Методология измерения человеческого капитала и инвестиций в него (В.А. Перепелкин, Е.В. Перепелкина)

Актуальность изучения человеческого капитала в значительной степени усилилась в 1990-е гг. благодаря работам представителей «новой теории роста»1, в которых он через техническое творчество, изобретения, обучение в процессе работы стимулирует позитивные изменения в динамике роста национальной экономики. Однако результаты предпринятых другими учеными эмпирических исследований не всегда подтверждали существование сильной прямой связи между накоплением человеческого капитала в стране и устойчивым ростом ее экономики. Причиной этого многими считается недостаточная точность измерения человеческого капитала, из-за чего возникают затруднения при установлении связи между количественными и качественными изменениями в нем и темпами экономического роста. Таким образом, несовершенство методов оценки человеческого капитала превратилось в серьезное ограничение для его использования в качестве инструмента объяснения механизма осуществления экономического роста в современных условиях. Поскольку проблемой измерения человеческого капитала ученые занимаются давно, целесообразно проанализировать существующие здесь наработки, чтобы исходя из достигнутого сформулировать собственные предложения по ее решению.

Первую попытку количественно измерить воплощенный в людях человеческий капитал предпринял во второй половине XVII в. в труде Политическая арифметика Уильям Петти, сопроводивший расчет стоимости запаса человеческого капитала нации экономико-политическими выводами[1] [2]. Петти полагал, что доход от труда как фактора производства представляет собой определенный процент с человеческого капитала. Так, поскольку доходы Англии от факторов земли и капитала составляли 15 миллионов фунтов стерлингов, а национальный доход в совокупности был равен 40 миллионам фунтов, остающиеся 25 миллионов фунтов были отнесены на доход от фактора труд. При стоимости капитала и земли в 250 миллионов фунтов стерлингов процентный доход от них составлял 6%. Исходя из этого, величина стоимостного выражения человеческого капитала могла быть приблизительно оценена в 417 миллионов фунтов стерлингов. При шести миллионах населения Великобритании того времени, средняя стоимость человеческого капитала страны в расчете на одного жителя составляла 69 фунтов. Стоимостная оценка человека в расчетах Петти зависела от возраста, профессии, квалификации: взрослый стоил как два ребенка, один моряк — как три крестьянина.

Во второй половине XIX в. Уильям Фарр осуществил расчет стоимости человеческого капитала путем дисконтирования будущих доходов на момент вступления в профессиональную жизнь (ставка дисконтирования была принята равной 5%), за вычетом образовательных и бытовых расходов, с поправкой на вероятность смерти в различных возрастных категориях посредством таблиц смертности1. Тем самым, человеческий капитал индивида измерялся его совокупным доходом, получаемым на рынке труда в течение жизни, который сильно зависел от достигнутого уровня производительности труда.

В это же время учеными так называемой «немецкой школы» исследовалась проблема определения ценности человека преимущественно в контексте исчисления издержек на образование. Теодор Витстейн сформулировал два вида стоимости, имеющих значение для понимания категории человеческого капитала: стоимость дохода и стоимость издержек проживания[3] [4]. Когда стоимость дохода начинает превышать стоимость издержек, рассчитываемую посредством суммирования прожиточного минимума и затрат на обучение, человек получает возможность сделать вклад в воспитание и образование следующего поколения. Положенное Витстейном в основу расчета и оспоренное последователями предположение о равенстве совокупного прижизненного трудового дохода и издержек содержания и обучения индивида выражало стремление к объединению подходов к измерению человеческого капитала через, с одной стороны, капитализацию трудового дохода от него (подобно Фарру) и, с другой стороны, подсчет издержек на его создание (что впоследствии продолжил делать Энгель). Для упрощения процедуры расчета Витстейн сделал также впоследствии подвергнутое критике допущение о неизменности в течении жизни индивида с определенной профессией величин его ежегодных издержек на потребление (в том числе и на образование) и будущего дохода.

Суммирование издержек на формирование человеческого капитала внешне было похоже на определение цены производства человека, если упор делался на издержки проживания, или на оценку качеств человека как действующего или потенциального работника в случае предпочтения исчислению издержек обучения. Второму варианту отдавал предпочтение Рихард Людтке, считавшего экономическую денежную стоимость человека частью национального состояния, воплощенной в индивидууме в размере совокупных образовательных издержек[5]. Уделявший большее внимание издержкам проживания, Эрнст Энгель вместе с тем был един с Людтке в признании обязательства обучения будущих поколений, полагая, что экономическое сохранение народа основано на том, что каждое поколение отдает долг в виде затраченного на его воспитание и обучение капитала в полном размере и с процентами в виде оплаты аналогичных услуг в отношении следующего поколения. Руководствуясь данным утверждением, немецкий ученый рассчитывал стоимость воспитания родителями детей до достижения ими возраста 25 лет. Каждый человек в течение своей жизни, полагал Энгель, проживает три периода, из которых два непродуктивны (молодость и старость), и лишь один продуктивен. В трудоспособный период человеку следует позаботиться о том, чтобы его доход покрывал издержки обучения и воспитания в молодости, поддержания жизнедеятельности в период активной работы, а также затраты в фазе старости. Таким образом, доход должен быть тем больше, чем большее время отводится на обучение. Попытавшись разработать метод оценки человеческого капитала, основанный на исследовании стоимостной отдачи от обучения, Энгель не смог дать объективную оценку человеческого капитала великих деятелей науки, искусства и политики, что привело к прекращению его изысканий в данной области1. Выражая сомнения по поводу возможности точного исчисления стоимости человеческого капитала исходя из получаемого дохода, при проведении исследований представители немецкой школы также не обнаружили неопровержимых признаков существования количественно выраженной неразрывной связи между индивидуальными образовательными затратами и ценностью конкретного человека. Фактически измерению подвергались главным образом издержки связанные с материальновещественной стороной проживания человека, а не с совершенствованием его качеств как будущего или действующего работника.

В начале XIX в. француз Арно Барриол подобно Витстейну при определении стоимости человека исходил из равенства его потребительских расходов и совокупных доходов в течение жизни. Его методика вычисления социальной стоимости национального хозяйства предусматривала возрастную и половую дифференциацию населения. Так как лишь около половины женщин было занято в производстве, получая в среднем в два раза меньше мужчин, Барриол заключил, что социальная стоимость женщины составляет четверть от стоимости мужчины. Рассчитываемая социальная стоимость среднестатистического человека рассматривалась им как характеристика уровня экономического развития страны. Издержки получения образования не принимались во внимание, поскольку определялась «социальная ценность» только мужчин-чернорабочих разных возрастных групп. Полученные по экономике Франции результаты предлагалось пересчитывать в применении к другим странам с поправкой на различия в уровнях оплаты труда.

Идеи Фарра и Витстейна получили дальнейшее развитие в опубликованной в 1930 г. книге Денежная оценка человека американских ученых [6] [7]

Луиса Дублина и Альфреда Лотки. Посредством процедуры дисконтирования трудового дохода ими была осуществлена стоимостная оценка человека в разных возрастах[8]. В частности, для определения стоимости индивида при рождении применялась следующая формула:

где Рх — вероятность дожития индивида до возраста х;

Ух — годовой заработок индивида в возрасте от х до х+1;

Ех — уровень занятости в экономике в возрасте от х до х + 1;

Сх — издержки проживания индивида в возрасте от х до х+1;

I — норма процента.

По аналогичной разработанной Энгелем методике, но с внесением в нее некоторых улучшений, рассчитывалась стоимость воспитания человека до возраста х. Ее величина результировала из вычитания из стоимости индивида в возрасте х его же стоимости во время рождения, умноженной на

(1+0/Л [9]-

Начало следующего этапа совершенствования методологии исчисления величины человеческого капитала на основе получаемых доходов от его применения часто связывают с выходом из печати в 1958 г. статьи Джейкоба Минцера, применившего в своем исследовании статистическую функцию дохода, в которой логарифм заработка зависит от продолжительности обучения и опыта работы[10]:

где у — средний трудовой доход индивида с 5 лет обучения и Е лет производственного опыта;

Ь()—расчетный коэффициент отдачи при отсутствии образования;

Ь, — расчетный коэффициент отдачи от года обучения;

Ь2 —расчетный коэффициент отдачи от года работы;

Ь3— расчетный коэффициент нелинейных эффектов отдачи от измеряемого в годах опыта работы;

е — величина ошибки, возникающая из-за не учтенных в модели факторов.

Частичный характер оценок человеческого капитала, получаемых на основе измерения издержек по содержанию человека или накопленного им потенциала знаний и навыков, по мере развития экономической науки становился все более очевидным. Все чаще ученые обращались к оценке человеческого капитала, основанной на достигаемых при его применении результатах. Однако отсутствовало единое понимание содержания этих результатов, чрезмерно широкий спектр учета которых иногда приводил к достаточно неожиданным для ученых последствиям. Так, предпринятое в 1930-е гг. Фридрихом Данном разграничение между идеальной, количественно неизмеримой культурной ценностью человека и его материальной ценностью, выражающейся в «экономической стоимости рабочей силы», получило отражение в воззрениях национал-социалистов .

В современной экономической науке двумя основными подходами к стоимостному измерению величины человеческого капитала стали определение связанных с его формированием расходов в ретроспективе и расчет ожидаемого дохода в виде дисконтированной суммы заработков за предстоящие годы работы. Среди нестоимостных методик измерения человеческого капитала доминирует индексная оценка (в частности, через индекс человеческого капитала — ИЧК / НО, индекс человеческого развития — ИЧР / HDI (до 2013 г. обозначавшийся как ИРЧП или индекс развития человеческого потенциала), основанная на использовании результатов сочетания косвенных (например, по показателю уровня грамотности) и прямых методов оценки (например, по количеству лет обучения).

В настоящее время разнообразие приводимых в научных публикациях методов измерения человеческого капитала велико (от установления величины инвестиций в него или уровня качества образования до приведенной стоимости будущих доходов человека за вычетом приведенных расходов на поддержание жизни), но в конечном итоге их содержание зависит от степени широты определения человеческого капитала, из которого исходил ученый при проведении своего исследования. Поскольку расширительная трактовка данного понятия может требовать учета даже таких плохо поддающихся количественному описанию качеств человека как его ценностные установки и социальные связи, то в случае выхода на эмпирический уровень исследования происходит обращение главным образом к когнитивным характеристикам, главным образом к полученным в результате обучения и опыта работы знаниям, умениям и навыкам. Менее общее определение человеческого капитала не в состоянии охватить всю широту свойств личности обладателя последнего, но оно операбельно, то есть может быть надежно выражено каким-либо объективным образом, позволяющим отразить участие данного ресурса в реальных экономических процессах. В противном случае исследователю неизбежно придется иметь дело с трудно решаемыми задачами вроде оценки вклада в человеческий капитал врожденных качеств его носителя (в частности, крепкого здоровья), личного благополучия или социальной солидарности, либо подразделения затрат на образование, здравоохранение и культуру на инвестиционные и потребительские.

Сегодня при измерении величины человеческого капитала чаще всего исходят из определений, в которых внимание сосредоточивается на возникающем вследствие обучения производственном потенциале индивида, обычно выражаемом через стоимостные составляющие экономической [11]

отдачи от его использования. Из результатов опроса по заказу Конференции европейских статистиков (CES) 46 официальных статистических служб стран-участниц организации следует:

  • - большинство из них руководствуются узким определением человеческого капитала, сфокусированном на его экономических составляющих;
  • - при выборе между физическими и стоимостными показателями оценки человеческого капитала предпочтение обычно отдается последним;
  • - среди методов оценки человеческого капитала первенствует основанный на учете доходов, а не затрат или осуществляемый посредством применения остаточного подхода. Причем вследствие ограниченности располагаемых статистических данных доходы учитывались главным образом от рыночной деятельности и по лицам трудоспособного возраста, а затраты — по учреждениям образования и лишь в некоторых случаях по фирмам и домохозяйствам[12]. Безусловно, по мере накопления знаний о человеческом капитале диапазон его измерения будет расширяться за счет аспектов, которые со временем станут менее сложными для концептуального осмысления, прежде всего благодаря формированию более совершенной базы данных по ним. Пока же применяемые на практике методики оценки исходят из узкого определения человеческого капитала и в расчетах используются преимущественно сведения о формальном образовании и аккумулируемых человеком экономических выгодах.

Как явление рыночной экономики капитал получает прежде всего стоимостную характеристику, позволяющую достигать сопоставимости различных его видов и элементов. Это действительно и для человеческого капитала, который подвергается и износу, и накоплению, пусть с определенной спецификой. Инвестиции в него воплощаются в нематериальных благах, подвергающихся износу не вследствие использования, а, наоборот, в большинстве случаев в результате бездействия (например, при безработице или при несоответствующем его предназначению применении). Интенсивная эксплуатация составляющих основу человеческого капитала знаний и навыков вызывает их приращение, чем он выгодно отличается как объект инвестирования от других видов капитала.

Инвестиционные преимущества человеческого капитала особенно выгодно реализовывать домохозяйствам, поскольку, выступая неотъемлемой принадлежностью конкретного индивидуума, в современном обществе он не может поменять собственника посредством купли-продажи. Здесь существует проблема структурирования внутри затрат на человека в зависимости от их потребительского или инвестиционного назначения, по мере решения которой количественно человеческий капитал станет более сопоставим с другими видами применяемого в экономической деятельности капитала. Важным шагом в этом направлении представляется введение в [13]

рамках системы национальных счетов вспомогательных счетов для человеческого капитала, где будут учитываться издержки на образование с указанием источников финансирования и исполнителей образовательных услуг, а также доходы выгодополучателей (такие попытки уже предприняты в некоторых странах ОЭСР, например, во Франции и в Австралии). Данные для достаточно полноценного количественного описания ресурсов на входе и созданных продуктов на выходе позволят закрепить за образованием статус производственного процесса, а человеческий капитал удастся гораздо более точно оценивать как экономический актив.

Нередко при оценке человеческого капитала на первый план выходят натуральные показатели, такие как грамотность (критерии которой меняются в зависимости от уровня социально-экономического развития страны — от умения читать и писать до владения базовыми навыками пользователя персонального компьютера), продолжительность обучения в годах в системе формального образования, удельные веса среди населения либо работающих групп лиц с разным уровнем образования. Отмечая недостатки такого подхода Кейси Маллиган и Ксавье Сала-и-Мартин в опубликованном в 1997 г. исследовании доказывали, что без учета качества образования и качеств получающего его человека (здоровья, способностей, культуры) показатели времени обучения, охвата формальным образованием (в частности, уровень грамотности), структуры населения по уровню образования не в состоянии отразить реальную величину человеческого капитала: производительность труда не растет прямо пропорционально количеству лет учебы, а наличие диплома учебного заведения вовсе не гарантия от профессиональной некомпетентности1. Достигается лишь опосредованная оценка человеческого капитала, не отвечающая требованиям его прямого измерения как экономического ресурса, но предоставляющая дополнительную полезную информацию.

Оставаясь в рамках подхода к измерению человеческого капитала через доход его владельца, Маллиган и Сала-и-Мартин давали не стоимостную, а индексную оценку. Годовой человеческий капитал страны определялся ими индексным методом посредством соотнесения совокупного трудового дохода приходящегося на жителя страны с заработной платой человека, не получившего образования. Результатом расчета выступал индекс заработка среднестатистического работника относительно заработка человека без образования. Делением на заработную плату последнего, согласно замыслу ученых, достигается очищение трудового дохода от влияния на него имеющегося у любого человека физического капитала. Тогда средний человеческий капитал к состояния / в момент времени / (к/[)) рассчитывается по следующей формуле:

Mulligan C.B., Sala-i-Martin X. Measuring Aggregate Human Capital // Journal of Economic Growth. 2000. Vol. 5(3). P. 215-252.

где — ставка заработной платы работника с 5 лет образования;

и>,{/,0) — ставка заработной платы работника без образования;

— доля людей с я лет образования.

Неявно предполагается, что не получившие образования работники располагают одинаковым по величине человеческим капиталом и полностью взаимозаменимы, но не всегда получают одинаковый доход. Различия в уровне человеческого капитала среди остальных работников привносятся продолжительностью и качеством формального образования. Результаты неформального образования и обучения в процессе работы во внимание не принимаются. Эмпирической базой для расчета послужили данные по экономике США за каждый первый год десятилетия с 1940 по 1990 г.

Перспектива разработки универсального показателя измерения человеческого капитала может быть связана с синтезом кажущихся сегодня альтернативными друг другу методов учета издержек и учета доходов. Условием их практического применения выступает фактический отказ от расширенной трактовки человеческого капитала как реализации индивидом имеющегося у него комплекса врожденных и приобретенных положительных качеств ради получения желаемых выгод. На деле при проведении количественного анализа исследователями берутся в расчет главным образом сведения о фиксируемых в рыночной деятельности ресурсах и продуктах на входе и на выходе процесса обучения. Таким образом, стоимостная оценка человеческого капитала, в большинстве случаев осуществляемая исходя из его узкой трактовки, обеспечивается суммированием либо вложений в формальное образование и обучение в процессе работы, либо трудовых доходов на протяжении жизни работника. Нацеленность на отражение именно рыночно-экономических параметров функционирования человеческого капитала, способных вызвать увеличение производительной способности индивидов, объясняется достаточно прагматично: нерыночные ресурсы (в частности, добровольная безвозмездная помощь в домохозяйствах родителей и иных лиц учащимся, затрачиваемое последними на учебу свободное время) и выгоды от обладания человеческим капиталом хуже поддаются количественному измерению. Это равно относится к личным нерыночным выгодам (таким как более здоровый образ жизни, увеличивающий ее продолжительность; удовлетворенность работой, в том числе благодаря самовыражению через творчество; субъективное благополучие; широта социальных контактов) и к нерыночным выгодам общества (лучшая социальная интеграция граждан, позитивное восприятие социокультурного разнообразия вследствие большей информированности, повышение уровня безопасности). В то же время рыночные входные и выходные факторы процесса формирования человеческого капитала, принимая стоимостную форму, сравнительно легко оцениваются на основе измерения величин издержек и доходов. К рыночным ресурсам на входе в систему образования относят оплату труда работников, материально-вещественные и прочие затраты соответствующих учреждений, а на выходе оценке подвергаются доходы выпускников с различными уровнями академической подготовки.

При включении в сферу учета издержек неформального образования исследованию подвергается образовательная деятельность, организуемая и оплачиваемая фирмами и домохозяйствами. Имеется в виду дополнительное образование (внутрифирменные программы обучения), профессиональная подготовка (обучение на рабочем месте), обучение на уровне домохозяйств (занятия с репетиторами и иными наставниками). В отличие от формального образования здесь в оплате образовательных услуг почти не участвует государство, поэтому обучение нацелено на приращение корпоративного и индивидуального человеческого капитала. Это позволяет повысить эффективность вложений, поскольку родителям и работодателям довольно хорошо известны сильные стороны и недостатки обучаемых, тогда как из-за значительно меньшей информированности в данном вопросе государству приходится рассматривать связь между инвестициями в образование и их результатами при посредстве среднестатистических величин.

Вслед за Людтке и Энгелем продолжили научное обоснование оценки величины человеческого капитала исходя из учета издержек на его формирование в 1960-1970-е гг. американцы Теодор Уильям Шульц1, Джон Кендрик[14] [15] и Роберт Айснер[16], а из современных авторов можно выделить Арто Коккинена[17] и Георга Эверхарта[18]. Сосредоточив внимание на вложениях в формирование человеческого капитала, Шульц рассматривал их широкий спектр: в официальное образование, обучение дома, на работе, в здравоохранение и даже предлагал учитывать упущенный доход от трудовой деятельности, которую не осуществлял человек из-за занятости учебой. Следуя его методологии анализа издержек на получение образования современные ученые наряду с недополученными заработками обучающихся учитывают как скрытые издержки и недополученную прибыль работодателей, имеющую место из-за обучения одними работниками других, и выплаты фирм в возмещение потерянных заработков во время учебы. Инвестиционный характер вложений в человека, согласно Шульцу, присутствует там, где они сопровождаются потерей части дохода сегодня ради его увеличения в будущем. Необходимость сравнения отдачи от вложений в человеческий капитал с альтернативными им инвестициями становится очевидной. Также Шульц писал о важности науки для накопления человеческого капитала1, что по-прежнему актуально, поскольку и в настоящее время при проведении исследований внимание ученых сосредоточивается главным образом на сфере образования, в незначительной мере распространяясь на сферу научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ. А ведь гам не только широко применяется созданный в образовании человеческий капитал, но он воспроизводится на расширенной основе с более высоким качеством.

В опубликованной в 1976 г. работе Кендрика, считающейся открывшей новый этап в разработке метода основанного на измерении издержек, автор при исследовании человеческого потенциала США в период 1929-1969 гг. подразделяет затраты на человеческий капитал на материальные (идущие на физическое воспроизводство человека до 14-летнего возраста) и нематериальные (инвестиции в здравоохранение, образование, обеспечение безопасности и мобильности, нацеленные на повышение производительности и качества труда)[19] [20]. Уделяя главное внимание вводимым ресурсам, указанные ученые вынужденно абстрагировались в рамках избранного метода от его существенного недостатка, связанного со слабым учетом качества продукта (а значит, и будущей отдачи от него) при оценке через себестоимость изготовления. В случае с человеческим капиталом это означало, что одинаковые затраты на людей с разными способностями и здоровьем принесут неодинаковые по величине результаты. Также с разной степенью успешности делались попытки преодолеть присущие методу издержек ограничения в применении, вызванные невозможностью в настоящее время полностью и точно измерить всю совокупность издержек по накоплению человеческого капитала в силу следующих причин:

  • - ретроспективный характер количественной оценки человеческого капитала через совокупность издержек на его формирование в прошлом, которая не может соответствовать суммарной величине аналогичных издержек в настоящем и будущем;
  • - нет однозначных критериев разграничения издержек учитываемых как инвестиции в человеческий капитал и относимых к потреблению, вследствие чего оно делается произвольно, согласно представлениям конкретного ученого;
  • - по-разному рассчитывается норма амортизации человеческого капитала, что приводит к несовпадению получаемых оценок величины последнего. Проблемы здесь возникают из-за: длинного временного лага между текущими расходами учреждений образования и продуктом на выходе в виде выпускников; разнонаправленности динамики величины человеческого капитала на протяжении жизни его носителя, когда по мере взросления, накопления знаний и опыта она растет, а затем, с приближением к старости, уменьшается; отсутствия полной определенности в способах установления величины морального износа, вызванного устареванием знаний и навыков;
  • - в рамках стоимостной оценки трудно учесть нерыночные преимущества от накопления человеческого капитала, такие как здоровье, воспитание детей, самореализация через творчество, развитие индивидуальных способностей;
  • - из-за недостаточной широты охвата либо невысокой точности предоставляемых статистическими службами данных о совокупных затратах на образование в расчет берутся в основном государственные расходы на образование.

Исходя из цели функционирования человеческий капитал логично оценивать не через издержки на его создание, а посредством количественного измерения результатов, достигаемых благодаря его применению. В зависимости от выгодополучателей эти результаты бывают частными и общественными. Частные результаты функционирования человеческого капитала достаются его собственникам, а также частным инвесторам в него (например, фирмам, организующим или оплачивающим обучение своих работников), в виде увеличения их доходов и повышения социального статуса. Общественные результаты полезны всем, поскольку приводят к ускорению роста экономики в целом, к тому же через возникающие благодаря использованию человеческого капитала положительные внешние эффекты совершенствуют институциональную среду и социальную сферу, уменьшая издержки ведения хозяйственной деятельности. ^

Главным достоинством разработанного Дейлом Йоргенсоном и Барбарой Фраумени метода измерения человеческого капитала на основе «трудовых доходов на протяжении жизни»[21] представляется возможность подвергая оценке результаты на выходе количественно определять эффективность производственного процесса (в данном случае— образовательной деятельности). Согласно этому методу накопление знаний, умений и навыков на индивидуальном, корпоративном и национальном уровнях целесообразно исчислять как совокупную дисконтированную стоимость ожидаемых рыночных доходов ныне живущего поколения людей. Приращение воплощенного в людях запаса человеческого капитала исчислялось посредством вычитания из его валовой накопленной величины амортизации, связанной с сокращением периода рыночной трудовой деятельности вследствие старения.

Формула трудового дохода на протяжении жизни (V) определенного индивида (у) пола (.V), возраста (а), образования (е) выглядит так:

I/ _ ^y+,s,a,e^y,s,a+l^y,s,a+,e(,^ "Г <§0

где ?— годовой доход;

5^+1 —вероятность того, что человек проживет еще год; g — темп роста дохода;

/ — процентная ставка.

Были выделены пять этапов жизненного цикла человека: в возрасте до четырех лет, а также с 75 лет человек не учится и не работает; с 5 до 13 лет — учится, но не работает; с 14 до 34 лет — и учится, и работает; с 35 до 74 лет — работает, но не учится. Следовательно, на первом и последнем этапах жизни иметь трудовой доход человек не может. Доход людей находящихся на втором и третьем этапах жизни определялся по особой формуле:

где Е — коэффициент охвата школьным образованием.

Опираясь в своих исследованиях на данные по экономике США за период 1947-1986 гг. Йоргенсон и Фраумени рассчитывали полный трудовой доход как сумму рыночной и нерыночной оплаты труда за вычетом налогов. Принятие излишне позднего срока выхода на пенсию (75 лет) и некоторое преувеличение доходов от нерыночной деятельности привели к тому, что по сравнению с полученными Кендриком их оценки величины человеческого капитала США в совпавший период времени (1947-1969 гг.) оказывались почти в 17-18 раз больше. Конечно, равенство стоимости капитального актива, определенной суммированием расходов на его производство либо дисконтированием будущих доходов от его использования, достижимо в рамках существующей лишь в теории закрытой национальной экономики с совершенной конкуренцией на рынке капиталов. Однако настолько большое различие в оценке человеческого капитала требует рассмотрения недостатков метода измерения человеческого капитала через доход от него. Их краткий перечень таков:

  • - некорректно считать весь совокупный доход человека полученным только от использования человеческого капитала, не вычитая из него доходы, не связанные с повышением эффективности труда вследствие обучения либо с обладанием индивидом особыми природными способностями;
  • - наряду с наличием и величиной человеческого капитала уровень дохода человека от трудовой деятельности зависит и от таких факторов как продолжительность времени труда или текущая конъюнктура на рынке труда, где спрос на труд меняется в связи со сменой фаз экономического цикла, структурными сдвигами в экономике, регулирующими воздействиями государства;
  • - выбор значений коэффициентов дисконтирования будущих заработков и дефляторов цен для осуществления прогноза параметров ожидаемых потоков реальных доходов пока в большей мере является субъективным решением исследователя, чем результатом расчетов по в достаточной степени обоснованным алгоритмам;
  • - стоимостная оценка человеческого капитала не охватывает неденежных выгод от его использования, хотя ее величина полученная методом трудового дохода больше рассчитанной методом издержек благодаря формированию доходов за счет способностей, данных человеку при рождении (физических, интеллектуальных, творческих). При этом получаемая отдача зависит не только от свойств человеческого капитала, но и от экономических и институциональных условий, в которых осуществляется его эксплуатация (например, низкая востребованность человеческого капитала в условиях подавления сырьевым сектором национальной экономики ее высокотехнологичных частей);
  • - сложно учесть параболическую форму кривой трудового дохода в течение жизни, которая долгое время возрастает, а с некоторого момента начинает неуклонное движение вниз. Причем качественное высшее образование увеличивает крутизну наклона при более пологом пике дохода. В любом случае, расчет амортизации человеческого капитала линейным способом (т.е. равными долями за равные отрезки времени) является чрезмерным упрощением реально происходящего процесса, требующего более сложных вычислений;
  • - предположение о возможности точно выразить через различия в заработной плате неодинаковые уровни производительности труда часто не находит подтверждения на практике. Отклонения имеют место, например, в периоды спада в экономике или из-за успешных действий профсоюзов при заключении тарифных соглашений с работодателями.

Тем не менее, рассчитывать на получение в достаточной степени достоверного прогноза доходов от человеческого капитала позволяет наличие большого массива исходных статистических данных о доходах, занятости и продолжительности жизни, а дополнительная информация о ставках оплаты и уровнях образования с разбивкой по возрастным группам может быть получена благодаря проведению обследований. Последующее сопоставление спрогнозированных значений трудовых доходов с детальной информацией об издержках в состоянии дать лучшее представление о реальных результатах функционирования механизма накопления человеческого капитала, по крайней мере, в применении к сфере образования. Прагматичность и совместимость со стандартами системы национальных счетов методологии Йоргенсона - Фраумени обусловила ее использование в ряде международных исследовательских программ, таких как Проект ОЭСР по изучению человеческого капитала, в первом докладе в рамках которого (опубликован в 2011 г.) рассмотрению подверглись 14 стран этой организации и Румыния.

Особого внимания ученых заслуживает вопрос распределения дохода от эксплуатации человеческого капитала между, с одной стороны, индивидом как его носителем и непосредственным собственником и, с другой стороны, инвестирующими в формирование и развитие рассматриваемого экономического ресурса организацией-рабогодателем и государством. Центральное место при изучении взаимодействия количественно-качественных параметров человеческого капитала с вложениями в него занимает измерение получаемого от этого дохода. Для большинства экономистов он представляет собой главный результат эксплуатации человеческого капитала, проистекающий из прироста стоимости создаваемого чистого продукта. Знание об инвестиционном аспекте функционирования человеческого капитала крайне важно для получения точной оценки его величины в динамике развития, но, поскольку направления осуществляемых вложений весьма разнообразны, в настоящее время оно не является в достаточной мере полным. В части инвестиций большинство исследований ограничивается использованием величин вложений в образование, а сам инвестиционный подход по сути сводится к методу определения издержек воспроизводства человеческого капитала, основанному на усредненных данных и часто реализуемому в отрыве от всей совокупности доходов домохозяйств, за исключением оплаты труда.

  • [1] Lucas R. Е. On the mechanics of economic development // Journal of MonetaryEconomics. 1988. Vol. 22(1). P. 3^1-2; RomerP. Increasing returns and long run growth //Journal of Political Economy. 1986. Vol. 94(5). P. 1002-1037; Romer P. M. Human capital and growth: Theory and evidence // Camegie-Rochester Conference Series on PublicPolicy. 1990. Vol. 32. P. 251-286; Jones L., Manuelli R. A convex model of equilibriumgrowth: Theory and policy implications I I Journal of Political Economy. 1990. 98(5).P. 1008-1038.
  • [2] Петти В. Экономические и статистические работы. М.: Соиэкгиз, 1940.
  • [3] Farr W Equitable Taxation of Property // Journal of Royal Statistics. 1853. Vol. XVI.P. 1—45.
  • [4] Wittstein T. Mathematische Statistic und deren Anwendung auf National-?konomieund Versicherungs-Wissenschaft // Der Capitalwerth des Menschen. Abschnitt III. Hannover: Han'sche Hpchbuchlandlung, 1867. S. 49-55.
  • [5] L?dtge, R. ?ber den Geldwerth des Menschen // Deutsche Versicherungszeitung.1873. Vol. 56. S. 473^174.
  • [6] Engel E. Der Werth des Menschen. Teil I: Der Kostenwert des Menschen. // Volkswirtschaftliche Zeitfragen. Bd. 7. Berlin: L. Simon, 1883.
  • [7] Barriol, A. La valeur sociale d'un individu // Revue Economique Internationale.1910. P. 552-555.
  • [8] 2 Dublin L. /., Lotka A. The Money Value of Man. N. Y.: Ronald Press, 1930.
  • [9] TaM ace. P. 168.
  • [10] Mincer J. Investment in Human Capital and Personal Income Distribution // Journalof Political Economy. 1958. Vol. 66(4). P. 281-302.
  • [11] Zahn F. Vom Wirtschaftswert des Menschen als Gegenstand der Statistik // Allgemeines Statistisches Archiv. 1934. Bd. 2/3. S. 265-277.
  • [12] 2 1 Экономический и социальный совет ООН. Конференция европейских статистиков. Обзорный доклад по измерению человеческого капитала Измерение человеческого капитала: перспективные инициативы и будущие проблемы, Женева, 10-
  • [13] июня 2013 г. [Электронный ресурс]. Режим доступа: 11Пр:/Лууу.ипесе.-о^:8080/Шеас11ТппЛЭАМ/51а18/ боситегДз/есе/сев/ЗО 1375R.pdf.
  • [14] Schultz T.W. Capital Formation by Education // Journal of Political Economy. 1960.Vol. 68. P. 571-583; Schultz. T.W. Investment in Human Capital. The Role of Educationand of Research. N.Y.: The Free Press, 1971.
  • [15] Kendrick J. W. The Formation and Stocks of Total Capital. N. Y.: Columbia University Press, 1976.
  • [16] Eisner R. The total incomes system of accounts // Survey of Current Business. 1985.Vol. 65(1). P. 24-48.
  • [17] Kokkinen A. Assessing Human Capital in the National Accounts — Is there a Feedback to Theory // Paper at the 31st General Conference of the International Association forResearch in Income and Wealth (IARIW). Session 8. August 2010. Switzerland: St. Gal-len, 2010. C. 22-28.
  • [18] Ewerhart G. Ausreichende Bildungsinvestitionen in Deutschland? Bildungsinvesti-tionen und Bildungsvermogen in Deutschland 1992-1999 // Contributions to the LabourMarket and Employment Research. 2003. C. 266.
  • [19] Schultz. T. W. Investment in Human Capital. The Role of Education and of Research.N. Y.: The Free Press. 1971. P. 8-9, 202-246.
  • [20] Kendrick J. W. The Formation and Stocks of Total Capital. N. Y.: Columbia University Press. 1976.
  • [21] Jorgenson, D. W., Fraumeni, B.M. The output of the education sector // Output Measurement in the Services Sector. Chicago: The University of Chicago Press, 1992. P. 303-338; Jorgenson, D.W., Fraumeni B.M. Investment in Education and U.S. EconomicGrowth // Scandinavian Journal of Economics. 1992. Vol. 94. P. 51-70.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >