СТАРАЯ НЕФТЯНАЯ ЭРА

До Второй мировой войны политическое соперничество на Ближнем Востоке за право доступа к нефтяным месторождениям велось главным образом между Великобританией и США, которые стояли за конкурентной борьбой компаний, входящих в так называемый синдикат «Семь сестер»1. На долю британцев к тому времени приходилось 80% добычи нефти в Персидском заливе, а американских компаний — 14%. Для сохранения этих пропорций было заключено специальное соглашение о «красной линии», которое определяло нефтяную концессионную политику на территории бывшей Османской империи.

Однако это соглашение, как показало время, носило формальный характер и не остановило продвижение американских компаний в регионе. Получение рокфеллеровской «сестрой» Standard ОН of California Chevron концессий в Саудовской Аравии и впоследствии образование ею совместно с Texaco концерна American Arabian Oil Company (.ARAMCO), а также вхождение в середине 1940-х гг. в него компаний Standard Oil of New Jersey (впоследствии Exxon) и Mobil изменило соотношение сил в регионе в пользу американцев. К середине 1950-х гг. американские компании уже добывали более 60% нефти в регионе. Политически дальнейшее проникновение интересов США было закреплено в ходе встречи президента Ф.Д. Рузвельта с королем Саудовской Аравии Ибн-Саудом в феврале 1945 г. В 1970-х гг. США сменили Великобританию в качестве военно-политического гаранта стабильности региона — была серьезно наращена военно-морская группировка в Персидском заливе, получены базы в Бахрейне и Диего-Гарсии, усилены позиции в шахском Иране.

К длившемуся десятилетиями соперничеству США и Великобритании в нефтяной сфере в 1960-х гг. прибавилось противостояние ведущих западных государств и их компаний с нефтедобытчиками ближнего Востока. «Первый бунт» обладателей нефтяных ресурсов начался 14 сентября 1960 г., когда в Багдаде представители Ирака, Ирана, Кувейта, Венесуэлы и Саудовской Аравии создали ОПЕК — Организацию стран — экспортеров нефти (Organization of Petroleum Exporting Countries). Тогдашний министр энергетики Венесуэлы X. Альфонсо (именно он считается отцом ОПЕК) после четырехдневных переговоров в Багдаде не без гордости сообщил собравшимся в столице Ирака журналистам: «Мы учредили весьма эксклюзивный клуб. Мы контролируем 90% всего экспорта на мировом рынке сырой нефти и отныне будем говорить одним голосом. Это историческое событие»[1].

Тем самым этот день следует считать началом работы Организации стран — экспортеров нефти (ОПЕК), штаб-квартира которой неизменно размещается в столице Австрии. Главными задачами организации были и остаются координация политики ее участников в области добычи нефти, регулирование объемов добычи черного золота, а также обеспечение стабильных поставок сырья потребителям. У истоков ОПЕК стояли лишь пять стран: Иран, Ирак, Кувейт, Саудовская Аравия и Венесуэла. В последующие годы к этой «великолепной пятерке» присоединились: Катар (1961), Индонезия (1962— 2008, 1 ноября 2008 г. вышла из состава ОПЕК), Ливия (1962), Объединенные Арабские Эмираты (1967), Алжир (1969), Нигерия (1971), Эквадор (1973-1992, 2007), Габон (1975-1994), Ангола (2007). В настоящее время в ОПЕК входит 12 членов, с учетом изменений состава, произошедших в 2007 г.: появления нового члена организации — Анголы и возвращения в лоно организации Эквадора.

ОПЕК была учреждена после того, как картель «Семь сестер», контролировавший переработку сырой нефти и продажу нефтепродуктов во всем мире, в одностороннем порядке снизил закупочные цены на нефть, исходя из которых компании выплачивали налоги и проценты за право разработки природных ресурсов нефтедобывающим странам. В 1960-х гг. на мировых рынках существовало избыточное предложение нефти, и целью создания ОПЕК являлось предотвращение дальнейшего падения цен. По мнению Ф.-аль Халаби, бывшего заместителем генерального секретаря ОПЕК, создание ОПЕК стало первым коллективным актом суверенитета со стороны экспортеров нефти[2]. Кроме того, страны ОПЕК аннулировали концессии и национализировали нефтяные активы, расположенные на их территориях. Например, М. Каддафи 1 сентября 1969 г. организовал в Ливии военный переворот, а затем отнял собственность у нерезидентов, основным из которых являлся известный в СССР американский бизнесмен А. Хаммер[3].

ОПЕК к началу 1970-х гг. серьезно укрепила свои позиции. В 1970-х гг. стремительный рост мирового спроса на нефть позволил добывающим странам значительно увеличить доходы от ее продажи, особенно за счет повышения мировых цен на нефть в 1973—1974 и в 1979 гг. Взлетевшие цены принесли колоссальные прибыли нефтяным компаниям и увеличили стоимость их нефтяных запасов. Именно тогда и начался кардинальный передел мирового рынка нефти. В 1973 г. арабские страны ввели нефтяное эмбарго против союзников Израиля, которыми выступали страны Запада, а ОПЕК эту акцию активно поддержала. Мировые цены на нефть совершили резкий скачок — с 2,9 долл, за баррель в сентябре до 11,65 долл, в декабре, а мировую экономику охватил первый энергетический кризис.

Формальной причиной первого нефтяного кризиса стала Арабо- израильская война, начавшаяся в еврейский праздник Йом-Кипур 6 октября 1973 г., когда Сирия и Египет напали на Израиль. Спустя 10 дней после ее начала страны — члены ОПЕК по инициативе Саудовской Аравии приняли решение применить «нефтяное оружие» — единовременно повысить цены на сырую нефть на 70%. Уже 17 октября было принято решение о сокращении нефтедобычи на 5% (ряд арабских стран пошли еще дальше, объявив о 10%-ном сокращении добычи) и о последующих ежемесячных ее сокращениях на 5% вплоть до достижения требуемых «политических» результатов.

22 октября по призыву Египта и Сирии арабские страны — производители нефти объявили эмбарго на продажу нефти США в качестве ответной меры на заявленное президентом Р. Никсоном намерение увеличить поставки американских вооружений Израилю. Ведущие нефтяные компании западного мира в свою очередь немедленно взвинтили цены на нефтепродукты. Два месяца спустя ОПЕК принял решение о повышении цены на нефть еще на 128%, в результате чего ее стоимость превысила 11 долл, за баррель. Нефтяное эмбарго закончилось 18 марта 1974 г. и, хотя и было непродолжительным, нанесло серьезный удар по экономикам разных стран. В 1973 г. президент Никсон, выступая в Вашингтоне, заявил: «Соединенные Штаты переживают самый серьезный энергетический кризис со времен Второй мировой войны»[4].

Это породило долгосрочную зависимость стран Запада от импорта нефти и одновременно — проблему обеспечения безопасности самого импорта и импортера. После победы в 1976 г. исламской революции в Иране и расторжения американо-иранского военного соглашения западные страны оказались в зависимости от стран Персидского залива.

В условиях энергетического кризиса, который серьезно обострил многие экономические и социальные проблемы, для руководства ведущих стран западного мира стала очевидной необходимость создания инновационных механизмов консультаций, которые бы позволяли оперативно, с должной откровенностью (по выражению президента Франции В. Жискар д’Эстена, в контактах «узкого круга лиц на приватном уровне») рассматривать острые проблемы с целью выхода на согласованные меры по их решению. Фактически речь шла о создании клуба, играющего системообразующую роль в мировой экономике[5].

15—17 ноября 1975 г. во французском Рамбуйе — летней резиденции президентов Франции состоялась первая встреча лидеров «Большой шестерки» — США, Франции, Великобритании, Италии, ФРГ, Японии. В «семерку» этот механизм был преобразован на следующей встрече в Пуэрто-Рико (США) в июне 1976 г., когда при активном лоббировании США, стремившихся ослабить европейское большинство в Клубе, к нему присоединилась Канада.

В итоговой декларации встречи в Рамбуйе наряду с согласованными оценками основных мировых торговых, валютно-финансовых и экономических проблем отмечалось приоритетное значение обеспечения экономики западных стран «достаточными» энергоресурсами. Были согласованы главные направления выхода из энергетического кризиса; сокращение импорта энергоресурсов и их консервация; рациональное природопользование и развитие альтернативных источников энергии; обеспечение более сбалансированных условий на мировом энергетическом рынке путем сотрудничества со странами — производителями энергоресурсов. При этом подчеркивалось, что «рост мировой экономики непосредственно связан с увеличением доступности энергетических источников»[6].

Таким образом, нынешняя система энергетической безопасности была создана в ответ на нефтяное эмбарго, введенное арабскими странами в 1973 г. Ее цель — обеспечить координацию действий индустриальных стран в случае срыва поставок, стимулировать сотрудничество в области энергетической политики, избежать болезненной конфронтации в борьбе за поставки и не допустить никакого использования «нефтяного оружия» экспортерами в дальнейшем. Состоявшееся в феврале 1974 г. энергетическое совещание в Вашингтоне помогло ведущим странам мира достичь взаимопонимания и положило начало созданию Международного энергетического агентства, МЭА (International Energy Agency, IEA).

Ключевыми элементами этой системы являются базирующееся в Париже Международное энергетическое агентство (МЭА); стратегические запасы нефти; непрерывный мониторинг и анализ рынков энергоносителей и политики в области энергетики, а также экономия энергии и согласованное экстренное распределение стратегических запасов в случае нарушения поставок. Система мер на случай чрезвычайных обстоятельств была разработана для противодействия крупным сбоям в поставках, угрожающим мировой экономике и стабильности, а не для управления ценами и товарным циклом. С момента возникновения этой системы в 1970-х гг. согласованное экстренное вскрытие стратегических запасов происходило лишь дважды: накануне войны в Персидском заливе в 1991 г. и осенью 2005 г. после урагана «Катрина».

По мнению председателя Кембриджской ассоциации энергетических исследований (Cambridge Energy Resarch Associates, CERA) Д. Ергина, в целях поддержания энергетической безопасности странам следует придерживаться нескольких принципов.

Первый и наиболее известный — это то, к чему призывал Черчилль более чем 90 лет тому назад: диверсификация поставок. Умножение числа источников снижает ущерб от срыва поставок из какого-либо одного источника, предоставляя возможность получать сырье из других, альтернативных, источников, что служит интересам как потребителей, так и производителей, для которых стабильность рынков — главный приоритет. Но одной диверсификации недостаточно.

Второй принцип — это устойчивость, «запас надежности» в системе энергоснабжения, который смягчает воздействие потрясений и облегчает процесс восстановления после сбоев. Такая эластичность может быть следствием многих факторов, включая достаточные не- задействованные производственные мощности, стратегические запасы, резервное электропитание оборудования, необходимую вместимость резервуаров вдоль всей цепи снабжения, накопление важных составных частей для производства и распределения электроэнергии, а также тщательно разработанные планы оперативного реагирования на сбои, от которых могут пострадать крупные регионы.

Отсюда вытекает третий принцип: признание реальности интеграции. Существует только один рынок нефти — сложная мировая система, перемещающая и потребляющая около 86 млн баррелей ежедневно. Для всех потребителей безопасность кроется в стабильности этого рынка. Изоляция совершенно исключена.

Четвертый принцип — важность информирования. В основе хорошо функционирующих рынков лежит высококачественная информация[7].

На международном уровне МЭА возглавило усилия по налаживанию потока информации о мировых рынках и энергетических перспективах. Эта работа дополняется шагами нового Международного энергетического форума[8], который будет стремиться объединить информацию, поступающую от производителей и потребителей.

Хотя полезность такой системы, как МЭА, не подлежит сомнению, изменения, произошедшие в мировой структуре поставок нефти с момента ее создания, требуют пересмотра концепции энергетической безопасности. МЭА создавалось прежде всего как противовес ОПЕК, но с 1974 г. доля ОПЕК в поставках нефти упала с 54 до 40%. Во времена создания МЭА практически 70% потребления нефти приходилось на страны ОЭСР[9]. С тех пор даже с учетом расширения ОЭСР и включения в нее такого крупного потребителя энергоносителей, как Южная Корея (восьмое место в мире по потреблению), доля ОЭСР в структуре мирового спроса сократилась на 10%, которые поделили между собой сторонние крупные потребители, такие как Китай, Индия, Бразилия.

В связи с этим возникает вопрос, достаточно ли адекватна система ОПЕК—МЭА как механизм регулирования мировой структуры поставок нефти. Основатель Кембриджской ассоциации энергетических исследований, а ныне независимый консультант Deloitte & Touche Дж. Станислоу, говорит о расширенном значении понятия «энергетическая безопасность»: «Оно больше не подразумевает только гарантии поставок. Энергетическая безопасность включает в себя безопасность в политической, экологической и инфраструктурной области и даже проблемы терроризма и климатического сдвига»[10]. Речь идет о пересмотре проработавшей 30 лет парадигмы энергетической безопасности. Необходимость этого объясняется теми сдвигами в структуре спроса и предложения энергоносителей, которые произошли со времен формирования основных механизмов регулирования рынка энергоносителей.

Когда летом 2007 г. главный экономист British Petroleum (BP) Кр. Рюль презентовал в Москве ежегодный статистический обзор мировой энергетики, он четко обозначил свой основной тезис. Регионы добычи углеводородов продолжают отдаляться от потребителей. Запасы крупнейшего центра потребления — стран ОЭСР — снижаются, и их приходится замещать за счет наращивания импорта энергоресурсов из других стран. За последние пять лет межрегиональные экспортно-импортные операции в энергетике выросли почти на треть, или на полмиллиарда тонн нефтяного эквивалента. Основу прироста составили поставки из стран бывшего Советского Союза, Ближнего Востока и Африки. За счет этого удалось покрыть растущий спрос в Европе, США и Канаде, а также в Юго-Восточной Азии. По мнению Рюля, именно рост межрегиональной торговли углеводородами вызвал повышенный интерес к теме глобальной энергетической безопасности, а также усилил взаимозависимость поставщиков и потребителей энергоресурсов[11]. Следует отметить: в имеющихся прогнозах утверждается, что после 2010 г. основной рост поставок будет исходить от меньшего числа стран, чем сегодня, и это не может не усилить тревогу по поводу энергетической безопасности. Поэтому К. Мандиль, бывший исполнительный директор МЭА, выражает растущую озабоченность по поводу энергетической безопасности в мире и полагает необходимым незамедлительное вмешательство в эту сферу правительств, поскольку «энергетическая безопасность является общественным благом»[12].

Таким образом, в мире, который характеризуется усиливающейся взаимозависимостью, энергетическая безопасность будет во многом зависеть от того, как государства выстроят отношения друг с другом, будь то на двусторонней или на многосторонней основе. Вот почему энергетическая безопасность окажется одной из главных проблем мировой политики в предстоящие годы.

  • [1] НГ-ЭНЕРГИЯ. 2011. 8 февр.
  • [2] См.: Чердабаев Р.Т. Нефть: Вчера, сегодня, завтра. М.: Альпина БизнесБукс, 2010. С. 330-331.
  • [3] См.: Симонов К.В. Глобальная энергетическая война. М.: Алгоритм, 2007.С. 51-62.
  • [4] См.: Solberg С. Oil Power. N.Y., 1976. Р. 5.
  • [5] См.: Исаков Ю. «Восьмерка» и глобальные энергетические проблемы //Свободная мысль. 2006. № 9-10. С. 25-37.
  • [6] Rambouillet Summit Declaration. 17 November. 1975. URLrhttp://wwwg8kyushu-okinawa.go.jp/e/past_summit/01/e0 l_a.html.
  • [7] См.: ЕргинД. Гарантировать энергетическую безопасность // Россия в глобальной политике. 2006. Т. 4. № 1. С. 59-60.
  • [8] Международный энергетический форум {International Energy Forum) созданв 1991 г. как площадка для неофициальных многосторонних и двусторонних дискуссий и консультации по актуальным вопросам развития мировойэнергетики и энергетической безопасности.
  • [9] Организация Экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) основана в 1961 г. с целью способствовать быстрому и стабильному экономическому росту стран-участниц и расширению мировой торговли. Изначально членами ОЭСР были только развитые капиталистические страны.В 1990-е гг. круг стран был расширен и в него вошел ряд развивающихсястран. ОЭСР занимается координацией макроэкономической политики вкрупных секторах — финансовом, инвестиционном, охране окружающейсреды.
  • [10] Цит. по: Скорлыгина Н. России нет места в парадигме // КОММЕРСАНТЪBUSINESS GUIDE. 2006. № 109. 20 июня. С. 34.
  • [11] Цит. по: Гривач Л. Двигатель энергобезопасности // Время новостей. 2007.22 июня.
  • [12] Mandil Cl. Energy Security: the IEA’s Perspective.New Orleans, 2007. P. 18URL:http://www.iea.org/rextbase/speech/2007/mandil/NewOrleans.pdf
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >