороннему, который подумал бы встать в ряды их; его немилосердно изобьют и прогонят. В одних артелях выручка поступает в общую кассу, в распоряжение старосты, в других в личную пользу каждого, но тогда: 1) лучшие места или оплачиваются особо, или даются по очереди членам артели; 2) каждый платит известную сумму в пользу старосты и в общую кассу, куда поступает и плата за лучшие места. Назначение кассы — помощь заболевшему, подкуп полицейских властей, а иногда и церковного причта за разрешение занимать места на паперти и т. п.

Горбачи — это парии нищенства, их можно встретить везде; название свое они получили ради сгорбленного и убогого их вида. Входя в квартиру или дом, некоторые из них со слезами на глазах рассказывают, что дома у них остались жена и дети, больные тифом, оспою, дифтеритом или иною заразною болезнью. Желая поскорее отделаться от такого опасного гостя, ему дают подаяние и выпроваживают.

3) Иерусалимцы, т. е. мнимые странники и странницы, — это уже коренные, ловкие плуты. Они разносят по России щепочки от гроба Господня, в простоте души, вместе с принимающими их благотворителями, думающие, что Иисус Христос был погребен в таком же гробе, в каких хоронят и нас грешных; они приносят кусочки от той лестницы, которую Иаков видел во сне, или пузырьки с ваксою, уверяя, что это тьма Египетская, и предупреждая не откубривать пузырька, чтобы тьма эта не разлилась по всей земле; они рассказывают легковерным небылицы о тех св. местах и обителях, которых никогда не видали. Одетые в костюм, похожий на монашеский, степенные с виду, как и подобает особам духовного звания, они просят или на дорогу в Иерусалим, или на свечу св. угодникам Соловецким, а не то предлагают желающим “водицы Иорданской” или “лекарствие против запоя”.

Это опытные плуты; они обходят всех, и православных, и раскольников, и католиков. В доме старовера — они строгие последователи древнего православия; в доме католика — истые паписты, не могущие без содрогания говорить о схизматиках православных. В Петербурге такие нищие редки; в Москве и провинции их множество.

4) Погорельцы. Сельские пожары — бедствие нашей деревянной и соломенной родины, “красный петух” губит все состояние крестьянина, и нередко работящий и честный мужик вынужден временно надеть суму; бедствие вызывает невольное сочувствие, особенно среди сельского населения, где каждый сознает, что и с ним может случиться то же самое. Этим и пользуются профессиональные нищие.

В 1867 г. в Казани было замечено поразительное уменьшение числа городских нищих каждый раз, когда где-либо поблизости случался пожар. Оказалось, что старосты артелей городских нищих, собрав сведения о пожаре, командируют свои артели по соседним селениям, переодев их в крестьянское платье и снабдив подложными удостоверениями волостных правлений.

Когда погорел Брест-Литовск, то оказалось такое множество погорельцев, которое чуть не вдвое превышало число жителей этого города.

Совершенно особую, весьма многочисленную группу, составляют нищие-калеки. Среди них есть действительные калеки, люди обиженные судьбой, есть умышленно искалеченные с детства, но гораздо больше людей совершенно здоровых.

Конечно, настоящие калеки ценятся значительно дороже притворных: с ними и вернее, и безопаснее. Вот как описывается в Пензенских Губ. Ведомостях 1873 г. (№ 58) вербовка нищих пред ярмаркою в Пскове: за несколько недель до ярмарки калеки собираются в окрестных селениях и выставляют себя на показ и продажу. Какой-нибудь кулак или разбогатевший нищий отбирает “товар” и лучших, т. е. самых уродливых, безобразных, нанимает за 3,4,5,8, а иногда и 10 р. за ярмарку. Окончив сделку и дав задатки, он едет к другим более крупным предпринимателям и сбывает свой товар с барышом[18].

В других местах нищие и калеки составляют сами артели, что особенно практикуется в Олонецкой губ.; ездят они группами в 6—10 чел. и выручку делят поровну, причем тот, кому принадлежит лошадь, получает два пая.

В тесной связи с нищими-калеками стоят нищие-дети. Справедливо замечает Поллиан, что эксплуатация бедных ребятишек составляет самое ужасное из всех преступлений. Женщина с грудным ребенком на руках — обычный тип нищей, чужой ребенок, иногда собственный, а нередко и нанятый за известную плату у родителей, нарочно плохо одетый в рваное, грязное тряпье, мерзнет целые дни на улице, причем мать, для возбуждения наибольшего сострадания прохожих, заставляет его плакать, а для этого ежеминутно его щиплет или колет булавкой. Поллиан знавал некую г-жу Узофф, у которой было четверо детей; всех она отправила на тот свет, выставляя под дождем и снегом, а затем, чтобы продолжать свое ремесло, наняла пятого ребенка. При рассмотрении одного дела в Вене обвиняемая созналась, что в течение многих лет занимается нищенством с грудными детьми, которых легко получает за известную плату; если младенец умирал, то она, за хорошую плату, получала другого во всякое время.

В Париже обычная наемная плата за ребенка 30 су в день, в Петербурге цена колеблется между 30 коп. и 1 рублем; такие отдаваемые в наем дети называются у нас “родничками”; само собою разумеется, масса таких детей умирает; случается, что нищие, отправляясь в объезд с 2—3 детьми, не привозят домой ни одного; да и мудрено остаться в живых при такой обстановке, если же, паче чаяния, ребенок выживет и подрастет, он уже с 10-12 лет отправляется на промысел самостоятельно, но, конечно, не лично от себя, а опять-таки от нанимателя, если только промыслом не занимаются сами родители. Ему назначается предельная минимальная сумма ежедневной выручки и если он не принесет этой суммы, его ждут побои и голодовка. Нередко такой подросток нанимается слепыми нищими в качестве поводыря с платою от трех до 8 р. в год.

Эти же нищие-дети служат и материалом для фабрикации уродов. С этой целью они поступают к особым мастерам, которые выкалывают им глаза или обливают лицо серной кислотою, отчего со временем получаются безобразящие лицо рубцы, им ломают кости рук и ног и, что всего ужаснее, уголовными летописями зарегистрированы многократные случаи калечения нищими не только купленных, но и своих собственных детей.

О том, что нищие калечат детей, упоминается еще в указе царя Феодора Алексеевича 1682 г. В сороковых годах в Подольской губ. были известны два нищенских цеха: Сатановский в Проскуровском уезде и Поташинский в Гайсинском. Оба они специально занимались уродованием детей, и промысел этот чуть ли не существует там и в настоящее время. В Киевской губернии такие уродователи детей носят особое название: “жебраки”.

Наконец, особый вид нищенства, и притом главным образом нищенства сельского, представляют церковные сборщики. Такие сборщики в Могилевской губ. носят название “кубраков”, в Гродненской губ. они называются “лаборями”, а в Волынской — “лабурцами”; живут они зажиточно, даже богато, но среди односельцев пользуются самою незавидною репутациею; существует даже поверье, что для умерших кубраков следует рыть могилы в поле, близ корчмы, а хоронить их на кладбище нельзя из опасения вызвать засуху и бездождие. Сами кубраки говорят, что их дело требует науки и денег. Действительно, помимо опытности и уменья, меньше чем с двумястами руб. кубраку подняться в поход нельзя.

В Арзамасском у. Нижегородск. губ. существует деревня Пьявочное озеро, которую народ метко превратил в Пьяничное озеро. Все мужское население этой деревни занимается сбором на церковь. Делается это таким образом: кубрак разыскивает бедную, а иногда и не бедную церковь, дает причту взятку рублей 50 и получает от него нужные документы: с ними он отправляется в Духовную Консисторию, где тоже за взятку рублей в 30~40 получает сборную книжку, с которой и отправляется в путь на несколько месяцев. Возвратясь, он вручает церкви 100, 200 руб., а себе оставляет рублей 500. Утаивание денег облегчается тем, что в книжку записываются только крупные пожертвования, а мелкие все идут сборщику, к тому же последний собирает не только деньгами, а и хлебом, который продает первому кулаку.

В 1876 г. Св. Синод обратил внимание на этот промысел и постановил, что сборщиками могут быть только крестьяне местного прихода и притом не иначе как по приговору общества. Это было тяжким ударом для промышленников-нищих, но они сумели выйти и из этого положения: во исполнение указа Синода избирается сборщик из местных крестьян, а затем является проходимец из Пьявочного озера, покупает у сборщика, не без ведома общества, книжку и документы и под именем этого сборщика отправляется в поход.

Мне остается сказать несколько слов о нищенских гнездах. Нищенскими гнездами называются такие селения, большая часть, а то и все население которых занимается нищенством и притом не по нужде, а по расчету, как отхожим промыслом.

В материалах упомянутой выше Комиссии приведено несколько десятков таких гнезд. Я укажу лишь некоторые из них, наиболее характерные.

  • 1) В Минский губ. таким гнездом считается село Семежево Слуцкого у. Все население этого села нищенствует, образуя правильно организованную артель, причем староста этой артели имеет даже карательную власть.
  • 2) В Сычевском у. Смоленской губ. такое гнездо — с. Клепени. В 1812 г. село это было сожжено дотла французами, и крестьяне пошли по миру, направляясь в губернии, не пострадавшие от нашествия французов. Промысел оказался выгодным, и все население названного села продолжает заниматься им по настоящее время, хотя нужды давно уже нет.
  • 3) В Верейском у. Московской губ. есть село Шувалово, где нищенство ведется правильно и систематично. Здесь население занимается хлебопашеством, и только по окончании полевых работ отправляются поголовно на промысел. Шувалики (так зовут их в Московкой губ.) выступают в три срока: а) первый выезд 6 августа с возвращением к 1 октября. Здесь они отправляются в Тульскую и Воронежскую губ. и просят на неурожай и градобитие; б) второй заезд 15 ноября с возвращением в марте. В это время они объезжают Польшу, Финляндию, Прибалтийские губ. и просят на погорелое; в) третий выезд весною после посева с возвращением к 29 июня — здесь они посещают обе столицы и подгородние дачи под видом монахов и странников, направляющихся в св. землю или на Афон, а не то появляются в виде калек и убогих; сообразно выезду меняется и костюм. Шувалики — народ зажиточный, обилие леса, заливные луга по р. Протве, хороший надел, обилие соседних помещичьих земель, недорого сдающихся в аренду, — все это дает им возможность жить безбедно, как живут соседние с ними селения, но они, будучи гораздо зажиточнее соседей, продолжают нищенствовать.
  • 4) В Саранском и Инсарском у. Пензенской губ. целый ряд деревень поголовно занимаются нищенством. Крестьяне этих деревень известны под именем колунов. Обладая недурными для крестьян средствами, они занимаются нищенством, нанимая для этого калек, детей и женщин, а иногда и целые семьи, и платят нередко по 10 руб. в месяц за голову. В своих путешествиях они обходят губернии: Саратовскую, Самарскую, Оренбургскую, добираются до Кавказа и Сибири. Колуны отправляются в путь в особых повозках, которым стараются придать самый жалкий вид. В повозках у них сложены надлежащие костюмы: монашеские рясы, солдатские шинели, рваные кафтаны.
  • 5) В Саратовской губ. есть село Бурасы, в котором из 800 душ 250 нищих. Нищий зарабатывает здесь 10—20 руб. в неделю, что, считая нищенский год в 20 недель, составит около 300 руб. Причин, вызывающих нищенство, здесь нет никаких: крестьяне зажиточны, земли, и притом хорошей, приходится около 6 дес. на душу. Нужно заметить, что в соседней деревне Борисовке нищих совсем нет. А между тем в деревне этой всего по одной десятине на душу. Говорят, что несколько лет тому назад Бурасовцев постиг неурожай и они начали кормиться милостынею, а затем, сообразив, насколько это выгодно, продолжают свой промысел и в настоящее время.

Этим я заканчиваю использование находившегося в распоряжении Комиссии материала. Из сделанного мною, весьма поверхностного, очерка видно, что средствами борьбы с нищенством являются: прежде всего, правильная и возможно широкая постановка призрения нищих несчастных, а затем столь же правильно поставленное преследование нищих преступных.

По отношению к первому из этих способов борьбы надлежит признать необходимым учреждение целой сети учреждений призрения и непременно общественных; частная благотворительность в виде раздачи грошей и пятаков скорее вредна, чем полезна. Англия в 1894 г. затратила на дело общественного призрения 87 млн руб., нам, конечно, далеко до Англии, но ведь смешно же в само деле утверждать, что существует общественное призрение в нашей Ковенской губ., которое при населении в 1 545 000 имеет всего три богадельни на 76 призреваемых, или, тем паче, в Бакинской, где при 828 000 жителей имеется всего одна богадельня для пяти человек призреваемых!

Что касается второго вопроса, то действующее законодательство наше запрещает нищенствовать или бродить по городам и селам для испрошения подаяния и, возлагая на попечение полиции, чтобы нищенство не происходило, чтобы бедные и неимущие были призрены и чтобы неимущим калекам ... не было дозволяемо самовольно отлучаться из места жительства, устанавливает наказание за прошение милостыни по лени и привычке к праздности (тюрьма от двух недель до одного месяца), увеличивая срок заключения до 8 месяцев за прошение милостыни с дерзостью и грубостью или за употребление обмана и до 8 месяцев с лишением прав, если при нищем окажется оружие или поддельные ключи; а новое Уголовное Уложение будет наказывать нищенство: в первом случае тюрьмою на срок до 3-х месяцев, а в последнем до 1 года. За допущение к прошению милостыни детей виновные в том родители и вообще лица, обязанные о них попечением, наказываются арестом до 15 дней или денежным взысканием до 50 руб., а при обращении этого поступка в ремесло тюрьмою от одного до 3-х месяцев; по новому Уголовному Уложению, как эти лица, так и принявшие малолетнего для обращения в нищенство будут наказываться заключением в тюрьме до 1 года, причем во все время заключения нищие обязательно занимаются работами по назначению тюремного начальства. Высланным в отбытии наказания за нищенство на родину, виды на жительство выдаются не ранее истечения двух лет со времени высылки и во все это время отлучки разрешается им лишь по особо уважительным причинам, и то на срок не свыше двух недель.

Разработав приведенный мною материал, Комиссия пришла к заключению, что существующая система борьбы с нищенством, как показал многолетний опыт, не достигает цели, и затем установила следующие три главных положения:

Единичные случаи прошения милостыни, вызванные действительною нуждою: болезнью, невозможностью приискать работу или найти помещение в доме трудолюбия, влекут за собою лишь подачу временной помощи и призрения. Равным образом меры призрения применяются к случаям прошения милостыни дряхлыми, престарелыми, увечными, малолетними и другими неспособными к труду лицами.

Преследуется и наказывается лишь преступное нищенство, каковым признается прошение милостыни: а) людьми здоровыми и трудоспособными исключительно по лености и привычке к праздности; б) с грубостью и дерзостью; в) с употреблением обмана; г) когда при нищем окажутся оружие, поддельные ключи, отмычки и т. п.; д) когда нищий имеет при себе собственного или чужого ребенка; е) когда нищий занимается прошением милостыни как ремеслом, т. е. нищенство профессиональное.

3. Профессиональным нищим признается такое лицо, которое, имея полную возможность по своим физическим качествам и состоянию здоровья добывать пропитание трудом, постоянно и в виде промысла занимается прошением подаяния под предлогом бедности или какого-либо действительно бывшего или вымышленного несчастья.

Кроме нищих профессиональных, Комиссия признала подлежащими преследованию:

  • 1) виновных в преступной праздности, т. е. таких лиц, которые, хотя и не нищенствуют, но, несмотря на полную возможность, не желают работою доставлять пропитание семье своей, вынуждая ее прибегать к общественной или частной благотворительности;
  • 2) лиц, которые хотя сами и не нищенствуют, но допускают к нищенству своих детей с обращением в свою пользу всего или части ими собранного;
  • 3) виновных в сборе на церкви по заведомо чужим книжкам или по документам другим лиц;
  • 4) виновных в собирании пожертвований в свою пользу под предлогом сбора на церковь;
  • 5) виновных в сборе пожертвований в свою пользу с выдачею себя за священника, монаха, а равно изобличенных в недозволенной торговле священными, освященными или выдаваемыми за таковые предметами.

Считая существующие у нас наказания для промысловых нищих непригодными и не достигающими цели, а равно признавая необходимость установить наказание и для всех только что перечисленных лиц, Комиссия пришла к заключению о желательности замены существующих мер взыскания присуждением виновных к занятию принудительным трудом в особо устроенных для того заведениях.

По мысли Комиссии помещение виновного в такого рода заведение может последовать не иначе, как по приговору суда. Признанного виновным в промысловом нищенстве или в одном из поименованных выше проступков суд приговаривает к занятию принудительным трудом на срок от одного до 5 лет, смотря по обстоятельствам дела, но с тем, чтобы отбывший 1/3 назначенного ему судом срока, в случае проявления им исправления и ввиду хорошего поведения, был бы освобождаем условно, т. е. в случае, если бы он в течение двух лет был замечен в занятии прежним промыслом, немедленно был бы возвращаем в заведение для отбытия остальной части присужденного ему срока.

Лиц, отбывших весь срок и снова, в течение двух за тем лет, уличенных в нищенстве, предполагалось отдавать в заведение принудительного труда на срок от 3 до 5 лет и освобождать условно лишь по истечении половины назначенного судом срока. Всякое лицо, вновь возвращенное в заведение, уже теряет право на досрочное освобождение.

Дальнейшая работа Комиссии сводилась к развитию этих положений, по установлению правил о замене указанных ею способов борьбы с нищенством в случае неимения заведений принудительного труда, к установлению правил подсудности правил процессуальных, наконец, к изысканию денежных средств на приведение этих мероприятий в исполнение (налог в пользу бедных), но в самом разгаре работы Комиссия, по независящим от нее обстоятельствам, деятельность свою прекратила и весь собранный ею материал, вместе с выработанными проектами, в январе 1900 г. передала в Министерство Юстиции. Что сделано затем со всем этим материалом, мне неизвестно.

  • [1] Второзаконие XXIV; 14, 15, 19.
  • [2] Коран Магомета, Судры: II, 269; III, 86; IX, 68.
  • [3] Словарь Эфрона XL-I.208.
  • [4] Стоглавый ОГ. Стр. 226.
  • [5] Акты исторические, т.о V. № 75.
  • [6] Полное Собр. Зак. № 1424.
  • [7] Полное Собр. Зак. № 3172.
  • [8] Полное Собр. Зак. № 3213.
  • [9] Полное Собр. Зак. № 3708.
  • [10] Полное Собр. Зак. № 17906 и № 18082.
  • [11] Полное Собр. Зак. № 30356.
  • [12] Полное Собр. Зак. № 6945.
  • [13] Полное Собр. Зак. № 11514.
  • [14] Устав С.-Петербургского Комитета. § 15.
  • [15] В. И. Герье. Что такое дом трудолюбия, стр. 3 и 40.
  • [16] Духовской. О налогах в пользу бедных, стр. 3.
  • [17] Кони. За последние годы. 721.
  • [18] Материалы, стр. 41.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >