Судебное толкование

Научные подходы к характеристике судебного толкования

В юридической науке судебному толкованию традиционно уделяется большое внимание, и неспроста. Дело в том, что это не обычное толкование. Более того, иногда возникает вопрос: а толкование ли это в обычном понимании? Попробуем разобраться.

При характеристике судебного толкования обнаруживаются три подхода.

Суть первого подхода, которого придерживались в советское время практически все ученые, состоит в признании судебного толкования разновидностью официального толкования (в том числе осуществляемого в виде руководящих постановлений судов высших инстанций), которое дается судами на основе разрешения или обобщения юридических дел. Советская идеология не оставляла другого варианта для определения места судебной практики в правовой системе. Но и сегодня этот подход привлекает большинство ученых, в основном старшего поколения[1].

В конце 1980-х гг., когда идеологическое давление ослабло, некоторые ученые стали вести речь о том, что в ходе обобщения судебной практики иногда не просто дается толкование, но и вырабатываются правоположения, т. е. некие сгустки правовой материи, которые очень близко стоят к нормам права (второй подход)[2]. Тогда это расценивалось как некое проявление научной смелости. Многие не восприняли эту позицию либо под давлением стереотипов, либо по идеологическим убеждениям. Тем не менее идея о правоположениях продвинула юридическую науку вперед.

В 1990-е гг. стали раздаваться призывы признать, что даваемые судами высших инстанций общие разъяснения норм права имеют правотворческий характер (третий подход). Некоторые ученые признают это неохотно, не желая вступать в противоречие с объективной реальностью[3]. Другие заявляют об этом во весь голос. Так, С. С. Алексеев считает, что в процессе судебного толкования вырабатываются нормы двоякого рода:

  • 1) правоположения — создаваемые судами путем толкования или аналогии нормы права для конкретного случая;
  • 2) нормы права как типизированные решения судов высших инстанций, вырабатываемые в результате обобщения судебной практики[4].

Одним словом, многие возросшую роль судебной практики по- прежнему либо стараются не замечать либо искренне отстаивают старые взгляды на данный феномен правовой реальности. Есть и еще одна причина, сдерживающая признание и дальнейшее расширение роли судебной практики в российской действительности: проблемы с судебной системой и подготовкой кадров для судов. Действительно, страшновато доверять судьям право творить нормы права, если иметь в виду их (в некоторых случаях) невысокий профессионализм, коррупцию, административное давление и другие негативные моменты нашей жизни. Однако при благоприятном развитии судебной системы в России судьи вполне могут действовать самостоятельно (там, где отсутствует надлежащее законодательное урегулирование). Особенно это касается сферы частного права.

  • [1] См., например: Вопленко Н. Н. Официальное толкование норм права; Черданцев А. Ф. Толкование права и договора; Тарасова В. В. Акты судебного толкованияправовых норм. Саратов, 2002; Сырых В. М. Теория государства и права; Радь-ко Т. Н. Теория государства и права.
  • [2] См., например: Лазарев В. В. Правоположения: понятие, происхождение ироль в механизме правового регулирования // Правоведение. 1976. № 6.
  • [3] См., например: Червонюк В. И. Теория государства и права. М., 2006. С. 548.
  • [4] См.: Алексеев С. С. Право нового тысячелетия. М., 2000. С. 120, 121.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >