Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Право arrow История политических учений

Современное понимание демократии в трактовке Публия

В 1783 г. 13 бывших английских колоний, поднявших в 1775 г. оружие против Англии, одержали победу в войне за независимость. Почти все штаты, как стали называть себя недавние колонии, приняли собственные конституции, провозгласили суверенитет и верховенство своих законов.

Перейдем теперь к рассмотрению взглядов федералистов, отвергавших принципы конфедеративного устройства США и выступавших за эффективную федерацию.

В 1787 г. в Филадельфии собрался конвент из 55 членов для выработки конституции. Более 30 из них во время войны были офицерами, а ко времени заседания конвента это были банкиры и землевладельцы, плантаторы и предприниматели. Работая в глубокой тайне, они за три месяца составили документ, который более двухсот лет является основным законом США, — Конституцию США.

В процессе ее обсуждения и ратификации на уровне штатов выяснилось, что у предложенного текста много противников. Обвине

ния сводились главным образом к тому, что документ порывает с демократическими свободами и означает возрождение монархических и олигархических принципов управления. В этих условиях Александр Гамильтон (1757—1804), делегат конвента и видный политический мыслитель, решил объяснить жителям своего штата Нью-Йорк преимущества новой конституции. Он привлек к сотрудничеству Джеймса Мэдисона (1751 — 1836), считающегося «отцом конституции», и видного юриста Джона Джея (1745—1829). Под псевдонимом «Публий»[1] в течение полугола с интервалом в один — три дня они опубликовали 85 статей, известных как статьи «Федералиста». По оценке американских политологов, это самое важное произведение американской политической мысли вплоть до сегодняшнего дня.

Сочетание либеральных и консервативных принципов в американской демократии. Конечная цель наших статей, писал Публий, «определить ясно и полно достоинства конституции и необходимость срочно ее принять»[2]. Главная трудность, вставшая перед конвентом, «состояла в том, чтобы совместить необходимость в устойчивом и сильном правительстве с должной заботой о свободе и республиканской форме правления»[3].

Трудность заключалась в том, что было необходимо, соблюдая нужную пропорцию, соединить их воедино. С одной стороны, отмечал Публий, дух республиканской свободы не только требует, чтобы вся власть исходила от народа, но и чтобы те, на кого она возлагается, оставались в зависимости от народа, получая от него полномочия на короткий срок. Более того, чтобы даже на этот короткий срок полномочия передавались не в малое, а в большое число рук. Напротив, устойчивость в управлении нуждается в том, чтобы кормило правления подолгу держали одни и те же руки, ведь чтобы набрать силу, правительство должно долго пользоваться властью.

Также непросто было «провести четкую линию раздела между властью союзного правительства и правительств штатов»[4]. Не только большие и малые штаты составляли оппозицию друг другу по разным пунктам, но и разные округа в штатах, и разные классы, на которые делятся граждане, — все демонстрировали соперничающие интересы и враждебность. Все эти разногласия необходимо было преодолеть.

Американцы, считал Публий, заложили основу власти, не имеющую образца ни в одной точке земного шара, они могут «притязать на честь открытия основ для создания подлинных, обнимающих большие территории республик». В «Федералисте» и предложено новое, современное понимание демократии, которое в терминологии Публия получило название «республика». По убеждению Публия, те, кто считает, что республиканская форма правления возможна лишь на территории небольшого округа (такой точки зрения придерживался, в частности, Монтескьё), смешивают прямую демократию древних и республику.

Это в древних демократиях народ собирался купно и осуществлял правление лично, а в республике съезжаются и управляют страной его представители. «Два главных пункта, составляющих отличие демократии от республики, таковы: первый состоит в том, что правление в республике передается небольшому числу граждан, которых остальные избирают своими полномочными представителями; второй — в большем числе граждан и большем пространстве, на которые республика простирает свое правление»[5]. В другой статье «Федералиста» главное отличие было сформулировано резче и специально подчеркивалось, что дело не столько в представительстве, которого не знала древность, сколько «в полном исключении народа, который представляется общенародным собранием, из участия в правлении в Америке»[6]. В этом различии, если придать ему верный смысл, заключено значительное преимущество, считал Публий.

Разумеется, не всякое представительное республиканское правление является демократическим. Как указывал Публий, термин «республика» в политических исследованиях используется с такой вопиющей неточностью, что республиками называют и Голландию, где даже толика верховной власти не исходит от народа, и Венецию, где горстка потомственной знати пользовалась неограниченной властью над огромной массой народа, и даже Польшу, государственное устройство которой состоит в сочетании монархии и аристократии. Поэтому он дает следующее определение республики как формы правления, избранной США: «Правление, при котором вся власть исходит, прямо или косвенно, от всей массы народа, а осуществляется отдельными лицами, исправляющими свои должности по согласию в течение определенного времени или пока отличаются безукоризненным поведением»[7].

Для республиканской формы правления крайне важно, чтобы она исходила от всего общества, а не от незначительной его части или привилегированного класса. Для такого правления достаточно, чтобы должностные лица назначались, либо прямо, либо косвенно, самим народом и исправляли свои должности на четко обозначенных им условиях.

Конституция, положения которой защищает Публий, совпадает с предложенным образцом. Палата представителей как одна из ветвей законодательной власти избирается непосредственно народом. Назначения в сенат, выборы президента и судей исходят от народа косвенно. Продолжительность нахождения в должности также соответствует республиканской форме правления. Против президента в любое время может быть возбуждено преследование в порядке импичмента. Судьи остаются в своих должностях, пока ведут себя безупречно и т.д.

Гарантии против неограниченной власти большинства. В прямых демократиях древности, по мысли авторов «Федералиста», не было ничего, что могло бы помешать общему интересу, владевшему большинством, расправиться со слабой стороной или каким-нибудь неугодным лицом. Вот почему эти демократии всегда являли собой зрелище смут и раздоров, всегда оказывались неспособны обеспечить личную безопасность или права собственности, существовали очень недолго и кончали насильственной смертью. Сложная система разделения властей, при которой ни одна из них не могла бы выйти за пределы своих законных полномочий, не встретив действенного сдерживания и сопротивления со стороны остальных, разделение самой законодатель

ной власти на сенат и палату представителей, требующееся для принятия любого законодательного акта согласие этих раздельных и непохожих друг на друга учреждений, прямые и косвенные выборы представителей власти, строго ограниченные в компетенции должностные лица, распределение власти между федерацией и штатами — эти и другие меры были предприняты специально для создания устойчивого правительства и предупреждения выборной тирании.

Угрозы современной демократии. Авторы «Федералиста» подчеркивали, что «свободе равно угрожает само злоупотребление свободой, как и злоупотребление властью»[8] и что Соединенным Штатам следует скорее опасаться первого, нежели второго. Они указали на самых смертельных врагов республиканского образа правления — заговоры, интриги и коррупцию, против которых следовало возвести все возможные препятствия. С их точки зрения, главным источником этих зол могло быть желание иностранных держав достичь ничем не оправданного влияния в руководстве их страны. «Разве не наилучший для этого путь протолкнуть своего собственного ставленника на пост высшего должностного лица Союза?» — спрашивали они.

Чтобы такого не произошло, конвент озаботился принять меры предосторожности, предусмотрев, что назначение президента не зависит от групп, голоса которых могли быть куплены; при выборах президента предусмотрен отбор лиц для выполнения этой единственной и временной задачи; ни один сенатор, член палаты представителей или любой другой, занимающий ответственный или выгодный пост в правительстве, не может входить в число выборщиков.

Об отличии президентской власти от монархической. Противники конституции говорили, что в ней чрезвычайно сильны монархические тенденции, поскольку исполнительная власть вверяется одному лицу. Публий возражал: президент — должностное лицо, избираемое народом на четыре года, тогда как король — постоянный и наследственный правитель. Президент подлежит суду в порядке импичмента за измену, получение взяток и другие тяжкие преступления. В случае осуждения большинством в две трети Сената он отстраняется от должности, а также подлежит суду и наказанию в обычном судебном порядке. Личность короля священна и неприкосновенна — нет конституционного суда, перед которым он ответствен, для него нет наказания, если нет национального революционного кризиса. Президент налагает ограниченное вето на акты законодательной власти, вето короля абсолютно. Президент имеет право командовать армией и фло-

том нации, король в дополнение к этому может объявлять войну и многое другое.

Об ответственности исполнительной власти. Публий настаивал, что наличие дееспособного президента не противоречит республиканской форме правления. Нужен один президент и многочисленное законодательное собрание. Оно наиболее приспособлено для обсуждений, стремительность принятия решений здесь чаще зло, чем добро. Различия во мнениях и столкновение партий в этой ветви власти хотя иногда и препятствует полезным планам, чаще способствует размышлениям и осмотрительности, пресечению крайностей большинства.

Но когда решение принято, надо действовать. Самые необходимые качества исполнительной власти — сила, быстрота и ответственность. Положение, когда исполнительная власть не несет никакой ответственности, недопустимо при свободной форме правления. В республике каждое должностное лицо лично ответственно за поведение на своем посту. Многолюдье в исполнительной власти ликвидирует ответственность и затрудняет поиски виновных. Оно лишает народ двух величайших мер безопасности, которые могут быть использованы для успешного применения делегированной власти. Во-первых, сдерживания со стороны общественного мнения, которое утрачивает свою эффективность, поскольку непонятно, кого следует осуждать за плохую политику, и, во-вторых, возможности легко и ясно выявить проступки доверенных лиц, чтобы либо снять их с постов, либо наказать, если они того заслуживают.

  • [1] Публий Валерий Публикола — легендарный основатель Римской республики.
  • [2] Федералист. Политические эссе Александра Гамильтона, Джеймса Мэдисона иДжона Джея. М., 1993. С. 237.
  • [3] Там же. С. 239.
  • [4] Федералист. С. 240.
  • [5] Там же. С. 83.
  • [6] Там же. С. 420.
  • [7] Федералист. С. 254.
  • [8] Федералист. С. 421.
 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 
Популярные страницы