Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Социология arrow Социальное проектирование в социальной работе

СОВРЕМЕННЫЕ КОНЦЕПЦИИ СОЦИАЛЬНОГО ПРОЕКТИРОВАНИЯ

Современные концепции социального проектирования все в большей степени исходят из того, что человеческая детерминанта нововведений есть не некоторая предпосылка проектирования, а сама суть социального проекта, его философское основание. Заметную эволюцию в этом направлении прошло проектирование технических нововведений. Системотехническое проектирование, разумеется, не ушло в прошлое, однако его все больше оттесняет социо- техническое проектирование, концепция которого исходит из того, что «главное внимание должно уделяться не машинным компонентам, а человеческой деятельности, ее социальным и психологическим аспектам»[1]. Гуманитаризация социотехнического проектирования ведет к образованию новой тенденции: «проектирование само становится источником формирования проектной тематики и вступает тем самым в сферу культурноисторической деятельности... Со- циотехническое проектирование — это проектирование без прототипов, и поэтому оно ориентировано на реализацию идеалов, формирующихся в теоретической и методологической сферах или в культуре в целом»[2].

Такие характеристики отражают смещение ядра социально-проектной деятельности в ценностную сферу. Одна из таких концепций разрабатывается В.А. Луковым; ее основу составляет субъектно-ориентированный (тезаурусный) подход[3].

Следствиями тезаурусного способа жизненной ориентации являются, во-первых, несовпадение субъективных миров (их согласованность наблюдается лишь по ограниченному кругу параметров и в известных пределах); во-вторых, преимущественно ценностная регуляция социального поведения (преобразующая все факторы и детерминанты такого поведения); в-третьих, активность поведения социального субъекта в социальной среде. Это последнее следствие особо значимо для социального проектирования, к которому с полным основанием должна быть применена «теорема Томаса», согласно которой «если люди определяют некоторые ситуации как реальные, эти ситуации реальны в своих последствиях»[4]. Это обстоятельство пока слабо осознается в теории социального проектирования, между тем оно вынуждает увидеть особое значение создателя проекта не только в связи с его деятельностью по удовлетворению определенной общественной потребности, но и как реализатора собственного интереса, соответствующего его тезаурусу.

Представление феноменологической социологии о многообразии сконструированных людьми реальностей, но в то же время связанности повседневной жизни субъектным убеждением в схожести человеческих интерпретаций для социального проектирования эврис- тично. Уникальность жизненных миров и их связанность, различающаяся на разных уровнях общественной организации, в том числе имеющая особые формы и способы реализации на уровне повседневности, — это свойства и социальной среды проектирования, и субъекта проектирования. Но здесь нет симметрии участия: прежде всего создатель проекта не существует вне социальной среды, он несет в себе свойства социальной среды, однако при этом он творчески пе- реструктурирует их, что и дает импульс проекту, нововведению. Среда возбуждает проектирование неудовлетворенной потребностью, но сам проект есть акт творчества не среды, а субъекта проектирования, который таким образом вырастает в центральную фигуру социально-проектной деятельности.

Главная идея субъектно-ориентированного подхода к социальному проектированию состоит в признании тезауруса, ценностной системы создателя проекта источником проектной идеи. Этим не умаляется значение объективных факторов разработки и осуществления проекта (заказ, принятие управленческого решения, наличие ресурсов и т.д.) и, в частности, того обстоятельства, что в результате осуществления проекта возникает новый или трансформируется имевшийся социальный объект. Субъектно-ориентированный подход к социальному проектированию не устраняет причинность и обусловленность проектов и проектной деятельности, а идея тезаурусов не означает утерю связанности социальной среды[5]. Напротив, тезаурусный подход объясняет связь эпох, позволяет обосновать многообразие и многоуровневость социально-проектной деятельности, понять причины несовпадения замысла и исполнения, провала «сильных» и успеха «слабых» проектов.

Тезаурусным подход устанавливает связь реальных импульсов и обстоятельств социального проектирования. В современных условиях субъектная ориентация проектирования отражает и новые, ранее менее свойственные общественному устройству черты. Наиболее важными для социально-проектной деятельности можно назвать три особенности современной социальной организации европейского типа: падение регулирующей роли традиции, фрагментарность воспринимаемого мира, высокая скорость социальных изменений.

В рамках тезаурусного подхода социальное проектирование может быть представлено следующими тезисами и правилами:

  • а) человек открыт к социальным нововведениям — к их созданию и их потреблению. Открытость к нововведениям — предварительное условие их разработки и осуществления. Социальные изменения желанны, но мера желания существенно различается и по типам общества, и по особенностям мировосприятия отдельных людей и их сообществ. Общество сочетает проницаемость и упругость: оно может принимать даже слабые проекты и, напротив, сопротивляться сильным;
  • б) социальный проект повышает степень организованности общества. Создание и внедрение социальных проектов увеличивает дистанцию между «своим» и «чужим», «мы» и «они» в узкой сфере отношений, за счет этого переструктурирует общности и этим уменьшает напряженность в отношениях противостоящих социальных групп;
  • в) человек уникален в своей целостности, а в своих отдельных свойствах и отношениях он типичен. Неопределенность и мозаичность жизненного пространства преодолевается в области социального проектирования введением параметра типичности:
    • — потребности людей типичны (что подходит для одного, то подходит для многих);
    • — жизненные траектории людей типичны (формы жизнедеятельности одного есть формы жизнедеятельности многих);
    • — поведенческие реакции людей типичны (сходные стимулы рождают в определенной социальной среде сходные реакции);
    • — всегда найдется определенный тип, а значит — и группа людей, которая поддержит предлагаемый проект или нуждается в его осуществлении. Но типичное не есть характерное для всего общества. Проект не должен опираться на идею всеобщего счастья;
  • г) среди социальных ценностей людей солидарность — одна из высших. Явной или латентной целью социального проекта всегда является солидарность людей;
  • д) конструктивность социального проектирования не отменяет запредельных идей, и «требование невозможного» на предварительных этапах работы, включая концептуальный этап, есть также создание возможного.

В тезаурусном подходе социальное проектирование выступает в качестве одного из ведущих способов современной организации общественной жизни, управления обществом. Социальное проектирование (независимо от того, какого рода объекты проектируются) несет на себе черты субъекта проектной деятельности, его мировоззрения. Социальный проект субъектно ориентирован. Тезаурусный подход к социальному проектированию эффективен в условиях рыночной экономики, где субъектная ориентация проекта ограничена свободой выбора других субъектов жизнедеятельности.

Не менее интересна и концепция общественной инженерии, развиваемая С. В. Поповым. С его точки зрения, проблему общественных изменений нельзя решать в рамках научно-инженерного подхода, поскольку он задает особый взгляд на мир: существует неизменная социальная природа, законы которой описывают социальные науки, а социальный реформатор, тоже являясь неизменным существом (субъектом), парит подобно демиургу над этой природой. Идея инженерной деятельности — это представление о встроенности природного процесса в деятельность инженера. Человек познает в точных науках особенности природных процессов, что позволяет ему включать их в собственную деятельность, в результате чего ее мощь неизмеримо возрастает.

Социальное действие и природа, утверждает С.В. Попов, устроены иначе. В процессе социального воздействия вынужденно меняется и сам «преобразователь» общества, и объект, на который направлено социальное действие. К тому же объект социального воздействия (или общественное образование) совершенно не похож на природный. Он активен, рефлексивен, может формулировать собственные цели, пытаться их реализовать, может при случае ассимилировать «преобразователя». Здесь не находит применения идея встроенности социального процесса в деятельность «преобразователя». Предлагается другой образ: деятельность реформатора («преобразователя») запускает, инициирует некоторые процессы изменения и движения, которые обусловливают (или, что не менее важно, не обусловливают) общественные изменения, При этом действительность социального действия разворачивается принципиально в двух планах: один «отсчитывается» от реформатора, осуществляющего целенаправленные осмысленные воздействия, что предполагает учет его позиции; другой задается логикой самой социальной действительности — в этом случае речь идет о движении общества, участии в становлении. Важно, что действительность социального действия и общественных изменений (это две проекции одного целого) существует одновременно в обоих планах. Общественные изменения невозможны без усилий «преобразователей», и, наоборот, усилия социального реформатора — это момент общественных изменений.

Достижение цели, которую формулирует социальный инженер, обязательно включает встречную активность, взаимодействие, взаимоотношение. Он направляет всех к сформулированной им цели, но обычно получается что-то иное. Когда заложенные в проект характеристики не получаются, начинаются проблемы реализуемости, утери параметров, проектосообразности и т.д. На основании этого

С. В. Попов формулирует идею расхождения цели и результата. Хотя усилия проектировщика (реформатора) направлены на реализацию некоторой цели, однако то, чего он достигает, существенно отличается от этой цели. Хотя задача ставится относительно вполне конкретных участников и компонент: «преобразователя», других участников, общества — все они меняются; хотя цели движения были заявлены и не совпадают с конечным пунктом и местом встречи, реформатор доказывает, что все участники социальных изменений достигли того, что и было намечено.

Другое принципиальное нововведение С.В. Попова — отказ от главенства научного знания и связанных с ним представлений о естественных процессах. Процессы общественных изменений организуются на основе не социальных знаний, а разного рода схем (схем организации мыследеятельности «преобразователя», организации плацдарма, проблемной ситуации, взаимодействия участников движения и др.).

В научно-инженерном подходе знания выполняют две основные функции: описывают закономерности естественного процесса, который должен быть встроен в инженерное действие, и фиксируют параметры инженерного объекта, в котором этот процесс начинает выступать как естественное его бытие. У схем другие функции: с одной стороны, они описывают типы социального взаимодействия, которые используются для социальных преобразований, причем не в качестве вечных закономерностей, а как складывающиеся при фиксированных социокультурных условиях; с другой стороны, они помогают организовать деятельность и усилия всех участников социальных изменений; с третьей стороны — задают для этих участников общую реальность. В отличие от знаний, схемы живут не в пространстве познания и инженерного действия, а в контексте социального действия и социальных изменений. В этом смысле их значение и содержание обусловлено прежде всего характером этих процессов[6].

Поэтому социальный инженер должен сознательно организовать движение и осуществлять контроль за этим движением. В этом смысле он не просто человек, а методолог, который создает схемы, обеспечивающие взаимодействие всех участников. Именно схемы у

С.В. Попова играют ключевую роль. Знание не может обеспечить совместное действие — его могут обеспечить лишь схемы.

Традиционное проектирование задает не схемы взаимодействия, а характеристики жизни, а цель общественной инженерии— организовать взаимодействие и направить движение в нужном направлении. Через такой механизм взаимодействия осуществляется продвижение к заданным целям. Это движение должно быть потом вписано в социальное и историческое пространство, за счет чего оно приобретает смысл и значение. Это не только действие, но и прописывание действия в некоторых пространствах; для этого, например, происходит и постоянное переписывание истории.

  • [1] Степин В.С., Горохов В.Г., Розов МЛ. Философия науки и техники: Учеб, пособие. - М, 1995.-С. 366.
  • [2] Там же.
  • [3] См.: Луков В.А. Социальное проектирование. — М., 2003.
  • [4] Бовина И.Б. Представления об элементах процесса группового решения и выбор стратегии // Мир психологии. — 1999. — № 3. — С. 30—40.
  • [5] Тезаурус (от греч. thesaurds — сокровище, сокровищница) — множество смысловыражающих единиц некоторого языка с заданной на нем системой семантических (см. Семантика) отношений. Тезаурус фактически определяет семантику языка (национального языка, языка конкретной науки или формализованного языка для автоматизированной системы управления). Первоначальнотезаурус рассматривали как одноязычный словарь, в котором семантическиеотношения определяются группировкой слов по тематическим рубрикам. В широком смысле тезаурус интерпретируют как описание системы знаний о действительности, которыми располагает индивидуальный носитель информацииили группа носителей. — Прим. авт.
  • [6] См.: Розин В.М. Этюды по социальной инженерии: от утопии к организации. —М„ 2002.
 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 
Популярные страницы