ДИАЛЕКТИКА АБСОЛЮТНОЙ И ОТНОСИТЕЛЬНОЙ ИСТИНЫ

Вопросы о том, существует ли абсолютная истина, и, если да, то каковы ее взаимоотношения с так называемыми относительными истинами, давно дискутируются в науке и в философии. До сих пор есть философы, которые существование абсолютной и относительной истин признают; и те, которые это решительно отрицают[1]. На наш взгляд, в использовании этих понятий есть важный регулятивный смысл. Другое дело, что важно четко выделить смыслы, которые мы в них вкладываем. Думается, что словосочетание «абсолютная истина» используется в следующих базовых смыслах:

  • • очевидное повседневное знание, типа того, что надо мыть руки перед едой, что у собаки четыре лапы, что великого русского поэта Пушкина звали Александром, и т.д.;
  • • предельно полное знание о мире и самих себе, к которому стремится познающее человечество в чреде сменяющих друг друга поколений.

Оба эти аспекта абсолютной истины являются тривиальными и мало информативными. Но под абсолютной истиной в третьем аспекте, на наш взгляд, вполне можно понимать устоявшееся теоретическое знание относительно какой-то конкретной и четко фиксированной предметной области. Таково знание ньютоновской классической механики, описывающей поведение механических систем, где размерами и скоростью объектов можно пренебречь: таково знание о законах классического капитализма XIX в., добытое К. Марксом. Эти знания уже никогда не могут быть опровергнуты, но, естественно, могут быть уточнены и развиты, что и произошло в результате создания СТО А. Эйнштейном и открытия законов монополистической стадии развития капитализма. Соответственно, эти абсолютные истины обнаружили свой глубоко относительный характер с точки зрения движения к истине абсолютной во втором смысле. Что касается относительной истины, то второй аспект ее понимания связан с таким знанием, к которому примешана значительная доля человеческой субъективности. Именно эти субъективные домыслы, неизбежные на опытно-эмпирической стадии постижения предмета, устраняются в процессе построения его целостного теоретического образа. Так, относительно истинные механические построения Галилея и Кеплера были сняты в рамках целостной ньютоновской теории, а истинные результаты Смита, Риккардо и Кенэ, очищенные от ложных допущений и субъективных предрассудков, обрели свое законное место в теории капитала К. Маркса.

  • [1] См. уже упоминавшийся весьма репрезентативный сборник «Многомерность истины» (ИФ РАН, 2008 г.). В нем, например, Г.И. Рузавин феноменотносительной и абсолютной истины решительно отстаивает (Рузавин Г.И.Проблема истинности, правдоподобности и вероятности в развитии знания), а И.П.Меркулов опровергает (Меркулов И.И. Существует ли истинас точки зрения философии эволюционизма?). — Прим. авт.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >