Раскрытие информации о синергетических эффектах интеграции и текущей деятельности компании в финансовой отчетности

В бухгалтерских кругах распространено мнение о том, что деловая репутация компании может быть определена и отражена в бухгалтерском учете только на дату приобретения предприятия, что находит отражение в ряде как российских, так и международных бухгалтерских стандартов. Вместе с тем, как было доказано в разделе 3.1 настоящей монографии, деловая репутация появляется не в момент купли- продажи предприятия, а значительно раньше — в процессе осуществления финансово-хозяйственной деятельности компании.

Любая успешно работающая компания должна генерировать положительную деловую репутацию. В противном случае она может стать объектом поглощения с целью распродажи ее активов по частям, поскольку отрицательная деловая репутация означает, что суммарная рыночная оценка чистых активов превосходит цену, по которой оценивает компанию рынок, то есть выгодно компанию купить с намерением, например, последующей ее ликвидации и распродажи активов. В связи с этим актуальным становится вопрос мониторинга величины деловой репутации на любой стадии функционирования компании, а не только при ее купле-продаже, и отражения ее величины в финансовой отчетности предприятия с целью повышения информационной ценности последней. Такая оценка должна позволять определить синергетический эффект, генерируемый компанией, который отражает качество работы системы (компании) в целом, то есть эффективность использования ее элементов, и является следствием взаимодействия большого числа факторов, носящих первично как экономический, так и иной характер. Синергетический эффект проявляется как достижение рыночных и внутри организационных преимуществ перед конкурентами, проявляющихся в более эффективном использовании собственных ресурсов, а также в возможности привлекать большее количество заемных ресурсов что, в конечном счете, выражается в увеличении стоимости организации. Иными словами деловая репутация компании может являться стоимостной оценкой качества системной организации или синергетического эффекта компании.

Оценка деловой репутации компании — сложная процедура, в практике оценки бизнеса осуществляемая различными методами, как правило, основывающимися на механизме капитализации прибыли. К наиболее распространенным методам оценки деловой репутации компании относятся метод определения деловой репутации на основании показателя деловой активности и метод избыточных прибылей [33].

При использовании первого метода оценка деловой репутации компании ставится в зависимость от некоторого показателя деловой активности (например, прибыли или выручки от продаж) и мультипликатора, определяемого на основе статистических показателей развития отрасли и экономики в целом и корректируемого с учетом специфики деятельности компании.

При использовании второго метода для оценки деловой репутации компании определяется разница между ожидаемой прибылью компании при существующем объеме активов, оцененной путем экстраполяции данных прошлых лет, и величиной прибыли компании, оцененной, исходя из среднеотраслевой рентабельности собственного капитала. Для этого определяется разница между чистыми дисконтированными денежными потоками.

Кроме перечисленных методов оценки деловой репутации компании используются и другие, основанные на методологии доходного, затратного и сравнительного подхода к оценке бизнеса, имеющие свои достоинства и недостатки и применяющиеся как самостоятельно, так и в совокупности с методами, основанными на механизме капитализации прибыли, — для уточнения оценки, полученной с использованием последних.

Важнейшей проблемой учета гудвила видится его искусственное разделение на внутренне созданный и приобретенный. Ни российскими, ни международными действующими нормативными документами в области бухгалтерского учета не предусмотрено признание внутренне созданного гудвила. А ведь синергетический эффект деятельности (положительный или отрицательный) имманентно присущ любой компании как открытой системе, независимо от фазы ее функционирования, следовательно и гудвил (бэдвил) у компании присутствует не только в момент ее продажи, но и в ходе обычного ведения хозяйственной деятельности.

Состояние, в котором находится компания, обладающая внутренне созданным гудвилом, который объективно существует, но пользователь финансовой отчетности его «не видит», удобно описывать с использованием терминологического аппарата квантовой теории. Согласно фундаментальному принципу квантовой механики — принципу суперпозиции система может находиться не только в различных взаимоисключающих состояниях, но и в состояниях, которые получаются в результате одновременного «наложения» друг на друга этих состояний. При этом в явном, поддающемся измерению, виде суперпозиция не существует. Одним из наиболее часто упоминаемых примеров суперпозиции состояний является парадокс кошки Шредингера (Schrodingers Katze). В 1935 г. немецкий физик Э. Шредингер (Е. Schrodinger) опубликовал в журнале «Naturwissenschaften» («Естественные науки») статью «Текущая ситуация в квантовой механике» («Die gegenwartige Situation in der Quantenmechanik»), в которой был описан мысленный эксперимент [162]. Суть эксперимента заключалась в следующем. В закрытый ящик помещается живая кошка, вместе с которой в ящик устанавливается механизм, содержащий радиоактивный атом и ампулу с ядом. При этом распад атома приводит в действие механизм, разбивающий ампулу и выпускающий ядовитый газ в ящик, что неминуемо приводит к смерти кошки. Время проведения эксперимента примерно соответствует периоду полураспада атома, таким образом, вероятность распада атома за время проведения эксперимента составляет 50%. Согласно квантовой механике, если над атомом не производится наблюдение (ящик закрыт), то его состояние описывается суперпозицией двух состояний: распавшегося атома и нераспавшегося атома, а значит, кошка, сидящая в ящике, и жива, и мертва одновременно. Проявится одно из потенциальных состояний системы в его локальном (привычном и измеряемом классическими средствами измерения) виде только тогда, когда произойдет декоге- ренция, в результате которой суперпозиция состояний нарушится. В эксперименте с кошкой Шредингера декогеренция произойдет когда наблюдатель откроет ящик и увидит либо живую, либо мертвую кошку. Говоря языком квантовой теории, до момента продажи компании гудвил находится в суперпозиции состояний, декогеренция которой может привести к появлению на балансе гудвила с любым возможным значением. При разрушении суперпозиции состояний происходит декогеренция и проявление одного из потенциальных состояний системы в его локальном виде, это происходит в момент продажи компании, когда гудвил переходит в «проявленное» состояние, то есть появляется возможность идентифицировать ее классическими средствами.

Таким образом, при сложившейся и постоянно совершенствующейся методологии оценки деловой репутации компании существует проблема ознакомления широкого круга пользователей с информацией о ее величине. Наиболее публичной информацией о компании традиционно является ее финансовая отчетность, однако, до момента купли-продажи предприятия деловая репутация не видима пользователю финансовой отчетности (так называемая, внутренне созданная деловая репутация), хотя при этом объективно существует. «Проявляется» в финансовой отчетности она в виде нематериального актива лишь на балансе покупателя после осуществления интеграционной сделки.

Подходы к признанию и оценке «проявленной» деловой репутации компании в российских и международных бухгалтерских стандартах схожи, что неудивительно, исходя из заявленного и соблюдаемого Минфином России курса на гармонизацию национальных стандартов с международными.

Так, в действующем российском ПБУ 14/2007 «Учет нематериальных активов» положительная деловая репутация рассматривается в качестве надбавки к цене, уплачиваемой покупателем в ожидании будущих экономических выгод в связи с приобретенными неидентифи- цируемыми активами, при этом для целей бухгалтерского учета стоимость приобретенной деловой репутации определяется расчетным путем как разница между покупной ценой, уплачиваемой продавцу при приобретении предприятия как имущественного комплекса, и суммой всех активов и обязательств по бухгалтерскому балансу на дату его приобретения [95].

Одним из видимых недостатков такого подхода с точки зрения бухгалтерского учета является его искусственная суженность, возникшая, по нашему мнению, из-за нарушения декларируемого в ПБУ 1/2008 «Учетная политика организации» требования приоритета содержания перед формой, означающего отражение в бухгалтерском учете фактов хозяйственной деятельности исходя не столько из их правовой формы, сколько из их экономического содержания и условий хозяйствования [96]. Выражается это в том, что деловая репутация признается в бухгалтерском учете только при продаже предприятия как имущественного комплекса, а при поглощении посредством покупки долей в уставном капитале юридического лица (что происходит значительно чаще в силу ряда налоговых причин) деловой репутации с точки зрения ПБУ 14/2007 не возникает. Между тем экономическая сущность этих процессов одинакова: покупатель приобретает контроль над приобретенной компанией, различно лишь юридическое оформление сделки. Кроме того, исторические оценки активов и обязательств, часто применяющиеся в отечественном бухгалтерском учете (первоначальная стоимость внеоборотных активов, фактическая себестоимость приобретения материально-производственных запасов и т.д.), приводит к тому, что деловая репутация, оцененная по правилам ПБУ 14/2007, отражает не только ожидания покупателя относительно будущих синергетических эффектов, но еще и степень недооценености активов поглощаемого предприятия в бухгалтерском учете.

Международные стандарты финансовой отчетности придерживаются, на первый взгляд, близкого к отечественному подхода: согласно IFRS 3 «Объединения бизнеса» деловая репутация, приобретенная при объединении предприятий, представляет собой выплату, производимую организацией-покупателем в ожидании будущих экономических выгод от активов, которые не могут быть индивидуально идентифицированы и отдельно признаны [148]. При этом согласно LAS 38 «Нематериальные активы» («Intangible Assets») внутренне созданная деловая репутация не подлежит признанию в качестве актива [147].

В трактовке IFRS 3 требование приоритета содержания перед формой не нарушается, к тому же здесь оценка деловой репутации предполагает вычитание из стоимости приобретаемой компании стоимости всех ее активов и обязательств, оцененных не по исторической, а по справедливой стоимости. Однако оба бухгалтерских подхода некорректны с точки зрения экономической сущности деловой репутации компании. Дело в том, что нельзя разделять внутренне созданную деловую репутацию и деловую репутацию, возникшую при объединении компаний, так как синергетические эффекты, приводящие к образованию деловой репутации, не всегда связаны с интеграционным процессом. Многие синергетические эффекты присущи поглощаемой компании до момента ее поглощения: например, деловые связи менеджмента предприятия, престиж и узнаваемость торговой марки, высокоэффективные технологии производства и управления делают компанию более интересной для поглощения, нежели, чем компании-аналоги с близкой стоимостью активов. Деловая репутация, признаваемая в бухгалтерском учете в момент осуществления интеграционной сделки, в большой части может состоять из оценки именно этих синергизмов и лишь частично представлять собой оценку ожиданий инвесторов относительно будущих синергетических эффектов объединившихся компаний.

Несмотря на кажущуюся однозначность трактовки отражения деловой репутации в учете, действующие стандарты, на наш взгляд, содержат инструментарий для отражения внутренне созданной деловой репутации в учете, позволяющий «проявлять» синергетический эффект компании. Анализ российских и международных бухгалтерских стандартов позволил сделать вывод о том, что внутренне созданная положительная деловая репутация как по своей экономической сущности, так и по формальным признакам является ни чем иным как условным активом, отражать факт существования, характер и оценочное значение которого в определенных случаях есть прямая обязанность компании, закрепленная в этих стандартах.

Согласно ПБУ 8/2010 «Оценочные обязательства, условные обязательства и условные активы» условный актив возникает у организации вследствие прошлых событий ее хозяйственной жизни, когда существование у организации актива на отчетную дату зависит от наступления (ненаступления) одного или нескольких будущих неопределенных событий, не контролируемых организацией [97].

Международный стандарт IAS 37 «Резервы, условные обязательства и условные активы» («Provisions, Contingent Liabilities and Contingent Assets») определяет условный актив как возможный актив, который возникает в результате прошлых событий и существование которого будет подтверждено только наступлением или ненаступлением одного или более неопределенных будущих событий, которые не находятся под полным контролем компании [146].

По нашему мнению, существование у компании нематериального актива (деловой репутации в понимании бухгалтерских стандартов) возникает в результате прошлых событий (деятельности организации за прошедшие отчетные периоды) и зависит от наступления или ненаступления события продажи компании, которое полностью компанией не контролируется (компания, например, может стать объектом недружественного поглощения, на которое повлиять не в силах). Этот тезис косвенно подтверждается и пунктом 32 IAS 37, согласно которому условные активы обычно возникают из внеплановых и других неожиданных событий, которые создают возможность притока экономических выгод на предприятие. Таким образом, в соответствии с действующими бухгалтерскими стандартами, внутренне созданная деловая репутация является условным активом и информация о его характере и оценочном значении не отражается в бухгалтерском учете, но в определенных случаях может раскрываться в бухгалтерской отчетности.

Согласно п. 27 ПБУ 8/2010, в случае если поступление экономических выгод по условному активу является вероятным, организация должна раскрыть по состоянию на конец отчетного периода характер условного актива, а также его оценочное значение или диапазон оценочных значений, если они поддаются определению. При этом российский стандарт каких-либо требований к оценке вероятности поступления экономических выгод в этой ситуации не выдвигает, а, следовательно, исходя из текста п. 7 ПБУ 1/2008, так как по конкретному вопросу в отечественных нормативных правовых актах не установлены способы ведения бухгалтерского учета, то при формировании учетной политики осуществляется разработка организацией соответствующего способа, исходя из требований Международных стандартов финансовой отчетности.

Пункт 34 IAS 37 также говорит о том, что информация об условном активе должна раскрываться, когда вероятным является поступление экономических выгод. Оценка вероятности поступления экономических выгод, то есть формирование гипотезы развития неопределенности, согласно пункту 38 IAS 37 является предметом профессионального суждения руководства предприятия, дополненного практикой аналогичных операций и, в некоторых случаях, заключениями независимых экспертов. То же самое относится и к расчетной оценке условного актива.

Согласно п. 35 IAS 37, оценка условных активов должна постоянно пересматриваться для того, чтобы обеспечить надлежащее отражение происшедших изменений в финансовой отчетности. Если приток экономических выгод становится практически бесспорным, данный актив и соответствующий доход признаются в финансовой отчетности за тот период, в котором произошло данное изменение. Если приток экономических выгод стал вероятным, предприятие раскрывает в финансовой отчетности условный актив. При этом приводится краткое описание характера условных активов на конец отчетного периода и, если это практически осуществимо, расчетная оценка их влияния на финансовые показатели (пункт 89 IAS 37).

Отдельной статьи отчетности для условных активов не предусмотрено ни российскими, ни международными стандартами, поэтому такая информация должна раскрываться в пояснительной записке к финансовой отчетности. Расчетная оценка такого условного актива, по нашему мнению, могла бы производиться с применением доходного подхода к оценке бизнеса, то есть путем определения дисконтированного денежного потока, генерируемого компанией и вычета из этой суммы стоимости чистых активов компании.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >