ПОЛИТИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА И ГРАЖДАНСТВЕННОСТЬ ДЕЯТЕЛЕЙ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ В ВОЕННЫЙ ПЕРИОД КАК ПРЕДМЕТ ПАТРИОТИЧЕСКОГО ВОСПИТАНИЯ КАЗАЧЬЕЙ МОЛОДЕЖИ

В контексте обсуждаемой проблематики считаем целесообразным освещение одной из важнейших тем церковно-государственных отношений в эпоху советского времени, а именно переломного момента во взаимоотношениях Церкви и советского правительства, наступившего 70лет назад в разгар Великой Отечественной войны. Церковь, возглавляемая духовными лидерами, как и в прежние драматические периоды отечественной истории, продемонстрировала государству и всему миру подлинный патриотизм, верность своему народу и высокие образцы политической культуры. Начиная с первых дней 1943 года, наметились позитивные перемены в отношениях Русской Православной Церкви и правительства, усилившие консолидацию общества. Данная тема может быть представлена в качестве предмета духовно-нравственного и патриотического воспитания юношества.

В репрессивный период гонений на Церковь, предшествовавший началу Великой Отечественной войны, государство, наряду с материальными, несло колоссальные морально-нравственные потери: происходила не только физическая расправа и уголовное преследование подвижников благочестия и духовенства, но и уничтожение сокровищницы отечественной культуры — изделий церковного искусства, иконописи, архитектуры, религиозной литературы, что способствовало снижению общего духовно-культурного уровня населения. К 1939 году епископат Русской Православной Церкви составили всего четверо представителей: митрополит Московский Сергий (Страгородский), митрополит Ленинградский Алексий (Симанский), архиепископ Петергофский Николай (Ярушевич), управляющий Новгородской и Псковской епархиями и архиепископ Дмитровский Сергий (Воскресенский). Центрами православной жизни и культуры оставались оказавшиеся после 1917 года за рубежом Валаамский, Пюхтицкий монастыри и Почаевская Лавра.

В годы Великой Отечественной войны Церковь, как и всегда, в кризисные периоды отечественной истории, находилась в авангарде народно-освободительной борьбы и от лица своих архипастырей взывала к патриотическим чувствам власти и население страны. Знаменателен тот факт, что уже 22 июня 1941 года, в первый же день произошедшей катастрофы, когда Русская Православная Церковь праздновала день Всех святых на земле Российской просиявших, Патриарший Местоблюститель митрополит Сергий (Страгородский) обратился с пастырским воззванием к народу.

В своем послании, разосланном по всем приходам вопреки существующим законам, разрешавшим церковную деятельность только в пределах церковных стен, архипастырь писал: «Православная наша Церковь всегда разделяла судьбу народа... Вместе с ним она переживала как его испытания, так и его успехи. Не оставит она своего народа и теперь. Благословляет она небесным благословением и предстоящий народный подвиг» [2]. Мобилизующее и вдохновляющее влияние на советских людей оказали напоминания Владыки о знаменитых героях в русской истории и их славных победах, а также его философско-политическое высказывание о том, что «прогрессивное человечество объявило Гитлеру священную войну за христианскую цивилизацию, за свободу совести и религии».

С самого начала Великой Отечественной войны митрополит Сергий ясно сознавал, что Русская Православная Церковь должна быть вместе с народом, благословляя мужественных, поддерживая растерянных и упавших духом. Именно эта тональность прозвучала в составленном им послании Церкви «К пастырям и пасомым». Владыка проявил самое активное участие в патриотической деятельности Церкви, сумев фактически сохранить церковное единство в Советском Союзе, восстановить и оптимизировать церковное управление. Социальная деятельность митрополита Сергия в годы войны ознаменовалась патриотической инициативой, включающей сбор денежных средств в Фонд обороны, на которые была сформирована танковая колонна имени Дмитрия Донского и были собраны значительные суммы на создание самолетов, на содержание раненых, детей-сирот и многие другие благотворительные нужды.

Серьезные позитивные перемены в отношении правительства к Церкви произошли в 1943 году благодаря мудрым политическим действиям митрополита Сергия (Страгородского). Он предпринял важный шаг на пути к фактической легализации Церкви, используя для этого нелегальные церковные сборы на оборону страны [12, с. 187]. Так, 5 января 1943 года им была послана телеграмма Сталину с просьбой о разрешении открытия Церковного банковского счета, на который бы вносились все деньги, пожертвованные православными гражданами всех приходов на оборону. Сталин от лица Красной Армии поблагодарил Русскую Православную Церковь за труды и дал свое письменное согласие, благодаря чему она стала де-факто юридическим лицом. Стараниями церковных иерархов, вере и патриотизму народа, к 15 января 1943 года только в одном Ленинграде, осажденном и голодающем, православные верующие пожертвовали в Церковный фонд для защиты Родины 3 182 143 рубля; кроме того было пожертвовано еще полмиллиона рублей на создание и вооружение танковой колонны имени Дмитрия Донского. К октябрю 1944 года церковные пожертвования в этот фонд достигли 150 миллионов рублей 110, с. 3].

Итак, уже первые дни 1943 года были ознаменованы существенными преобразовательными тенденциями в отношении советского правительства к Русской Православной Церкви, чье положение стало постепенно улучшаться. В пользу данного тезиса свидетельствует и такой факт: выдающийся хирург, доктор медицинских наук, профессор, епископ Лука

(Войно—Ясенецкий), который находился в это время под арестом и одновременно работал главным хирургом в военном госпитале в Красноярске, был вызван первым секретарем обкома партии, который сообщил ему о предстоящем потеплении в отношениях государства и Церкви и возможном скором возобновлении епископского служения Владыки Луки. Эта информация оказалась верной: уже в марте 1943 года епископ Лука (Войно-Ясенецкий) написал своему сыну, что в одном из пригородов Красноярска впервые с конца 30-х годов была открыта церковь и что после шестнадцатилетнего перерыва, вызванного арестом и ссылкой, он снова совершает литургию [11, с. 339—341]. Главные позитивные перемены в отношениях Церкви и государства произошли после 4 сентября 1943 года, когда состоялась историческая встреча и беседа Сталина с митрополитами Сергием (Страгородским), Алексием (Симан- ским) и Николаем (Ярушевичем), на которой присутствовали Г.Г. Карпов и В.М. Молотов.

В этой связи следует напомнить, что Г.Г. Карпов (1898—1967) — генерал-майор КГБ СССР, являлся председателем Совета по делам Русской Православной Церкви при СНК СССР с сентября 1943 по март 1960 года. На этой встрече Сталин высоко отозвался о патриотической деятельности Православной Церкви и проявил интерес к ее нуждам. Митрополит Сергий выделил главную проблему — необходимость выбора Патриарха, который не избирался уже около 18 лет. Сталин безоговорочно поддержал предложение о проведении Поместного собора и, более того, предложил для этого мероприятия организационную и финансовую помощь правительства.

Исторические факты свидетельствуют о кардинальных изменениях в политической культуре высшего руководства советского государства по отношению к Церкви: Главнокомандующим незамедлительно было дано поручение Г.Г. Карпову оказать помощь в сборе епископов, для чего следовало привлечь авиацию и другой транспорт. Документально засвидетельствовано, что вся необходимая работа в указанном направлении активно выполнялась, и открытие Собора могло осуществиться уже в кратчайшие сроки. Для восстановления церковной жизни данное событие оказалось судьбоносным и весьма конструктивным: открытие Поместного собора было назначено на 8 сентября. Патриарший местоблюститель Сергий добился положительного решения вопроса о подготовке кадров священнослужителей, поднял вопрос об издании ежемесячного церковного журнала, открытии новых приходов. Позитивный результат принесло обсуждение острой темы освобождения архиереев и духовенства из ссылок, лагерей и тюрем, а также о предоставлении возможности священнослужения и свободного передвижения по стране клирикам, отбывшим наказания в местах лишения свободы 113, с. 188— 189]. Собором епископов Русской Православной Церкви Патриарший Местоблюститель митрополит Сергий 8 сентября 1943 года был избран Патриархом Московским и всея Руси.

В первом докладе Патриарха Сергия собору 8 сентября 1943 года прозвучали слова: «Нам не пришлось долго раздумывать о том, какую позицию занять во время войны... фашисты напали на нашу страну, разоряли ее, увозили наших соотечественников на принудительные работы... Простое чувство приличия не позволило нам занять какую-либо другую позицию» [3, с. 7—8]. Данное высказывание отражало идею о том, что Церковь, хоть и отделена от государства и имеет моральное право выбирать собственные приоритеты, но в момент особой опасности для страны ее нравственный и духовный долг — быть в едином строю освободительной борьбы с врагами Отечества. По случаю 26-й годовщины Октябрьской революции, 7 ноября 1943 года, Патриарх Сергий отслужил торжественную литургию. В особых молитвах говорилось о взятии Киева, возносились благодарения и поминались погибшие на войне; была вознесена молитва о «богохранимой стране нашей и ее правительстве, возглавляемом Богом дарованным вождем» и провозглашено многолетие [4, с. 13—15].

Уже в качестве Первоиерарха Сергий (Страгородский) усилил консолидацию Церкви, восстановил молитвенно-каноническое общение между Русской Православной Церковью и Православной Церковью древней Грузии, а также укрепил традиционные связи с Церквами Православного Востока. С 1943 года стали очевидны прогрессивные изменения в социокультурной деятельности Церкви: возобновилось издание «Журнала Московской Патриархии». активизировалось духовное просвещение, стали постепенно восстанавливаться храмы и открываться монастыри. Эти созидательные процессы отражали одну из главных идей ученого-богослова Патриарха Сергия о том, что «общение с Богом — необходимость для человека, иначе он мертв для духовной жизни. Вне этого общения человек не только вне своего призвания, не только грешен, но и прямо нравственно мертв. В силу этого нормальный человек жаждет Богообщения как своей заветной цели» |7, с. 3061.

Характеризуя общую направленность журналов Московской Патриархии военного периода, следует акцентировать внимание на их патриотической тематике как центральной в содержании этих изданий. В них опубликовано много статей, в которых раскрывается именно патриотическая традиция и консолидирующая роль Русской Православной Церкви на протяжении всей отечественной истории. В многочисленных сообщениях военных лет повествуется о том, как церковные приходы осуществляют помощь раненым и инвалидам войны, как прихожане безвозмездно работают санитарами, добровольно проводят дежурство в больницах. Есть информация о том, что осуществлялась и культурная программа для поддержки морального духа пострадавших воинов: посещали больницы даже церковные хоры, которые исполняли произведения не только духовного содержания, но и программы из советских песен [5].

Выдающуюся духовно-патриотическую, нравственно-воспитательную, пастырскую и социально-культурную роль в описываемый период сыграл архиепископ Ленинградский Алексий (Симанский). которому правительством было разрешено остаться в осажденном Ленинграде для поддержания морального духа населения. Еще летом 1941 года в своих проповедях Владыка Алексий призывал православных верующих жертвовать все возможное для спасения Родины. С первых дней войны он, как и митрополит Сергий, начал осуществлять церковные сборы денежных средств на оборону страны. В своих патриотических воззваниях Владыка не раз прибегал к историческим параллелям, которые оказывали мобилизующее психологическое воздействие на паству. Так, в своей пасхальной проповеди 9 апреля 1942 года он указал на то, что именно в этот день семьсот лет назад благоверный князь Александр Невский одержал победу над тевтонскими рыцарями на льду Чудского озера и спас Новгород, то есть северо-запад России от немецкого нашествия 11].

Символическими фактами биографии Владыки Алексия могут служить военно-патриотические аспекты его пастырского и социокультурного служения еще в ранней молодости: во время учебы на юридическом факультете военной тематике был посвящен его диплом, который он выполнял под руководством известного русского религиозного философа, князя С.Н. Трубеикого. Во время Первой мировой войны он был архиепископом Новгородским; в период Великой Отечественной войны Владыка провел в осажденном Ленинграде все девятьсот дней блокады. Уже 26 июля 1941 года митрополит Алексий обратился к верующим с посланием «Церковь зовет к защите Родины», а 10 августа произнес пламенное патриотическое Слово на эту же тему. «Мы верим, — говорил он, — что и теперь великий предстатель за землю Русскую преподобный Сергий Радонежский простирает свою помощь и благословение русским воинам. И эта вера дает нам неиссякаемые силы для упорной и неустанной борьбы...» 18, с. 3451.

Архипастырский подвиг самого митрополита Алексия, разделившего со своей паствой все тяготы блокадного периода, стал образцом высоты христианского духа, самообладания и непоколебимой веры. Весь период блокады Ленинграда Владыка совершал Литургию, поддерживал прихожан, каждый вечер служил молебен святителю Николаю Чудотворцу. Оставшись один в храме, в котором он жил, митрополит обходил Николо-Богоявленский собор с иконой святого и молитвами о сохранении храма и города от вражеского разрушения 19, с. 3461. Говоря о социальном служении Владыки и силе его общественной пастырской проповеди, следует отметить тот факт, что в подчиненных ему храмах и во время блокады, и после ее ликвидации, не прекращался сбор средств на оборону, на помощь раненым и сиротам: в 1941 — 1944 годах благодаря призывам и патриотическим обращениям архипастыря было собрано более тринадцати миллионов рублей. За организацию благотворительной патриотической деятельности в храмах города в период блокады митрополит Алексий с группой духовенства был удостоен государственной награды — медали «За оборону Ленинграда».

При вступлении митрополита Алексия в должность Местоблюстителя Патриаршего престола после кончины Патриарха Сергия, им была послана телеграмма Сталину, в которой выражалась готовность Церкви продолжать служение на благо страны. В своей ответной телеграмме от 24 октября 1944 года Сталин выразил благодарность Алексию Симан- скому за его активную патриотическую деятельность и столь необходимые в военные годы пожертвования на сирот войны. Вскоре после избрания Патриархом Московским и всея Руси, 10 апреля 1945 года, Святейший был принят Сталиным. На этой встрече присутствовал министр иностранных дел Молотов, а Патриарха Алексия I сопровождал митрополит Николай Крутиикий. возглавлявший Отдел внешних церковных связей Русской Православной Церкви. Как следует из документов встречи, на ней обсуждались вопросы защиты интересов советского государства в международном церковном движении. Отмечая весомый вклад представителей Русской Православной Церкви в повышение уровня государственно-политической культуры, социально-патриотическое служение, а также в развитие гуманистического направления естественнонаучного знания, необходимо выделить личность выдающегося врача и богослова XX столетия, доктора медицинских наук, профессора, архиепископа Луку Крымского (Валентин Феликсович Войно—Ясенец- кий, 1877—1961), о котором упоминалось выше. Еще раз напомним, что в послеоктябрьский период, в условиях арестов и ссылок, ученый сохранил верность отечественной духовной традиции. В монашеском звании священник-хирург получил имя апостола-евангелиста, врача и иконописца Луки. Заключенный епископ, профессор медицины, в условиях тюремного заключения написавший выдающийся научный труд «Очерки гнойной хирургии» и книгу «О поздних резекциях при инфицированных ранениях больших суставов», получил за них Сталинскую премию Первой степени (1946). Эти работы были переведены на несколько европейских языков и изданы, в частности, в Лондоне. Работа ссыльного Владыки в госпиталях также была отмечена грамотой Западно-Сибирского военного округа, а по окончании войны он был награжден медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.».

В заключение краткого обзора темы, посвященной политической культуре и патриотической деятельности иерархов Русской Православной Церкви в период Великой Отечественной войны, подчеркнем личностный вклад духовных лидеров, выступивших в качестве патриотической и моральной мобилизующей силы в деле консолидации общества, укрепления национальных религиозных традиций и сохранения государственной целостности. Считаем правомерным называть 70-лет- ний юбилей позитивного перелома в отношениях Церкви и советского государства значимым индикатором конструктивного взаимодействия духовно—патриотических, политических и гражданских сил современной России. Обращение к данным фактам может придать дополнительно ный импульс патриотическому воспитанию детей и юношества и российского общества в целом.

ИСПОЛЬЗОВАННЫЕ МАТЕРИАЛЫ

  • 1. Алексий I, Патриарх Московский и всея Руси. Слова, речи, послания, обращения, доклады, статьи. — М., 1948, 1954, 1958. Т. 1—3.
  • 2. Документы Русской Православной Церкви периода Великой Отечественной войны, http://www.sedmitza.ru/text/439888.html
  • 3. Журнал Московской Патриархии. 1943. Сентябрь. № 1.
  • 4. Журнал Московской Патриархии. 1943. Декабрь. № 4.
  • 5. Журнал Московской Патриархии. 1944 год. № 1.
  • 6. Лука Крымский (Войно—Ясенецкий), святитель. «Я полюбил страдание...». Автобиография. — М., 2003.
  • 7. Мысли русских Патриархов от начала до наших дней. — М.: Издательство «Ковчег», 2007.
  • 8. Там же.
  • 9. Там же.
  • 10. Письмо митрополита Алексия И.В. Сталину // Журнал Московской Патриархии. 1944. Октябрь. №10.
  • 11. Поповский М. Жизнь и житие Войно—Ясенецкого, архиепископа и хирурга. — Париж, 1979.
  • 12. Поспеловскии Д.В. Русская Православная Церковь в XX веке. — М.: Изд-во «Республика», 1995.
  • 13. Там же.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >