Анализ некоторых организационно-правовых факторов, способствующих коррупционному поведению в органах внутренних дел, в контексте административно-правовых средств противодействия коррупции

С. В. Никитин - оперуполномоченный СОБР У МВД России по Вологодской области

В настоящее время коррупция представляет серьезную опасность для государства и общества. В определенных масштабах она подрывает суверенитет и безопасность государства. Нарушая нормальное развитие всех сфер жизнедеятельности общества, коррупция способствует нарушению прав и законных интересов граждан и юридических лиц, а также препятствует социально-экономическому развитию государства. Она ставит под угрозу реализацию национальных проектов, подрывает все проводимые государственно-правовые реформы, снижает уровень нравственности и материального благосостояния его граждан, порождает кризис доверия. В своем послании Федеральному Собранию Президент России В.В. Путин назвал коррупцию и низкую эффективность государственной власти главными проблемами госуправления[1].

В период проведения реформы органов внутренних дел правовое регулирование деятельности в сфере борьбы с коррупцией в этом ведомстве претерпело значительные изменения. Проведена масштабная работа по созданию организационно-правовых основ противодействия коррупции, приняты Федеральный закон от 7 февраля 2011 г. № З-ФЗ «О полиции», Федеральный закон от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». Однако, несмотря на принятие данных законов, борьба с коррупционными правонарушениями пока не приносит ожидаемых результатов.

Рассматриваемое негативное социальное явление в правоохранительных органах вообще, и органах внутренних дел в частности, представляет собой повышенную общественную опасность, так как именно в компетенцию этих органов входит борьба с ним. Вследствие коррупционного поведения сотрудников существенно изменяется содержание правоотношений в системе государственной службы, в частности, административно-правовых, которое влечет самые негативные последствия, как для отдельных граждан, так и для государства в целом.

Причины коррупционного поведения на государственной службе, как отмечал А.В. Куракин, «кроются в механизме организации государственной службы, а также в особенностях психологии ее кадрового состава»[2]. Поэтому одной из основных задач проводимой реформы МВД России, начатой в 2010 году по инициативе Президента России Д.А. Медведева, была - «очистка» своих рядов от недобросовестных сотрудников. Данная задача, судя по всему, в полном объеме не была решена. Сообщения о преступлениях совершенных сотрудниками органов внутренних дел по-прежнему нередки. Аттестация, в ходе которой было уволено весьма значительное количество не соответствующих велениям времени сотрудников, сама по себе не могла решить задачу принципиального обновления и повышения профессионализма кадрового ядра. На службу в полицию были переведены те же сотрудники милиции, с их положительными и отрицательными качествами[3].

Несовершенство института аттестации относится к организационно-правовым факторам, детерминирующим коррупционное поведение в органах внутренних дел, так как дает возможность для необъективного рассмотрения аттестуемых лиц, допускающих коррупционное поведение, результатом которого, возможно благополучное прохождение ими переаттестации.

Как справедливо отмечает профессор Н.П. Маюров и В.С. Бялт, институту аттестации, существующему на сегодняшний день присущ ряд недостатков[4].

Во-первых, с точки зрения профессора, к этим недостаткам относится отсутствие условия, связанного с обязательным включением в состав аттестационной комиссии «независимых экспертов из числа сотрудников научных и образовательных учреждений, а также сотрудников других правоохранительных структур». Это, по мнению Н.П. Маюрова и В.С. Бялта обеспечило бы ««внеаппаратный», заинтересованно-отстраненный взгляд на аттестацию и ее субъектов», что способствовало бы большей объективности при оценке аттестуемого лица»[5].

Во-вторых, при проверке соответствия уровня профессиональных и личностных качеств сотрудников занимаемой должности отсутствуют формализованные методы оценки. Введение подобных методов, разработанных специально для конкретных подразделений органов внутренних дел и учитывающих специфику их деятельности, помогло бы избежать субъективизма при оценке аттестуемого.

В-третьих, наличие слабого общественного контроля над процессом аттестации также неблагоприятным образом влияет на ее объективность. Совершенствование имеющихся процедур общественного контроля и разработка новых, будут способствовать беспристрастной оценке уровня профессиональных и личностных качеств сотрудников занимаемой должности.

Одним из важнейших средств противодействия коррупции в органах внутренних дел является общественный контроль. Поэтому, отсутствие регламентированной нормативными правовыми актами процедуры взаимодействия институтов гражданского общества и органов внутренних дел, несомненно, является организационно-правовым фактором способствующим коррупцию в подразделениях ОВД. Следствием данного обстоятельства, как справедливо отмечает А.З. Акопян, является ряд негативных последствий[6].

Во-первых, состав представителей гражданского общества, готовых участвовать в процедурах по осуществлению общественного контроля, немногочислен.

Во-вторых, «результативность сотрудничества ОВД, представителей общественности и отдельных граждан по противодействию коррупции невысока».

В-третьих, «отсутствует система обратной связи, позволяющая ОВД корректировать свою деятельность по реализации государственной антикоррупционной политики на основе информации о ее результативности, полученной от населения и других институтов гражданского общества»[7].

Движущей силой общественного контроля является инициатива граждан, их внутренняя потребность осуществлять данную деятельность, что традиционно не характерно для населения России. Причиной слабой гражданской позиции в рассматриваемой сфере общественных отношений является то, что «российское государство всегда господствовало над российским обществом. На этой почве формировалась бюрократическая традиция политической власти и практики: гражданин есть собственность государства. И все его действия либо определяются властью, либо являются покушением на власть, свидетельствует А.Н. Соколов[8].

По нашему мнению разработка регламентированных процедур взаимодействия институтов гражданского общества и органов внутренних дел, а также проведение мероприятий направленных на вовлечение граждан в различные формы общественного контроля, несомненно, повысят эффективность рассматриваемого направления противодействия коррупционному поведению.

Другим организационно-правовым фактором, способствующим коррупционному поведению в органах внутренних дел, является неразвитость института наставничества. Приходится констатировать, что задачи данного института в становлении молодого сотрудника как хорошего специалиста в большинстве случаев реализуются не так эффективно, как этого требуют реалии настоящего времени.

С нашей точки зрения, причинами недостаточной эффективности наставничества является то, что лица, выполняющие данную функцию, осуществляют свою деятельность в лучшем случае на основе личного энтузиазма. Такие факты как отсутствие в штатном расписании подразделений органов внутренних дел должности сотрудник-наставник и, соответствующих должностных инструкций, материального стимулирования, выражающегося в процентной надбавке к должностному окладу, наличия периодических курсов повышения квалификации и квалификационных испытаний для лиц выполняющих функции наставников делают невозможным существование института наставничества на профессиональной основе, которое так необходимо реформируемым органам внутренних дел.

Заключительным из выявленных нами организационно-правовых факторов, детерминирующих коррупционное поведение в органах внутренних дел являются теоретические и практические проблемы, связанные с урегулированием конфликта интересов в ОВД.

Впервые, в законодательстве, регулирующем прохождение службы в органах внутренних дел, понятие урегулирования конфликта интересов было введено в Федеральном законе «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»[9]. В статье 71, упомянутого закона, конфликт интересов в органах внутренних дел определяется как

«ситуация, при которой личная заинтересованность (прямая или косвенная) сотрудника органов внутренних дел влияет или может повлиять на объективное выполнение им служебных обязанностей и при которой возникает или может возникнуть противоречие между личной заинтересованностью сотрудника и законными интересами граждан, организаций, общества или государства, способное привести к причинению вреда правам и законным интересам граждан, организаций, общества или государства»1.

В этой же статьей Федерального закона раскрывается ключевое понятие института урегулирования конфликта интересов на государственной службе это - личная заинтересованность сотрудника органов внутренних дел, которая влияет или может повлиять на объективное выполнение им служебных обязанностей. Под ней понимается возможность получения сотрудником в связи с выполнением служебных обязанностей доходов в виде денег, ценностей, иного имущества, в том числе имущественных прав или услуг имущественного характера, для себя или для третьих лиц.

По нашему мнению, понятие личной заинтересованности, которая влияет или может повлиять на объективное выполнение служебных обязанностей, в Федеральном законе, трактуется неоправданно заужено, так как в него не включена возможность получения сотрудником иных преимуществ, которые не связаны с получением материальной выгоды. Например, такая заинтересованность может возникнуть вследствие дружеских отношений или родственных связей.

Федеральным законом от 30.11.2011 № 342-ФЗ (ред. от 22.12.2014) «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» определяет, что порядок предотвращения и урегулирования конфликта интересов устанавливается Президентом Российской Федерации. В настоящее время такой нормативный акт не принят. Как справедливо отмечает В. С. Бялт, «отсутствие обозначенного нормативного правового акта обусловливает наличие определенных трудностей в реализации на практике действующих правовых норм в данной области. Это связано с тем, что нормы федерального законодательства в сфере предотвращения и урегулирования конфликта интересов в органах внутренних дел не конкретизируются подзаконным нормативным правовым актом»[10].

Приоритетным направлением противодействия коррупции является ее предупреждение[11], сущность которого заключается в разработке и применении мер направленных на ограничение влияния факторов ее детерминирующих. Поэтому разработка новых и оптимизация имеющихся антикоррупционных средств не возможна без исследования причин и условий, способствующих коррупционному поведению.

Выдающийся российский правовед конца XIX - начала XX столетия Н.М. Коркунов считал, что «уголовная репрессия слишком дорого обходится обществу и материально, и нравственно, вместе с тем сама уголовная кара не уничтожает совершившегося правонарушения, сама по себе не восстанавливает попранного права, не возмещает причиненного преступником вреда. К карательным мерам приходится прибегать, когда нет других способов противодействия правонарушению или способы эти недостаточны, не соответствуют тяжести противозаконного посягательства. В связи с чем, недаром законы с карательной санкцией называются менее совершенными законами»[12]. Схожую позицию с Н.М. Коркуновым высказывал Г.Ф. Шерше- невич, который подчеркнул, что государство может достигнуть желаемых результатов не столько усилием правовой репрессии, сколько изменением социальных условий, определяющих поведение граждан; не столько усилением мотивов, располагающих в пользу законного поведения, сколько ослаблением мотивов, отклоняющих от законного поведения[13].

Таким образом, среди правовых средств, направленных на ограничение негативного воздействия факторов детерминирующих коррупционное поведение в органах внутренних дел, центральное место, по нашему мнению, должно быть отведено именно административно-правовым средствам. Связано это с тем, что нормы административного права, регулируя порядок осуществления государственной службы в подразделениях ОВД, имеют огромный потенциал в предупреждении коррупционных проявлений. А как было отмечено ранее, предупреждение - является приоритетным направлением противодействия коррупции.

  • [1] См.: Российская газета. 2012. № 287. 13 дек. 113
  • [2] См.: Куракин А.В. Административно-правовые средства предупреждения и пресечения коррупции в системе государственной службы РоссийскойФедерации: Дис.... д-ра юрид. наук. Люберцы, 2008. С. 37
  • [3] См.: Дорожная карта дальнейшего реформирования органов внутренних дел Российской Федерации. URL:mvd.ru>upload/sitel/document_file/roadmap.doc (дата обращения: 06.11.2013).
  • [4] См.: Бялт В.С., Маюров Н.П. Институт аттестации в органах внутренних дел Российской Федерации: актуальные проблемы и пути решения // Пробелы в российском законодательстве. 2012. № 3. С. 216
  • [5] Там же.
  • [6] См.: Акопян А.З. Система принципов взаимодействия органов внутренних дел с институтами гражданского общества в сфере противодействия коррупции // Закон и право. 2012. № 11. С. 95
  • [7] См.: Там же. С. 96.
  • [8] См.: Соколов А.Н. Коррупция, гражданское общество и правовое государство (сравнительно-правовой анализ) // Журнал российского права. 2008.№ 8. С. 35
  • [9] См.: Бялт В.С., Маюров Н.П. Урегулирование конфликта интересов иразрешение служебных споров в органах внутренних дел: административно-правовое исследование // Пробелы в российском законодательстве. 2013.№ 6. С. 258
  • [10] Бялт В.С. Особенности предотвращения и урегулирование конфликтаинтересов и разрешение служебных споров в органах внутренних дел / Научно-издательский центр «Социосфера». URL: http://sociosphera.com/publication/conference/2013/198/osobennosti_predotvraweniya_i_uregulirovaniya_konflikta_interesovvorganahvnutrennihdel/ (дата обращения 12.02.2015).
  • [11] Указ Президента РФ от 13.04.2010 № 460 (ред. от 13.03.2012) «О Национальной стратегии противодействия коррупции и Национальном плане противодействия коррупции на 2010-2011 годы» // СЗ РФ. 2010. № 16. Ст. 1875.
  • [12] Коркунов Н.М. Русское государственное право. Т. 2. Часть Особенная.СПб., 1909. С. 694.
  • [13] Шершеневич Г.Ф. Общая теория права Тома 1-П. М., 1910. С. 287.120
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >