СОЦИАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВО: ФУНКЦИИ, ПРЕДПОСЫЛКИ И УСЛОВИЯ ФОРМИРОВАНИЯ

ОСНОВНЫЕ ЭТАПЫ СТАНОВЛЕНИЯ СОЦИАЛЬНОГО ГОСУДАРСТВА

К середине XIX в. повышение роли собственно социальных функций государства стало настолько очевидным, что теории социальной сущности государства и социальных регуляторов развития государственности оказались недостаточными, появилась необходимость в фиксации возникшего нового качества государства с его социальной атрибутикой. Т акой фиксацией стало понятие «социальное государство», введенное в на уку в 1850 г . Лоренцом фон Штайном.

В определении социального государства Л. фон Штайном содержался ряд принципиальных положений, ставших основой нового понимания функций государства. Он отмечал, что социальное государство обязано поддерживать абсолютное равенство в правах для всех различных общественных классов и для отдельной самоопределяющейся личности посредством своей власти. Также, по его мнению, государство обязано способствовать экономическому и общественному прогрессу всех своих граждан, ибо развитие одного выступает условием развития другого, и именно в этом смысле говорится о социальном государстве.

В данном определении автор преодолевает социологический подход к государству как к арене, на которой происходит классовая борьба, и выделяет в качестве одного из атрибутов социального государства равенство всех людей (личностей) независимо от их социальной принадлежности, делает главной дихотомию личность-государство взамен принятой государство—общество и определяет главной целью государства экономический и социальный прогресс. Таким образом, исходным критерием выделения социального государства в особый тип стало распространение патерналистских отношений государства на всех членов общества независимо от их социальной принадлежности.

Примечательно, что равенство в социальных правах для всех без исключения явилось не только и не столько следствием распространения идей эгалитаризма, сколько объективным следствием изменения места отдельного человека, личности на производстве и в обществе. Т ак, по мнению О. Т оффлера, возникла такая система, которая для получения богатства использу ет не физическую силу человека, а его умственные способности.

Появление термина «социальное государство» само явилось принципиальным моментом осознания изменений природы государственности. Данное понятие отразило свершившийся переход от «полицейского» государства, «государства общественного договора», «государства как высшей формы власти» к государству осуществляющему социальные функции.

Появление у государства социальных особых функций не только стало новым способом удовлетворения социальных потребностей общества, но и привело к резкому , скачкообразному возрастанию данных потребностей.

В этих условиях традиционные способы удовлетворения социальных потребностей огосударствляются как, например, страхование, или уходят на периферию общественной значимости как благотворительность.

В 80-е гг. XIX в. в Германии наряду с термином «социальное государство» появляется другой термин — «государство благоденствия», понимаемый как государство, политика которого направлена на улучшение жизни всех граждан. Оба термина в тот период выражают одно понятие и не конкурируют друг с другом. Г лав- ным для них является наделение граждан социальными правами, а государства — социальной ответственностью. Принцип социального государства стал официальной доктриной ряда стран, получив правовое закрепление в Конституции Веймарской республики 1919 г. и Конституции Чехословакии 1920 г.

В 1871 г. Германия впервые в истории вводит государственное социальное страхование от несчастных случаев на производстве, в 1880 г. она же начинает финансировать медицинскую помощь, в 1883 г. вводит пособие по болезни. В 1910 г. Германия вводит обязательное пенсионное страхование. Социальное страхование от несчастного случая на производстве появляется в Австрии в 1887 г., во Франции — в 1898 г в Норвегии — в 1894 г в Новой Зеландии — в 1900 г., в Швеции — в 1901 г. Медицинское страхование стало государственным в Австрии в 1888 г., в Швеции — в 1891 г., в Норвегии — в 1909 г. В России первый социальный закон — «О бесплатном медицинском обслуживании фабрично-заводских рабочих» — появляется в 1886 г . В 1912 г . вводится страхование по болезни и от несчастных случаев на производстве. В ноябре 1917 г. издаются декреты о страховании от безработицы, о бесплатной медицинской помощи, о пособиях по случаю болезни, родов и смерти.

С 70-х гг. XIX в. до начала Второй мировой войны государственное страхование полностью охватило сферы социальных рисков во всех странах Европы и Америки.

Идеи равенства, солидарности, справедливости, бессословного общества, требование вмешательства государства в распределение доходов, уравнивания доходов и ответственности государства за социальную политику, демократизация власти в этот период стали основой политических и государственных преобразований во многих странах. При этом необходимо отметить, что в политологии, экономике, истории широко представлены исследования генезиса социалистических идей и их практической реализации, но весьма ограничены теоретические обобщения кардинальных изменений в этот период функций государства и приобретение им новых, ранее не свойственных ему атрибутов и свойств.

По сравнению с предшествующим периодом государство взяло на себя ответственность за благосостояние граждан, обеспечило доступность социальной поддержки всем членам общества, создало государственные системы социального обеспечения и социальной защиты, ввело бюджетное финансирование социальных программ и новые механизмы социальной политики в виде государственного социального страхования, стало доминирующим субъектом социальных функций в обществе.

Все эти метаморфозы государства можно определить как приобретение им нового качества — социального государства.

В свою очередь, новые атрибуты, появившиеся у социального государства, — доступность социальной поддержки всем членам общества, наличие государственных систем социального обеспечения и социальной защиты, наличие социальных бюджетов и использование механизмов социального страхования для консолидации рисков — могут рассматриваться как первичные критерии выделения социального государства из ряда других государств и основа его дефиниции.

В то же время полное совпадение социалистических принципов и целей с атрибутами социального государства свидетельствует об очень тесной связи социального государства и социалистической идеологии. По сути, социальное государство стало реализацией социалистической идеи, поскольку в определенной точке сошлись, совпали два объективных, относительно независимых, но имеющих единую основу общественного бытия процесса — развитие социальных функций государства, обусловленное развитием производительных сил и изменением роли личности на производстве и в обществе, и идеологическое осознание данных процессов и соответствующей этому осознанию идеологии.

Соответствие новых свойств, появившихся у государства, социалистической идее настолько велико, что представляется возможным обозначить первый этап становления социального государства, датируемый в 70-е гг. XIX в. — 30-е гг. XX в., как социалистический.

Дальнейшее развитие идеи социального государства в практическом плане выразилось в широких социальных реформах в развитых индустриальных странах европейской культуры и в СССР, а в теоретическом плане — в широких научных дискуссиях о сущности социального государства, развернувшихся в период между двумя мировыми войнами.

Основным содержанием этих дискуссий стало введение принципов социального государства в правовое поле.

Первая треть XX в. ознаменовалась лавинообразным принятием социальных законов и введением принципов социального государства в политику многих стран. С начала XX в. лидирующую позицию в развитии социального законодательства заняла Англия. Начиная с принятия законов Л. Джорджа — «О пенсиях по старости» 1908 г., «О прогрессивном налогообложении» 1909 г ., билля «О национальном страховании» 1911 г. и заканчивая докладом У. Бевериджа в 1942 г. «Полная занятость в свободном обществе», Англия создала разветвленную нормативно-правовую базу реализации принципов социального государства. Аналогичные законы по социальному и медицинскому страхованию, пенсионному обеспечению, пособиям по безработице, семейным пособиям и страхованию от несчастных случаев в эти годы были приняты в Австрии, Австралии, Дании, Канаде, Италии, Новой Зеландии, Норвегии, СССР, США, Франции, Швеции и многих других странах.

Социальное законодательство стало не просто сектором правового поля, оно начало оказывать мощное влияние на правовое содержание всей нормативной базы государств.

Появление социального законодательства и его непосредственное взаимодействие с другими нормами поставили проблему правовой природы самих социальных норм и стандартов.

В 1930 г. Г. Геллер предложил понятие «социальное правовое государство» и дал его трактовку . Центральной идеей социального правового государства становится акцентирование прав гражданина на социальных гарантиях со стороны государства.

С этого времени два понятия — «правовое государство» и «социальное государство» — не просто стали неразрывны, в определенных случаях они используются как синонимы.

Связь социального государства с его правовой природой явилась важным шагом закрепления за ним социальных функций. Социальные функции государства не просто приобрели правовые основания, но стали ведущими для государства, в свою очередь трансформируя правовую основу государства. Личные права человека стали краеугольным камнем всей правовой системы государства, определяя через избирательное право власть, через гражданские права политическую природу государства и его социальные обязанности и через социальные права его социальные функции.

Признание за социальным государством правовой основы означало придание социальным функциям обязательного характера. Собственно социальные функции стали неотъемлемой частью функциональной структуры государства. Произошла окончательная передача социальных функций от общества к государству.

Определение социального государства как правового явилось принципиальным для определения нового, социального качества государства. Впервые в истории извечное противопоставление свободы и равенства было снято через компромисс, стало возможным ограничение свободы ради социального благосостояния.

Необходимо отметить, что идея обусловленности социального государства правом впервые была выдвинута в ру сском ревизионистском марксизме (П.Б. Струве, А.С. Изгоев, Б.А. Кистяковский), который рассматривал социальное государство как «социально-правовое государство», или, по-другому, «социально справедливое государство». Кстати, именно Б.А. Кистяковский еще в 1909 г. впервые ввел в обиход понятие «социалистическое правовое государство». К идее социальности правового государства приходили и другие русские ученые, отталкивающиеся от принципов естественного права (П. Новгородцев, С. Котляревский, В. Гессен, Л. Петражицкий).

Правовое обоснование социального государства окончательно оформило принцип естественных социальных прав человека. На основе этого возникла совершенно новая правовая коллизия, заключающаяся в несимметричности прав и обязанностей. Для теории права данная ситуация настолько значима, что некоторые авторы, например Э. Форстхофф, отвергают саму возможность совмещения правового и социального государства или констатируют принципиальное противоречие.

Однако именно асимметричность социальных прав и обязанностей личности породила особый стату с государства как монопольного субъекта социальной деятельности. Г осударство стало опосредующим звеном между всей совокупностью прав и обязанностей, нивелируя и делая их соразмерными через свою социальную политику. В этом качестве государство получило особые права по перераспределению благ и тем самым приобрело специфическую функцию реального обеспечения формального равенства людей.

Приобретение социальным государством правового обоснования стало вехой в развитии представлений о государстве и о его социальной сущности. Понятия справедливости, равенства, солидарности, прав и обязанностей личности и общества получили формальное закрепление, ставшее основой дальнейшей эволюции государственных социальных функций.

Все это позволяет нам выделить данный период в особый этап, второй этап становления социального государства, длившийся с 30-х гг. до конца 40-х гг. XX в., в соответствии с его основной сутью можно обозначить как этап правового социального государства, а правовая природа социального стала его неотъемлемым инвариантным свойством.

Начало следующему этапу развития представлений о социальном государстве положил упомянутый выше знаменитый доклад В. Бевериджа в 1942 г. парламенту Великобритании «Полная занятость в свободном обществе». В докладе излагались основные принципы «государства благосостояния» и впервые выдвигалась идея гарантированного единого национального минимального дохода, ядром плана была тесная связь социальной политики с государственной экономической политикой, нацеленной на обеспечение полной занятости. С этого времени термин «государство благосостояния» (welfare state) стал синонимом социального государства в англоязычных странах. Одним из авторов термина welfare state может считаться и английский социолог У. Темпль.

Период до 60-х гг. ознаменовался, с одной стороны, углублением теории социального государства, или государства благоденствия, а с другой — практической реализацией идеи социального государства на национальном уровне. Одним из ведущих проявлений социальных функций на данном этапе стало предоставление государством социальных услуг.

Становление социального государства с середины 40-х гг . по 60-е гг. XX в. можно обозначить как этап социальных услуг, он связан с приобретением государством принципиально новых социальных функций. Именно в этот период, помимо традиционных функций социальной защиты, государство становится субъектом специфических социальных функций, примерами которых являются обеспечение занятости, социальный патронаж, формирование жизненной среды для инвалидов, программы реабилитации для отдельных социальных групп, государственные программы поддержки и создания необходимых жизненных у словий для отдельных категорий людей и регионов.

Особенностью новых социальных функций государства — социальных услуг, является то, что они не просто компенсируют человеку невозможность достижения им определенных стандартов жизни, но активно формируют условия достижения этих стандартов, наделяя государство ответственностью за равные социальные возможности для всех социальных групп. Ответственностью, которая заставляет государство в определенной степени навязывать человеку свою опеку независимо от его желания с целью обеспечения принятых в обществе стандартов. По сути этап социальных услуг в развитии социального государства знамену ет переход государства от пассивной к активной социальной политике.

Первой социальную природу своего государства зафиксировала Федеративная Республика Германия, записав в 1949 г. в свою конституцию, что «Федеративная Республика Г ермания является демократическим и социальным правовым федеративным государством» (Sozialer Rechtsstaat). Это означало, что государство в своей деятельности должно подчиняться принципу социальности, что означает обязанность правительства осуществлять политику, направленную на обеспечение достойного человека уровня жизни, удовлетворение основных жизненных потребностей всех социальных групп. В 1958 г. статус социального государства ввела Франция, в 1972 г. — Швейцария, в 1975 г. — Швеция, в 1978 г. — Испания и Турция. Цели социального государства провозглашены в программных документах многих политических партий.

Социальные функции государства и его социальный стату с закреплены в целом ряде международных документов: ст . 55 Устава ООН; ст. 1-а и 1-6 Устава Совета Европы; Пакте об экономических, социальных и культурных правах 1973 г .; Итоговом документе саммита 1995 г. по человеческому измерению в Копенгагене.

Несмотря на содержательную близость понятий «социальное государство» и «государство благоденствия», развитие каждого из этих понятий и соотношение между ними претерпели со временем определенные изменения, отражающие объективные условия цивилизационного развития и национальную практику государственного строительства.

Особенно наглядно различие в трактовке социального государства проявилось в период с 60-х по 90-е гг. XX в., когда на смену понятию «государство благоденствия» пришло понятие «государство всеобщего благоденствия».

В отличие от предыдущих форм государство всеобщего благоденствия нацелено на достижение относительно равного высокого уровня качества жизни всего населения. Эта идея стала доминирующей в идеологии и социальной практике развитых государств, а понятие «государство всеобщего благоденствия» в этот период стало ведущим, распространившись и на предыдущие этапы.

Период с конца 50-х гг . и до середины 80-х гг . XX в. можно обозначить как этап государства всеобщего благоденствия — четвертый этап в развитии социального государства.

Однако в официальной политике в этот период продолжается доминирующее употребление термина «социальное государство». Это связано с двумя причинами. Во-первых, термин «социальное государство» как исторически более раннее и наиболее устоявшееся понятие становится обобщенным родовым понятием всего синонимического ряда, обозначающего данный государственный тип. Во-вторых, социальное государство всегда воспринималось как отрицание в отличие от государства всеобщего благоденствия, принципа всеобщей компенсации и было более нейтральным, менее связанным с трудно выполнимыми обязательствами государства, а тем самым политически более предпочтительным.

Идея государства всеобщего благоденствия возникла на базе резкого повышения уровня жизни развитых стран в 50—60-е гг когда система страхования социальных рисков практически полностью компенсировала неопределенность будущего. С одной стороны, государство всеобщего благоденствия наилучшим образом обеспечивало сплоченность общества и реализацию основных социалистических принципов. Взяв на себя новую , по сравнению с предшествующими периодами , функцию обеспечения высокого уровня жизни всех членов общества, государство сделало эту функцию доминирующей, подчинив ей все другие социальные, экономические и политические задачи. Г осударство всеобщего благоденствия явилось продуктом логической завершенности системы социального страхования, обеспечившей максимальную социализацию традиционных рисков, в том числе главного — риска потери доходов.

В теоретическом плане переход к государству всеобщего благоденствия означал отказ от бисмарковской модели социального государства, построенной на принципах солидарности и коммутативной справедливости, и переход к реализации принципов распределительной справедливости. Если коммутативная справедливость «заключается в равенстве прав («формальном»), она основывается на принципе взаимности и соответству ет максиме «воздать каждому по заслугам»; соотносится с идеалом «справедливого вознаграждения», предполагающим, что каждый получает соответственно своему вкладу (например, выплата пособий рассматривается как возмещение взносов). Справедливость же распределительная или корректирующая нацелена на равенство экономическое («реальное»). Т акая справедливость основана на принципе перераспределения благ между богатыми и бедными и соответствует максиме «каждому по потребности». Если коммутативная справедливость может осуществляться без посредничества политики (по принципу договора или страхования), то справедливость перераспределительная требует вмешательства какого-либо государственного органа»[1]. Система социального страхования государства всеобщего благоденствия отождествляет принцип равенства и механизм перераспределения через гипертрофированное понимание солидарности, возведя его в догмат Солидарность как цель общества сделала функцию перераспределения главной функцией государства.

В это же время развились и иные модели социального государства, не подпадающие под определение «государство всеобщего благоденствия».

Одна из таких моделей, которую П. Розанваллон назвал «обществом всеобщего возмещения убытков», представлена в США.

Исторически обусловленный акцент на либеральных ценностях протестантской морали и абсолютизация гражданских прав и свобод привели к приоритету принципа возмещения ущерба относительно принципа солидарности. В этом случае справедливость понимается как компенсация и возмещение ущерба. Социальные риски в этом случае подменяются понятием «жертва» (vic- time). Это объясняется тем, что в любом «несчастном случае» находится виновный — либо человек, либо система. Т олько добившись признания себя жертвой, человек получает право на компенсацию. Практика реализации данного принципа привела к тенденции переориентации индивидуального подхода в социальной поддержке к групповому подходу. Выдвигая себя в качестве жертвы, отдельные социальные группы добиваются социальной помощи и бюджетных трансфертов. При этом распространена практика расширенного представления об ущербе, к которому может относиться и несправедливость, допущенная по отношению к прошлым поколениям. Так, в 1985 г. Верховный суд США принял решение о выплате компенсации детям японцев, интернированных в американских лагерях.

С 1989 г. этот принцип широко внедряется и в российское социальное законодательство, вступая в сложные коллизии с системой социальной защиты, базирующейся на принципах солидарности.

С точки зрения функций государства и принцип солидарности, и принцип возмещения ущерба одинаково реализуются через принятие государством на себя определенной социальной ответственности. Однако различная природа этой ответственности и соответственно разные способы перераспределения общественного богатства обусловливают несхожие механизмы социальной политики и могут вызывать противоположное отношение общества.

С конца 70-х гг. XX в. начинает нарастать критика государства всеобщего благоденствия, которая в середине 80-х гг. становится лавинообразной и многосторонней. Критике были подвергнуты как практика государства всеобщего благоденствия, так и его теоретические и идеологические основы.

Направленность государства всеобщего благоденствия на обеспечение единого для всех членов общества постоянно повышающегося уровня жизни столкнулась с экономическими, демографическими и цивилизационными ограничениями и кризисом механизма страхования.

Наиболее очевидным и часто рассматриваемым в качестве основного стал финансовый кризис социального государства этого периода. Начиная с 70-х гг. расходы на социальное обеспечение во многих странах ежегодно растут более быстрыми темпами, чем доходы, что потребовало повсеместного повышения налогов и обязательных взносов в систему социального обеспечения. Например, для Франции соотношение роста расходов на 7—8% ежегодно и ежегодного роста доходов на 1—3% привело к тому , что доля налогов и страховых взносов в ВВП, остававшаяся практически на одном уровне на протяжении «тридцати славных лет», за период с 1975 по 1985 г. повысилась с 35 до 45%.

Усиленные существенным ростом весьма затратного бюрократического аппарата, обслуживающего социальные функции государства, замедлением экономического роста мировой экономики и ухудшением демографической ситуации проблемы экономического обеспечения функций государства всеобщего благоденствия становятся трудноразрешимыми.

Увеличение нагрузки на экономику, в свою очередь, стало тормозом ее эффективности и потребовало снижения бремени обязательных взносов и налогов, что привело к частичному сокращению социальных программ и пособий, а самое главное — к реформе социальной политики государств, которая в дальнейшем выразилась в пересмотре принципов, функций и механизмов социальной деятельности.

В целом этот пятый этап развития социального государства с начала 80-х по середину 90-х гг. XX в. можно обозначить как этап деструкции и кризиса государства всеобщего благоденствия.

В этот период подвергается сомнению эффективность сложившейся системы перераспределения благ; солидарный принцип социального страхования теряет свою универсальность и перестает быть эффективным для целого ряда рисков; появляются новые значимые социальные риски, требующие новых способов компенсаций; традиционная концепция социальных прав подвергается пересмотру, появляются новые, массовые социальные категории, требующие защиты; формируется новая идеология социальной помощи; изменяются роль и социальные функции государства.

Нужно отметить, что новые социальные вызовы у силили роль государства и привели к развитию его социальных функций.

Рассматривая проблему кризиса социального государства в последние три десятилетия, остановимся на том, что принципиально отличает данный период от предшествующего и определяет в будущем перспективу развития социального государства, и прежде всего его функциональной структуры.

Во-первых, это кризис всей системы солидарного страхования. Лежащие в основе государства всеобщего благоденствия принципы солидарности и справедливости основываются на представлении о случайности и равновероятности всевозможных рисков для всех граждан, что не соответствует современным реалиям.

Страхование, реализующееся через социализацию рисков, не может быть применимо к рискам катастроф (наводнения, землетрясения, засухи, крупные техногенные аварии и др.) и к рискам, которым подвержена значительная часть общества (длительная безработица, кризис пенсионного обеспечения и пр.). У силива- ющаяся дифференциация общества привела в конце XX в. к сегментации системы страхования и развитию корпоративных и социально-профессиональных интересов, подрывающих принцип солидарности. Повышение роли вертикального перераспределения между группами граждан с различными доходами вопреки изначально заложенному в страховании горизонтальному перераспределению и разрыв связи между величиной взносов и уровнем социальных выплат, а также предоставление пособий группам населения, вообще не платившим социальных взносов, породил и негативное отношение к принципам социального страхования. Ухудшение экономической и демографической ситуации, стремление государства стимулировать экономику за счет снижения обязательных социальных взносов приводят к недостаточности страховых социальных фондов, наполнение которых в критической ситуации государство вынуждено брать на себя, что ведет к искажению принципов финансирования социальных выплат и замене принципа солидарности принципом возмещения ущерба.

Вторым фактором кризиса государства всеобщего благоденствия стало противоречие между растущими социальными отчислениями и объективной необходимостью снижения налоговой нагрузки на бизнес. Либерализация экономики вступила в противоречие с действительностью государства всеобщего благоденствия и определила негативное к нему отношение многих экономистов и политиков.

Критика государства всеобщего благоденствия опирается и на возрастающий разрыв между численностью плательщиков социальных взносов и теми, кто имеет право на социальное обеспечение, что связано с демографической ситуацией, и с такими факторами, как безработица, увеличение доли бедных и неполные семьи.

Финансовые трудности привели к широкому распространению принципа адресности (селективности) социальной помощи.

Доклад Европейского сообщества 1993 г. «Социальная защита в Европе» констатирует, что во время кризиса, когда финансовые ресурсы недостаточны, а потребности возрастают, возникает необходимость в целенаправленном предоставлении пособий наиболее нуждающимся гражданам. В настоящее время адресность пособий распространена на большинство стран, причем величина их меняется в зависимости от доходов или общего уровня обеспеченности.

Третьим важным фактором кризиса государства всеобщего благоденствия стала у скоренная модернизация производства 1980—1990 гг., которая привела к ликвидации существовавшей до того времени системы социальной опеки в форме политики полной занятости, что и подорвало социальный контракт 60-х гг.

В этой связи надо отметить, что с середины 90-х гг. XX в. в ситуации, с одной стороны, наступления либеральных идей, а с другой — усиления социальной роли государства и выдвигаемых обществом требований повышения эффективности социальной политики формируются новые представления о социальном государстве как механизме снятия противоречий между законами рынка и социальными целями.

В отличие от государства всеобщего благоденствия современное социальное государство стремится отказаться от своей патерналистской роли, ориентировано на устранение иждивенчества и на создание благоприятных социальных у словий прежде всего через социально ориентированное рыночное хозяйство.

Начавшийся в середине 90-х гг. новый этап развития социального государства можно обозначить как этап либерального социального государства.

Таким образом, анализ представлений о социальном государстве позволяет нам представить следующую периодизацию его развития:

  • • первый этап (с 70-х гг. XIX в. до 30-х гг. XX в.) — социалистический;
  • • второй этап (с 30-х гг. до конца 40-х гг. XX в.) — правовое социальное государство;
  • • третий этап (с конца 40-х гг . по 60-е гг. XX в.) — государство социальных услуг;
  • • третий этап (с конца 50-х гг. до середины 80-х гг. XX в.) — государство всеобщего благоденствия;
  • • пятый этап (с начала 80-х гг. до середине 90-х гг. XX в.) — деструкции и кризиса государства всеобщего благоденствия;
  • • шестой этап (с середины 90-х гг. XX в. по настоящее время) — либеральное социальное государство.

Необходимо только отметить, что каждый из этих этапов отражает не только изменение социальных функций государства в различные исторические периоды, но и динамику теоретических представлений о содержании понятия « социальное государство».

Контрольные вопросы

  • 1. Существует ли противоречие между либеральной и социальной концепцией государства?
  • 2. Как соотносятся социалистическая идея и концепция социального государства?
  • 3. Является ли социальное государство тоталитарным?
  • 4. Назовите особенности основных этапов развития социального государства.
  • 5. Являлось ли СССР социальным государством?
  • 6. Охарактеризуйте соотношение понятий «социальное государство» и «государство (всеобщего) благоденствия».
  • 7. Каковы причины отказа большинства стран от модели государства всеобщего благоденствия?
  • 8. Опишите роль гражданского общества в развитии социального государства.
  • 9. Какова роль социального страхования в кризисе идеи социального государства?
  • 10. Раскройте характеристики социального государства в Российской Федерации.

  • [1] См.: Розанваллон П. Новый социальный вопрос. — М.: Ad Marginem,1998. С. 66-67.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >