Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Маркетинг arrow Имплицитная информация в рекламных слоганах авиакомпаний

КОГНИТИВНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ВОСПРИЯТИЯ ИНФОРМАЦИИ

КОНЦЕПТ КАК ОПРЕДЕЛЯЮЩАЯ МЕНТАЛЬНАЯ ЕДИНИЦА МЫШЛЕНИЯ И ПОЗНАНИЯ

Поскольку рекламный текст напрямую связан с рекламируемым объектом, то инферентные выводы реципиента относительно новой информации, полученной посредством рекламного текста, нередко соотносятся с его фоновыми знаниями об объекте рекламы: «В каждом конкретном случае непосредственного восприятия объекта он соотносится с хранимой в памяти моделью данного объекта, и таким образом получается добавочная информация, исходящая от характеристик модели. Следовательно, интеллектуальное восприятие объекта (то есть его осознанное восприятие, выходящее за пределы собственно чувственного) приобретает специфическую двуслойность, когда к непосредственно воспринимаемой информации, заключенной в “поверхностной структуре” объекта, приплюсовывается и иная, скрытая, исходящая из модели данного объекта информация» [Звегинцев, 2007, с. 298].

Включение в круг интересов лингвистики адресата, а также мысль о том, что интерпретация получаемой им информации зависит от приобретенных ранее знаний, заставила исследователей обратить внимание на собственно механизмы расшифровки сообщения и, в частности, на такие понятия, как концепт, фрейм, категоризация, концептуализация.

В философии под концептуализацией понимается «процесс выведения понятий из наблюдений, процесс формулирования утверждений общего характера» [Райкофт, 1986]; в социологии концептуализация определяется как «процедура введения онтологических представлений в накопленный массив эмпирических данных, обеспечивающая теоретическую организацию материала и схематизацию связи понятий, отображающих возможные тенденции изменения референтного поля объектов» [Костюшев, 1993, с. 24].

Схожей формулировки придерживаются и в лингвистике. Так, Е.С. Кубрякова определяет концепт как «универсальную единицу хранения и передачи информации, при помощи которой осознается и структурируется полученное знание. Обычно определяется как ментальная структура для хранения и передачи информации об окружающем мире и языке, квант знания различной степени сложности» [Кубрякова, 1996, с. 90].

В.З. Демьянков, проанализировав понятие концепта в различных ментальных узусах (немецком, итальянском, испанском и др.) и исходя из этимологии термина концепт, происходящего от латинского слова conceptus (зачатый), заключает, что данное понятие уже само по себе содержит идею «зачаточной истины»: «Концепт — то, что, видимо, “зачато”, но в действительности чего мы можем убедиться только в результате реконструирующей “майевтической процедуры”» [Демьянков, 2001, с. 47]. Любопытно, что другим значением, выделяемым автором и сохраняющимся во всех рассмотренных им узусах, является сема «незавершенность» [там же, с. 35]. Из этого следует, что по своей сути концепт является абстрактной единицей, аккумулирующейся в процессе мышления. Его смыслы связаны с полученными индивидом опытом и знаниями, с его представлениями о мироустройстве и ценностными установками. Таким образом, можно представить концепт как некое отражение всех перечисленных понятий.

Более того, Е.С. Кубрякова считает, что концепт представляет отражение и всей мыслительной деятельности человека: «Человек мыслит концептами. Анализируя, сравнивая и соединяя разные концепты в процессе мыслительной деятельности, он формирует новые концепты как результаты мышления. Передача какой-либо информации и процесс общения в целом также представляет собой передачу или обмен концептами в вербальной и невербальной форме» [Кубрякова, 1996, с. 90].

А.П. Бабушкин обозначает концепт как универсальную дискретную единицу уже коллективного сознания, отражающую предметы реального или индивидуального мира, хранящуюся в национальной памяти носителей языка и культуры в форме вербально обозначаемых субстратов [Бабушкин, 1996, с. 31].

На представлении о концепте как общепринятой и зафиксированной единице базируется определение В.И. Карасика, понимающего под концептом «многомерное культурно значимое социопсихическое образование в коллективном сознании, опредмеченное в какой-либо форме» [Карасик, 1997, с. 156].

Таким образом, именно концепты определяют категории, которыми оперирует человеческое сознание при столкновении с тем или иным объектом или событием. Важно подчеркнуть, что хотя они являются не единственной категорией, формирующей отношение человека к различным объектам, но главная их особенность и роль в том, что именно они в первую очередь актуализируются в сознании.

Поскольку рамки концепта не имеют четких границ и представляют собой абстрактные образы, в сознании реципиента могут актуализироваться различные смыслы. Н.Н. Болдырев выделяет следующие:

  • а) конкретно-чувственный образ;
  • б) представление (мыслительная картинка в качестве обобщенного чувственного образа);
  • в) схема — мыслительный образец предмета или явления, имеющий пространственно-контурный характер (геометрический аспект представления, общие контуры чего-либо — дома, человеческой фигуры, траектории движения);
  • г) понятие — наиболее общие, существенные признаки предмета или явления, его объективные, логически конструируемые характеристики;
  • д) прототип — категориальный концепт, дающий представление о типичном члене определенной категории;
  • е) пропозиция — модель определенной области опыта, в которой вычленяются элементы (аргументы и связи между ними), даются их характеристики; это обобщенная логическая модель отношений, отраженная в глубинной грамматике;
  • ж) фрейм — объемный многокомпонентный концепт, представляющий собой «пакет информации», знания о стереотипной ситуации;
  • з) скрипты — динамически представленные фреймы, разворачиваемая во времени последовательность этапов, эпизодов какого-либо действия;
  • к) гештальт — концептуальная структура, целостный образ, совмещающий в себе чувственные и рациональные компоненты в единстве и целостности, как результат целостного нерасчлененного восприятия ситуации, высший уровень абстракции, недискретное, неструктурированное знание [Болдырев, 2001 а, с. 36-38]'.

Стоит отметить, что далеко не все исследователи относят, например, такие понятия, как фрейм или скрипт, к разновидностям концепта, выделяя их как самостоятельные категории. Тем не менее классификация Н.Н. Болдырева представляется нам весьма правомерной по причине использования им этих терминов в качестве наиболее близких по смыслу к обозначенным аккумулируемым значениям, а также многомерности и множеству возможных ассоциаций реципиента при столкновении с каким-либо конкретным предметом. Все означенные подтипы всецело зависят от индивидуальности реципиента в том плане, что могут быть задействованы как по отдельности, по очереди, так и все сразу.

Универсальными свойствами концепта признаются целостность восприятия, композиционность построения, а также изоморфизм его элементов по отношению к целому. Разный характер знаний, способов их формирования и организации приводит к образованию различных типов концептов [Бабушкин, 1996, с. 22].

Однако, по мнению исследователей, эти границы являются условными, так как зачастую при апелляции к одному и тому же концепту используются различные языковые средства, что обусловливает многообразие возможных концептуальных смыслов: «Представление об объекте формируется рядом с ценностно акцентуированной точкой сознания, от которой потом расходятся ассоциативные векторы. Наиболее частотные ассоциации представляют из себя ядро концепта, второстепенные — периферию. Языковая или речевая единица, которой актуализируется центральная точка концепта, служит именем концепта. Для концепта характерно наличие множества “входов”, т.е. единиц языка и речи, при помощи которых этот концепт актуализируется в сознании своего носителя. Входы в концепт могут относиться к различным уровням языка. Для апелляции к одному и тому же концепту используются и лексемы, и фразеологизмы, и свободные словосочетания, и предложения, и тексты» [Попова, Стернин, 2007 а, с. 14-15].

Из этого определения вытекает представление концепта в лингвистике в форме круга, с ядром как основным его центром, выступающим в каче- [1]

стве основного значения концепта, а периферия означает все его второстепенные значения, обусловленные личным опытом реципиента, культурой, традициями его социума.

И.А. Стернин разделяет концепты на одноуровневые, многоуровневые и сегментные. Первые, вербализуясь в лексеме, передают какое-то одно ярко выраженное значение; многоуровневые представляют собой поэтапное наслоение добавочных смыслов на основное значение. Сегментные концепты также характеризуются наличием образно-чувственного ядра, то есть основного ярко выраженного значения, однако имеющиеся добавочные значения выступают как равноудаленные от основного, иначе говоря, являются равноправными» [Стернин, 2001, с. 59-61]. При этом исследователь оговаривается, что структуру концепта нельзя приравнивать к жесткой структуре слова, что «связано с его активной динамической ролью в процессе мышления — он все время функционирует, актуализируется в разных своих составных частях и аспектах, соединяется с другими концептами и отталкивается от них» [там же, с. 58]. Подобную мысль мы также находим и в других исследованиях, в частности, отмечаем работы И.М. Кобозевой (2003), А.А. Зализняк (2006), Е.В. Рахилиной (2008).

Учитывая всю многомерность понятия концепт, включающего в себя и фактическое значение языкового знака, и его смысловое наполнение, — не удивительно, что в лингвистике довольно остро встает вопрос о закреплении различных концептов в сознании.

В этом плане обращаем свое внимание на понятие концепта оценочного, возникающего как реакция на определенные события и предметы окружающего мира и приобретающего смысл только в отношении естественных объектов и явлений [Болдырев, 2003, с. 138]. Формирование в сознании оценочных концептов и, как следствие, оценочной категоризации тесно связаны с процессом познания мира: «человек не является пассивным созерцателем окружающих его вещей и явлений. Он постоянно взаимодействует с ними, вовлекает их в разнообразные физиче-ские и умственные операции, выступает активным участником описываемых в языке событий. Отсюда различные объекты, их многочисленные характеристики, как и происходящие в мире события, также могут различаться по их воздействию на человека. В результате создается индивидуальная, субъективная оценка каждого из них <...> Это, в свою очередь, с необходимостью предполагает, что в сознании человека существует отдельная система оценочных концептов и категорий, обеспечивающих оценочную интерпретацию полученных знаний о естественных предметах и явлениях» [Болдырев, 2010, с. 26-27].

Оценочный концепт сам по себе не передает четко выраженного самостоятельного значения и имеет зависимый характер. Данный факт означает, что связь между реальным миром и оценочным концептом не прямая, она формируется исключительно через другую структуру знания, соотношение ее в сознании человека с его представлениями об идеальном мире — с системой его оценок и ценностей. «Следовательно, содержание оценочных концептов может меняться в зависимости от характеризуемых ими объектов и явлений. Эти отношения между естественными и оценочными концептами могут быть также представлены в известных терминах как соотношение фигуры и фона. При этом концепты и категории естественных объектов выступают в качестве области определения (ментальной области, или когнитивного контекста) для оценочных концептов и категорий» [Болдырев, Гаврилова, 2004, с. 58].

Если рассматривать определенные объекты и понятия, четко связанные в сознании с тем или иным видом концептов (к примеру, в нашем исследовании такими концептами выступают «авиаперелет» и «самолет»), то рекламный текст как раз и призван уменьшить их выражение через связь с другими ассоциациями. Для нас важно то, что «шкала оценок, лежащая в основе оценочной категоризации, лишь указывает на смысловое движение в сторону зоны положительного или в зону отрицательного, не раскрывая содержания оценочных концептов, которые приобретают смысл (а оценочные категории — содержательное наполнение) только в сочетании с другими концептуальными структурами» [там же].

Как мы уже отмечали, к таким концептуальным структурам, выделенным Н.Н. Болдыревым, относятся фрейм и скрипт. Зачастую фрейм рассматривается как самостоятельная структура, во многом тождественная понятию концепта. Главная причина необходимости разграничения понятий, по нашему представлению, состоит в том, что фрейм зачастую понимается исключительно как некая навсегда зафиксированная единица знания, неизменно актуализирующаяся в идентичных ситуациях, тогда как понятие концепта включает в себя также неструктурированные, во многом абстрактные формы знаний. Фрейм — это структура знания, пакет информации, хранимый в памяти или создаваемый по мере надобности из содержащихся в памяти компонентов, обеспечивающих адекватную когнитивную обработку стандартных си-туаций [Герасимов, Петров, 1988, с. 8].

Е.С. Кубрякова представляет фрейм одновременно и «как совокупность всех значений слова, и как выражение наиболее приемлемого одного значения для конкретной ситуации “здесь и сейчас”. Также фрейм может служить своеобразным сигналом к поиску новых, более точных значений слова» [Кубрякова, 1991, с. 42].

З.А. Харитончик несколько расширяет последнее понимание фрейма, представляя его не только как зафиксированную, хранящуюся в памяти структуру, но и как инструмент познания. Человек, попадая в стереотипную ситуацию, соотносит ее с хранящимися в памяти фреймами, однако, если ситуация начинает развиваться каким-либо иным образом, — новые, формирующиеся фреймы неизменно опираются на старые [Харитончик, 1992, с. 116].

И.И. Халеева понимает под фреймом «относительно обобщенную структуру прошлого опыта, с помощью которой сознание прогнозирует изменение состояния объектов внешнего мира, развитие и содержание событий, их взаимосвязь» [Халеева, 1995, с. 24].

А.П. Бабушкин соотносит понятия фрейма и пресуппозиции как тождественных по своей функции, только реализуемых в разных областях.

По сути фрейм представляет из себя пресуппозиционную модель на том основании, что восприятие человеком какой-либо языковой структуры и есть фрейм при условии, что он четко понимает ее значение, ему известна последовательность событий, ожидающих его в конкретной ситуации. Отсюда вытекает, что фрейм можно рассматривать как «объективацию накопленного социального опыта» [Бабушкин, 1996, с. 22].

В.И. Карасик, сравнивая понятия концепта и фрейма, также приходит к выводу, что «фрейм по сути является составной частью концепта, структурируя информацию и конкретизируя ее, в то время как концепт — это хранящаяся в памяти более значимая информация, обладающая определенной ценностью» [Карасик, 2002, с. 153].

Ценностная составляющая концепта выражается в отражении им культурной составляющей, то есть концепт можно рассматривать как социальную структуру. Если какое-то явление представляется актуальным и значимым для социума, то это тут же находит свое воплощение в многообразии лингвистических аспектов: лексике, фразеологии и т.д., что служит основанием для формирования в данной культуре концепта этого явления.

На наш взгляд, схожей позиции, хоть и не употребляя при этом собственно термин «концепт», придерживался в 1970-х гг. и основатель фреймовой теории американский исследователь в области искусственного интеллекта М. Минский, считавший, что человек, пытаясь познать новую для себя ситуацию или по-новому взглянуть на уже привычные вещи, выбирает из своей памяти некоторую структуру данных (образ), называемый им фреймом, с таким расчетом, чтобы путем изменения в ней отдельных деталей сделать ее пригодной для понимания более широкого класса явлений или процессов [Минский, 1979].

Е.В. Лукашевич так же разграничивает эти понятия по схожему признаку, привнося в разграничение дополнительный смысловой признак категориальности: «Фрейм структурируется, как правило, в виде таблиц или схем-формул, то есть реализуется иерархия по типу “выше — ниже”, “общее — частное”, “класс — член класса”, в то время как концепт изображается в виде полевой модели (в идеале сферической, а не плоской, подчеркивающей принципиальную континуальность феномена) с иерархией “ядро-периферия”» [Лукашевич, 2002, с. 72].

Следовательно, можно сделать вывод, что концепты, фреймы и сценарии, являясь взаимообусловленными понятиями, все же имеют некоторые, важные в принципах расшифровки имплицитной информации, различия. Главным образом это касается объема отражения знаний о действительности. Концепт представляет собой совокупность всех знаний и представлений о каком-либо предмете действительности, включающую в себя также индивидуальные абстрактные знания индивида, соотносимые только им с означенным объектом. «Любой познавательный процесс в конечном итоге рождает концепт, который представляет собой связующее звено между человеком и окружающим его миром, позволяющее ему через познание достигнуть понимания» [Алимурадов, Тасуева, 2010, с. 84].

Фрейм нам представляется как зафиксированная единица знания о не- ком фрагменте действительности (концепте), в очерченных рамках которого у различных объектов могут проявляться схожие признаки или свойства. Поскольку мышление представляет собой сложный нелинейный процесс, то фрейм может вербализоваться как лексемой и словосочетанием, так и отдельными значениями лексем, наиболее близко отражающих смысл фрейма. Сценарий (скрипт) — когнитивная фреймовая структура, формирование которой всецело связано с получением знаний действенного характера, представляющая из себя последовательность, алгоритм строго зафиксированных действий для какой-либо стереотипной ситуации.

  • [1] Схожую классификацию находим у З.Д. Поповой, И.А. Стернина, выделяющих представление, схему, фрейм, сценарий и гештальт [Попова, Стернин, 2007 б,с. 117-119].
 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 

Популярные страницы