Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Экономика arrow Национальная экономика

ОСНОВНЫЕ ЭТАПЫ ВОЗНИКНОВЕНИЯ ИНСТИТУТОВ РЫНКА В ПОСТСОВЕТСКОЙ РОССИИ

ЭТАПЫ РЕФОРМИРОВАНИЯ ПРАВ СОБСТВЕННОСТИ

Переход к рыночным отношениям потребовал в первую очередь трансформации отношений прав собственности. Необходимость реформирования прав собственности определялась многими объективными причинами, к которым можно отнести естественную необходимость многообразия форм собственности, присущую рыночной экономике, неспособность экономики, базирующейся исключительно на государственной собственности, эффективно управлять народным хозяйством и т.п.

С другой стороны, к 80-м гг. XX в. в России уже сформировались институты своеобразной частной собственности. Хозяйственная номенклатура страны научилась практически получать косвенные и прямые доходы от существующей государственной собственности. Так, например, директор градообразующего предприятия имел более высокий статус в составе всей районной, а иногда и региональной номенклатуры. От его действий зависело не только выполнение плановых заданий, но и социально-политический климат в территориальном образовании. Именно в этот период начинает укрепляться связка хозяйственной и политической номенклатуры, при которой хозяйственная номенклатура обеспечивала экономическую и социальную стабильность в регионе, а взамен получала известное прикрытие за определенную свободу в распоряжении финансовыми средствами предприятия.

Таким образом, в руках «красных директоров» государственная собственность становится де-факто частно-государственной (номенклатурной), так как реально объектами государственной собственности распоряжались отраслевая и региональная элиты, тесно связанные с криминальным миром. Связь с криминальным миром была необходима, в первую очередь, для превращения полученных доходов в обезличенные наличные деньги. С увеличением оборота нелегальных доходов данная связь начинает носить постоянный характер и криминальному миру начинают передаваться и другие функции, в частности охрана и защита собственников и их собственности. Эта двойственность плановой/товарной формы хозяйствования, легальной/нелегальной экономики и предопределила развитие приватизации. Появившиеся собственники стремились узаконить существующее положение и придать уже имеющейся в их руках собственности легитимный характер, т.е. признать ее де-юре.

С известной долей условности можно выделить три основных этапа изменения системы прав собственности в постсоветской России.

Этап 1: номенклатурная приватизация (1987—1991). На первом этапе за основу рынка номенклатура пыталась взять старый «бюрократический рынок», где позиция участника определялась его чином, положением в социальной иерархии, своеобразным административным весом. На всех уровнях приходящей в упадок централизованной системы номенклатура учится извлекать из своего положения не только косвенные, но и прямые денежные доходы. При этом происходил переход от совокупной государственной собственности (которой владела номенклатура как целое) к индивидуальной государственной собственности отдельных представителей номенклатуры. Одновременно происходила своеобразная мультипликация номенклатур на постсоветском пространстве.

Разгосударствление приобрело вид спонтанной приватизации в форме передачи имущества отдельным предприятиям (а реально их директорам) на основе права полного хозяйственного ведения. Ключевым моментом явилось то, что широкими правами руководители государственных предприятий были наделены вне всякой связи с ответственностью за результаты деятельности. С ослаблением и последующим фактическим разрушением централизованной партийнохозяйственной вертикали управления (выполнявшей функции, как сейчас принято говорить, системы инфорсмента[1]) общеноменклатурная собственность все больше стала превращаться в частно-бюрократическую собственность. На ранних этапах особое место в этом процессе занимало так называемое кооперативное движение. Позднее, в 1990—1991 гг., стали развиваться арендные предприятия.

В подавляющем большинстве (более 80%) кооперативы были образованы при государственных предприятиях, а число занятых в таких кооперативах превышало 90% занятых в кооперативном секторе. Причин «аффилированности» к государственным предприятиям можно выделить несколько. Во-первых, это жесткое административное (через местные власти) давление государственных предприятий в тех случаях, когда кооперативы подрывали монополию государственного сектора. Во-вторых, это монополия государственного сектора на материально-сырьевые ресурсы, невозможность без содействия заинтересованного государственного предприятия получить помещение в аренду. В-третьих, через кооперативы у реальных собственников государственных предприятий появилась возможность извлекать прямые денежные доходы путем обналичивания государственных средств под видом различных фиктивных хозяйственных договоров.

Однако по мере развития кооперативов стала видна и их явная неспособность удовлетворить потребности фактических собственников в новой институциональной структуре производства. Во-первых, такая форма организации бизнеса, как кооператив, является эволюционно неустойчивой для промышленности. Именно эта тенденция обусловила (после кооперативного бума 1988—1989 гг. и появления в 1990 г. нормативных актов СССР и России о предприятиях, акционерных обществах и товариществах с ограниченной ответственностью) спад в развитии кооперативного сектора. Большинство созданных кооперативов были тогда преобразованы в организационно-правовые формы, более адекватные сложившимся де-факто властно-собственническим отношениям. Во-вторых, кооперативная форма не позволяла легализовать крупные состояния и целиком формализовать свои правомочия на крупные промышленные предприятия и объединения, защитив собственность от возможной экспроприации (со стороны государства или трудовых коллективов) по мере развития бизнеса.

Для высшего слоя номенклатуры нужно было изобрести какие-то другие организационно-правовые инновации (помимо создания кооперативов). Отметим, что обладателем фактических правомочий высшего порядка была, несомненно, высшая республиканская и ре-

Изменение де-факто системы собственности в России гиональная номенклатура

Рис. 8.1. Изменение де-факто системы собственности в России гиональная номенклатура. Она и стала той группой давления на высшем уровне, которая предъявила спрос на массовую и масштабную легальную приватизацию как таковую (вдохновляя последовавшие за ней залоговые аукционы).

В результате первого этапа приватизации возникает своеобразная частно-государственная (номенклатурная) собственность, которую можно трактовать как форму проявления власти-собственности в период ослабления «деспотического» государства (рис. 8.1). В стране появляется своеобразное здание номенклатурно-государственного капитализма.

Этап 2: попытка создания системы частной собственности (1992— 2000). Пытаясь создать частную собственность не только по форме, но и по существу, администрация Президента Б. Ельцина решила сделать процесс приватизации формальным и массовым. Тем самым была предпринята попытка остановить бесконтрольное усиление экономической власти бывшей партийно-хозяйственной номенклатуры и создать институциональные предпосылки для развития рыночной мотивации у производителей. В соответствии с программой приватизации, принятой в конце 1992 г., любой желающий, имеющий достаточный капитал, мог приобрести государственное имущество в частную собственность.

Главная цель данного этапа, по мнению организаторов, состояла в создании институциональных условий для становления и развития системы частной собственности по образцу западных демократий. Приватизация здесь рассматривалась как средство, необходимое и достаточное для подкрепления либеральных реформ и стабилизационных мер.

В приватизации не менее других были заинтересованы теневые владельцы номенклатурно-государственного капитала («новые старые собственники»). Ведь в условиях размытости старой и неупорядоченности новой системы прав собственности над ними постоянно витала угроза экспроприации приобретенной собственности. Эта угроза из потенциальной могла легко превратиться в реальную по мере ослабления их связи с федеральным или региональным руководством.

Начало положила массовая ваучерная приватизация. За чековым этапом последовал этап залоговых аукционов и инвестиционных конкурсов. 1996 г. ознаменовал собой начало денежного этапа; и хотя этот этап продолжается и поныне, пик приватизации приходится на 1993-1994 гг. (рис. 8.2).

К началу 2001 г. на долю государственной собственности приходилось только 42% основных фондов в экономике (по сравнению с 91% в 1991 г.), в частной собственности находилось более 80% общего числа предприятий. Приватизация государственной и муници-

Динамика процесса приватизации в промышленности России

Рис. 8.2. Динамика процесса приватизации в промышленности России

пальной собственности затронула все без исключения отрасли экономики. В результате не только в общем числе предприятий, но и в общем объеме производства и численности работников государственная собственность стала занимать подчиненное место.

Этап 3: институционализация новой власти-собственности (2001— 2008). После всего хаоса, возникшего в ходе второго этапа, к концу 1990-х гг. стало очевидно, что система власти-собственности в конкурентной борьбе с новым институциональным устройством не сдала своих позиций.

Опыт приватизации не может не рассматриваться вне контекста зависимости от предшествующего развития. Приватизация в восточных обществах всегда выступала как временный отход от генеральной линии развития, как подготовка нового витка централизации.

Для того чтобы понять, насколько возможен (или неизбежен) новый виток централизации, остановимся сначала на понятии «остаточная государственная собственность».

В результате процесса приватизации возник своеобразный экономический институт — остаточная государственная собственность. Он включает в себя не только прямые остатки государственной собственности, но и тип хозяйствования, характерный для большинства так называемых частных предприятий, находящихся в руках бывших «красных директоров» или трудовых коллективов и управляемых по-прежнему (патерналистски)[2], хотя окружающая их институциональная среда резко изменилась. По состоянию на 1 января 2007 г. Россия является собственником имущества 6533 федеральных государственных унитарных предприятий и акционером 3997 акционерных обществ.

Исторически сила государственной собственности в условиях командной экономики заключалась в том, что она охватывала все народное хозяйство, управлялась из единого центра сверху и должна была служить интересам общества в целом (так называемая общенародная собственность). Это главное преимущество (если оно и теоретически существовало) было окончательно утеряно в ходе приватизации. «Общенародная собственность» превратилась в островки государственной собственности, которые выступают как частная собственность по отношению к другим фирмам (включая и другие государственные предприятия).

Это означает, во-первых, что государственная собственность приобрела частную форму и выступает как частное предприятие, поскольку охватывает не все общество в целом, а только его часть.

Во-вторых, частной она является еще и потому, что управляется не по единому народнохозяйственному плану, а по воле местного начальника. Остаточная государственная собственность служит не на благо общества в целом, а на благо тех, кто успел ее «прихватизи- ровать». Это означает, что она может развиваться и не на пользу государства в целом, а во вред ему.

В-третьих, ее особенность заключается в том, что она не является и настоящей частной собственностью, поскольку аллокация ресурсов была осуществлена по остаточному принципу. Этот остаток не заинтересовал реальных частных собственников, а достался выходцам из бывшей советской номенклатуры. В ней сохраняются пережитки так называемой общенародной собственности как в характере применяемых ресурсов (включая трудовые), так и в организационно-управленческой структуре. Поэтому под остаточной государственной собственностью в экономическом смысле мы понимаем не только юридические предприятия или пакеты, принадлежащие государству, но и все те, которые сохранили рудименты традиционной командной экономики. Эти ее особенности и предопределили формальные и неформальные правила игры, а также характер санкций, которые сложились в постсоветской России.

Тот факт, что в процессе приватизации большая часть государственной собственности перешла не к аутсайдерам, а к инсайдерам (в конечном итоге к прежним директорам предприятий), привел к тому, что в России не возникло эффективного частного собственника (что в значительной степени обусловило инерционность традиционной экономической системы, медленные темпы ее реструктуризации и мучительный переход к новым формам корпоративного управления). Этим предопределяются и внутренние причины глубокого


трансформационного спада при переходе от командной экономики к рыночному хозяйству.

Остаточная государственная собственность воспроизводится и в других типичных для советской системы формах — таких, как нецелевое использование бюджетных средств, скрытая оплата труда, неоплачиваемые административные отпуска и др. К ним добавились и другие формы, свидетельствующие о доминировании неформальных правил над формальными: задержки заработной платы, неплатежи, торговля налоговыми освобождениями и др. Несмотря на их существование, формальные отношения между экономическими субъектами не разрываются: нет массового увольнения с предприятий, задерживающих заработную плату; сохраняются отношения между предприятиями и в случае неплатежей. Типичным стал своеобразный отношенческий контракт, в котором неформальные отношения превалируют над формальными[3].

  • [1] От англ, enforcement — принуждение к выполнению правил.
  • [2] См.: Пригожин Л. И. Цели организаций, стереотипы и проблемы // Общественные науки и современность. 2001. № 2. С. 5—19.
  • [3] См.: Капелюшников Р. И. Где начало того конца?... (к вопросу об окончаниипереходного периода в России) // Вопросы экономики. 2001. № 1. С. 138—156.
 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 
Популярные страницы