Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Социология arrow Генезис социальной работы в России

СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ТРУДОВОЙ ПОМОЩИ

Трудовая помощь как форма социальной поддержки нуждающихся известна еще со времен древней славянской общины и ранних политических межплеменных объединений восточных славян VII-VIII вв. В ее простейших видах она стала использоваться более широко в условиях Древнерусского государства. Часть обедневших от разорительных войн, пожаров и других стихийных бедствий дружинников, торговцев, ремесленников, крестьян получала возможность обеспечивать себя собственным трудом на строительстве городских крепостных сооружений, соборов и церквей, монастырских стен, что являлось одной их форм великокняжеской и церковно-монастырской благотворительности.

Другие впавшие в нужду и способные работать люди занимались сельскохозяйственным трудом на княжеских, боярских, монастырских землях, попадая в различного рода зависимость от их владельцев и становясь “рядовичами”, “закупами”, “наймитами”, “холопами” и прочими неполноправными земледельцами. При этом экономические, бытовые, нравственные и другие причины обрекали определенный процент этих людей на нищенство.

С образованием и развитием российского централизованного государства трудовая помощь постепенно становится одним из звеньев государственного и общественного призрения нуждающихся. Первые попытки использовать трудовую занятость для оказания помощи безработным беднякам и для борьбы с профессиональным нищенством предпринимаются в конце XV — начале XVI в. Известно, что в правление Ивана Ш (1462-1505) правительством была дана установка отделять

“несчастных” нищих от здоровых “притворщиков” и принуждать последних обеспечивать себя трудом.

При активном участии Ивана IV (годы правления — 1533- 1584) церковно-земский Собор в 1551 г. включил в свои решения главу 71 “О нгацепитательстве” и главу 73 “О богадельнях, прокаженных, престарелых и других нищих”. Эти главы представляют собой постановления Собора в связи с целой группой вопросов, в которых государь указывал на необходимость ликвидации или хотя бы сокращения нищенства. Они регламентировали порядок организации призрения в России.

В принятом сборнике постановлений, известном под названием “Стоглав”, церковно-земский Собор 1551 г. особо отметил, что многие здоровые монахи и монахини занимаются нищенством, чем оказывают дурное влияние на жителей. Кроме того, ввиду увеличения количества желающих поживиться за счет милосердия, в богадельнях для “недужных и престарелых” оказалось немало молодых и здоровых мирских нищих. Собор высказался за то, чтобы царь повелел провести перепись нищих по всем городам, поместить больных и немощных в мужские и женские богадельни, обеспечить “пищею и одежею” и уходом.

Относительно здоровых нищих монахов и монахинь Собор постановил отсылать их в обители и занимать монастырской службой и трудом, “потому что они здравы и могут тру- жатися”. Что касается мирских здоровых нищих, то в главе 73 Стоглава требовалось выселить их из богаделен и способных к труду определять к различным работам, чтобы они добывали пропитание собственным трудом. Как указывалось в решении Собора, “а здравые бы строи (т. е. нищие) с женами по богадельням не жили..., а которые возмогут работати, и они бы тружалися”.

В первые два года XVII в., когда тысячи пострадавших от неурожаев голодных людей искали спасения в Москве, по распоряжению царя Бориса Годунова были развернуты широкие строительные работы с целью предоставления заработка, и подобная мера была одной из форм трудовой помощи нуждающимся.

Заметной попыткой организации трудовой помощи для ослабление бедности и нищеты среди населения стал указ государя Федора Алексеевича 1682 г., в котором содержалось принципиальное установление строить больницы и богадельни для больных и бездомных нищих за счет “государевой казны” и одновременно охватывать работой здоровых и живущих нищенством людей, открывать школы и дворы по обучению “нищенских детей” грамматике, арифметике и другим наукам, а также различным ремеслам. В своем указе государь требовал прекратить поддержку работоспособных нищих, отказаться от безразборчивой подачи милостыни и тем самым заставить нищих, могущих обеспечивать себя собственным трудом, “хлеб свой заживать работой или каким-нибудь ремеслом к общенародной пользе”.

13 февраля 1682 г. церковный Собор рассмотрел царское обращение, в котором вновь были поставлены вопросы о “разборе” бродяг и нищих, группировке последних по степени их способности к трудовому личному жизнеобеспечению. В обращении Федора Алексеевича церкви предлагалось устраивать в городах “пристанища” для немощных нищих. В то же время государь указывал на необходимость того, чтобы “ленивые, имеющие здравие телесное, пристали б к работе”.

На основании этого обращения Собор 1682 г. принял постановление, в котором предложения государя квалифицировались как богоугодные и были этим церковным институтом полностью одобрены. Таким образом, эти документы содержали идею отказа от самой распространенной формы благотворительности тех лет — раздачи милостыни всем нищим без различия и вместе с тем намечали меры по борьбе с нищенством, которые включали как социальное призрение убогих, больных и престарелых в богадельнях, так и охват трудоспособных нищих добровольными или даже принудительными работами. Подобные подходы к благотворительности по сравнению с предшествующим временем означали значительный шаг вперед на пути движения к более высокой ступени социального призрения.

Существенный вклад в дело формирования определенного подобия системы общероссийского государственного призрения связан с радикальными административными, социально-экономическими и прочими реформами Петра Великого. В годы его царствования правительство принимает законодательные акты по осуществлению государственной политики, направленной на оказание социальной помощи нуждающимся, упорядочение частной благотворительности, создание сети светских учреждений призрения и др. Составным звеном этой политики являлся учет “просящих милостыню и вспоможение” с целью их классификации по категориям, отделение действительно нуждающихся от лженищих.

Уже с первых лет единовластного правления Петра I в его указах проявляется непримиримая позиция в отношении профессионального нищенства. В соответствии с петровским указом 1700 г. во всех губерниях предполагалось построить богадельни для старых и увечных, “кои работать не могут”, а также выдавать “кормовые деньги” этой категории лиц до их кончины. Характерно, что указом предписывалось “молодым и здоровым кормовых денег не давать и от кормовых денег им отказать”. Указами 1710 и 1712 гг. государь обязал административные органы решительно принуждать работоспособных нищих к тому, чтобы “снискивать пропитание трудами”.

В последующих указах 1713—1720 гг. Петр I неизменно подтверждал свое требование занимать здоровых нищих трудом. Для достижения этой цели, наряду с экономическими и другими методами, все более широко использовались меры репрессивного характера. Впервые задержанных трудоспособных нищих полагалось “бить нещадно батожьем”, отсылать работать их за “прокормление”.

В манифесте от 25 января 1721 г. о регламенте Духовной коллегии Петр I с возмущением отмечал, что “многие бездельники при совершенном здравии, за леностью своей пускаются на прошение милостыни и по миру ходят бесстыдно; и иные же в богадельни вселяются», и что еще меру превосходит бессовестие и бесчеловечие оных: младенцам своим очи ослепляют, руки скорчивают... чтобы были милосердия достойные”.

По заключению государя, в России промышляют нищенством многие тысячи таких “ленивых прошаков”, которые не только не производят хлеба, но, наоборот, путем нахальства и обмана отнимают хлеб у действительно нуждающихся. В этом документе Петр I вновь высказался за приобщение профессиональных нищих к труду принудительными мерами. По его мнению, ленивые здоровые нищие мужчины, не желающие работать и ведущие разгульный образ жизни, должны помещаться в специальные смирительные дома, где они должны будут зарабатывать свое пропитание. Что касается подобного рода женщин, то для той же цели предусматривалась их отправка в прядильные дома.

В то же время петровское законодательство поддерживало использование трудовой помощи для бедняков с ограниченной работоспособностью, призреваемых в монастырях, богадельнях, приютах В государевом указе от 31 января 1724 г. этим заведениям рекомендовалось занимать мужчин земледельческим трудом, а женщин прядильными и ткацкими работами. Изложенное выше свидетельствует, что в Петровскую эпоху обеспечение трудовой занятости оказавшихся в нужде и нищенствующих лиц носило, главным образом, принудительный характер.

В царствование Екатерины II (1762-1796), пытавшейся решать некоторые вопросы внутренней политики в духе концепции “просвещенной монархии”, карательная практика приобщения нищих к труду была смягчена. В организации трудовой помощи нуждающимся заметно возросло значение их подготовки к честной трудовой жизни, усилилось внимание к предупреждению бедности и нищенства среди детей. В трудовом воспитании видное место заняли идеи просветителя и филантропа екатерининского времени И. И. Бецкого о формировании людей нового типа — трудолюбивых, гуманных, справедливых.

Попытки решения этих задач выразились в реформе Сухопутного и Морского кадетских корпусов в Петербурге; учреждении в столице Художественного училища для мальчиков, Института благородных девиц, Коммерческого училища в Москве, Московского и Петербургского воспитательных домов; открытии почти 100 народных училищ начального образования, что было известным шагом вперед в развитии просвещения. В структуру воспитательных учреждений входили мастерские по обучению различным ремеслам.

Новым явлением социальной политики правительства стал ряд мер по превращению трудовой помощи в одну из форм государственного и общественного призрения. Эта идея нашла воплощение прежде всего в организации работных и смирительных домов. Они создавались на основании закона Екатерины II (1775) “Учреждение о губерниях”. Согласно этому закону специальным Приказам общественного призрения, действовавшим в сорока губерниях России, поручалось “установление и надзирание работных домов для обоего пола”; “установление и надзирание смирительных домов для обоего же пола людей”.

К первым правительственным указам о создании такого рода заведений относится указ 1775 г. московскому обер-полицмейстеру. В указе содержалось распоряжение: в целях содержания молодых “ленивцев”, не желающих получать пропитание работой, “учредить работные дома”, в которых использовать мужчин на разделке дикого камня для государственных и частных строек, а женщин занимать прядильными делами. В 80-е гг. XVIII в. работные дома были открыты в Петербурге, Красноярске и Иркутске.

Александровская и Николаевская эпохи практически ничего не изменили в отношении трудового начала в социальной работе. В организации государственного призрения правительство недостаточно уделяло внимания трудовой помощи нуждающимся. Попытки либеральных деятелей использовать труд в качестве источника улучшения материального положения работоспособных бедных людей и включить его в систему государственного призрении оказались безрезультатными.

Официальные государственные власти первой половины XIX в. по-прежнему ориентировались на принудительные виды труда и культивировали его карательно-исправительную функцию. Государственная система “трудовспоможения” так и не смогла родиться в условиях административно-бюрократического режима, жестко регламентировавшего сферу социального призрения, как и другие сферы жизни страны, и негативно воспринимавшего всякого рода общественные движения.

Не случайно ростки трудовой помощи нашли поддержку и были приняты в качестве формы социального призрения, главным образом, в благотворительных обществах и союзах. Уже возникшие в конце XVIII -— начале XIX в. первые государственные, государственно-общественные и общественные благотворительные общества, в том числе Ведомство учреждений императрицы Марии (1797). Женское патриотическое общество (1812), Императорское человеколюбивое общество (1816) включали в перечень своих попечительских задач предоставление “неимущим, кои могут работать, приличной работы, снабжая их материалами, собирая обработанные ими изделия и сбьюая оные”.

Решая эту проблему, благотворительные общества открывали различные заведения трудовой помощи, к которым относились дома трудолюбия и работные дома, учебные и производственные мастерские, профессиональные курсы, ремесленные школы и училища, посреднические бюро по трудоустройству и др. С филантропической деятельностью императрицы Марии Федоровны связано открытие многих детских учебно-воспитательных учреждений, среди которых были женские Екатерининские училища в Петербурге (1798) и Москве (1802), воспитательные дома для глухонемых и слепых с преподаванием ремесел (1806), военно-сиротское отделение Воспитательного дома (1807), два училища для солдатских дочерей (1820 и 1823). Севастопольское и Николаевское училища для детей нижних чинов морского ведомства (1826) и др. В середине XIX в. под эгидой Ведомства учреждений императрицы Марии действовали более 360 социальных заведений, где получали благотворительную, в том числе трудовую, помощь свыше 60 тыс. нуждавшихся, обучалось различным профессиям 10 тыс. детей.

Возникшее в начале XIX в. Женское патриотическое общество учредило в 1816 г. 6 профессиональных школ для девочек из бедных семей в Петербурге и других городах. Позднее общество открыло целую группу мастерских и курсов для подготовки девочек к трудовой жизни. “Общество посещения бедных в Санкт-Петербурге”, основанное по инициативе видного филантропа князя В. Ф. Одоевского и действовавшего в 1840—1855 гг., наряду с общими мерами благотворительной поддержки престарелых, больных, детей-сирот, считало одной из форм призрения именно трудовую помощь. В этих целях обществом были открыты три рукодельни. В рукодельне на Петроградской стороне в 1849-1853 гг. ежедневно работало в среднем 42 женщины. Для воспитания и подготовки к труду девочек-сирот было учреждено четырехклассное училище.

В целом же в первой половине XIX в. трудовая помощь использовалась в ограниченных рамках, и благотворительные общества, конечно, были не в состоянии превратить ее в действенный инструмент ликвидации безработицы и нищенства.

Новые черты организация социальной поддержки нуждающихся приобрела в результате крупных социально-политических и социально-экономических преобразований 60-70-х гг. XIX в. Значительные изменения в управлении этой отраслью, децентрализация системы призрения, государственное и общественное стимулирование благотворительности, усиление внимания к предупреждению безработицы и обнищания и т. д. —? все это активизировало создание благотворительных заведений, основной функцией которых была трудовая помощь неимущим, малоимущим и другим нуждающимся.

Либеральные реформы Александра II обусловили рост общественной и частной инициативы в сфере российского милосердия, на демократической волне 1860-1870-х гг. многократно увеличилась сеть благотворительных обществ, союзов и организаций. К тому же в пореформенный период, как и в предшествующее время, правительство не принимало реальных мер по созданию государственной системы трудовой помощи. Наоборот, официальные административные органы государства во многом передали дело социального призрения, в том числе трудовой помощи, в ведение земского и городского самоуправления, благотворительных обществ, церковных попечительств и др.

Под их опекой в 1890-е гг. действовали многие сотни социальных учреждений различного профиля и различного характера — земских, городских, сословных, общественных, частных, церковных и пр. В сфере земских и городских органов самоуправления функционировало около 7 тыс. заведений, где получали помощь в какой-либо форме свыше 1 млн бедных и немощных. Ведомство учреждений императрицы Марии объединяло в эти годы около 700 обществ и заведений, Российское общество Красного Креста — 518, Попечительство о домах трудолюбия и работных домах — 300, Императорское человеколюбивое общество — почти 200, Ведомство православного вероисповедания — свыше 3 тыс. попечительств, богаделен и приютов.

Именно благодаря деятельности земских и городских управ, благотворительных обществ и других общественных институтов трудовая помощь в конце XIX — начале XX в. хотя и не оформилась в систему, но стала одним из направлений российской благотворительности и получила более широкое распространение как средство профилактики обнищания и безработицы, а также трудового воспитания и перевоспитания людей социального дна.

В эти годы заведения трудовой помощи стали постоянным звеном в сети социальных учреждений земских и городских органов самоуправления, многочисленных благотворительных обществ. Так, в 1908 г. из более чем 200 заведений Человеколюбивого общества 66 приходилось на учебно-воспитательные заведения для детей с их подготовкой к труду посредством обучения различным профессиям. Наряду с этим общество содержало 7 заведений трудовой помощи, в том числе 4 швейные мастерские, в которых получали работу свыше 500 женщин.

При этом для подготовки детей к профессиональному труду Человеколюбивое общество учредило в своей структуре специальное Попечительство по воспитанию, техническому и профессиональному образованию бедных детей. В 1908 г. кроме швейных мастерских в ведении Попечительства находились мастерская дамских нарядов, типография и переплетная мастерская, где обучались соответственно швейному, типографско-наборному и переплетному ремеслам около 70 учеников.

Подъем благотворительного движения, массовое учреждение все новых и новых обществ, союзов, попечительств, видевших свою главную обязанность в социальном призрении нуждающихся; участие в этом сложном деле государственных структур, органов земского и городского самоуправления, многих частных благотворителей — все это поставило перед правительством задачу разработки законодательных основ организации общественного призрения, принятия мер по регулированию данной сферы жизни страны.

Этим объясняется подготовка правительственной комиссией Устава об общественном призрении, который был утвержден Александром III и опубликован в 1892 г. В начале 1900-х гг. устав был доработан и получил более совершенную редакцию. Среди многочисленных глав устава были специальные главы и статьи, посвященные организации трудовой помощи. Уставом определялись ее формы, учреждения, условия для различных категорий нуждающихся. Целый ряд положений устава был посвящен работным домам. В нем указывалось, что работные дома создаются для предоставления неимущим возможности содержать себя собственным трудом.

В работные дома принимались: 1) бедные и убогие люди, способные работать и добровольно пожелавшие трудиться в этом заведении; 2) не имеющие пристанища лица, направленные “на время или навсегда” по распоряжениям местных властей; 3) “праздношатающиеся” элементы и профессиональные нищие, “присылаемые местной полицией”. Таким образом, в работных домах предполагалось использовать как добровольный, так и принудительный труд.

В связи с этим действовавший с 40-х гг. XIX в. Московский работный дом практически имел два отделения: для добровольно работающих бедняков и для доставленных полицией. В течение 1897 г., как видно из отчета учреждения, в нем добровольно работали 3350 человек, и почти 4 тыс. нищих по решению специальной комиссии были приведены полицией для принудительного труда. Добровольно трудившиеся призревались в работном доме в среднем до 40 дней или до получения заработка в сумме 5 руб. Доставленные полицией содержались от одной недели до 6 месяцев. За год подопечные работного дома провели в производственных мастерских 30 тыс. рабочих дней и на внешних работах — стройках, ремонте дорог, уборке мусора и пр. — 43 тыс. рабочих дней. Заработок призреваемых составил 16 тыс. руб.

Позднее для оказания трудовой помощи нуждающимся на базе работного дома в Москве был сформирован дом трудолюбия. Что касается работного дома, то он приобрел характер исправительного заведения, где различные работы использовались как наказание для уклоняющихся от честного труда. Такого рода работные дома действовали в Тамбове и Калуге.

Поскольку либеральная общественность выступала против применения принудительного труда в качестве карательной меры борьбы с нищенством и правонарушениями, Комитет попечительства о домах трудолюбия и работных домах в

1895-1896 гг. и позже на своих заседаниях многократно обсуждал вопрос об организации работных домов. Наконец, в 1907 г. он был передан на рассмотрение Государственной думы, где так и не получил окончательного решения. В целом работные дома, ввиду ограниченного использования труда как формы социальной помощи и нравственного воспитания, не получили сколько-нибудь значительного распространения в России.

Среди учреждений, в центре внимания которых находилась трудовая помощь нуждающимся или их подготовка к труду, представляют значительный интерес и заслуживают положительной оценки дома трудолюбия. Первые попытки создания домов трудолюбия с целью подготовки к труду здоровых обедневших людей разных сословий и предоставления им известного заработка относятся к началу XIX в. Среди них можно назвать Дом трудолюбия Гавриловой в Петербурге (1804), ряд заведений Благотворительного общества патриотических дам, открытых им после Отечественной войны 1812 г., Дом трудолюбия и призрения неимущих в Рязани (1821), Московский дом трудолюбия (1829), Петербургский дом трудолюбия (1830), Женская мастерская Демидова (1833), а затем Демидовский дом призрения трудящихся.

В первой половине XIX в. аналогичные заведения были учреждены в Калуге, Коломне, Пензе, Тамбове. В этих заведениях дети из бедных семей и сироты получали начальное образование и трудовую профессию. Здоровые взрослые, пытавшиеся покончить с нищенством и бродяжничеством, на добровольных началах изучали ремесла и работали в различных производственных мастерских. Большинство этих домов трудолюбия в 50-х гг. XIX в. превратились в закрытые профессиональные учебные заведения-училища для воспитания и обучения ремеслу детей-сирот и детей неимущих родителей.

Либеральная “оттепель” 60-70-х гг. XIX в. и связанный с ней подъем благотворительного движения активизировали деятельность земских и городских самоуправленческих органов, многочисленных светских и церковных попечительств по созданию домов трудолюбия, основной функцией которых было оказание трудовой помощи. В 1882 г. Андреевским церковно-приходским попечительством, возглавлявшимся настоятелем Андреевского собора Иоанном Сергиевым (Кронштадтским), был открыт дом трудолюбия в Кронштадте.

Примечательно, что, определяя задачи попечительства, о. Иоанн сосредоточил внимание на роли трудовой помощи в социальной реабилитации нуждающихся. “Церковное попечительство, — заявил он, — главнейшим образом учреждено для уничтожения нищенства и попрошайничества в нашем городе, для искоренения лености, праздности, тунеядства и нищеты, для приискания работы бедным, для учреждения ремесленной школы для бедных детей, для устройства рабочего дома”. Создание дома трудолюбия стало одной из важных мер по реализации этой программы.

К 1910 г. по разнообразию форм трудовой помощи и ее объему Кронштадтский дом трудолюбия вошел в число наиболее значительных благотворительных заведений такого типа. При нем действовали пенькощипные мастерские, сапожная мастерская, женская мастерская ручного труда, школа кройки и шитья, посредническое бюро по найму прислуги и др. Только в 1910 г. всеми видами работы было охвачено более 7 тыс. неимущих людей, получавших за свой труд определенный заработок.

При Петербургском 1-м доме трудолюбия, учрежденном в 1886 г., функционировали модная и белошвейная мастерская для безработных женщин, школа кройки и шитья для девочек из бедных семей, детский приют с обучением грамоте и ремеслу. В сентябре 1886 г. на средства Евангелического общества был основан дом трудолюбия, ставший одним из видных заведений трудовой помощи в России. Руководители дома организовали в нем столярную, слесарную, швейную, сапожную, картонажную, переплетную и другие мастерские. За 25 лет в доме трудолюбия получили приют и трудовую помощь почти 7 тыс. безработных, в том числе около 4 тыс. ремесленников, более 800 рабочих-поденщиков. Определенная часть призреваемых приходилась на нищенствующих и бродяжничающих, которые видели в доме трудолюбия кратковременное пристанище. Достоинством дома трудолюбия при Евангелическом обществе являлось то, что его попечители и сотрудники не ограничивались предоставлением временной трудовой помощи, но вели постоянную работу по нравственному перевоспитанию профессиональных нищих, их наставлению на путь честной трудовой жизни.

Благодаря усилиям органов самоуправления, благотворительных обществ и попечительств дома трудолюбия как учреждения трудовой помощи стали все более широко распространяться в российских губерниях К началу 90-х гг. XIX в. их сеть включала около 30 таких заведений.

В этих условиях возникла необходимость соединения и координации деятельности домов трудолюбия, обеспечения единства их целей, задач, уставных основ, а также оказания им государственной и общественной поддержки финансами, кадрами и другими видами помощи. Предложения об этом поступали в правительство с мест от земских деятелей, советов благотворительных обществ, домов трудолюбия.

Эти предложения явились той почвой, на которой возникла идея создания общероссийского Попечительства о домах трудолюбия и работных домах. Для разработки проекта его организации многое сделала комиссия под председательством А. С. Танеева. В сентябре 1895 г. Николаем II был подписан указ об учреждении под покровительством императрицы Александры Федоровны Попечительства о домах трудолюбия и работных домах. Позднее эта благотворительная организация стала называться Попечительством о трудовой помощи. В учредительном указе создание Попечительства объяснялось стремлением облегчить участь неимущих путем предоставления им “честного труда как единственного залога счастливой и на христианских началах основанной жизни”. Перед домами трудолюбия ставилась задача помогать бездомным, вышедшим из больниц, освобожденным из мест заключения, впавшим в крайнюю бедность и не имеющим заработка людям, путем обеспечения их работой и приютом. В соответствии с указом на Попечительство возлагалась обязанность оказывать домам трудолюбия необходимую поддержку в осуществлении трудовой помощи.

В организационном отношении руководство Попечительством осуществлялось Комитетом во главе с императрицей Александрой Федоровной. Вице-президент и 10 действительных членов Комитета назначались императрицей. В областях и губерниях главным образом европейской части России действовали местные Попечительные общества о домах трудолюбия. Право считаться членами Попечительства получали лица, сделавшие пожертвования или оказавшие другую помощь обществу. Они делились на категории в зависимости от суммы единовременного денежного пожертвования и размера ежегодного взноса. Источниками финансирования Попечительства стали проценты с неприкосновенного капитала в 600 тыс. руб., который был положен на банковский счет общества Министерством внутренних дел. Деятельность Попечительства материально обеспечивалась также денежными доходами от других капиталов, членских взносов, пожертвований и др.

Решая задачи организации трудовой помощи нуждающимся, Попечительство руководствовалось положениями общероссийского Устава об общественном призрении. В этом документе был выделен специальный раздел, в котором определялось содержание деятельности Попечительства о трудовой помощи. Уставом предусматривалось, что для оказания “трудовспоможения” нуждающимся Попечительство принимает следующие меры:

  • 1. Содействует пособиями и ссудами устройству и содержанию:
    • а) домов трудолюбия, а также справочных контор, столовых, ночлежных домов, яслей и других подобных учреждений;
    • б) складов, базаров и выставок с продажей изделий и снабжением материалами, орудиями производства и кредитованием кустарей и мелких ремесленников;
    • в) учебных мастерских детских приютов.
  • 2 Инструктирует указанные учреждения как об их наиболее рациональном устройстве, так и о методах наилучшей организации их деятельности, издает примерные уставы, организует образцовые центральные заведения.
  • 3. Во время неурожаев и других стихийных бедствий устраивает общественные работы, поддерживает кустарные промыслы и организует другие меры помощи.
  • 4. Обеспечивает объединение учреждений трудовой помощи, содействует теоретической разработке связанных с ней вопросов.

На основе этих уставных положений Попечительство вело практическую работу по оказанию трудовой помощи нуждающимся. Прежде всего, усилиями центрального Комитета общества и местных попечительских организаций постоянно расширялась сеть домов трудолюбия. В 1880-е гг. было открыто 9 домов трудолюбия. В 1890-1895 гг. начали функционировать еще 24 таких заведения. Вторая половина 1890-х гг. ознаменовалась наибольшей активностью в создании учреждений трудовой помощи. В эти годы было основано 35 домов трудолюбия. За 1901—1910 гг. их сеть увеличилась еще на 21 заведение. В эти годы в России действовало в общей сложности 140 домов трудолюбия.

Вместе с детскими приютами трудолюбия, пунктами раздачи работы на дом, профессиональными училищами и ремесленными курсами, учебно-производственными мастерскими местных попечительских обществ, посредническими бюро и конторами трудоустройства и др. в России, по данным на 1912 г., работало около 700 заведений трудовой помощи. Известный в царской России специалист в области организации трудовой помощи и ее исследователь Г. Г. Швиттау произвел классификацию домов трудолюбия. К первому типу относились дома с достаточно оборудованными производственными мастерскими, где предоставлялась трудовая помощь здоровым квалифицированным рабочим, временно ставшим безработными.

Второй тип был представлен домами трудолюбия для не подготовленных к профессиональному труду и “слабосильных” людей, которым оказывалась временная трудовая помощь с целью получения ими определенного заработка. Деятельность этих домов не вносила коренного изменения в социальное положение призреваемых, но именно они составляли большинство действовавших тогда домов трудолюбия.

Однако, как свидетельствуют статистические материалы, в 1911-1912 гг. дома трудолюбия не были строго специализированными. Их структура становилась все более многозвенной за счет вспомогательных отделений. При них создавались не только производственные мастерские, учебно-профессиональные школы и курсы для способных к труду, но и детские приюты трудолюбия, пункты по раздаче надомных работ, трудовые убежища, богадельни для нетрудоспособных и другие отделения. Правда, последние имели тенденцию к превращению в самостоятельные социальные заведения.

Своей благотворительной деятельностью дома трудолюбия охватывали лишь известную часть безработных, нищих, престарелых. Данные по 70 этим учреждениям свидетельствуют, что в 1911 г. они оказали трудовую поддержку почти 200 тыс. нуждающихся. За год призреваемыми было отработано около 1,5 млн рабочих дней. Они работали в 240 мастерских указанных домов, в том числе в 42 швейных, 28 столярных, 19 переплетных, 17 сапожных, 16 слесарных, 6 ткацких и других мастерских. В них использовался труд квалифицированных рабочих, в силу разных обстоятельств оказавшихся безработными. Они выполняли 40 видов производственных заказов.

Около 100 заведений трудовой помощи предоставляли нуждающимся работу, не требующую квалифицированного труда. К таким работам относились щипка пеньки, пиление и колка дров, уборка улиц, выделка кирпича, дорожный ремонт и др. Всеми занятыми каким-либо трудом в домах трудолюбия было заработано 220 тыс. руб. В то же время на их содержание эти социальные учреждения израсходовали 260 тыс. руб.

В целом положительно оценивая деятельность домов трудолюбия, нельзя вместе с тем преувеличивать их значение в деле трудовой помощи. Сетью своих заведений они могли охватить лишь небольшой процент нуждающихся. Их производства были рассчитаны главным образом на неквалифицированный труд. Две трети домов трудолюбия занимали призреваемых простейшими и всем доступными работами. Поэтому находившиеся в домах трудолюбия получали исключительно низкую заработную плату. Следовательно, эти учреждения не могли удовлетворить квалифицированных рабочих. Их услугами пользовались в основном лица без профессии, неимущие, физически ослабленные люди, престарелые и немощные, алкоголики и другие элементы девиантного поведения, дети-сироты и дети из бедных семей и др. И поскольку дома трудолюбия пытались оказать социальную помощь всем этим категориям нуждающихся и в своем большинстве содержали их вместе, они тем самым отходили от своей главной функции и в значительной степени приобретали характер учреждения богадельного типа.

Составной частью социальной работы Попечительства о трудовой помощи являлась организация трудовой помощи детям. В этой общественно важной области Попечительство также накопило заслуживающий внимания опыт. Подготовкой детей к трудовой жизни занимались такие заведения, как детские дома трудолюбия, детские приюты, детские трудовые убежища, учебно-производственные мастерские, ремесленные училища и курсы и другие заведения профессионального обучения.

Детские дома трудолюбия стали учреждаться в 90-е гг. XIX в. К 1901 г. было основано 10 таких заведений. В 1911 г. они действовали в Петербурге, Архангельске, Ельце, Ряжс- ке и других городах. Эти дома имели интернаты, мастерские различного производственного профиля. По содержанию своей деятельности детские дома трудолюбия были очень близки к детским приютам.

Наиболее распространенными среди учреждений трудовой помощи для детей стали детские приюты. Активное создание этих заведений развернулось в конце XIX -— начале XX в. В 1890-е гг. за 10 лет было основано 37 приютов. С 1901 по 1910 г. возникло 46 детских приютов. В 1912 г. в стране действовало более 100 таких учреждений. Из них 34 находились в ведении благотворительных обществ, 30 — под опекой Попечительских обществ об Ольгинских детских приютах трудолюбия, 18 — местных попечительств о домах трудолюбия, 10 — обществ трудовой помощи.

В начале 1911 г. в детских приютах трудолюбия, по данным 90 заведений, призревались и овладевали трудовыми профессиями около 4 тыс. детей обоего пола. Кроме того, в 9 приютах для приходящих детей опекалось и обучалось почти 2 тыс. детей. Наряду с преподаванием предметов начальной грамоты в 80 приютах было организовано обучение ремеслам по 30 специальностям. В 50 приютах дети овладевали шитьем и рукоделием, в 22 — осваивали столярно-токарное ремесло, в 21 — переплетное дело, в 15 — слесарное и кузнечное и др. Для обучения трудовым профессиям 40 приютов имели специальные производственные мастерские для мальчиков, а в 30 приютах были оборудованы мастерские для девочек. Большинство детских приютов с ремесленной подготовкой установили пятилетний срок обучения.

Под опекой Комитета Попечительства о трудовой помощи находились Ольгинские детские приюты трудолюбия. Основанные в ознаменование рождения Великой княжны Ольги Николаевны, эти приюты действовали на основе специального Положения (1846), а позднее — Примерного устава, утвержденного Комитетом. На местах ими занимались Попечительские общества об Ольгинских детских приютах трудолюбия. Со времени открытия первого приюта в Царскосельском уезде (1897) их количество к 1912 г. увеличилось до 37. Из них 14 приютов размещались в губернских и областных центрах и 23 — в уездных городах и селах. За 16 лет деятельности Ольгинские приюты подготовили к трудовой жизни и выпустили более 3 тыс. воспитанников. В 1910 г. они призревали и обучали 1200 детей в возрасте от 6 до 15 лет. Профессиональная подготовка мальчиков велась по столярному и слесарному ремеслам (15 приютов), девочек учили шитью (26 приютов), кройке и шитью (15 приютов), ручному вязанию (10 приютов), ткацкому делу (6 приютов) и т. д.

В сеть учреждений трудовой помощи детям входили учебно-показательные мастерские, которые готовили их к квалифицированному труду. В 1912 г. при благотворительных обществах, попечительствах о трудовой помощи, земских и других организациях функционировало 180 учебных мастерских, часть которых имела интернаты для обучающихся детей. По данным 70 мастерских, на 1 января 1911 г. в них училось 2380 девочек и мальчиков. Они овладевали профессиями токаря, слесаря, столяра, кузнеца, швеи, ткачихи и др.

Хотя ввиду недостаточной государственной поддержки мастерские охватывали незначительную часть нуждающихся, эти учреждения играли положительную роль в подготовке детей к трудовой жизни и опыт их организации заслуживает внимания.

В последней четверти XIX в. исключительно актуальной проблемой российского общества стали безработица и трудоустройство нуждающихся. Известно, что промышленное развитие в России, как и в других странах, носило циклический характер. Рост производства на рубеже 70-80-х гг. XIX в. сменился кризисом и депрессией 1882—1887 гг. После резкого промышленного подъема 1890-х гг. наступил тяжелый экономический кризис 1900—1903 гг. Все это обусловливало неустойчивость положения наемных рабочих, численность которых к началу XX в. составляла 16,8 млн человек. Только в период кризиса 1900-1903 гг. было закрыто свыше 3 тыс. предприятий. Многие десятки тысяч рабочих оказались безработными и нуждались в трудовой помощи.

Усложнение ситуации на рынке труда поставило перед земскими и городскими органами самоуправления и благотворительными обществами задачу активизировать деятельность по оказанию помощи в трудоустройстве живших заработком людей. Это привело к созданию специальных учреждений содействия трудовой занятости безработных также тех категорий неимущих, которые традиционно нуждались в социальной поддержке.

К первым учреждениям такого рода относились участковые посреднические конторы и бюро в системе городского самоуправления Москвы. Так, в 1902 г. совет Пречистенского участкового попечительства учредил посредническую контору по трудоустройству. За год конторой было получено более 800 запросов от предпринимателей на рабочих разных профессий и 700 заявлений от желающих устроиться на работу. Благодаря посреднической конторе было трудоустроено около 300 человек.

Рассматривая содействие трудовой занятости как важную меру предупреждения бедности, Московская городская управа решила объединить усилия участковых попечительств в этой области. В этих целях городская дума приняла решение о создании Московской центральной посреднической конторы Положение о ней было утверждено в июне 1906 г., и с этого времени контора начала свою деятельность.

Сотрудники посреднической конторы осуществляли регистрацию желающих получить работу, вели учет заявок работодателей по всем отраслям наемного труда, в том числе по профессиям промышленного производства, строительства, транспорта, торговли, а также чернорабочих, прислуги и др. В 1909 г. в контору поступило 25 тыс. просьб о трудоустройстве и 22 тыс. заявок от работодателей. С помощью конторы были трудоустроены 21 тыс. человек. К 1912 г. положение изменилось, и при 22 тыс. просьб о трудоустройстве и 20 тыс. заявок от предпринимателей получили работу лишь 12 тыс. человек. По данным Московской посреднической конторы, в связи с ограниченным спросом на значительное число профессий из общего количества безработных трудоустраивались лишь 56%.

Посреднические конторы городских управ и благотворительных обществ были учреждены во многих городах России, в том числе в Киеве, Нижнем Новгороде, Риге и др. Рижская городская контора в 1911 г. приняла 5200 заявлений о трудоустройстве от мужчин и 6300 — от женщин, т. е. всего 11 500 заявлений. В то же время в ее банке данных было зарегистрировано 9700 различных вакантных рабочих мест. Удельный вес удовлетворенных заявлений о предоставлении работы составлял в мужском отделении конторы 58,5%, а в женском — 64%.

Особенно активизировалась работа по созданию такого рода учреждений в годы Первой мировой войны. Уже в 1914 г. почти при всех 20 городских попечительствах Петербурга были организованы посреднические бюро, бюро труда, или комиссии по трудовой помощи. С декабря 1914 по сентябрь 1915 г. они помогли трудоустроить в столице около 16 тыс. нуждающихся. Наряду с этим за первый год войны попечительствами было открыто 40 новых швейных, сапожных, вязальных и других мастерских, где нашли работу 20 тыс. членов семей военнослужащих.

До 1914 г. в России не было государственных служб занятости населения. Государство не проводило каких-либо активных мер в этой области. Между тем развитие рыночной экономики требовало создания постоянно и профессионально действующих учреждений, которые бы занимались учетом спроса и предложения трудовых ресурсов, содействовали их правильному распределению в соответствии с потребностями предприятий, отраслей и регионов.

Поэтому в России такие уже испытанные в Западной Европе учреждения трудовой помощи, как биржи труда, возникли первоначально в сфере городского самоуправления. Одна из первых бирж труда была создана Петербургской городской управой и открыта в сентябре 1909 г. Основным содержанием ее деятельности стали сбор данных о потребности в трудовых ресурсах, регистрация заявлений нуждающихся в работе и содействие их трудоустройству. В 1910 г. в Петербургскую городскую биржу труда поступило 94 тыс. заявлений-просьб о помощи в устройстве на какую-либо работу. Из них получили рабочие места 12 тыс. человек, или несколько более 10% нуждающихся. Свыше 70 тыс. безработных обратились на биржу в 1911 г. Она оказала трудовую помощь 30% подавших заявления, 72 тыс. посетителей с аналогичными просьбами побывали на бирже в 1912 г. Однако с помощью биржи было трудоустроено только 26% от общего количества обратившихся.

В 1914 г. начала действовать Московская Морозовская биржа труда, основанная городской управой. Она вела регистрацию безработных и учет имеющихся вакантных мест в различных отраслях. В основном биржа содействовала трудоустройству строительных рабочих низшей квалификации, разнорабочих и сезонных рабочих. Деятельность биржи развертывалась уже в тяжелых условиях Первой мировой войны. По данным на 1915 г., в ее регистрационном отделе стояло на учете 76 тыс. безработных, из которых были трудоустроены почти 80%, что исследователи проблемы трудовой занятости считают высоким результатом. Биржи труда были учреждены городскими органами самоуправления также в Нижнем Новгороде, Иваново-Вознесенске, Одессе и ряде других промышленных центров.

Интенсивный рост промышленного производства в 1908— 1912 гг. и повышение спроса на рабочую силу, острота вопросов трудоустройства беженцев в годы Первой мировой войны потребовали от правительства создания общегосударственной службы учета и распределения трудовых ресурсов. В 1914- 1917 гг. правительство учредило 6 постоянно действующих бирж труда, которые открыли в совокупности более 20 местных отделений в промышленных районах России.

После падения монархии в феврале 1917 г. экономический кризис в стране еще более усилился. Падение производства нарастало с каждым месяцем. Лишь в течение марта — августа остановилось около 600 предприятий. В этих условиях безработица стала настолько массовой, что приобрела характер социального бедствия. В поисках мер по смягчению остроты рабочего вопроса Временное правительство пыталось шире использовать биржи труда как учреждения трудовой помощи.

19 августа 1917 г. правительством был принят первый в российском законодательстве закон о биржах труда. Законом устанавливалось, что биржи труда могли учреждаться в городах с населением не менее 50 тыс. человек. В их обязанности входили регистрация численности безработных, их классификация по профессиям и квалификации, сбор сведений о вакантных рабочих местах в различных отраслях производства, городского хозяйства и быта. В качестве главной функции бирж определялась организация помощи нуждающимся в их трудоустройстве. В течение мая —- октября 1917 г. в России было открыто более 40 бирж труда. Однако в условиях массового закрытия предприятий и быстро нараставшей хозяйственной разрухи они были не в состоянии оказать заметного влияния на уменьшение безработицы.

Среди форм трудовой помощи неимущим постепенно росло значение общественных работ. Они использовались в годы неурожаев и других стихийных бедствий, а также в периоды промышленных кризисов как средство предоставления заработка нуждающимся. Первые общественные работы в России известны с начала XVII в. В голодные 1601—1602 гг., вызванные последовавшими друг за другом неурожаями, правительство царя Бориса Годунова вместе с другими мерами помощи населению обратилось к организации общественных работ. Для предоставления заработка нахлынувшей в Москву массе людей были налажены дробление камня, добывание и завозка песка, ремонт дорог, строительство каменных зданий. Как свидетельствует Никоновская летопись, царь Борис “пове- ле делати каменное дело многое, чтобы людям питатися и зделаша каменные палаты большие, где были царя Ивана хоромы”.

В царствование Петра I, Анны Иоанновны, Елизаветы общественные работы как форма трудовой помощи носили случайный характер. Во второй половине XVIII в. они стали использоваться с филантропическими целями правительством Екатерины II. В неурожайный 1774 год население Воронежской губернии широко привлекалось к работе по рытью рвов и возведению земляных валов вокруг уездных городов, что давало возможность нуждающимся получить определенный заработок.

В именном указе Сенату от 14 января 1776 г. Екатерина П обязала этот общероссийский орган управления и надзора “иметь за правило для прокормления нужду претерпевающих селений тот способ, который действительным опытом утвержден в Воронежской губернии”, т. е. общественные работы. В соответствии с указом они проводились в Саратовской, Архангельской, Олонецкой и других губерниях.

В годы правления Николая I общественные работы получили более широкое распространение. Они стали одной из мер трудовой помощи на основе принципа “хлеб за труд”. В связи с неурожаями 1833-1834 гг. правительство организовало общественные работы в Тамбовской, Киевской, Могилевской и других губерниях. На их проведение в 10 губерниях было выделено более 2,5 млн руб. Свыше 3 млн руб. правительство выделило в 1840 г. на организацию общественных работ в 8 губерниях центра России. В 1846-1847 гг. в пострадавших от неурожая западных губерниях проводились крупные шоссейные работы, которые приносили известный заработок нуждающимся.

После отмены крепостного права в условиях массового “раскрестьянивания” и наличия многих миллионов малоземельных крестьянских семей (2-4 десятины) проблема жизнеобеспечения населения стала особо острой. Она усугублялась периодическими промышленными кризисами, которые резко увеличивали массы безработных. В связи с этим значение общественных работ как формы трудовой помощи нуждающимся существенно возросло.

Передача правительством Александра II социального призрения в руки органов земского и городского самоуправления, многократное увеличение сети благотворительных обществ и союзов имели как следствие повышение внимания к общественным работам. В первое пореформенное десятилетие наиболее значительные общественные работы проводили на строительстве Московско-Смоленской железной дороги. В неурожайный 1867 год правительство поддержало предложение Смоленского земского губернского собрания и губернской управы о широком привлечении крестьян к работе по отсыпке земляного полотна дороги в пределах губернии на протяжении 140 верст. За 6 месяцев, с мая по октябрь 1868 г., в общественных работах приняли участие свыше 22 тыс. смоленских крестьян, которые благодаря заработку смогли несколько улучшить материальное положение своих семей.

В 1891-1992 гг., известных как “голодные” годы, правительством было затрачено на общественные работы около 15 млн руб. Местные жители привлекались к строительству шоссейных дорог в Казанской, Самарской, Тамбовской, Воронежской, Новороссийской губерниях. Крестьяне Нижегородской, Симбирской, Саратовской губерний участвовали в ремонте грунтовых дорог. И хотя специально созданное Управление общественных работ не обеспечило необходимый уровень их организации и финансирования, тем не менее общественные работы 1891-1892 гг. расширили трудовую занятость крестьян неурожайных губерний. Только на строительстве Новороссийского шоссе трудились более 24 тыс. человек. Общий заработок составил 360 тыс. руб. На лесозаготовках крестьяне заработали 1,5 млн руб., на строительстве элеваторов и церковно-приходских школ — 730 тыс. руб.

Крупные недостатки и даже злоупотребления при проведении общественных работ задержали их развитие почти на десятилетие. Как форма трудовой помощи они получили “второе дыхание”, когда в их организации стало активно участвовать Попечительство о трудовой помощи под покровительством императрицы Александры Федоровны. В конце 1890-х — начале 1900-х гг. Министерство внутренних дел вместе с Попечительством приняло ряд мер по созданию системы трудовой помощи, в которой главное место отводилось общественным работам. На основании правительственных распоряжений к их проведению подключались Министерство внутренних дел, Министерство финансов, Министерство земледелия, Ведомство лесного хозяйства, Главное управление землеустройства, Попечительство о трудовой помощи, губернские администрации, органы земского и городского самоуправления.

Попечительство о трудовой помощи проводило общественные работы на новых началах. В пострадавших от неурожая губерниях оно сочетало “трудовспоможение” с разносторонними мерами по улучшению крестьянского хозяйства и быта. В этих целях Попечительство создавало в губерниях ссудные фонды для приобретения сельскохозяйственного инвентаря, учебно-производственные мастерские, лечебно-продовольственные пункты, детские приюты и ясли, начальные школы, богадельни. Именно таким образом были организованы общественные работы 1898-1899 гг. в пяти губерниях Волжско-Камского региона.

Аналогичным способом была оказана трудовая помощь крестьянам Тобольской и Томской губерний в 1901-1902 гг. Уполномоченные Попечительства объединили усилия местных земств и благотворительных обществ. Целый ряд общественных работ финансировался правительственными ведомствами. Благодаря этому крестьянами было выполнено свыше 300 видов общественных работ, в том числе строительство плотин, прокладка новых и ремонт старых дорог, заготовка леса, рытье осушительных канав, строительство кирпичных заводов, школьных зданий и др. на общую сумму 230 тыс. руб.

Деятельность Попечительства о трудовой помощи по организации общественных работ отличалась значительной широтой в 1905-1906 гг. Оно охватило этой формой социальной поддержки нуждающихся 7 губерний Центра и Поволжья. Различного рода работы, произведенные крестьянами Тульской, Рязанской, Орловской и других губерний, оценивались в 2,3 млн руб. К строительству школьных и ясельных зданий, сооружению мостов и запруд, очистке прудов, заготовке леса было привлечено 300 тыс. крестьян. В общей сложности за 2 млн рабочих дней они заработали 1,5 млн руб., т. е. средний заработок каждого крестьянина составлял 74 коп. в день. В трудовой помощи крестьянству активно участвовали земские и городские самоуправленческие органы. На проведение общественных работ 1905-1906 гг. они израсходовали 2,1 млн руб.

Наиболее широко общественные работы проводились в 1911-1912 гг., когда от неурожая пострадали 20 губерний Поволжья и Урала. В организации участвовали многие министерства и ведомства, губернские правления, Попечительство о трудовой помощи, земские и городские управы. На проведение общественных работ правительство выделило 40 млн руб. В октябре 1911 г. на различных работах в 5 тыс сел и деревень было занято 1,2 млн человек, заработок которых составил

5,5 млн руб. Попечительство о трудовой помощи развернуло общественные работы в Самарской, Казанской, Саратовской и Оренбургской губерниях. В них участвовали крестьяне свыше 2 тыс. селений, которые проделали работу на 2 млн руб.

Конечно, общественные работы не обеспечивали занятости всех нуждающиеся в заработке. Они использовались как одна из форм трудовой помощи и в известной степени смягчали тяжелое материальное положение населения и ослабляли социальную напряженность в губерниях, пострадавших от стихийных бедствий.

В социально-экономических условиях России, где крестьяне многих центральных, западных, южных и других губерний европейской части страдали от малоземелья и безземелья, одной из мер по улучшению трудовой занятости сельского населения была переселенческая политика. Начало этой правительственной деятельности относится к 30-м гг. XIX в. Однако активная переселенческая работа с целью ослабления земельного “голода” и повышения материальной обеспеченности определенной части крестьянских семей развернулась с 1843 г., когда проводилась реформа управления государственными крестьянами.

Для трудового перемещения крестьян правительство определило Самарскую, Саратовскую, Астраханскую, Оренбургскую, Уфимскую, Тобольскую и Томскую губернии. Оно оказывало некоторую помощь переселенцам денежными пособиями, отпуском леса для строительства жилья и хозяйственных помещений, четырехлетним освобождением от податей, списанием недоимок и др. На этих основаниях с 1831 по 1866 г. было переселено 320 тыс. крестьян.

Отмена в 1861 г. крепостного права резко увеличила слой малоземельных и безземельных крестьян. Рост промышленного производства во второй половине сопровождался ликвидацией многих кустарных промыслов. Все это исключительно обострило проблему занятости в европейской части России. Для уменьшения избытка рабочей силы и трудоустройства незанятого населения в 1880-е гг. правительство активизировало переселенческую политику.

В июне 1889 г. был принят закон о крестьянских переселениях. Законом предусматривались выделение крестьянским семьям земель на Урале, в Западной и Восточной Сибири в общинное и подворное пользование, трехлетнее полное и трехлетнее 50%-е освобождение от арендных платежей, выдача денежных ссуд на первоначальное обустройство, снабжение строительным лесоматериалом. По существу, переселение, наделение землей и тем самым трудоустройство на новом месте жительства являлось формой трудовой помощи десяткам тысяч крестьянских семей.

В 90-е гг. XIX в. переселенческое движение сначала развивалось по нарастающей линии. С 1889 по 1897 г. в восточные губернии переселилось около 900 тыс. человек. Однако хотя в 1897 г. в Министерстве внутренних дел было создано специальное переселенческое управление с правами департамента, переселение производилось при явно недостаточной помощи правительства: в частности, размер ссуд на обзаведение не превышал 30 руб. на крестьянскую семью. В результате переселенческое движение в конце 90-х гг. на Урал и в Сибирь значительно сократилось.

Новая волна переселения крестьян с целью наделения землей и обеспечения трудовой занятости связана с аграрной реформой П. А. Столыпина. Постановлением правительства были облегчены условия переселения, увеличена материальная подцержка новоселам, по льготным ценам продавалась сельскохозяйственная техника. Эти меры способствовали подъему переселенческого движения в 1907-1912 гг. Если за 300 лет после вхождения Западной Сибири в состав Российского государства на ее землях поселилось 4,5 млн человек, то за первые 15 лет XX в. количество жителей западносибирского региона увеличилось на 3 млн человек, из которых

1,5 млн переселилось сюда в 1907-1909 гг.

Правительственная деятельность в организации пересе- ленчества имела крупные изъяны, сопровождалась злоупотреблениями со стороны чиновников. Не случайно еще в 1896- 1897 гг. 3 тыс. крестьянских семей вернулись на прежнее место жительства окончательно разоренными. В то же время переселенческая политика дала определенные положительные результаты, обеспечила трудовую занятость 3~4 млн крестьян, улучшила их материальное положение. Например, 35% переселенцев в Алтайский край имели на родине не более 1 лошади, а 60% — не более 1 коровы на двор. В 1910— 1912 гг. на новом месте в их собственности было 5-9 лошадей и 6~10 коров на крестьянский двор. Если в европейских губерниях на 1 душу мужского пола приходилось 2~3 десятины земли, то в Алтайском крае — 7—9 и более десятин. Таким образом, посредством переселенческой политики миллионам крестьян была оказана трудовая помощь, благодаря которой существенно повысилось их материальное благосостояние.

В системе трудовой помощи нуждающимся значительная роль принадлежала частным благотворителям. Практически участие в деле трудовой помощи составляло целое направление российской частной благотворительности. Сотни промышленников, финансистов, купцов, государственных деятелей, видных представителей науки и культуры, движимых чувством милосердия к страданиям обездоленных людей и желанием облегчить их судьбу, добровольно жертвовали значительные денежные суммы на социальные нужды, в том числе на создание заведений трудовой помощи. В 1893—1897 гг., за пять лет, только на социальные учреждения Министерства внутренних дел частные пожертвования составили около 10 млн руб. В 1901 г. известный предприниматель Г. Г. Солодовников завещал двадцатимиллионное личное состояние на учреждение или содержание благотворительных заведений. Многие миллионы были завещаны на те же цели К. Т. Солдатенковым.

Видные представители делового мира, владельцы крупных капиталов Алексеевы, Бахрушины, Демидовы, Морозовы, Поляковы, Прохоровы, Рябушинские, Тенишевы, Хлудовы и многие другие оставили о себе добрую память сооружением на личные средства различных социальных учреждений и содержанием размещенных в них богаделен, приютов, больниц, домов трудолюбия, библиотек, художественных галерей, музеев, народных домов, училищ, лицеев, институтов и т. д.

Многие частные благотворители открывали разнообразные заведения трудовой помощи, в которых нуждающиеся получали приют и возможность заработка, люди девиантного поведения приобщались к труду и проходили школу трудового перевоспитания, дети из бедных семей приобретали профессии и готовились к трудовой жизни. С именем А. Н. Демидова связано строительство и содержание еще в 1740 г. “арифметического” училища для детей рабочих г. Невьянска на Урале. В екатерининское время П. А. Демидов передал на содержание Петербургского и Московского воспитательных домов 1 млн 200 тыс. руб. На свой капитал С. В. Морозов открыл при Никольской ткацкой фабрике токарную, ткацкую, столярную и кузнечную учебные мастерские для профессиональной подготовки детей фабричных рабочих.

В. А. Морозова выделила средства на сооружение здания ремесленного училища в Москве, а также ремесленного училища при Товариществе Тверской мануфактуры. Она же финансировала учебную деятельность этих училищ. В 1816 г. владелец Трехгорной мануфактуры Т. В. Прохоров открыл ремесленную школу при этом предприятии. В 1890-е гг. С. И. Прохоровым она была преобразована в ремесленное училище. П. А. Бахрушин, А. А. Бахрушин, В. А. Бахрушин и другие благотворители этой династии учредили целый ряд заведений социального призрения и трудовой помощи, в том числе детский приют в Москве со слесарной и электротехнической учебными мастерскими (1895), Дом бесплатных квартир для вдов, при котором действовали мужское ремесленное училище и профессиональная школа для девочек (1898). А. А. Бахрушин в 1915 г. пожертвовал 200 тыс. руб. на строительство здания учебно-ремесленной мастерской для мальчиков из бедных семей с общежитием.

К. Т. Солдатенков в своем завещании (1901) распорядился использовать 1 млн 300 тыс. руб. на учреждение училища “для бесплатного обучения в оном бедных детей мужского пола, без различия их состояния и вероисповедания, различным ремеслам, относящимся к техническому производству”. Ремесленное училище им. К. Т. Солдатенкова было открыто в 1909 г. и готовило квалифицированных рабочих по специальностям слесаря, токаря и др. Владелец нескольких заводов и фабрик, видный меценат князь В. Н. Тенишев построил здание коммерческого училища для детей разных сословий, основал в Петербурге реальное училище (1896). Его супругой, известной благотворительницей М. К. Тенишевой было учреждено и оборудовано Училище ремесленных учеников в Бе- жице под Брянском (1893). Среди благотворительных деяний предпринимателей Поляковых значительное место занимали пожертвования на профессиональное обучение детей из нуждающихся семей. А. С. Поляков содержал несколько ремесленных школ в г. Орле. С. С. Поляков выделил необходимые средства на учреждение железнодорожного ремесленного училища в г. Ельце и горного ремесленного училища в г. Кор- суне.

Таким образом, трудовая помощь нуждающимся являлась одним из важных направлений социальной работы в России. Со времени образования единого централизованного государства Российское государство и общество накопили определенный опыт организации трудовой помощи. В этом опыте заслуживают внимания меры по предупреждению обнищания и поддержке бедных людей путем предоставления им заработка в различных производственных мастерских учреждений социального призрения, промысловых товариществах, на общественных работах, а также территориального перемещения с целью трудовой занятости на новом месте жительства.

Позитивным звеном этого опыта является содействие трудовой занятости безработных через посреднические конторы и бюро, биржи труда, распространение надомной работы, налаживание сбыта кустарных изделий на выставках и базарах. Содержательной страницей истории трудовой помощи с полным основанием можно признать деятельность благотворительных обществ и частных филантропов по подготовке нуждающихся, особенно детей из бедных семей, к профессиональному труду посредством создания различных ремесленных мастерских, курсов, школ и училищ.

Вместе с этим за положительными элементами опыта организации трудовой помощи нельзя не замечать слабых сторон и серьезных изъянов в данной области социальной работы, в том числе совершенно недостаточное участие государства в деле “трудовспоможения”; отсутствие единой общероссийской политики и системы трудовой помощи; раздробление этого важного звена социального призрения между различными ведомствами, филантропическими обществами и частными благотворителями; недооценка целого ряда форм трудовой помощи и непринятие необходимых мер для их развития и др.

В то же время не вызывает сомнения, что в целом отечественный исторический опыт организации трудовой помощи содержит немало рациональных элементов, представляет значительный практический интерес для современной социальной работы и при творческом подходе может служить исходным материалом в поиске оптимальной модели трудовой помощи нуждающимся в условиях сегодняшнего радикального реформирования российского общества.

 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 

Популярные страницы