МЕХАНИЗМЫ РЕАЛИЗАЦИИ СОЦИАЛЬНЫХ ПОТРЕБНОСТЕЙ В ОСНОВНЫХ ОТРАСЛЯХ ОБЩЕСТВЕННОГО СЕКТОРА

Эффективное функционирование социальных отраслей общественного сектора в решающей мере зависит от учета специфики потребностей, которые удовлетворяются этими отраслями. Развитие социальных потребностей приводит к распространению ситуаций, когда не только по соображениям социальной справедливости, но и, исходя из экономической рациональности, целесообразно ориентироваться непосредственно на потребность, а не на косвенный показатель платежеспособного спроса. Это отчетливо видно на примере ключевых отраслей общественного сектора: здравоохранения, образования, науки и культуры.

Здравоохранение. Потребность в услугах здравоохранения определяется необходимостью корректировать отклонения от нормы в состоянии здоровья. Важное обстоятельство, диктующее приоритет нерыночных и квазирыночных механизмов в выявлении и удовлетворении потребности в услугах здравоохранения, связано с особенностями распределения этой потребности среди различных категорий населения.

Современные исследования показывают, что наиболее ощутимое влияние на состояние здоровья человека оказывают социально-экономические факторы, на долю которых приходится более половины совокупного вклада внешней среды и внутренних генетических особенностей (рис. 24.1). Среди них ключевую роль играет качество питания, а также уровень образования, условия и режим труда, психосоциальные стрессы, связанные с нестабильностью занятости и дохода. Существует устойчивая прямая зависимость уровня заболеваемости от уровня материального достатка семьи. Люди с низким уровнем доходов и образования, как правило, имеют меньшую продолжительность здоровой жизни, чем состоятельные и образованные.

Сопоставление факторов, влияющих на состояние здоровья населения, показывает, что наибольший риск потери здоровья и, следовательно, более острую потребность в услугах здравоохранения имеют менее благополучные категории населения, располагающие относительно низкими доходами, неблагоприятными условиями труда и быта, низким уровнем образования. В то же время именно у этих категорий самый низкий платежеспособный спрос на эти услуги. Таким образом, платежеспособный спрос сильно искажает

Соотношение факторов, определяющих состояние здоровья

Рис. 24.1. Соотношение факторов, определяющих состояние здоровья

населения структуру действительной потребности в медицинских услугах. Дополнительный вклад в искажение потребности в условиях преобладания коммерческого здравоохранения вносят асимметрия информации, связанная с недостаточной компетентностью потребителей медицинских услуг, и систематическая недооценка потребности в этих услугах на индивидуальном уровне.

Поэтому разумный доступ к услугам здравоохранения предполагает смягчение финансовых барьеров к получению медицинской помощи и преодоление дискриминации по социально-культурным характеристикам. Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) считает, что доступ к системе здравоохранения является одним из неотъемлемых прав человека вне зависимости от возможности платить за услуги врачей и лекарства. Это выводит здравоохранение в сферу повышенного внимания со стороны государства, требует не только значительных финансовых вложений, но и разработки специальной системы квазирыночных механизмов для удовлетворения потребностей в медицинских услугах. Ведущую роль в ней играют страховые механизмы, так как потребность в услугах здравоохранения у конкретных людей возникает в результате реализации социального риска (болезни).

В современных условиях минимально допустимый для обеспечения полноценных услуг здравоохранения уровень государственных вложений в эту сферу должен составлять 5% ВВП. В наиболее развитых странах государственные вложения в здравоохранение составляют не менее 8—10% ВВП. В России государственные вложения в здравоохранение не превышают 3% ВВП. В стратегической перспективе к 2020 г. планируется их увеличение до 4,5% ВВП, т.е. уровень усилий общественного сектора будет по-прежнему существенно отставать от параметров развитых стран и разрыв, скорее всего возрастет.

Специалисты ВОЗ убеждены, что не существует универсальной модели организации здравоохранения, которая может принести успех и процветание всем государствам. Сравнение систем здравоохранения разных стран показывает, что ни принципы их организации, ни эффективность использования выделяемых средств прямо не зависят от экономической мощи страны или характера общественного строя.

Можно выделить три основных принципиально отличающихся подхода к организации системы здравоохранения. Для большинства экономик советского типа была характерна преимущественно государственная система. Сегодня она сохранилась на Кубе, в ряде развивающихся стран, а также в Великобритании, которая в свое время скопировала опыт СССР. В большинстве европейских стран, а также в Японии и многих странах Латинской Америки получила распространение страховая медицина. Единственной развитой страной, где господствует коммерческая медицина, являются США.

Практически ни в одной из достаточно развитых стран указанные системы не представлены в чистом виде. Во всех странах имеются организации и учреждения, осуществляющие добровольное, частное медицинское страхование.

Опыт организации государственной системы здравоохранения Великобритании свидетельствует о ее высокой доступности при относительно низких затратах на медицинскую помощь. Однако недостатком бюджетного финансирования здравоохранения является ограниченная возможность выбора врача и лечебного учреждения, слабые возможности контроля за качеством медицинских услуг со стороны потребителей и институтов гражданского общества, представляющих их интересы.

Эти недостатки во многом позволяет преодолеть страховая система, действующая под эгидой общественного сектора и основанная на принципах солидарности. Она предоставляет страхователям и застрахованным возможность контроля над использованием страховых средств. Финансирование подобных систем осуществляется из нескольких источников: обязательных страховых взносов предпринимателей, отчислений из заработной платы работников, средств государственного бюджета, добровольных пожертвований.

Среди всех стран мира абсолютным лидером как по доле совокупных затрат на здравоохранение в ВВП, так и по средним затратам в расчете на душу населения являются США, где действует преимущественно частная система здравоохранения, основанная на добровольных страховых взносах работодателей и работников. Однако, несмотря на то, что удельные затраты на здравоохранение в США в 2 и более раз выше, чем в развитых европейских странах и в Японии, там на 2,5—3 года ниже продолжительность жизни, выше заболеваемость и смертность от болезней сердца, диабета, раковых заболеваний. Причины этого эксперты связывают со значительной дифференциацией доступа к услугам системы здравоохранения различных групп населения в зависимости от их материальной обеспеченности.

Согласно оценке ВОЗ, учитывающей такие показатели, как эффективность лечения, доступность, соответствие нуждам населения, охват профилактическими мероприятиями, лучшей в мире системой здравоохранения обладает Франция. Кроме нее в десятку лучших входят в основном европейские страны со страховой системой финансирования здравоохранения, а также султанат Оман, где здравоохранение более чем на 80% финансируется непосредственно из государственного бюджета. В то же время США — единственная из развитых стран, где доля государственных затрат на здравоохранение составляет менее 50%, несмотря на громадные вложения в медицину, оказались лишь на 37-м месте. Сопоставление двух реформирующихся экономик — России и Беларуси также свидетельствует о низкой эффективности коммерческой медицины. Более бедная и располагающая относительно скромными ресурсами Беларусь, хотя и отстает от России по абсолютному уровню среднедушевых расходов на здравоохранение, тем не менее демонстрирует значительно более обнадеживающие тенденции в области продолжительности жизни. В рейтинге ВОЗ Беларусь занимает 72-е, а Россия — лишь 130-е место.

Таким образом, даже в относительно благополучных и богатых странах, отличающихся высоким уровнем оплаты труда и среднедушевых доходов населения, увеличение доли частного сектора в здравоохранении ведет к негативным социальным последствиям и снижает конечную эффективность использования ресурсов, привлекаемых в эту сферу. В то же время наиболее успешные системы здравоохранения основаны не на прямом государственном финансировании, а на широком применении обязательного медицинского страхования, представляющего собой классический пример квази- рыночного механизма. При его применении здоровый платит за больного, богатый — за бедного, а риски, с которыми сталкивается население, распределяются пропорционально его платежеспособности.

Образование. В сфере образования удовлетворяется «целый букет» различных индивидуальных и общественных потребностей. На индивидуальном уровне образование удовлетворяет, во-первых, естественную потребность человека в познании мира, развитии и самовыражении. Во-вторых, инструментальную потребность в приобретении полезных навыков и свойств, которые в будущем могут принести дополнительный доход и целый спектр нематериальных выгод, связанных с карьерой, условиями и содержанием труда, образом жизни, уважением окружающих и т.д., т.е. в накоплении человеческого капитала.

К числу функций образования, удовлетворяющих общественные потребности, относятся:

  • • передача следующим поколениям накопленных знаний и навыков;
  • • обеспечение народного хозяйства квалифицированной рабочей силой;
  • • социализация (усвоение принятых ценностей и норм), повышение социального единения в обществе.

В условиях современной информационной экономики и индивидуальная, и общественная потребность в образовании непрерывно растет. В большинстве развитых и новых индустриальных стран общепринятой нормой стало получение среднего двенадцатилетнего образования и вплотную поставлена задача сделать первую ступень высшей школы (бакалавриат) всеобщей. Динамизм общественной жизни и технологических процессов, высокие темпы устаревания профессиональных знаний приводят к тому, что потребность в формальном образовании постепенно выходит за рамки младших возрастных групп и остается актуальной на протяжении всей жизни. Так, в США более 70% взрослого населения посещает различного рода курсы и программы дополнительного профессионального и общего образования.

Масштабность и разнообразие спектра общественных и индивидуальных потребностей в образовании диктуют необходимость вовлечения в эту сферу значительных ресурсов. Выдвижению образования в ранг важнейших народнохозяйственных приоритетов большинства современных экономик и росту инвестиций, направляемых в эту сферу, в немалой степени способствовали, с одной стороны, экономико-статистические исследования теоретиков человеческого капитала, подтвердившие связь между вложениями в человека и экономическим ростом, с другой — фактор соревнования двух систем. В 60-х гг. прошлого века доля затрат на образование в национальном доходе СССР составляла около 7%, что на тот момент почти вдвое превышало уровень США. После запуска в нашей стране искусственного спутника США и европейские страны резко увеличили государственные расходы на школы и университеты. Сегодня их уровень составляет не менее 6—7% ВВП. В то же время в России на протяжении периода реформ произошло существенное снижение государственных инвестиций в образование как в абсолютном, так и в относительном выражении. Концепция долгосрочного социально-экономического развития России к 2020 г. предполагает увеличение государственных инвестиций в образование с 3,9 до 5,3% ВВП, что существенно отстает от потребностей информационного общества.

Масштабы и способы государственного содействия развитию сферы образования и контроля над ней, соотношение рыночных и нерыночных механизмов ее регулирования объективно зависят не только от места образования в системе народнохозяйственных приоритетов и финансовых возможностей государства, но и от характера производимых здесь благ. Образование представляет собой интерактивный процесс, который предполагает не только инвестирование материальных и финансовых ресурсов, но и значительный вклад собственного труда учащегося. Как отмечал основоположник теории человеческого капитала Теодор Шульц, «студенты учатся, что представляет собой работу... Они не наслаждаются досугом во время учебы, они не заняты целиком потребительской деятельностью»[1]. Отсюда следует, что равные объемы финансовых инвестиций в образование могут иметь результатом формирование различных объемов человеческого капитала. Запас человеческого капитала, с которым выпускник покидает пределы вуза, в значительной мере зависит от факторов, лежащих на стороне обучаемого: его личных трудовых усилий и природных задатков. В последнем случае налицо эффект дифференциальной ренты: подобно тому, как в сельском хозяйстве равные вложения капитала и труда дают разный урожай в зависимости от свойств земли, более одаренные студенты при равном объеме усилий достигают лучших результатов.

Таким образом, внутренняя эффективность образовательного процесса при прочих равных условиях тем выше, чем лучше соответствие природных задатков обучающихся специфике профиля обучения, чем сильнее их мотивированность к усвоению новых знаний, трудолюбие, целеустремленность. Поэтому предпосылки эффективного обучения в системе профессионального образования в значительной степени формируются на этапе профессиональной ориентации и конкурсного отбора. Формирование искусственного барьера в виде высокой оплаты обучения, отсекающей менее обеспеченных претендентов от участия в конкурсе, выступает фактором, снижающим эффективность процесса накопления человеческого капитала.

В наиболее развитых странах большие усилия затрачиваются на то, чтобы сделать более органичной связку «природные способности — человеческий капитал», вывести на роль ключевого критерия доступа к тому или иному специальному образованию его соответствие природным способностям и склонностям индивида. В большинстве европейских стран высшее образование в основном финансируется государством. Затраты студента состоят из оплаты учебников, проживания в общежитии и потерянных заработков. Впрочем, сегодня потерянные заработки, если их рассматривать в народнохозяйственном плане, — это чисто умозрительный ресурс, поскольку в экономике нет места для миллионов, не имеющих должного образования молодых людей, находящихся в учебных заведениях. Частью образовательных издержек, которая подлежит общественному признанию и возмещению, является реальный труд учащихся в самом образовательном процессе. Выражением этого общественного признания стала развитая система стипендий и грантов.

В США система высшего образования функционирует преимущественно на платной основе. Однако существует огромное количество разнообразных видов финансовой помощи студентам и их семьям. К их числу относятся гранты, долгосрочные кредиты, налоговые льготы на оплату обучения для студентов и их семей, программы академической занятости в качестве помощников преподавателей и исследователей. Поэтому с финансовой точки зрения задача выравнивания стартовых возможностей в значительной части решена. Гораздо сложнее преодолеть социальные барьеры, связанные с отсутствием сформированных потребностей и мотиваций к серьезной учебе у представителей низших социальных групп.

В развивающихся странах, где до сих пор широко распространен детский труд, существуют государственные программы материальной компенсации родителям, дети которых посещают начальную и среднюю школу.

Внешняя эффективность образования, т.е. его вклад в экономический рост, зависит от того, в какой мере приобретенные навыки и компетенции соответствуют потребностям народного хозяйства в работниках различного профиля, а в рыночных терминах — структуре спроса на труд со стороны работодателей. Государственная поддержка системы профессионального образования содействует решению этой задачи. Во-первых, на государственном (а сегодня в рамках Болонского соглашения и на межгосударственном) уровне устанавливаются жесткие стандарты качества, которым должны удовлетворять выпускники учебных заведений. Во-вторых, формируется развернутая система информации о потребностях экономики и рынка труда, с одной стороны, и о качественных параметрах образовательных услуг, предоставляемых учебными заведениями — с другой.

В России формирование пропорций внутри системы образования происходило в основном под влиянием платежеспособного спроса населения, не обладающего достаточной информацией ни о качестве различных учебных заведений, ни о перспективах тех или иных профессий. Это привело к «буму» высшего образования при стабилизации среднего и резком сокращении начального профессионального образования. В учебных заведениях стали открываться модные специальности: экономика, юриспруденция, финансы, на которые население предъявляло повышенный спрос.

В результате российский рынок труда столкнулся с дефицитом, с одной стороны, квалифицированных рабочих кадров, с другой — специалистов, имеющих профильное высшее образование, отвечающее «европейским» параметрам качества. Сегодня от 30 до 50% предприятий испытывают острую нехватку кадров рабочих профессий. В то же время растет доля выпускников вузов, не работающих по приобретенной специальности. Среди выпускников 1993—1996 гг. не по специальности работали 36%, среди выпускников 1997—

2000 гг. — 42%, а среди выпускников 2001-2004 гг. — уже 56% *. Между тем доля принятых на экономические и управленческие специальности в общем приеме в вузы за период с 1995 по 2008 г. выросла с 18,2 до 38,2%, а в абсолютном выражении — в 6 раз.

Распространение платного высшего образования в условиях значительной дифференциации доходов, с одной стороны, способствует снижению качественных параметров образования, с другой — ведет к усилению расслоения населения по уровню образования, что отражает возрастающую концентрацию нематериального богатства и социального ресурса у наиболее благополучных слоев и групп.

В большинстве стран постепенно формируются три порога доступа к получению образования. Обязательное образование в той или иной форме предоставляется всем вне зависимости от индивидуальных предпочтений, так как удовлетворяет общественную потребность в ликвидации функциональной неграмотности. Второй уровень — общедоступное образование предоставляется всем претендентам при условии соответствия их подготовки стандартам качества, что выявляется на основе неконкурсных квалификационных экзаменов. Объем и структура предоставляемых на этом уровне образовательных услуг формируются на основе учета потребностей населения. Пропорции третьего уровня, к которому относится высшее профессиональное образование, формируются на основе учета потребности экономики в специалистах различного профиля. Соответственно доступ к нему ограничен и предполагает конкурсный отбор наиболее способных, мотивированных и подготовленных абитуриентов.

Потребность в гибкой вариативной системе профессионального образования, отвечающей задачам информационного общества и способной воспринимать сигналы всех заинтересованных сторон, диктует необходимость расширения круга источников финансирования. В то же время государство может снимать с себя финансовые обязательства лишь в той мере, в какой их берет на себя бизнес и способно (по характеристикам доходов) взять на себя население.

Наука. В этой сфере удовлетворяется прежде всего общественная потребность в увеличении объема знаний о человеке, природе и обществе. Вместе с образованием наука составляет ядро складывающегося в постиндустриальной экономике нематериального инвестиционного комплекса. Продуктом научной деятельности является новое знание и уникальный качественно новый производственный опыт. Это неконкурентные и одновременно чрезвычайно ценные блага, которые принципиально невозможно приобрести в других видах дея- [2]

тельности. Они постепенно распространяются в обществе в первую очередь через сферу образования.

В современных условиях образование и наука тесно интегрированы. Значительная часть исследований и разработок осуществляется в рамках университетов и других научно-образовательных комплексов. Большинство университетских преподавателей одновременно занимаются научной деятельностью. Предоставление контрактов на научно-исследовательские разработки и финансирование вузовской науки по государственным каналам начинают определять масштабы, структуру и приоритеты научных исследований. Современный образовательный процесс, как правило, включает самостоятельные исследовательские проекты студентов, в процессе выполнения которых они приобретают профессиональные навыки и компетенции, необходимые для последующей профессиональной деятельности.

Различают фундаментальные и прикладные научные исследования. Последние направлены на получение новых знаний с целью решения конкретных практических задач. Значительная часть таких исследований финансируется частным сектором, так как удовлетворяет конкретные потребности бизнеса. В то же время экономическая отдача от прикладных исследований в большой мере зависит не от качества и результатов исследований как таковых, а от отлаженности механизмов инновационного процесса, далеко выходящих за пределы собственно научной отрасли. Кроме того, многие ценные научные результаты, «опережают время», а потому находят практическое применение и окупаются лишь спустя продолжительный период после их получения. Это диктует необходимость государственной поддержки прикладной науки, активизирующейся в периоды неблагоприятной конъюнктуры и сокращения текущего спроса на ее продукцию.

Фундаментальные научные исследования направлены на получение новых знаний без какой-либо конкретной цели, связанной с их использованием. Результат этих исследований — гипотезы, теории, методы — в силу их уникальности невозможно с удовлетворительной степенью адекватности оценить «со стороны» в традиционной товарно-денежной системе координат. Их приблизительная экспертная оценка возможна лишь внутри самого научного сообщества. Поэтому их развитие является прерогативой общественного сектора и требует прямого государственного финансирования.

Условием продуктивного развития науки является сохранение и устойчивое воспроизводство кадрового потенциала отрасли — интеллектуальной элиты, которая является генератором новых идей и одновременно выполняет важнейшую просветительскую функцию, дает пищу для развития сферы образования, обновления его содержания. Отсюда вытекает важность обеспечения преемственности поколений в рамках научных направлений и школ, позволяющей сохранить и развить накопленный ими уникальный производственный опыт. Намечающийся сегодня в российской науке разрыв такой преемственности грозит безвозвратной утратой части накопленного потенциала и снижением эффективности не только науки, но и связанных с ней отраслей.

На протяжении последнего столетия развитие мировой науки характеризовалось расширением сети государственных научных и научно-образовательных учреждений и ростом государственных инвестиций в эту сферу. В развитых странах научно-техническая политика становится приоритетным направлением государственного регулирования. В то же время в последние десятилетия в большинстве развитых стран доля государственного финансирования науки постепенно сокращается и сегодня до 2/3 прямых затрат несет частный сектор.

Это связано с двумя обстоятельствами. Во-первых, с интенсивным ростом частных инвестиций, не замещающих, а дополняющих государственные усилия. Во-вторых, с развертыванием системы косвенных стимулирующих мер государственной политики, активизирующих научную деятельность частных компаний.

Определение приоритетов научно-технического развития сегодня встроено в политический и бюджетный процессы развитых стран и осуществляется на основе согласования интересов государственных структур, крупных корпораций и небольших наукоемких компаний, а также представителей научного сообщества.

Культура. В сфере культуры реализуются многоплановые индивидуальные и общественные потребности. Это комплексная сфера, в рамках которой, во-первых, создается уникальный нематериальный продукт, что роднит ее со сферой науки. Во-вторых, осуществляется сохранение и распространение этого продукта, что роднит ее со сферой образования.

На индивидуальном уровне здесь удовлетворяются духовные и эстетические потребности людей, причем, как и в случае образования, процесс потребления часто носит интерактивный характер, требует от потребителя определенного уровня общего развития и специальных навыков. В отличие от образования потребление культурных благ с точки зрения отдельных людей — это прежде всего удовольствие, самоценность, а не инвестиции, осуществляемые в расчете на будущие выгоды. Однако с точки зрения общества приобщение населения к духовным благам можно рассматривать как элемент нематериального накопления, содействующий росту производительности общественного труда.

Сфера культуры выполняет по крайней мере три взаимосвязанные функции, направленные на реализацию стратегического интереса общества в целом:

  • • повышение культурного уровня населения, приобщение возможно более широких слоев к культурным ценностям, воспитание вкуса;
  • • создание нового уникального нематериального продукта;
  • • сохранение культурного наследия.

В то же время в сфере культуры удовлетворяются многообразные текущие потребности отдельных людей, часть которых находит отражение в платежеспособном спросе на услуги этой отрасли.

Таким образом, в сфере культуры производятся и чисто общественные, и смешанные, и частные (рыночные) блага, т.е. по своему коммерческому потенциалу, возможности эффективно функционировать в условиях жестких рыночных отношений, учреждения культуры сильно различаются. Многие продукты, создаваемые в этой сфере, и сохраняемое культурное наследие носят уникальный характер. Это требует не просто мощной поддержки этой сферы со стороны общественного сектора, но и создания сложной системы механизмов для ее регулирования, привлечения и распределения финансовых ресурсов.

В развитых странах усиление поддержки культуры со стороны государства и общества отмечается с 1970-х гг., когда в рамках ЮНЕСКО были сформулированы основные цели культурной политики. Первоначально это нашло отражение в увеличении государственного субсидирования этой сферы. На протяжении 1970-х гг. прямые бюджетные расходы на культуру возросли в 3,5 раза в Швеции и Норвегии, в 2,5 раза в США, Великобритании, Франции и Германии. В дальнейшем акцент делается на дополнение государственного финансирования привлечением внебюджетных источников и на косвенную поддержку учреждений культуры, значительная часть которых принадлежит к некоммерческому сектору.

Некоммерческий сектор охватывает те виды деятельности, где ориентация на прибыль наносит ущерб качеству продукции или отсекает крупные сегменты потенциальных потребителей, не обладающих достаточным платежеспособным спросом. В США, где по сравнению с европейскими странами он получил большее распространение, в некоммерческом секторе сосредоточено более 50% музеев и библиотек, 75% симфонических оркестров и подавляющее большинство театров.

В числе мер косвенной поддержки ведущую роль играют налоговые льготы некоммерческим предприятиям культуры. Как правило, они освобождены от налогов на доходы и имущество. Налоговые льготы используются и для привлечения внебюджетных средств, в первую очередь индивидуальных и корпоративных пожертвований. В Италии, где, по оценкам ЮНЕСКО, сосредоточено 30% мирового культурного наследия, спонсорство регламентируется законом: национальная сеть сберегательных касс обязана отчислять половину прибыли на общественные и социальные нужды, включая развитие культуры.

Для поддержки некоммерческого сектора в развитых странах широко используется институт эндаумента. Эндаумент — это целевой фонд, формируемый в основном из благотворительных пожертвований. Его средства размещаются в различных финансовых институтах с целью получения дохода, который затем направляется на финансирование деятельности какой-либо некоммерческой организации. Доход от эндаумента рассматривается как благотворительность и не облагается налогом. Как правило, доходы от эндаумента идут на покрытие оперативных расходов, а средства на реализацию проектов организация культуры привлекает дополнительно из разных источников.

Уникальность значительной части создаваемой в этой сфере продукта требует продуманных механизмов выявления и ранжирования приоритетов финансовой поддержки. Поэтому решения о распределении бюджетных средств между программами и проектами принимают не чиновники, а специальные консультативные органы, в состав которых входят признанные эксперты, специалисты, деятели культуры. В США систему таких органов возглавляет Федеральный совет по делам искусств и гуманитарных наук, во многих европейских странах при соответствующих министерствах функционируют советы по искусству.

Сложившиеся в развитых странах механизмы взаимодействия частного и общественного сектора в сфере культуры в значительной части могут быть адаптированы к российским условиям. Сегодня болевые точки развития этой сферы в России сопряжены не только с явно недостаточным финансовым участием государства (в точке провала — 1998 г. государственные расходы на культуру составили 48% от дореформенного уровня), но и с неразвитой институциональной структурой отрасли, неотработанностью механизмов привлечения и распределения ресурсов, слабостью государственно- частного партнерства. На протяжении последнего десятилетия государственные и альтернативные вложения в сферу культуры в целом выросли по крайней мере в 2,5 раза. Однако 2/3 прироста приходятся на долю увеличения платежеспособного спроса населения в коммерческом секторе культуры. Такая ситуация увеличивает разрыв в доступе к культурным ценностям для различных слоев и групп населения в зависимости от уровня платежеспособности, места проживания, принадлежности к социальному слою способствует не единению, а расслоению общества.

В этих условиях актуальны задачи развития системы мер косвенной государственной поддержки, укрепления частно-государственного партнерства, создания благоприятных условий для деятельности национальных благотворительных фондов и эндаументов. Это необходимо для укрепления некоммерческого сегмента в сфере культуры, наиболее адекватно отвечающего особенностям этой сложной, многоплановой отрасли нематериального производства.

  • [1] Schultz Т. W. Investment in Human Capital: the Role of Education and of Research.N.Y., 1970. P. 82-83.
  • [2] Социальная дифференциация высшего образования. М.: НИСП, 2005. С. 13.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >