СТРАХОВОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО РОССИИ О ПЕНСИЯХ И ПОСОБИЯХ В ПРЕДДВЕРИИ КРИЗИСНОЙ СИТУАЦИИ

Ситуация, сложившаяся в «лихие» 90-е гг. прошлого века, привела практически к параличу всей системы социального обеспечения, вызвала ее кризис, который, будем честны до конца, не преодолен до сих пор. То, что мы имеем ныне в этой сфере, весьма далеко от того, что должно быть в социальном государстве, каковым объявила себя Россия еще в 1993 г.

Недавно один известный специалист из числа экономистов, академик РАН А. Аганбегян, анализируя российскую пенсионную систему, оценил ее как худшую, «совершенно не соответствующую экономическому и социальному развитию страны»[1]. Таково мнение и всех других подлинных специалистов, не говоря уже о гражданах- пенсионерах, подавляющее большинство которых получают мизерные пенсии за многолетний труд.

Не лучшей оценки заслуживает и российская система обеспечения застрахованных (т.е. граждан, работающих по найму, рабочих и служащих — по прежней терминологии) различными пособиями после «оптимизации» данной системы в течение последнего десятилетия. Действие этой системы, если она сохранится, неминуемо приведет, и уже приводит, к ухудшению здоровья населения и другим негативным последствиям.

Прежде всего кратко о пенсионном обеспечении работающих по трудовому договору, т.е. застрахованных. Их подавляющее большинство среди занятого населения.

Пенсионное обеспечение застрахованных вызывает серьезное беспокойство и озабоченность. С 01.01.2015 вступил в силу Федеральный закон от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях»[2]. Вопреки ожиданиям этот третий российский пенсионный закон сохранил многолетнюю пенсионную бедность и нищету. Более того, как будет сказано далее, он во многом ограничил имевшиеся пенсионные права застрахованных.

В середине 20-х гг. прошлого века одна из книг, изданная в нашей стране, называлась «Пути и судьбы социального страхования». С тех пор минуло почти 100 лет, а Россия вновь на распутье. Какой путь изберет Россия? Закон реализуется. Он подготовлен Правительством РФ, представлен Президенту РФ и внесен в Государственную Думу, которая его приняла послушным большинством. Удовлетворит ли он ожидания и надежды людей? На этот вопрос ответят результаты его применения, хотя бы за год. Они еще не оглашены.

Пока очевидно следующее: финансовая база[3] сохраняется, она формируется по прежним сложным правилам. Страховые тарифы не увеличиваются; типичный пенсионный страховой тариф даже снизился с 26 до 22%, т.е. на 4 процентных пункта, или почти на 20%; не предусматривается взимание страховых взносов по единому тарифу со всего заработка, как это практиковалось ранее в нашей стране и установлено в ряде других стран; не определены действенные меры по сокращению теневой экономики, которая все возрастает[4]; продолжают действовать и даже вводятся вновь сокращенные (льготные) тарифы страховых взносов для отдельных организаций, занятых определенными видами деятельности; не задействованы другие источники, пополняющие доходы ПФР, — взносы непосредственно самих застрахованных при соответствующем снижении для них размера подоходного налога, использование части прогрессивного налога на доходы физических лиц, который по каким-то причинам все еще не введен (по аналогии с другими странами); сохраняется постоянная дотация ПФР за счет средств федерального бюджета, хотя она несколько снижается.

Что касается уровня пенсионного обеспечения, то его повышение в ближайшее время не предусматривается, за январь 2015 г. пенсии выплачены в том же размере, что и за декабрь 2014 г., пенсии за февраль увеличены лишь в соответствии с уровнем официальной инфляции по итогам 2014 г. Вновь назначаемые пенсии в 2015 г. устанавливались практически по тем же нормам, что и в предыдущем году, то же будет и в последующие годы. Коэффициент замещения пенсией по старости заработка типичного получателя пенсии, имеющего страховой стаж 30 лет, составит менее 35%, т.е. по-прежнему не достигнет минимального уровня (40%), предусмотренного Конвенцией МОТ о минимальных нормах социального обеспечения (1952)[5].

Средняя сложившаяся пенсия по старости к концу 2015 г. превысила 12 тыс. руб. в связи с ее индексацией, но у многих, как и прежде, она значительно ниже. Расходы на выплату страховых пенсий не увеличиваются и составят, как и ранее, около 6—7% ВВП.

В 2016 г. ситуация не изменилась. Номинально пенсия несколько возрасла (средняя пенсия превысила 13 тыс. руб. в месяц), но реальный пенсионный доход снизился. Наступление властных структур на пенсионные права застрахованных продолжается (проведена лишь частичная индексация страховых пенсий, индексация пенсий, выплачиваемых работающим пенсионерам по старости, вообще отменена). Судя по всему, подготавливаются и другие подобные решения. Настойчиво лоббируется, например, введение постоянных ограничений по выплате пенсий работающим пенсионерам, увеличение пенсионного возраста ранее существенного повышения средней продолжительности жизни в нашей стране.

Надежды на повышение пенсии по старости связаны в основном с тем, что достигающие пенсионного возраста граждане предпочтут отложить (отсрочить) назначение или получение пенсии на несколько лет ради значительного увеличения ее размера в дальнейшем. Такой прогноз не оправдывается, большинство граждан, как и прежде, обращаются за пенсией по достижении пенсионного возраста. Деньги нужны всегда и лучше сейчас, чем в будущем, которое труднопредсказуемо. Предложенная новелла приводит к иному, противоположному, результату — к сохранению низких пенсий и сокращению численности легально работающих пенсионеров.

Федеральный закон «О страховых пенсиях» к тому же ограничил некоторые права застрахованных без достаточных к тому оснований. В частности, он втрое увеличил страховой стаж, дающий право на пенсию по старости (с 5 до 15 лет)[6] и лишил застрахованных права на перерасчет и значительное увеличение страховой пенсии в связи с работой после ее назначения и пополнением расчетного пенсионного капитала[7].

Очередная, третья по счету, пенсионная реформа состоялась, но проблемы, будоражащие население, в том числе основная из них — крайне низкий как относительный, так и абсолютный уровень обеспечения, пока не разрешены. Значит, перспектива дальнейшего реформирования страхового пенсионного законодательства неизбежна.

Вполне очевидно для всех: разрешить давно назревшую проблему хронического недофинансирования трудовой (теперь страховой) пенсионной системы и преодолеть наконец недопустимо низкий уровень страховых пенсий в России можно лишь за счет существенного увеличения (на первом этапе как минимум в 1,5 раза) той доли ВВП, которая направляется на выплату этих пенсий[8]. Другого пути нет. Решится ли руководство страны на кардинальные изменения пенсионной политики? Надежды на это пока еще сохраняются. Ведь неудовлетворительное состояние российской трудовой системы неоднократно признавалось и руководством страны. Отмечалась, в частности, необходимость выстроить эффективную пенсионную систему, которая действительно обеспечивала бы людям достойную старость, чтобы выход на пенсию перестал ассоциироваться с концом жизни, с бедностью и социальной неустроенностью. Пока все это сохраняется, и реальные шаги к реализации обещанного практически не предприняты.

Ныне, в период очередной кризисной ситуации в России, дискуссия о дальнейшей судьбе пенсионного обеспечения, в том числе страхового, обострилась.

Отметим наличие двух крайних, четко обозначившихся и не совместимых позиций. Первая — откровенно либеральная или рыночная, усиленно и настойчиво пропагандируемая идеологами рыночной экономики и поддерживаемая бизнес-сообществом, в том числе частью научной общественности, обслуживающей интересы этого сообщества и претендующей на разработку для России особой, изобретенной ими, системы. Конечная ее цель — упразднить полноценную государственную пенсионную систему, сориентированную на возмещение значительной части заработка (не менее 40%, а при более длительной трудовой деятельности — до 50% и выше). Наиболее приемлемым вариантом для бизнес-сообщества является установление социальной пенсии, равной прожиточному минимуму, всем гражданам, достигшим достаточно высокого возраста, не ниже 65 лет, либо признанным инвалидами[9]. Одновременно имеется в виду упразднить обязательное пенсионное страхование и возложить выплату всех социальных пенсий на федеральный бюджет.

Наряду с этим предлагается озадачить (обязать) каждого готовиться самому к наступлению старости (нетрудоспособности), т.е. копить деньги, вкладывать накопления в недвижимость, образование детей и т.д. Ответственность государства за благосостояние старшего поколения подменяется, таким образом, личной, индивидуальной ответственностью.

Есть ли подобные ущербные системы пенсионного обеспечения в развитых странах? Нет, во всех указанных странах, в частности членов Организации экономического содействия и развития (ОЭСР), уже давно созданы и успешно функционируют государственные системы пенсионного обеспечения, и ни одна из таких стран даже не помышляет об их упразднении и замене другой, менее эффективной системой[10]. В большинстве стран это системы обязательного пенсионного страхования, а накопления граждан лишь пополняют, но не подменяют их доход по государственной системе, хотя в этих странах трудовые доходы значительно, в разы, выше, чем в нашей стране.

Другой позиции придерживаются в основном независимые профессионалы из числа как юристов, так и экономистов и, важнее всего, сами застрахованные, и их представители — профсоюзы. Ее суть состоит в том, что в России надо создать для трудового народа страховую пенсионную систему, наподобие тех систем, которые функционируют в других развитых странах, с соблюдением всех основных принципов пенсионного страхования, прежде всего принципа солидарности. Ее финансовая основа — страховые взносы, которые уплачиваются за счет работников и представляют собой часть цены их рабочей силы, подлежащей возврату застрахованным в виде пенсии в период их пенсионной жизни. Размер пенсии должен определяться на солидарной основе в зависимости от того, сколько продолжалась трудовая деятельность и как она оплачивалась, т.е. с учетом длительности страхового стажа и характерного заработка, в пределах разумной и справедливой дифференциации пенсии (от минимального до максимального ее размера, например по соотношению 1 к 3). Цель страховой пенсии — обеспечить достаточный источник средств к существованию, гарантирующий достойную жизнь и удовлетворение основных потребностей, сложившихся в период трудовой деятельности.

Какой позиции придерживается руководство страны, определить весьма сложно. На словах — второй, которая присуща социальному государству, а судя по многолетнему сохранению пенсионной бедности и нищеты — первой.

Страховая пенсионная система неразрывно связана с трудовым законодательством, его важнейшим институтом — заработной платой. Уровень оплаты труда, неуклонное повышение заработков работающего населения предопределяют в итоге общий объем страховых взносов, за счет которых выплачиваются страховые пенсии. Следовательно, начинать перестройку страховой пенсионной системы надо с повышения ее опоры — заработной платы. Не может быть достойной пенсии без достойной заработной платы. Сначала достойная оплата труда, а затем, как ее следствие, — достойная пенсия. По-другому не бывает, о чем свидетельствует международный опыт.

Обратимся к страховым пособиям. Специфика этой ветви российского страхового обеспечения состоит в том, что до начала 2007 г. фактически действовало советское законодательство и его полная отмена произошла с указанного времени. В дальнейшем многие его нормы менялись неоднократно.

В настоящее время действуют два федеральных закона: от 29.12.2006 № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством»[11] и от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»[12].

Содержание названных законов так же, как и дальнейшие их изменения, даже не обсуждались. Между тем они судьбоносны, как и пенсионные законы, поскольку затрагивают интересы подавляющего большинства занятого (работающего) населения.

Первый из названных выше законов («Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством»), явился как бы подарком к Новому году, столь стремительного прохождения закона трудно даже припомнить, хотя скоростной режим законотворчества, когда это нужно власти, широко распространен в современной России. Закон оказался полной неожиданностью для всех, даже для профсоюзов и научной общественности. Но это еще не все. Спустя 2,5 года, 24.07.2009, данный Закон также стремительно пересматривается и принимается в новой редакции[13]. Впоследствии в него продолжают вноситься поправки. Если кратко охарактеризовать случившееся, то следует констатировать, что названный Закон существенно ухудшил обеспечение застрахованных страховыми пособиями, он преследовал одну-единст- венную цель — снизить расходы на их выплату. И она в итоге была достигнута: страховые взносы, предназначенные для выплаты пособий, составляли в недалеком прошлом 5,4% по отношению к фонду оплаты труда, но постепенно снизились до 2,9%, т.е. без малого почти вдвое. В результате возросла предпринимательская прибыль, уменьшились страховые платежи бюджетных организаций, а следовательно, и затраты государства на их содержание. Пострадали лишь застрахованные, их доходы в виде различных пособий в расчете, например, на 2015 г. сократились, по нашим ориентировочным расчетам, примерно на 300 млрд руб. (5,4 — 2,9 = 2,5).

Подобные законодательные новеллы, влекущие за собой сокращение социальных расходов, принято ныне называть «оптимизацией». Кстати, они осуществлялись по инициативе исполнительной власти (Правительства РФ) и в те годы (2007, 2011—2013 гг.), когда кризисная ситуация не наблюдалась.

Что побудило именно в указанные благополучные годы снизить уровень страховых пособий? Ответ ясен — стремление ублажить бизнес-сообщество, которое настойчиво и не без успеха добивается сокращения расходов на социальные нужды и соответственно повышения своего предпринимательского дохода. Подготавливая и принимая решения о сокращении пособий, властные структуры не учли, что расходы на все пособия в перспективе полностью окупают себя.

Перечислим наиболее значимые конкретные изменения, влекущие за собой снижение пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, а также — и по уходу за ребенком.

Начнем с пособий по временной нетрудоспособности — их пять подвидов, но основной из них — пособие по временной нетрудоспособности, наступившей вследствие болезни (травмы, кроме травмы в результате несчастного случая на производстве).

В прошлом это пособие выплачивалось за счет страховых средств с первого дня временной нетрудоспособности работника. С начала 2007 г. данное правило изменено: за первые два дня нетрудоспособности пособие стало выплачиваться за счет работодателя, а за остальное время, как и прежде, — за счет средств обязательного социального страхования. Затем, с 01.01.2011, период, за который пособие выплачивается за счет средств работодателя, увеличили с двух до трех дней. Таким образом, образовались два пособия, различающиеся по источникам средств: одно нестраховое, а другое — страховое.

Некоторые специалисты посчитали отказ от выплаты страхового пособия за первые два, а затем три дня не соответствующим Конвенции МОТ № 102 и Европейскому кодексу социального обеспечения (ЕКСО). Но это не так. Указанные акты допускают «возможность непредоставления пособия за первые три дня временной утраты заработка» (в кавычках — текст из п. 1 ст. 18 Конвенции). Формально все правильно, введенная норма не противоречит этим международным актам.

Главное в другом — работодатель просто не заинтересован в том, чтобы выплачивать за свой счет пособие за первые три дня временной нетрудоспособности. Вполне очевидно, что многие работодатели под разными предлогами уклоняются от выплаты пособия, учитывая, что подобная выплата снижает прибыль предприятия и их личные доходы. Кроме того, данное новшество явно побуждает работодателей по этим же причинам избавляться от часто болеющих работников. Более того, работодатель обычно не располагает сведениями о заработке работника за те два календарных года, за которые он должен подсчитать средний заработок. В связи с этим он нередко вынужден определять размер пособия не из заработка, а исходя из федерального МРОТ, который недопустимо низок.

Данное правило в итоге привело к тому, что заболевшие застрахованные все реже обращаются за медицинской помощью, листком нетрудоспособности и его оплатой, многие из них в период болезни продолжают трудовую деятельность в ущерб своему здоровью и здоровью коллег по работе. Другими словами, нарастает самолечение, а это, как известно, опасная тенденция.

Общеизвестно, что от размера пособия зависит благосостояние заболевшего и его семьи. Чем он выше, тем лучше живет заболевший, тем легче и меньше по времени протекает болезнь и, следовательно, короче период, за который выплачивается пособие. Не случайно почти во всех развитых странах пособия по болезни уже давно превышают минимальные нормы, установленные международными актами. В связи с этим центральной проблемой, заслуживающей особого внимания, является уровень обеспечения. Он зависит от того, в каком размере устанавливается пособие в процентах к заработку и как определяется этот заработок.

Ныне размер пособия составляет 60, 80, 100% среднего заработка, соответственно при страховом стаже до 5 лет, от 5 до 8 лет и 8 лет и более. Причем Закон повысил пособие до 60% для тех, кто имел стаж до 3 лет. Это решение можно только приветствовать, оно единственное, которое улучшило обеспечение.

Вместе с тем неожиданным оказалось решение об отмене пособия в размере 100% заработка для застрахованных, имеющих троих и более детей до 16 лет (учащихся — до 18 лет). Доказывать его абсурдность в условиях демографической катастрофы в России, резкого снижения рождаемости, бедноты большинства семей, где двое и тем более трое детей, бессмысленно.

Озадачило и решение об определении пособия исходя из федерального минимального размера оплаты труда (МРОТ) всем застрахованным, имеющим трудовой стаж менее 6 месяцев. Он в России все еще значительно ниже прожиточного минимума (с 01.07.2016 — 7500 руб.). Значит, пособие указанным гражданам составит в расчете на месяц 4500 руб. (60% МРОТ). Прожить на такую мизерную сумму невозможно, тем более имея детей.

Рассмотрим последние новеллы, касающиеся определения среднего заработка, принимаемого для исчисления всех пособий по временной нетрудоспособности[14]. Замена «старых» правил на «новые» привела к снижению уровня пособий.

Пособия по временной нетрудоспособности, как и другие указанные периодические пособия, исчисляются в отличие от страховых пенсий из среднего заработка застрахованного. Так было, так и осталось. Но это лишь на первый взгляд. По существу, все изменилось и весьма значительно.

Для того чтобы оценить новые правила исчисления пособий, надо сравнить их с теми правилами, которые действовали ранее. Напомним их. По старым правилам при твердой оплате труда (оклад в расчете на месяц плюс постоянные доплаты к нему) пособие исчислялось из оклада; при сдельной оплате — из среднедневного заработка за проработанные дни в течение двух последних месяцев, предшествующих месяцу, в котором наступила нетрудоспособность (среднедневной заработок определялся путем деления заработка за указанные два месяца на число рабочих дней, фактически проработанных в этих месяцах); исходя из среднедневного заработка исчислялось дневное пособие (в процентах к нему); общая сумма пособия подсчитывалась путем умножения дневного пособия на число рабочих дней, пропущенных в связи с временной нетрудоспособностью. Пособием возмещался, следовательно, фактически утраченный заработок, который застрахованный имел непосредственно перед наступлением временной нетрудоспособности (отпуском по беременности и родам) и получил бы, если бы не заболел.

По новым правилам пособие исчисляется из среднего заработка, полученного за два календарных года, предшествующих году наступления нетрудоспособности[15], т.е. подсчитывается прошлый заработок и за календарный, а не рабочий период. Расчет осуществляется так: суммируется начисленный заработок за два указанных календарных года; полученная сумма делится на 730, т.е. на число календарных дней в двух годах (результат — средний заработок в расчете на один день); исходя из дневного заработка определяется размер дневного пособия в процентах к дневному заработку; общая сумма пособия подсчитывается путем умножения дневного пособия на число календарных дней временной нетрудоспособности.

Приведем пример. Возьмем средний заработок, равный, допустим, 30 тыс. руб. в месяц и время работы в течение указанных двух лет, предшествующих годам наступления временной нетрудоспособности, в течение 12 и 6 месяцев. Пособие в расчете на месяц временной нетрудоспособности при страховом стаже от 8 лет, подсчитанное по новым правилам, окажется вдвое ниже, если работа продолжалась 12 месяцев, и в 4 раза ниже, если 6 месяцев.

Такова цена изменений правил исчисления среднего заработка в данном случае. Средний заработок в расчете на месяц зачастую может оказаться даже ниже МРОТ, установленного федеральным законом. Иногда застрахованный в течение указанных двух лет вообще не имеет заработка. Во всех таких случаях средний заработок, из которого исчисляется пособие, принимается равным минимальному размеру оплаты труда. Что это означает на практике? То, что пособие всем указанным выше гражданам, даже тем из них, кто имеет страховой стаж 8 и более лет, включая пенсионеров, возобновивших трудовую деятельность, исчисляется исходя из МРОТ. Значит, пособие составит при стаже до 5 лет лишь 4500 руб., а от 5 до 8 лет — 6000 руб.

Минимальный размер оплаты труда (он все еще, как отмечалось, значительно ниже прожиточного минимума) и тем более пособие, исчисленное на его основе, не могут гарантировать даже физиологического выживания заболевшего. Такой нищенский уровень пособий просто неприемлем в социальном государстве.

Федеральным законом «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» требуемый непрерывный стаж заменен на страховой стаж. Поводом (толчком) к этому послужило Определение Конституционного Суда РФ от 20.03.2006, в котором указано, что прежние нормативные акты СССР в части, увязывающей право на получение пособия по временной нетрудоспособности и его размер с длительностью непрерывного трудового стажа в силу правовых позиций, выраженных Конституционным Судом РФ ранее, с 01.01.2007 не могут применяться как противоречащие Конституции РФ, ее статьям 19 (ч. 1 и 2), 37 (ч. 1), 39 (ч. 1) и 55 (ч. 3) и утрачивают силу. Он предложил федеральному законодателю урегулировать порядок и условия реализации конституционного права каждого на социальное обеспечение в случае болезни и ввести новый порядок регулирования в срок до 01.01.2007.

Законодатель свел данное предписание к замене одного стажа, непрерывного, на другой стаж, страховой, не изменив ничего по существу. Между тем Суд, принимая решение, констатировал, что «размер страхового обеспечения, поставленный в зависимость от продолжительности непрерывного трудового стажа, объективно оказывается ниже у начинающих трудовую деятельность работников, при том, что они могут подвергаться заболеваниям не менее тяжелым и длительным, чем лица, имеющие такой непрерывный трудовой стаж, который дает право на получение пособия по временной нетрудоспособности в максимальном размере, и что на время болезни они в той же мере нуждаются в страховом обеспечении в виде возмещения заработка». Что изменилось при замене непрерывного стажа соответствующей продолжительности на страховой стаж той же продолжительности? По большому счету ничего. Молодые работники в силу возраста не могут иметь длительный стаж, ни непрерывный, ни страховой. Стаж в 8 лет можно заработать лишь к 25—28 годам, начав трудовую деятельность в 17—20 лет.

Решили, как всегда, — без каких-либо обоснований и чтобы не потребовались дополнительные расходы. Не учли главного — мотивированную часть соответствующего решения Конституционного Суда РФ, т.е. причину необходимости отказа от требования определенной длительности любого стажа, лишающего молодых работников возможности получать полноценное пособие наравне с другими работниками.

Проблема низких пособий у молодежи, когда заработки сравнительно невелики, а в семье маленькие дети, которых надо кормить, поить, одевать и учить, оказалась нерешенной, хотя она актуальна и остра. Невостребованным оказался и прошлый опыт нашей страны и других стран.

Представляется, что предписание Конституционного Суда РФ просто не выполнено. Сложившаяся ситуация, т.е. низкие пособия по временной нетрудоспособности для сравнительно молодых граждан, должна тревожить всех и прежде всего властные структуры с учетом того, что она отражается, в частности, на репродуктивном поведении молодежи, желании создавать семью, иметь детей и т.д. Ее нужно менять как можно быстрее (еще вчера, образно говоря), принимая во внимание неблагоприятную демографическую ситуацию в стране.

Какое решение напрашивается? Установить по примеру многих других стран приблизительно равные размеры пособия по временной нетрудоспособности для всех застрахованных. Оно полностью соответствует Конституции РФ, ее ст. 19 и Конвенции МОТ № 102, которая, кстати, не предусматривает дифференциации размеров пособий в зависимости от стажа.

Пособие по временной нетрудоспособности предоставляется также в четырех других случаях: необходимости ухода за заболевшим членом семьи; карантина застрахованного, а также карантина ребенка в возрасте до 7 лет, посещающего дошкольную образовательную организацию, или другого недееспособного члена семьи; осуществление протезирования по медицинским показаниям в стационарном специализированном учреждении; долечивание в установленном порядке в санаторно-курортных учреждениях, расположенных на территории РФ, непосредственно после стационарного лечения.

Средний заработок для расчета указанных выше видов пособий как в прошлом, так и в настоящее время определяется по тем же правилам, что и средний заработок для установления пособия по временной нетрудоспособности, наступившей вследствие болезни. Ныне пособием и в этих случаях возмещается, следовательно, не тот заработок, который фактически утратил застрахованный, а его прошлый заработок, исчисляемый к тому же по новым правилам.

Теперь о пособиях по беременности и родам. Рассмотрим лишь особенности исчисления пособий по беременности и родам, учитывая то, что общие правила их расчета те же, что и для пособий по временной нетрудоспособности. Однако отметим, что пособие по беременности и родам ранее всегда устанавливалось в размере 100% заработка, в том числе тем женщинам, которые проработали до наступления отпуска по беременности всего один день. Данное пособие не ограничивалось предельной суммой даже в те периоды, когда вводились ограничения пособия по временной нетрудоспособности, наступившей вследствие болезни, определенной суммой.

В настоящее время пособие по беременности и родам также устанавливается в размере 100% заработка, но не того, который женщина имела ко дню предоставления отпуска, а прошлого заработка, исчисляемого по тем же правилам, что и для пособия по временной нетрудоспособности, за одним исключением. Значит, все неблагоприятные последствия, связанные с изменением правил исчисления среднего заработка, которые подробно рассматривались выше и касались пособия по временной нетрудоспособности, относятся и к пособию по беременности и родам. В частности, если средний заработок женщины, подсчитанный по новым правилам, т.е. за два календарных года, предшествующих году наступления отпуска по беременности и родам, не достигает МРОТ, то пособие определяется на уровне МРОТ. Единственное исключение для этих женщин состоит в том, что в делитель (730) не включаются календарные дни, приходящиеся на следующие периоды: временной нетрудоспособности, отпуска по беременности и родам, отпуска по уходу за ребенком; период освобождения от работы, если на сохраняемую заработную плату не начислялись страховые взносы в ФСС.

Особая ограничительная норма предусмотрена для женщин, страховой стаж которых менее 6 месяцев. Им пособие выплачивается в размере МРОТ, но не более подсчитанного среднего заработка.

Не согласуются все эти нормы и с международными актами, предусматривающими, что данное пособие должно быть достаточным для поддержания здоровья и надлежащего материального положения семьи. Его уровень должен быть достаточным для того, чтобы женщина могла содержать себя и своего ребенка в достойных с санитарно-гигиенической точки зрения условиях и иметь надлежащий уровень жизни. Это цитата из Конвенции МОТ № 183 (пересмотренной) об охране материнства. Пособие в размере федерального МРОТ, не достигающего даже прожиточного минимума, не может обеспечить достойную жизнь.

Вывод аналогичен тому, который сделан в отношении пособий по временной нетрудоспособности: абсолютная сумма пособия по беременности и родам снизилась, хотя пособие по-прежнему устанавливается в размере 100% заработка. Причина — изменение правил его исчисления. Кроме того, в некоторых случаях пособие устанавливается на уровне федерального МРОТ, сумма которого не может обеспечить достойную жизнь женщины и ее ребенка.

Последнее пособие, на уровне которого также негативным образом сказались измененные правила исчисления заработка, — это пособие по уходу за ребенком в возрасте до полутора лет. Застрахованным данное пособие, как и прежде, устанавливается в размере 40% заработка.

По отношению к заработку его размер достаточно высок. Все дело опять в том, как исчисляется средний заработок для подсчета этого пособия.

В настоящее время средний заработок для определения этого пособия подсчитывается также за два календарных года, предшествующих году предоставления отпуска, т.е. в таком же порядке, как исчисляется средний заработок для определения двух других пособий: пособия по временной нетрудоспособности и пособия по беременности и родам (сумма заработка за два календарных года делится на 730). Применительно к данному пособию в делитель не включаются те же календарные дни, что и при расчете среднедневного заработка, на основе которого исчисляется пособие по беременности и родам. Далее определяется условный средний заработок за месяц, на основе которого подсчитывается полагающееся пособие. Для этого среднедневной заработок умножается на 30,4 и его сумма делится на 100, а частное отделения умножается на 40.

В связи с новыми правилами определения среднего заработка сумма данного пособия также снизилась, у многих она зачастую определяется в минимальном размере.

Второй закон — Федеральный закон «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» — предусматривает социальное обеспечение застрахованных, пострадавших вследствие несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также членов их семей в случае смерти пострадавшего. До вступления в силу данного Федерального закона, а это произошло в 2000 г. (после установления тарифа страховых взносов по данному виду социального страхования), в России, а до этого и в СССР применялась гражданская ответственность работодателей.

В части исчисления пособий по временной нетрудоспособности данный Федеральный закон неразрывно связан с Федеральным законом «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством». Согласно ст. 9 Закона пособие по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве и профессиональным заболеванием выплачивается в размере 100% среднего заработка. Но средний заработок, на базе которого определяется пособие по временной нетрудоспособности вследствие несчастного случая на производстве (профзаболевания), подсчитывается по тем же правилам, что и всех других таких пособий, устанавливаемых в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством».

Значит, даже при высоком заработке оно зачастую может назначаться на уровне МРОТ, например в случаях, когда потерпевший в двух календарных годах, предшествовавших несчастному случаю на производстве, не имел заработка или работал непродолжительное время. Диапазон размеров пособия по временной нетрудоспособности вследствие несчастного случая на производстве может составлять в подобных ситуациях от 7500 руб. (размер МРОТ с 01.07.2016) до его максимального размера свыше 260 тыс. руб. (т.е. различаться в 44 раза). Таковы последствия применения новых правил исчисления заработка применительно к пособиям по временной нетрудоспособности вследствие несчастного случая на производстве. Ситуация абсолютно абсурдная, не поддающаяся никакому объяснению.

Отметим, что подготавливаются и некоторые другие предложения по сокращению расходов, связанных с обеспечением пострадавших на производстве. Предлагается, в частности, не выплачивать им пенсию по инвалидности, если установлена высокая ежемесячная выплата в связи с профессиональным заболеванием.

При восстановлении ранее действовавших правил исчисления заработка в Федеральном законе «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» и упразднении отсылочной нормы, закрепленной в Федеральном законе «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», возродится и полноценное пособие по временной нетрудоспособности, наступившей вследствие производственной травмы[16].

Отметим еще один существенный дефект Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» — он касается понятия «несчастный случай на производстве».

Обновленное понятие несчастного случая на производстве содержится в ст. 3 указанного Закона. Приведем его полностью: «Это событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть».

Соответствует ли в полной мере понятие несчастного случая на производстве, включая и те нормы, которые содержатся в Трудовом кодексе РФ, установленному в соответствующих актах МОТ и Совета Европы? Нет, в полном объеме не соответствует. Это касается тех событий — несчастных случаев, которые произошли в пути на работу и с работы.

Согласно Конвенции МОТ о пособиях в случаях производственного травматизма (1964)[17] каждый член организации «устанавливает определение термина несчастный случай на производстве, включая условия, при которых несчастный случай в пути считается несчастным случаем на производстве» (ст. 7). Далее говорится о том, что этого можно не предусматривать, если иная система (т.е. система обеспечения пособиями по временной нетрудоспособности) устанавливает в отношении несчастного случая в пути пособия, которые «в общей сложности по крайней мере равны пособиям, предусмотренным в настоящей Конвенции».

В Рекомендации МОТ № 121 о пособиях по случаю производственного травматизма, принятой в тот же день, что и названная Конвенция, постановлено принять ряд предложений, придав им форму рекомендаций, дополняющих Конвенцию 1964 г.

В соответствии с одним из дополнений каждая страна должна рассматривать как несчастный случай на производстве (помимо тех случаев, которые указаны в п. «а» и «Ь») и несчастные случаи, «возникшие в пути между местом работы и ... основным или временным местожительством трудящегося; или местом, где трудящийся обычно принимает пищу; или местом, где трудящийся обычно получает заработную плату» (п. 5 Рекомендации).

В советских нормативных правовых актах, действовавших несколько лет как бы по инерции в первый период после распада СССР, давалось исчерпывающее понятие «трудового увечья». Оно полностью соответствовало норме указанной Рекомендации. Таковым признавалось, в частности, событие, произошедшее в пути на работу и с работы[18].

Наряду с этим временная нетрудоспособность признавалась наступившей вследствие трудового увечья и в двух других случаях, а именно, когда несчастный случай произошел: при выполнении государственных и общественных обязанностей, а также специальных заданий советских, партийных, профсоюзных и иных общественных организаций, хотя бы эти задания не были связаны с основной работой; при выполнении долга гражданина СССР по спасению человеческой жизни, по охране социалистической собственности, а также по охране социалистического правопорядка.

В связи с обновлением страхового законодательства безвозвратно исчезло понятие «трудовое увечье», в котором все перечисленные выше несчастные случаи, в том числе произошедшие в пути на работу и с работы, признавались трудовым увечьем, так же как и случаи, произошедшие в течение рабочего времени, включая установленные перерывы в нем.

Несчастные случаи в пути на работу и с работы носят массовый характер, поскольку ежедневно едут на общественном и личном транспорте (вплоть до велосипедов) и идут почти все работающие, а их в России около 60 миллионов. Кстати, в привилегированном положении оказались застрахованные, несчастный случай с которыми произошел во время следования к месту работы или с места работы на транспорте, предоставленном страхователем. Как известно, к их числу относится персонал, за которым закреплено право пользования служебным транспортом. Несчастный случай, произошедший с ними по пути на работу или с работы, всегда признается связанным с производством.

По числу несчастных случаев на производстве Россия — лидер, лидирует, к сожалению, наша страна и по дорожно-транспортным происшествиям (ДТП), в том числе с тяжелыми последствиями. Впереди всех она, видимо, и по числу иных травм[19].

Вызывает серьезную озабоченность полное игнорирование ныне в российском страховом законодательстве особой общественной значимости некоторых обстоятельств, при которых произошел несчастный случай, приведший к утрате трудоспособности или смерти застрахованного. К таким обстоятельствам относится, в частности, получение травм при выполнении государственных и общественных обязанностей, долга гражданина по спасению человеческой жизни, а также при охране правопорядка. Приравнивать несчастные случаи, произошедшие при указанных выше обстоятельствах, к бытовым вряд ли верно. Ранее в подобных случаях в нашей стране предусматривалось установление пособия в максимальном размере по отношению к заработку (100%). Теперь они не различаются, размеры пособия при любых травмах устанавливаются как при общем заболевании в зависимости от продолжительности страхового стажа (за исключением травм, полученных вследствие несчастного случая на производстве).

При трудовом увечье сумма пособия (в СССР и некоторое время в России) ранее традиционно не ограничивалась никаким пределом. Это объяснялось государственным регулированием оплаты труда, установлением реального минимального размера оплаты труда (МРОТ), составлявшего примерно половину среднего заработка, сложившегося в стране.

Ныне положение иное. МРОТ и средний заработок в десятки и даже сотни раз ниже высоких заработков, которые иногда достигают десятков миллионов рублей в месяц. Учитывая чрезмерный разброс заработков (по этому показателю Россия превосходит все европейские страны), в 2013 г. в стране ввели предельный (максимальный размер) пособия по временной нетрудоспособности, наступившей вследствие производственной травмы. За полный календарный месяц он не может превышать четырехкратного максимального размера ежемесячной страховой выплаты[20]. В 2015 г. максимальный размер ежемесячной страховой выплаты не мог превышать 65 330 руб. Следовательно, максимум пособия за месяц составлял 261 320 руб.

Введение максимального уровня пособия в данном случае является, на наш взгляд, вполне обоснованным.

Каковы же общие выводы из краткого сравнительного правового исследования законодательства о страховых пособиях?

В ближайшее время предстоит, как представляется, реставрационный, т.е. восстановительный ремонт, всего страхового законодательства. Инициировать его должно, видимо, Правительство РФ, не дожидаясь протестных действий застрахованных и профсоюзов, которые призваны представлять их интересы.

Естественно возникает вопрос: в какую сумму оцениваются расходы, связанные с восстановлением всех указанных выше утраченных прав застрахованными? Утраченных, подчеркнем еще раз, без достаточных к тому оснований. Они оцениваются специалистами примерно в 2,5% по отношению к фонду оплаты труда, на который начисляются страховые взносы в ФСС. Другими словами, восстановление утраченных прав потребует повысить страховой тариф в этот Фонд с 2,9 до 5,4%, т.е. настолько же, насколько он был необоснованно снижен. Резали по живому, вопреки социальной справедливости и здравому смыслу, ради сиюминутной экономии и увеличения предпринимательской прибыли.

  • [1] См.: Тающие пенсии //Аргументы и факты. 2015. № 15.
  • [2] СЗ РФ. 2013. № 52 (ч. I). Ст. 6965.
  • [3] Расходы на пенсионное обеспечение в конечном счете определены этой базой.
  • [4] Она постепенно возрастает и уже достигла 50%. Начисление страховых платежейна скрытую оплату труда позволило бы полностью сбалансировать бюджет ПФРи даже повысить солидарный коэффициент замещения на 3—4 пункта. См.: Соловьев А.К. Коэффициент замещения: проблемы теории и практики. М., 2014.С.184,185.
  • [5] В дальнейшем коэффициент замещения будет снижаться, в 2020 г. он составитпримерно 33%.
  • [6] Такое решение означает, по существу, конфискацию уплаченных страховых взносов за период трудовой деятельности до 15 лет и установление впоследствии лишьсоциальной пенсии по старости вместо трудовой.
  • [7] Выплата в период трудовой деятельности пенсии по старости в полной сумме иее перерасчет с учетом пополнения расчетного пенсионного капитала привеликак к увеличению численности легально работающих пенсионеров, так и значительному увеличению их пенсии. Перерасчет пенсии производился ранее с 1 августа каждого года.
  • [8] Доля ВВП, выделяемая на пенсионное обеспечение, — один из основных показателей, характеризующий его состояние. В России она в 2—3 раза ниже, чем встранах ЕС. Второй показатель, свидетельствующий о качестве жизни населенияв стране, — продолжительность жизни. Чем выше качество жизни, тем выше и еепродолжительность. В нашей стране продолжительность жизни сравнительноневысока, особенно мужчин, она значительно ниже, чем в указанных странах,этим и объясняется низкий пенсионный возраст. См.: Захаров М.Л. Социальноестрахование: прошлое, настоящее и перспективы развития. М., 2013.
  • [9] Один из настойчивых пропагандистов упразднения государственной пенсионнойсистемы и предоставления вместо достойной пенсии скромного социального пособия для выживания — В. May, ректор Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Правительстве РФ.
  • [10] Реальное существование таких пенсионных систем — убедительное доказательство возможности достичь разумного компромисса между застрахованными ибизнес-сообществом при активном участии государства и профсоюзов.
  • [11] СЗ РФ. 2007. № 1(4.1). Ст. 18.
  • [12] СЗРФ. 1998. №31. Ст. 3803.
  • [13] Его дата и номер сохраняются прежними, но называется он иначе.70
  • [14] Об особенностях исчисления пособий по беременности и родам по уходу за ребенком см. далее.
  • [15] Законом допускается возможность замены одного или даже двух указанных календарных лет, если в эти годы предоставлялся отпуск по беременности и родами (или) отпуск в связи с уходом за ребенком (исключаемые годы заменяются предшествующими им календарными годами).
  • [16] Рассматриваемый Федеральный закон устанавливает еще две страховые выплаты:единовременную и ежемесячную, которые здесь не рассматривались.
  • [17] Данная Конвенция также пока еще не ратифицирована нашей страной.
  • [18] См.: Пункт 106 Положения о порядке обеспечения пособиями по временной нетрудоспособности, утвержденного постановлением Президиума ВЦСПС от12.11.1984.
  • [19] Имеются в виду статистические данные в расчете на 1000 занятого населения.
  • [20] См.: Федеральный закон от 01.12.2014 № 396-ФЗ «О приостановлении действиячасти 11 статьи 50 Федерального закона «О государственной гражданской службеРоссийской Федерации» в связи с Федеральным законом «О федеральном бюджете на 2015 год и на плановый период 2016 и 2017 годов» (документ утратилсилу).
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >