Понятие, сущность и содержание глобальных проблем развития мировой цивилизации

В процессе исторического развития человеческой деятельности происходит ломка устаревших технологических способов, а вместе с ними — и устаревших социальных механизмов взаимодействия человека с природой. В начале человеческой истории действовали преимущественно адаптационные (приспособительные) механизмы взаимодействия. Человек подчинялся силам природы, приспосабливался к изменениям, происходящим в ней, изменяя по мере этого свою собственную природу. Затем в процессе развития производительных сил возобладало утилитарное отношение человека к природе, другому человеку.

Современная эпоха ставит вопрос о переходе на новый путь развития социальных механизмов, который следует назвать коэво- люционным, или гармоническим. Глобальная ситуация, в которой оказалось человечество, отражает и выражает всеобщий кризис потребительского отношения человека к природным и социальным ресурсам. Разум подталкивает человечество к осознанию жизненной необходимости гармонизации связей и отношений в глобальной системе «человек — техника — природа». В связи с этим особое значение приобретает осмысление глобальных проблем современности, их причин, взаимосвязей, путей решения.

Особенностью современного этапа истории человечества является то, что все большее число основных проблем общественного развития, ранее имевших место и носивших локальный характер, приобретает глобальные масштабы. Глобальные проблемы не возникают где-то рядом с ранее существующими, а вырастают из них. И уже недостаточно решить их только в той или иной стране или регионе, поскольку это тесно связано с тем, как данные проблемы решаются в других странах и регионах, а также в мире в целом.

Глобальными проблемами называют те проблемы, которые, во-первых, касаются всего человечества, затрагивая интересы и судьбы всех стран, народов и социальных слоев; во-вторых, приводят к значительным экономическим и социальным потерям, а в случае их обострения могут угрожать существованию самой человеческой цивилизации; в-третьих, требуют для своего решения сотрудничества в общепланетарном масштабе, совместных действий всех стран и народов.

Изучение и осмысление глобальных проблем развития человеческой цивилизации являются важными составляющими специальной отрасли политической науки — глобалистики. Связано это в первую очередь с тем, что именно во второй половине XX в. человечество выходит на новый этап своего развития, в котором политические и экономические процессы приобретают глобальный характер и тем или иным образом отражаются на жизнедеятельности всех народов, населяющих земной шар. По определению У. Бека, глобальные проблемы являются следствием указанных нелинейных (трансграничных) процессов мирового развития[1]. Они характеризуются динамизмом, комплексностью, взаимозависимостью, большой остротой, исторической иерархичностью.

Исследование глобальных проблем порождает множество вопросов. Какова природа глобальных проблем? В чем их отличие от других проблем, с которыми сталкивается человечество? Какая существует связь между глобальными проблемами, глобализацией и другими глобальными процессами? Все это чрезвычайно актуальные вопросы, на которые предстоит найти ответы в ближайшем будущем.

Современная глобалистика исходит из предположения о том, что глобальные проблемы являются объективным фактором мирового развития и в силу этой причины не могут быть проигнорированы ни одним из акторов международных отношений, включая нации-государства и международные организации. Нередко глобальные проблемы рассматриваются как закономерный результат процесса глобализации[2].

Причиной возникновения глобальных проблем является социально-политическое и промышленно-технологическое развитие современного общества. В самом общем плане глобальные проблемы — это «проблемы, возникающие из противоречий социальной системы и условий ее существования в едином пространственно-временном континууме с природным миром»[3]. Обострение противоречий ведет к нарушению функционирования социальной системы и к неизбежным в этих условиях конфликтам, отражающимся на развитии всей человеческой цивилизации.

Источником глобальных проблем становятся политические, экономические, экологические и социокультурные противоречия глобального масштаба, накладывающие различные ограничения на характер и формы соперничества стран, социально- политических и культурно-цивилизационных систем.

В современном мире уже не принято считать глобальные проблемы результатом просчетов, ошибок и промахов современных стратегий социально-политического развития общества или ошибок, допущенных в процессе их реализации. Тем более бессмысленно связывать глобальные проблемы развития человеческой цивилизации с природными или техногенными явлениями, аномалиями, катастрофами. По всей видимости, современные глобальные проблемы — это результат длительной эволюции самой социально-политической системы глобального общества, которая не может происходить без перекосов или случайных решений, повышающих уровень политических рисков. Именно эта эволюция, ее долгопериодные тренды и закономерности породили кризис технократического общества, который сегодня охватывает весь комплекс взаимодействий, меняет принцип взаимоотношений в системах «человек — человек», «человек — общество», «человек — природа», «общество — природа» и затрагивает интересы всего мирового сообщества в целом. Глобальные проблемы носят комплексный характер, они представляют собой интернациональный и социоприродный феномен и находятся во взаимосвязи друг с другом.

Категория «глобальные проблемы современности» в значении «совокупность жизненно важных проблем человечества, от решения которых зависит дальнейший социальный прогресс», получила широкое распространение в 1970-х годах как в зарубежной, так и в отечественной литературе[4].

Изучением глобальных проблем развития современной цивилизации на системном уровне одним из первых начал заниматься Римский клуб — международная неправительственная организация, созданная в Риме в 1968 г. Именно Римский клуб стал популяризатором тематики глобальных проблем, подчеркивая их опасность, и фактически добился того, что эти проблемы попали в фокус общественного внимания и научных исследований. Члены клуба затратили довольно много усилий на разработку стратегии решения глобальных проблем развития человеческой цивилизации на мировом, региональном и локальном уровнях.

Значительный исследовательский задел в этом направлении был сделан учеными АН СССР, такими как И.Т. Фролов, В.В. Загладин, Д.И. Гвишиани, Н.Н. Моисеев. Их усилиями были созданы специальные научные центры: Научный совет при Президенте АН СССР по социальным и философским проблемам науки и техники, Совет по глобальным проблемам XXI в.

В теоретическом и концептуальном плане термин «глобальные проблемы» получил довольно четкое определение, разделяемое большинством членов научного сообщества, и прочно вошел в научный и политический лексикон, закрепился в массовом сознании[5]. Сегодня глобальными проблемами принято считать проблемы, которые имеют общечеловеческий (межцивилизационный) характер и затрагивают интересы как человечества в целом, так и каждой личности в отдельности.

В 1990-е годы глобальные проблемы развития цивилизации начинают рассматриваться в основном в контексте процессов глобализации, которая стала трактоваться как одна из причин и источников современных глобальных проблем. Одновременно появился и другой подход, в котором процессы глобализации рассматриваются не как причина, а как следствие глобальных проблем, их возникновения на определенном витке развития цивилизации, которые глобализация призвана урегулировать или хотя бы сгладить. Однако излишнее довлеющее внимание, уделяемое глобализации как главному источнику современных глобальных проблем, на наш взгляд, не является оправданным, поскольку глобализация не объясняет всего многообразия существующих глобальных проблем и часто притягивается к этим проблемам искусственно.

В этом плане нельзя не согласиться с И.В. Ильиным, который весьма осторожно относится к глобализации, сомневаясь в ее способности объяснить все на свете; в своем определении глобальных проблем ученый, по сути, откатывается на более общие и универсальные позиции: рассматривает глобальные проблемы в качестве негативных последствий воздействия глобальных процессов на социосферу и биосферу, а позитивные тенденции — как глобальные факторы прогрессивного развития общества[6]. При этом глобальные процессы и их последствия выступают важнейшей частью предметного поля глобалистики, которое в этом контексте выступает как область изучения глобальных процессов в их целостном воздействии на генезис и развитие всех сфер (оболочек) планеты, их взаимовлияния и взаимодействия.

Вместе с тем нельзя не отметить, что глобальные проблемы не всегда носят сугубо негативный, как в интерпретации И.В. Ильина, характер: ведь через преодоление этих проблем и совершается эволюция человечества. Проблемы лишь расставляют метки на тех задачах, которые модернизирующемуся обществу еще только предстоит решить.

Если с определением термина «глобальные проблемы» все более или менее ясно, то с составлением перечня глобальных проблем развития человечества постоянно возникают объективные трудности. Дело доходит до того, что саму проблему составления такого перечня с полным правом можно отнести к одной из глобальных проблем современного развития — так много ученых различных национальностей приложили к его составлению свою руку. Однако добились они в этом вопросе лишь одного — всеобщей неразберихи. Причина сложившегося положения — не в квалификации исследователей, а в фактическом отсутствии критериев, позволяющих четко и однозначно выделить глобальные проблемы из числа проблем, затрагивающих все общество в целом или значительные его части, но при этом носящих ситуативный или сиюминутный характер. Дело в том, что далеко не все проблемы, сопровождающие развитие мирового сообщества, можно отнести к глобальным. Довольно часто к числу глобальных проблем относят практически любые противоречия современной эпохи, связанные с деятельностью человека.

Критерии глобальности — это система количественных и качественных параметров и характеристик современных вызовов и угроз, позволяющая однозначно отнести их к компетенции международных (наднациональных) институтов. Одним из таких критериев, бесспорно, является масштаб распространения проблемы в мире. Другим критерием глобальности часто выдвигают уровень угрозы международной безопасности и основам развития всей человеческой цивилизации. Типичным примером такой проблемы, полностью отвечающей обоим критериям, является международный терроризм. Формулирование указанных критериев позволяет выделить глобальные проблемы в отдельную группу, дать им определение и разработать их классификацию.

Глобальные проблемы характерны для глобальных процессов (ими они и порождаются). Поэтому с определенной долей уверенности можно говорить о том, что критерии, определяющие процессы как глобальные, будут также хорошо работать и в отношении глобальных проблем. В наиболее общем плане под глобальными процессами понимают процессы, происходящие на нашей планете, распространяющиеся на всю ее территорию и проявляющие определенную «глобально-планетарную целостность». Таким образом, процессы становятся глобальными, если они охватывают всю планету, затрагивают основы мировой социально-политической системы, ведут к изменению планетарных парадигм развития общества и тем самым имеют общепланетарное значение.

В политической (и не только политической) науке понятие «глобальный» употребляется в двух своих основных значениях: 1) планетарный, относящийся к земному шару и 2) всеохватывающий, универсальный. Соответственно и глобальные процессы могут определяться в этих двух базисах: 1) как общепланетарные процессы, 2) как процессы, относящиеся ко всему мирозданию. Первый подход к определению глобальных процессов свойствен глобалистике, второй — теории эволюции (эволюционизму).

В глобалистике в последнее время термин «глобальный» употребляется в плане «охвата какого-то объема пространства и обретения системно-планетарной целостности, «заданной» земным шаром»[7]. Некоторые ученые это качество общемировых процессов называют «пространственной глобальностью»[8].

Вместе с тем значительное распространение получила несколько иная трактовка термина «глобальный»: речь идет о процессе, который обладает признаком или группой признаков, характерных для всей совокупности реальных процессов. Это качественно-содержательная трактовка понятия «глобальный». Она же является и наиболее всеохватывающей: речь идет о признаке общепланетарной целостности.

В связи с этим «глобальными процессами имеет смысл именовать процессы, распространяющиеся на всю территорию планеты и проявляющие определенную глобально-планетарную целостность. В этом смысле глобальные процессы — это не просто процессы, происходящие на Земле, а процессы, имеющие общепланетарно-эволюционное значение»[9].

В итоге можно констатировать определенное разнообразие в трактовках и понимании термина «глобальность». В исследованиях, посвященных глобализации и глобальным проблемам, этот термин используется и в том и в другом значениях, причем примерно с одинаковой частотой. Развитие процессов глобализации предполагает распространение определенных тенденций и закономерностей социально-политического развития на весь человеческий социум независимо от национально-государственных границ, что должно привести к обретению человечеством общепланетарного единства и целостности в политике, экономике, международных отношениях, культурной сфере.

Упомянутая целостность формируется в результате присущих социальному движению закономерностей, а также благодаря природным особенностям и ограничениям земного шара. Причем заметим, что термин «глобализация» получил свое наименование из-за упомянутой выше природно-пространственной целостности и ограниченности нашей планеты, отчетливо видимой из космоса.

Как справедливо отмечает профессор МГУ А.И. Костин, «глобальные проблемы человечества в самом общем плане — это проблемы, возникающие из противоречий социальной формы движения и условий ее целостного бытия, существующих в едином пространственно-временном континууме»[10]. Глобальные проблемы имеют общечеловеческий, сущностный характер, поскольку затрагивают как все мировое сообщество в целом, так и подавляющее большинство конкретных людей. Эти проблемы развертываются в результате присущих социальным процессам и социоприродным взаимодействиям закономерностей развития, но в итоге «столкновения» их с планетарно-природными ограничениями и пространственной ограниченностью и целостностью Земли. Глобальные проблемы отвечают критерию глобальности, который имеет пространственно-географическое содержание, т.е. они распространяются на территорию, на которой значимы те или иные проблемы. Вместе с тем нельзя не согласиться с А.Н. Чумаковым, который указывает на то, что к гео- графически-пространственному (количественному) критерию необходимо добавить содержательно-качественный[11].

Глобальные проблемы представляют собой комплекс острейших социоприродных противоречий, затрагивающих мир в целом, а вместе с ним и все его регионы, различные страны, и в отличие от проблем «региональных», «локальных», «частных» имеют общечеловеческую значимость, несут риски и угрозы развитию человеческой цивилизации в общепланетарном масштабе, ставя в случае их обострения человеческую цивилизацию на грань выживания.

В этом плане глобальными могут быть названы только те проблемы, которые отвечают понятию «планетарные», т.е. охватывающие всю биосферу Земли, вплоть до космического пространства на верхней ее границе и мантии — на нижней. Этот подход характерен для представителей естественных наук (геологов, географов, биологов, физиков), пришедших в политическую глобалистику: все они стремятся определить глобальность через пространственные координаты, географические характеристики. В этом подходе есть и преимущества: географические критерии имеют свои количественные показатели — площадь поверхности планеты, глубину культурного слоя, высоту верхней границы атмосферы (физики хорошо знают, что это такое) и другие, которые вносят конкретику в общефилософские рассуждения о глобальности тех или иных явлений и устанавливают четкие рамки, ограничивающие область рассмотрения и отделяющие ее от остального пространства Вселенной. Географический подход к определению глобальности часто называют «количественным», или «объемно-пространственным».

Вероятно, географический подход можно признать наиболее практически ориентированным, поскольку он позволяет определять глобальные проблемы на той стадии, когда они уже получили свою актуализацию в мировых масштабах. Вместе с тем пока сложно говорить о способности этого подхода выявлять глобальные проблемы на ранних стадиях их возникновения и зарождения, поскольку он описывает уже состоявшиеся явления.

Кроме того, существуют проблемы, способные за короткий период времени охватить весь земной шар, но при этом не являющиеся глобальными: речь идет о стихийной истерии, охватывающей мир то в связи с атипичной пневмонией, то в связи с птичьим гриппом. Очевидно, что эти проблемы полностью соответствуют понятию «глобальность» с точки зрения географического подхода, но по сути глобальными как таковыми не являются[12].

Многие исследователи дополняют географический подход к определению глобальности проблем развития человеческой цивилизации своими критериями. Так, довольно часто встречается мнение, что проблема только тогда может считаться глобальной, когда она является «надрегиональной», т.е. актуальной относительно любого региона планеты. В противном случае речь будет идти о проблемах одного или нескольких регионов или даже территорий более мелкого масштаба. Все глобальные проблемы являются в то же время и региональными, но не все региональные проблемы — глобальными.

Не менее часто встречается утверждение, что глобальными являются лишь те проблемы, которые затрагивают интересы не только отдельных людей и их национально-государственных объединений (современных национальных государств, их союзов и коалиций, региональных и глобальных общественных организаций), а интересы и судьбу всего человечества. Эти рассуждения в целом не лишены логики, хотя и носят наивноописательный характер: как определить, затрагивают те или иные проблемы судьбу всего человечества или являются для него временными трудностями, связанными в том числе и с неизбежными издержками интенсивного развития? Ответ на этот вопрос может дать только само человечество, которое сегодня еще не представляет единого монолита, а в значительной степени разобщено и испытывает заметные трудности в выработке единой точки зрения даже на такие проблемы регионального масштаба, как революции «Арабской весны» или война в Сирии.

Для преодоления этих проблем в дефиниции глобальности существующих проблем развития мировой цивилизации исследователи нередко делают своеобразный «обходной маневр» и пытаются определить глобальность проблем исходя из совокупных трудозатрат, необходимых для их мирного разрешения. С этой точки зрения глобальными могут считаться те проблемы, для преодоления которых требуются совокупные усилия всего международного сообщества.

Некоторые из исследователей не ограничиваются в определении глобальных проблем настоящим, а стремятся заглянуть в будущее и оценить возможный ущерб, который указанные проблемы способны нанести развитию мировой цивилизации в случае, если не будут своевременно разрешены. В этом плане в качестве критерия глобальности они выделяют последствия для всего человечества и среды его обитания, вытекающие из нерешенности указанных проблем, но только тех, которые способны стать «серьезными» и «необратимыми». Под это определение, кстати, наряду с действительно объективными проблемами развития человечества (нищета, исчерпаемость ресурсов, болезни и т.д.) легко укладывается ипотечный кризис в США 2007—2010 гг.

И.В. Ильин в 2009 г. попытался привести все эти признаки к единому знаменателю, сформировав собственную систему критериев определения глобальности существующих проблем развития. По его мнению, «глобальные проблемы:

  • • выражают фундаментальные противоречия целостного и взаимосвязанного современного мира;
  • • являются объективным фактором развития современной цивилизации;
  • • характеризуются геопространственными показателями;
  • • обладают свойством всемирности, так как затрагивают жизненные интересы всего человечества, каждой нации и государства, каждого отдельного индивида и создают реальную угрозу для позитивного развития человеческой цивилизации, биосферы и выживания всей планеты в будущем;
  • • обладают качеством всеобщности, так как требуют для своего разрешения согласованных действий всех субъектов мировой политики независимо от их политического устройства, экономических, социальных и культурных различий;
  • • выявляют необходимость создания общественного механизма урегулирования противоречий в системе международных отношений;
  • • способствуют интернационализации общественных процессов и вовлечению в общественную международную жизнь широких слоев населения»[13].

В целом можно отметить, что эта попытка И.В. Ильина удалась: в результате различные точки зрения были систематизированы и структурно объединены в единую, внутренне непротиворечивую схему. Вместе с тем в этом подходе, как и во многих других, присутствуют описательность и эклектичность; основной мотив — мысль о том, что глобальные проблемы — это проблемы, касающиеся всех и каждого в отдельности. Но этого, очевидно, недостаточно для того, чтобы четко определить понятие глобальности применительно к современным проблемам развития, поскольку «всемирность» — понятие исключительно субъективное, а глобальные проблемы должны быть по своей природе объективными, что, впрочем, подчеркивает и сам И.В. Ильин в своем втором тезисе, приведенном выше.

Современные глобальные проблемы характеризуются еще одной отличительной особенностью: очень часто они неотделимы друг от друга, порождаются одними и теми же глобальными процессами, существуют совместно и перетекают одна в другую. Иными словами, все современные глобальные проблемы взаимосвязаны, тесно переплетены, их эволюция происходит в тесной увязке с аналогичными процессами эскалации или затухания других проблем этой группы; и порой между различными проблемами развития мировой цивилизации, выделяемыми исследователями, трудно провести четкую разделительную линию, которая указывала бы на то, где заканчивается одна проблема и начинается другая. Так, проблема бедности тесно связана с неравномерностью распределения ресурсов и с ресурсной недостаточностью, проблема болезней и эпидемий — с бедностью и нищетой и т.д. Все это требует выработки комплексного подхода к анализу современных глобальных проблем, к поиску комплексных решений, увязанных со стратегией развития глобального общества и всей человеческой цивилизации в целом.

Следующим шагом в исследовании глобальных проблем после определения критериев «глобальности», очевидно, должна идти их классификация по указанным избранным критериям. Сам процесс классификации отражает способность данных критериев выступать универсальным систематизирующим началом и их применимость к задаче разделения этой категории проблем на отдельные фракции. Однако существующая практика классификации и типологии глобальных проблем развития человеческой цивилизации свидетельствует о том, что эта задача довольно сложна и неоднозначна даже в том случае, если система критериев, избираемых для классификации, четко и предметно определена и тем самым исключает многозначность в оценке тех или иных рассматриваемых проблем.

Первые попытки систематизации глобальных проблем были предприняты в начале 1970-х годов в рамках исследований Римского клуба и работ целой плеяды ученых — Ф. Ферикса, В. Базьюка, Ю. Скольникова, Г. Брауна, С. Чейза, А. Габю, Э. Фонтела и др.[14]

В «Ежегоднике мировых проблем и человеческого потенциала», изданном в 1976 г., насчитывалось более двух с половиной тысяч «общечеловеческих проблем». В 1979 г. прогностический центр Конгресса США назвал 286 общих для всего человечества проблем, выделив из них 32 в качестве наиболее важных.

В России широкое распространение получила точка зрения И.Т. Фролова и В.В. Загладина, согласно которой все глобальные проблемы в зависимости от степени их остроты и первоочередности решения, а также от того, какие причинно- следственные отношения существуют между ними в реальной жизни, делятся на три большие группы[15].

По мнению вышеупомянутых авторов, первую группу составляют «интернациональные» проблемы, характеризующиеся наибольшей общностью и актуальностью. Они возникают из отношений между различными акторами международных отношений — прежде всего, между нациями-государствами и их военно-политическими союзами и коалициями, а также крупнейшими социальными объединениями и организациями (как правительственными, так и неправительственными).

К этой группе И.Т. Фролов и В.В. Загладин относят две основные глобальные проблемы, значимые для всего мира в целом:

  • • устранение войны из жизни общества и построение справедливого мира;
  • • установление нового мирового экономического порядка.

Ко второй группе проблем И.Т. Фролов и В.В. Загладин относят проблемы, связанные с системой «человек — общество» и в основном с качеством и уровнем жизни человека на планете. Это демографическая проблема, проблемы здравоохранения, образования, социального обеспечения, сохранения культурного многообразия человечества и др.

В третью группу, по мнению названных выше ученых, входят глобальные проблемы, возникающие в результате взаимодействия социума и природы. В их число входят проблемы неравномерности распределения и конечности природных ресурсов, с которыми связаны такие важные для всего человечества задачи, как обеспечение людей энергией, топливом, пресной водой, сырьевыми ресурсами и т.п. Сюда же относятся всевозможные экологические проблемы, а также проблемы, связанные с последствиями освоения Мирового океана, литосферы и космического пространства[16].

В конце XX в. наиболее авторитетные исследователи, занимающиеся определением современного состояния постиндустриальной теории, — П. Дракер, Дж. Гэлбрейт, Ф. Фукуяма, М. Кастельс, виднейшие специалисты по проблемам управления и теории современной корпорации — Л. Эдвинссон, Т. Стюарт, Ч. Хэнди, Т. Сакайя, а также наиболее известные эксперты по проблемам экологической безопасности и отношений с третьим миром — А. Гор, Д. Мидоуз, Р. Райх, П. Пильцер, Э. фон Вайцзеккер и другие — выделили наиболее актуальные для современности глобальные проблемы. Их концептуальные статьи вошли в изданный в России сборник «Новая постиндустриальная волна на Западе. Антология»[17]. В связи с этим особо следует отметить доклад Э. Вайцзеккера, Э. Ловинс, Л. Ловинс «Фактор четыре. Затрат — половина, отдача — двойная»[18].

Взгляды названных выше ученых во многом определили наиболее актуальные направления научных исследований в современной глобалистике, а также задачи, на решение которых должны быть направлены усилия научного сообщества. В число таких задач вошли следующие:

  • • формирование здоровой экологии, разработка политики по защите окружающей среды от химического, токсичного и радиоактивного загрязнения планеты. Так, А.А. Крушанов считает, что современная цивилизация в процессе исторического развития вошла в своеобразную «пограничную зону» своего взаимодействия с планетой, в результате чего может столкнуться с двумя типами вызовов: экологическим и ресурсным. В этом случае обострение экологической ситуации ожидается в силу продолжения тенденции к наращиванию избыточной нагрузки на природу. С точки зрения исследователя, по некоторым параметрам цивилизация уже вышла за допустимые природные границы; «для возвращения деятельности цивилизации в допустимые природные границы развитые страны, создающие нагрузку на природу, должны сократить свои потребности на 20%»';
  • • глобальное потепление (парниковый эффект), контроль за выбросами и содержанием двуокиси углерода в земной атмосфере;
  • • борьба с сокращением экологически продуктивных земель на душу населения. По мнению известного специалиста В.И. Морозова, в системе существующих сегодня экологических приоритетов весьма болезненную реакцию вызывают загрязнения местного и регионального характера, связанные с интенсивной хозяйственной деятельностью в местах компактного проживания населения. Экологическое неблагополучие природной среды обитания человека, значительные объемы опасных выбросов и сбросов токсичных веществ, интенсивная транспортно-промышленная деятельность приводят к разрушению и деградации основных природных биогеосистем, необходимых для выживания человека как биологического вида. Так, только на территории США к началу XXI в. выявлено более 30 тыс. участков различного размера, критически опасных с позиции их химического состояния. Сумма ожидаемых затрат по дезактивации наиболее загрязненных территорий оценивается американскими экспертами по меньшей мере в 30 млрд долл.[19] [20];
  • • регулирование распределения ресурсов на планете (особенно невозобновляемых) и охрана возобновляемых экосистем;
  • • борьба с исчезновением видов и уничтожением биологического многообразия;
  • • решение проблемы переработки и дезактивации токсических и нетоксических отходов. Причина крайней обеспокоенности международного сообщества в данной сфере вызвана все возрастающим влиянием, которое современная техносфера оказывает на биосферные процессы и природную среду обитания человека. «Мощное воздействие человеческой деятельности таково, что она сейчас рискует не только нарушить равновесие глобальных биогеохимических отношений, но и повернуть их вспять. Человек, став «геологической силой» (по выражению В.И. Вернадского), ныне близок к самоуничтожению в результате неимоверного концентрирования радиоактивных материалов военного назначения, химического загрязнения атмосферы и гидросферы, деградации почвенного покрова, сведения лесов. Все это вместе взятое коренным образом изменяет ход биогеохимических процессов», — отметили Е.В. Краснов и А.Ю. Романчук в своем докладе на Конгрессе «Глобалистика — 2009: пути выхода из глобального кризиса и модели нового мироустройства»[21];
  • • обеднение почв, заболачивание и опустынивание, повышение кислотности;
  • • уничтожение рыбных ресурсов, истребление морской флоры и фауны;
  • • решение проблемы гонки вооружений и вооруженных конфликтов;
  • • конверсия, сокращение ядерных арсеналов и арсеналов химического оружия;
  • • преодоление экономического разрыва между Севером и Югом, между глобальным центром и глобальной периферией;
  • • решение продовольственной проблемы, связанной с недостатком продуктов питания;
  • • балансировка демографической ситуации на планете;
  • • регулирование и ограничение роста потребления;
  • • повышение управляемости глобальными политическими и социально-экономическими процессами;
  • • стабилизация системы международных отношений, предотвращение ее скатывания к неуправляемому или «управляемому» хаосу;
  • • борьба с девальвацией базовых ценностей человеческой цивилизации — ценности мира, человеческой жизни и др.

Классификация глобальных проблем позволяет выявить различные связи и отношения между ними. По содержанию глобальные проблемы разделяют на политические, экономические и социальные[22] — в зависимости от того, в какой сфере мирового развития (политика, экономика, социальная сфера) возникают те или иные проблемы. По мнению И.В. Ильина, такая структуризация является достаточно условной, поскольку «в реальности глобальные проблемы тесно взаимосвязаны не только в рамках отдельной группы, но и между различными группами»[23]. Фактически функционирует целостная система глобальных проблем с многоуровневой структурой. Она характеризует взаимосвязь между различными международными акторами, а также взаимоотношения «общество — человек» и взаимодействие «общество — природа»[24].

Являясь «негативным следствием воздействия нелинейных глобальных процессов на развитие социосферы, глобальные проблемы оказываются узловыми точками ее эволюции. Каждая из глобальных проблем обусловлена множеством глубинных как объективных, так и субъективных факторов, однако их действие в конкретных исторических условиях и в различных географических регионах непостоянно и зависит от характера протекания глобальных процессов»[25].

Современные исследователи глобальных проблем стремятся изучать их в контексте общих закономерностей исторического развития, без отрыва от мирового исторического процесса и формируемой им многофакторной реальности, с учетом мировой политической и экономической динамики, глобального культурно-цивилизационного влияния, глобальных центробежных и центростремительных (интеграционных) процессов, процессов современной регионализации, являющихся своеобразным ответом глобализму[26]. При этом глобализация начинает восприниматься как новый системный уровень цивилизационной общности с ее собственными тенденциями и закономерностями, движущими силами, механизмами политического регулирования, ценностями и базовой идеологией.

Теория глобализации, активно развивающаяся начиная с 1990-х годов, стала своеобразной попыткой осмысления изменений, произошедших в развитии человечества в конце XX в. и на рубеже между двумя тысячелетиями. Теория глобализации занимается исследованием процессов формирования единого мирового гомогенного пространства. Интенсификация социальных, культурных, экономических связей и отношений приводит к развитию общемировых ценностей, но вместе с тем усугубляются и глобальные проблемы человечества, такие как бедность, голод, рост населения, проблема «Север — Юг», экологические катастрофы, угроза ядерных войн и т.д.

Основной в современном обществе становится тенденция к единообразию, унификации всех процессов, и это связано прежде всего с ростом информационной доступности, развитием компьютерных технологий и международного языка. Все большее влияние приобретают транснациональные корпорации, доходы которых сопоставимы с бюджетами некоторых стран и которые оказывают существенное влияние на социально-экономическое развитие.

Часть авторов рассматривают глобализацию как новый этап развития цивилизации, экономический и социальный феномен. В 1966 г. вышла известная статья Д. Белла «Конец идеологии», в которой он показывает, как после Второй мировой войны формируются постиндустриальные общества, растет класс «белых воротничков», активно развиваются поведенческие и социологические науки, а такие явления, как фашизм, нацизм, уходят в прошлое, и соответственно возникает новая эра — эра без идеологии.

Ф. Фукуяма в работе «Конец истории» (1989) подчеркивает окончательную победу капитализма и либерально-демократической идеологии, что, по его мнению, и знаменует конец истории (конец противостояния двух различных систем)[27]. Однако такая оптимистическая картина вскоре сменилась пессимистичными взглядами. По мнению Ф. Закарии, демократические ценности и институты не могут воздействовать на более глубокие структуры, такие как защита собственности и человеческих прав и свобод.

Каплан в статье «Приближение анархии» рассматривает сценарий развития, в котором существующий порядок рухнет, так как глобализация усугубляет разделение людей на два класса — привилегированный (так называемая «космократия») и маргинализированный. Еще более пессимистичный взгляд демонстрирует С. Хантингтон в работе «Столкновение цивилизаций»: государственное устройство, по его мнению, теряет свой авторитет, культура и цивилизация становятся ключевыми в новой системе[28]. С. Хантингтон называет восемь основных цивилизаций, оказывающих влияние на развитие глобального пространства, — китайскую, японскую, индийскую, исламскую, западную, российскую, латиноамериканскую и, возможно, африканскую. При этом наиболее существенные различия в социально-экономическом развитии обусловлены различиями культур.

Глобализация в период после «холодной войны» рассматривается как один из этапов на пути столкновения цивилизаций, главную роль в новом мире играют религиозные и национальные интересы. Государственные институты теряют свой авторитет и возможность контролировать потоки финансов, товаров, идей, технологий и населения. Границы становятся все более прозрачными, возникает особый международный «порядок», который С. Хантингтон сравнивает с хаосом и называет всемирной анархией. В подобной системе государство теряет свое влияние, нарастают различные конфликты, развиваются криминальные структуры, увеличиваются потоки беженцев, распространяются терроризм, ядерное оружие.

Сторонники теории глобализации подчеркивают рост экономической независимости и интеграцию экономических систем при доминирующей роли рынка; таким образом, сторонники свободного рынка победили в исторической перспективе. Глобальный рынок, а не идеология или политика определяет будущее. Главными изменениями в экономической системе стали возрастающая роль знаний как фактора производства и переход к информационным технологиям. Производство становится децентрализованным и географически рассредоточенным, коммуникационные технологии меняют саму природу финансов и торговли, создавая мир без границ.

С точки зрения философии глобализация приводит к формированию новой концепции — постмодернизма, который отрицает некоторые идеалы модернизации, например рационализацию, индивидуализм, нормы морали. Таким образом, теории модернизации и конвергенции в результате переосмысления исторических событий приобретают новое значение и жизнеспособность, на первый план выходят проблемы трансформации постсоциалистических систем и развития единого глобального экономического пространства.

Уровень глобализации экономики зависит от уровня развития производительных сил, современных технологий. Но зачастую понятие «глобализация» воспринимается как навязываемая странами Запада во главе с США идеология. Значительное количество людей в бедных странах не видят преимуществ глобализации. Тем не менее глобализация — это основная тенденция развития сегодняшнего мира, его экономики и международных экономических отношений[29].

Можно выделить следующие составляющие глобализации:

  • • тенденции к становлению экономической системы, функционирующей по единым правилам в масштабе всей планеты;
  • • нарастание финансовых и информационных трансграничных потоков, неподвластных государственному регулированию и контролю;
  • • эрозия национально-государственного суверенитета в результате возрастающей «проницаемости» межгосударственных границ и ослабление традиционных функций государства;
  • • размывание границ между внутренними и внешними политическими, экономическими, информационными и другими процессами;
  • • распространение по всему миру западных стандартов поведения, образа жизни, потребления, досуга;
  • • формирование идеологии «глобализма», призванной обосновать неизбежность происходящих изменений, их позитивный характер[30].

В последнее время все большее число исследователей указывают на то, что глобализация сопровождается процессами противоположной направленности, такими как дифференциация и регионализация.

Регионализация стала значимым фактором, движущей силой перемен в современной мировой экономике. Тенденции к расширению и углублению различных форм региональной экономической интеграции привели к широкому распространению терминов «регионализм» и «регионализация»[31].

Н.А. Косолапов считает, что «регионализация — одна из форм стадий «стягивания» [государств], суть которой — в формировании на основе и посредством развития интенсивных и глубоких для своего времени интернациональных связей новых, более крупных интеграций (социально-территориальных систем), т.е. союзов, конфедераций и проч.»[32]

Регионализацию понимают как ответ на силы глобализации (растущее осознание региональных интересов перед лицом глобальных влияний) и как промежуточную остановку на пути к полной глобализации (создание региональных блоков как первый шаг в становлении всеобщей политико-экономической системы)[33]. Следовательно, регионализация рассматривается всего лишь в качестве эволюционного звена в процессе развития всеобщей глобальной экономической системы. «Глобализация, — по мнению И.М. Осадчей, — органически связана с процессами регионализации. Создание региональных организаций, число которых постоянно растет, — это и своего рода ступени глобализации. Одновременно это способ достижения эффекта от масштаба, поскольку отдельным странам подобные организации могут обеспечить некоторую защиту от отрицательных последствий глобализации»[34].

Регионализация по существу отражает «выход множества ранее внутристрановых процессов за пределы границ отдельно взятого государства. Различия же — в условиях и времени возникновения соответствующих явлений, в их сущности, конкретных и социально-исторических функциях, в наборе субъектов процессов, в масштабах, глубине и интенсивности явлений, а также в их непосредственных и долговременных итогах и последствиях»[35].

Сложный характер процессов глобализации и регионализации вызывает неоднозначные оценки. Отдельные авторы полагают, что глобализация и регионализация находятся во взаимосвязи и взаимно укрепляют друг друга, некоторые же считают, что эти процессы находятся в прямом противоречии друг с другом. В одних случаях цели глобализации не совпадают с целями региональной интеграции, в других — возможно частичное совпадение, в-третьих — наблюдается их существенное расхождение[7]. «Регионализация, — полагает Н.П. Иванов, — порождена глобализацией, и в то же время формирование региональных блоков препятствует процессам глобализации. Интеграционные процессы внутри блоков позволяют объединять интеллектуальные и материальные ресурсы стран региона и создать более благоприятные условия для их экономического развития и конкурентных преимуществ на мировом рынке. Кроме того, формирование блоков — это своего рода защитная реакция на дестабилизацию экономической ситуации и мировые финансовые кризисы»[37].

В настоящее время наиболее мощными являются три региональных объединения, которые олицетворяют «новую геометрию мира» — геометрию триады: ЕС, НАФТА и АТЭС; на их долю приходится 79% мирового ВВП (соответственно 24, 26 и 29%); 75% мирового экспорта (4, 17 и 25%); 74% инвестиций (19, 19 и 36%) и 46% населения планеты (7, 5 и 34%). Для сравнения: на долю СНГ в мировых экономических показателях приходится лишь 3% ВВП, 2 — экспорта, 3 — инвестиций и 5% населения[38].

Самой развитой интеграционной группировкой в мире является Европейский Союз, который в своем развитии прошел все этапы интеграции и из зоны свободной торговли превратился в экономический и валютный союз. «Расширение — императив для Европейского союза, оно позволило ему по экономической мощи сравняться с США, несмотря на то что Европа в XX в. подверглась двум разрушительным войнам и была разделена противостоящими идеологическими системами. Политическая и экономическая интеграция стран Западной Европы, построенная по принципу открытого регионализма, сыграла решающую роль в том, что пик экономического лидерства США, приходящийся на середину XX в., остался в прошлом»[33].

Несмотря на объективность современного процесса глобализации, следует особо подчеркнуть его системную сложность и противоречивость в контексте мирового цивилизационного развития. В этом процессе вместе с тенденциями, способствующими сближению акторов международных отношений, наблюдаются центробежные тенденции, ведущие к несовпадению интересов его ведущих субъектов и увеличению пропасти между ними. Такие процессы широко и повсеместно наблюдаются в экономической, политической, социальной, технологической сферах международных отношений. Причиной этого является сама природа глобализации, которая, по Э. Гидденсу, представляет собой «процесс неравномерного развития, который «одновременно расчленяет и координирует»[40] все происходящие изменения в современном мире. При этом в прямом соответствии со своей внутренне противоречивой природой глобализация постоянно меняет свои конкретные формы и механизмы реализации, методы и инструменты генерации качественных изменений в жизнь общества. Возникают новые и трансформируются старые глобальные проблемы, в природе которых также лежит противоречивость глобализационной парадигмы развития современного мира.

Вместе с тем глобализация, увеличивая взаимосвязь и взаимозависимость различных государств и регионов мира, помогает объединять силы для эффективного решения глобальных проблем. Чем серьезнее проблема и чем выше порождаемые ею риски, угрозы и вызовы безопасности развития мировой цивилизации, тем более тесными и всесторонними должны быть международное сотрудничество, взаимодействие и интеграция стран мирового сообщества. Глобальные проблемы — это опасности, которые отдельно взятая страна не всегда может решить собственными силами. Поэтому для решения таких проблем требуются совместные усилия мирового сообщества. В противном случае национальные проблемы сравнительно легко перерастают в глобальные, как это произошло с современными проблемами экологии и защиты окружающей среды.

Одной из наиболее острых глобальных проблем в сфере экологии является проблема расширения ареала экологически неблагополучных территорий, ставших в результате хозяйственной деятельности человека непригодными или ограниченно пригодными для жизни. Под экологически неблагополучной территорией следует понимать территорию, на которой в результате хозяйственной и иной деятельности, разрушительного влияния стихийных сил природы, имевших место аварий произошли устойчивые отрицательные (обратимые и необратимые) процессы, вызвавшие рост заболеваемости и смертности населения; изменения, связанные с нарушением природного равновесия, разрушением естественных экологических систем, деградацией почв, растительного и животного мира либо с угрозой таких последствий1.

Среди основных факторов, оказывающих разрушительное действие на экологию, многие исследователи называют химическое загрязнение природной и антропогенной среды, загрязнение химическими веществами атмосферного воздуха, воды, водных объектов, почвы, продуктов питания и пищевого сырья. Этот фактор часто рассматривается как главный фактор риска для здоровья будущих поколений.

По мнению И.В. Ильина, «значительная часть химических соединений является ксенобиотиками, т.е. чужеродными веществами для биологических структур и природных объектов. Находясь в окружающей среде даже в количествах, не вызывающих выраженных токсических эффектов, ксенобиотики оказывают хроническое воздействие на организм человека, приводя его к дезадаптации. Действие химических веществ на иммунную систему организма человека вызывает напряжение иммунорегуля- торных механизмов, развитие вторичного иммунодефицита, патологию, аллергические заболевания, обусловливает врожденные физические недостатки у детей, снижение неспецифической сопротивляемости организма»[41].

Расширение ареала экологически неблагоприятных территорий может происходить и в результате действия принципиально другого механизма — истощения и эрозии плодородных почв вследствие хозяйственной деятельности человека. В современных условиях почвы довольно быстро деградируют, если их эксплуатация ведется интенсивными методами, ориентированными на увеличение урожаев любой ценой, в том числе с помощью массированного применения минеральных удобрений.

С точки зрения Е.П. Кондратенка, «современное состояние природно-ресурсного потенциала производства продуктов растениеводства свидетельствует о его стремительном сокращении, причиной которого является применение промышленных технологий и поверхностное, невнимательное отношение производителей к основным выводам почвоведения и агрохимии в части физико-химических изменений в почвах под воздействием минеральных удобрений. Вследствие сокращения гумуса наблюдается обеднение почвы, происходит ее уплотнение с разрушением ее пористой структуры и, как следствие, снижение урожайности. Внесение минеральных удобрений в почву не решает данную проблему, так как ведет к разрушению почвенного плодородия, вызванного сокращением поступления в почву органических веществ, [а также] глубокой вспашкой почвы с оборотом пласта. Выпаханная почва не имеет пористой структуры, а на ней растения не получают одновременно всех необходимых условий для онтогенеза и поэтому плохо растут»[42].

Другой глобальной проблемой такого же уровня значимости, как и глобальная экология, загрязнение и истощение почв, является потепление климата[43]. По данным Международного энергетического агентства, если не будут приняты энергичные меры, то за ближайшие 25 лет рост эмиссий СО2 ожидается: в странах ОЭСР — Европы — на 14%, в США — на 23, в России — на 23, в развивающихся странах (в целом) — на 107, в Китае — на 124, в целом в мире — на 56%.

Межправительственная группа по изменению климата (МГЭИК) в 2007 г. в своем отчете указала, что для недопущения (в течение нескольких веков) условно безопасного потепления климата на два градуса Цельсия потребуется снизить глобальную эмиссию парниковых газов на 60—80% (за 50 лет), что без участия развивающихся стран, которые занимают жесткую позицию «несокра- щения» выбросов, практически невозможно.

В настоящее время эмиссию в атмосферу парниковых газов регулирует Киотский протокол, который устанавливает для промышленно развитых стран предельные квоты выбросов в атмосферу элементов, способствующих изменению климата планеты. Киотский протокол с момента его обсуждения и подписания был воспринят мировой общественностью как наиболее значимый экологический договор, хотя у некоторых критиков возникли сомнения по поводу его эффективности.

Киотский протокол, полное название которого Киотский протокол к Рамочной конвенции Организации Объединенных Наций об изменении климата, — это международный договор, названный в честь японского города, в котором он обговаривался в декабре 1997 г., направленный на сокращение выбросов вредных газов, способствующих глобальному потеплению. Протокол, вступивший в силу с 2005 г., призывает к сокращению выбросов шести парниковых газов в 41 стране, а также в странах Европейского Союза до 5,2% ниже уровня 1990 г. во время периода действия принятых этими странами обязательств, а именно в 2008—2012 гг.

Киотский протокол был принят в качестве первого дополнения к Рамочной конвенции Организации Объединенных Наций об изменении климата и является международным договором, согласно которому страны — участницы Протокола обязуются выработать специальные национальные программы по сокращению выбросов парниковых газов. Парниковые газы, такие как углекислый газ (СО2), метан (СН4), закись азота (N2O), перфто- руглероды (PFCs), гидрофторуглероды (HFCs) и гексафторид серы (SF6), влияют на энергетический баланс глобальной атмосферы и могут привести к общему росту глобальной средней температуры, известному под термином «глобальное потепление».

По данным Межправительственной группы экспертов Организации Объединенных Наций по изменению климата и Всемирной метеорологической организации, созданной в 1988 г. для отслеживания изменений, происходящих в окружающей среде, долгосрочные эффекты глобального потепления могут сказаться на общем повышении уровня моря по всему миру. А это, в свою очередь, может привести к затоплению участков земли, расположенных вблизи моря. Более того, это может стать причиной исчезновения некоторых островных государств, таяния ледников, морских льдов и арктической вечной мерзлоты, увеличения количества экстремальных климатических явлений, таких как наводнения и засухи, а также способствовать изменениям в их распределении. И самое ужасное — все это может обусловить возникновение повышенных рисков, способствующих вымиранию от 20 до 30% всех видов животных и растений планеты Земля.

Обязательное сокращение выбросов парниковых газов государствами — членами ООН варьируется в зависимости от уникальных особенностей каждой страны. Другие страны, подписавшие Протокол, в основном развивающиеся, не были обязаны ограничивать свои выбросы. Протокол вступил в силу в феврале 2005 г.

В Протоколе предусмотрено несколько вариантов действий каждой из стран по достижению поставленных им задач. Первый вариант заключается в том, чтобы использовать естественные объекты, являющиеся так называемыми природными «поглотителями», удаляющими частицы парниковых газов из атмосферы. Например, посадить те виды деревьев, которые поглощают углекислый газ из воздуха.

Второй вариант представляет собой международную программу, названную «Механизм чистого развития» (МЧР), которая призывает развитые страны инвестировать в технологии и инфраструктуру менее развитых стран для сокращения выбросов. В рамках МЧР страна-инвестор может претендовать на эффективное сокращение выбросов в качестве кредита для выполнения своих обязательств по Протоколу. Примером могут стать инвестиции, направленные на замену загрязняющей атмосферу угольной электростанции на электростанцию, работающую на природном газе чистого сжигания.

Третий вариант — торговля квотами на выбросы, которая позволила бы странам — участницам Протокола осуществлять сделки по покупке и продаже прав на выбросы, что, в свою очередь, добавит экономическое значение выбросам парниковых газов. Европейские страны инициировали рынок по торговле квотами на выбросы как механизм, который способствует тому, чтобы работа в направлении выполнения их обязательств в рамках Киотского протокола продолжилась.

Странам, которым не удалось обеспечить выполнение своих целевых показателей по выбросам, будет необходимо компенсировать разницу между плановыми и фактическими выбросами, а также выплатить штраф в размере 30%. Более того, в последующий период действия обязательств, который начнется с 2012 г., они также будут лишены возможности участия в торгах по квотам на выбросы, пока их не признают соответствующими Протоколу. Целевые показатели выбросов на период действия обязательств после 2012 г. будут обговорены в будущих протоколах.

Хотя Киотский протокол представляет собой ориентир для дипломатических достижений, успех его далеко не гарантирован. Действительно, в докладах, опубликованных в течение первых двух лет после вступления договора в силу, указано, что большинство участников Протокола не смогут достичь своих целей по эмиссии. По мнению некоторых критиков, даже если поставленные Протоколом цели будут достигнуты, конечная польза для окружающей среды не будет значительной. Это связано с тем, что Китай — ведущий в мире источник парниковых газов — и Соединенные Штаты Америки — второй по величине в мире источник загрязнения — не связаны Протоколом (Китай из-за статуса развивающейся страны, а Соединенные Штаты — потому что не ратифицировали Протокол). Другие критики утверждают, что сокращения выбросов, предусмотренные в Киотском протоколе, слишком незначительны для того, чтобы можно было распознать разницу глобальной температуры в течение последующих десятилетий, даже если цели Протокола будут полностью достигнуты и США также ратифицируют Протокол. Между тем некоторые развивающиеся страны утверждают, что повышенная адаптация к изменчивости и изменениям климата столь же важна, как и сокращение выбросов парниковых газов.

На 18-й Конференции сторон, которая состоялась в столице Катара — Дохе в 2012 г., делегаты договорились о продлении Киотского протокола до 2020 г. Они также подтвердили свои обязательства по 17-й Конференции сторон, состоявшейся в Дурбане (Южная Африка) в 2011 г., на которой обговаривались детали по созданию к 2015 г. нового, всеобъемлющего, юридически обязательного договора по климату. Ожидается, что новый договор будет намного жестче и потребует как от стран- производителей, так и от стран, которые являются основными источниками выбросов углерода и которые в настоящее время не соблюдают Киотский протокол (такие как Китай, Индия и США), введения программы по ограничению и сокращению выбросов двуокиси углерода и других парниковых газов. Новый договор, планируемый к реализации к 2020 г., полностью заменит Киотский протокол. После нескольких недель жарких дискуссий по климату представители почти 200 стран мира, входящих в ООН, пришли к соглашению о продлении жизни Киотского протокола. И это несмотря на то, что Протокол по-прежнему не был ратифицирован двумя крупнейшими в мире загрязнителями окружающей среды — США и Китаем — и покрывает, по оценкам критиков, не более 15% выбросов углерода в мире.

Кроме того, в Дохе был принят пакет мер, включивший гарантии по покрытию возможных потерь и ущерба, которые, как предполагается, будут обговорены на следующей конференции в Варшаве. Ожидается, что скоро более богатые страны будут нести финансовую ответственность вместо бедных стран, которые отказываются производить сокращение выбросов. На 18-й Конференции в Дохе также нашли подтверждение решения по климату, принятые в ООН на переговорах в Дурбане, согласно которым будет проводиться работа по согласованию универсального соглашения по изменению климата к 2015 г.

Продление Киотского протокола сохраняет существующие целевые задачи по климату до 2020 г., когда, как планируется, новое международное соглашение вступит в силу. Это соглашение будет устанавливать рамки выбросов вредных веществ для всех стран, в то время как продление Киотского протокола предусматривает сокращение выбросов только для горстки промышленно развитых стран, в том числе Швейцарии, Австралии и Европейского Союза.

В то время как США решились оказать поддержку по созданию нового универсального договора, некоторые бывшие президенты США, их помощники и советники говорят, что полное участие страны в данном проекте зависит от желания президента Барака Обамы задуматься над проблемой изменения климата. «Президент Обама должен говорить об изменениях климата и помочь американской общественности соединить точки соприкосновения между экстремальными погодными условиями, изменениями климата, энергетической политикой и прогрессом и решениями по сокращению выбросов, которые уже были приняты нами», — сказал конгрессмен Эдвард Марки. «Общественность воспримет международное соглашение по климату ближе к сердцу, если она поймет, что нами уже что-то предпринимается в борьбе с глобальным потеплением», — добавил он.

В свое время Киотский протокол был согласован администрацией Билла Клинтона, однако Сенат проголосовал 95 голосами «против» вступления при 0 голосов «за». В свою очередь, президент США Джордж Буш категорически отказывался от ратификации Киотского протокола. Придя к власти, президент Обама к 2020 г. обещал сократить выбросы до уровня на 17% ниже уровня 2005 г., но в 2010 г. Сенат опять не поддержал ратификацию Протокола.

Несмотря на несогласие США ратифицировать Киотский протокол, выбросы парниковых газов в США упали на 6% за последние пять лет, и в основном это произошло по причине финансового кризиса, спада промышленного производства и сокращения производства электроэнергии.

В ходе 18-й Конференции также стало известно об окончательном выходе Канады из Киотского протокола. Это произошло спустя год после того, как консервативное правительство премьер-министра Канады Стивена Харпера решило отвергнуть все условия, которые в 1997 г. были согласованы правительством Жана Кретьена. В декабре 2011 г. Министерство иностранных дел России заявило, что Россия поддерживает решение Канады выйти из Киотского протокола. По словам пресс-секретаря министерства Александра Лукашевича, договор не охватывает всех стран, являющихся основными загрязнителями окружающей среды, и поэтому Киотский протокол нельзя назвать в полной мере эффективным. Россией Киотский протокол был подписан в марте 1999 г., а ратифицирован 16 февраля 2005 г.

Несмотря на выход Канады из Протокола, все больше стран пришли к выводу о необходимости продления действия Киотского протокола. Особенно ярко выраженную поддержку Протокол получил со стороны представителя Филиппин Надерев М. Сано. За несколько дней до начала Конференции в Дохе тайфун Бофа обрушился на Филиппины, погибли сотни людей. Тайфун, будучи необычайно сильным, а главное — вне сезона ураганов, был признан, как и ураган Сэнди, экстремальным погодным явлением, возникшим в результате изменения климата. Очевидно, именно поэтому страны — участницы Киотского протокола, а также другие страны договорились о принятии к 2020 г. нового договора по ужесточению контроля за выбросом парниковых газов в атмосферу[44].

Еще одной важной проблемой глобального развития современной цивилизации становятся болезни и пандемии, борьба с новыми штаммами и радиациями вирусов, бактерий и грибов, несущих смертельную опасность для здоровья человека. Несмотря на то что с заразными болезнями и эпидемиями человечество борется уже не одно столетие, в контексте глобализации эта проблема — сравнительно новая и малоизученная.

Как отмечают Д. Михель (Россия) и Дж. Дэвис (США), с развитием интенсивных контактов между странами в эпоху глобализации наряду с обменом продуктами производства и культуры начался и «обмен болезнями». Результатом такого обмена становится широкий спектр новых инфекционных болезней, стремительно проникающих из одних регионов в другие: из Африки и Азии в Европу и Америку или, наоборот, из Америки на другие континенты, как в случае с так называемым «птичьим», «свиным» гриппом или более ранней атипичной пневмонией.

Многие исследователи считают, что «национальные системы здравоохранения стали менее эффективными, поскольку практически во всех странах мира государственная власть почувствовала себя неспособной финансировать их функционирование в полном объеме. Обеспечение санитарного надзора в портах, аэропортах и в местах транзита пассажиров стало крайне затруднительно вследствие возрастания объема пассажирских перевозок. А системы здравоохранения принимающих стран неспособны взять под свой контроль и оказать медицинскую помощь многочисленным мигрантам из развивающихся стран, которые зачастую являются носителями различных опасных инфекций»[45].

Вместе с тем ряд исследователей допускают, что глобальная опасность развития планетарной цивилизации, связанная с обменом болезнями и возникновением в результате этого обмена (сопровождающегося неизбежными мутациями вирусов и других болезнетворных организмов) новых штаммов и радиаций болезнетворных микроорганизмов, неоправданно завышена. Причем делается это самими развитыми странами, которые преследуют собственные политические и экономические цели, используя нагнетание напряженности и следующую за ним массовую истерию для манипулирования общественным мнением.

Так, кампании по борьбе с глобальной угрозой в лице атипичной пневмонии и «свиного» гриппа являлись психологическими операциями, отвлекающими внимание мировой общественности от различных событий на мировой арене, например от Иракской кампании, «случайно» совпавшей с эпидемией атипичной пневмонии. В частности, А.В. Манойло пишет: «В качестве примера применения информационного оружия во время операции США в Ираке можно привести применение его разновидности, корректирующей индивидуальное и массовое сознание, — слух об атипичной пневмонии и связанной с ней смертельной опасности. Нетрудно установить, что эпидемия атипичной пневмонии началась в тот самый момент, когда недовольство общественного мнения (в первую очередь в самих США, а также в вовлеченных в этот конфликт европейских странах) ходом операции в Ираке достигло своего максимума. Данное информационно-психологическое воздействие было направлено не на общественное мнение в целом, а на каждую личность в отдельности, и мгновенно заставило забыть граждан о происходящем в далеком Ираке — естественно, вирус атипичной пневмонии смертелен (вакцины-то нет!), а жить всем хочется. Мало кто заметил, что, как только дела американцев в Ираке снова наладились, эпидемия атипичной пневмонии мгновенно куда-то исчезла. Кто теперь боится атипичной пневмонии? Кстати, стоит заметить, что от так называемой атипичной пневмонии умерло порядка 1000 чел., в то время как от обычного гриппа в год примерно погибает 100—150 тыс. жителей земного шара»[46]. Другие авторы видят в раздувании истерии вокруг эпидемий атипичной пневмонии и экзогриппа интересы крупнейших американских фармацевтических компаний.

В целом приходится констатировать, что сегодня глобальные процессы (изменения климата, уровня океана, биоразнообразия и др.), как правило, исследуются с учетом одного-двух факторов (увеличение СО2 в атмосфере, сжатие Земли, загрязнение окружающей среды и т.п.). При этом «зачастую не принимаются во внимание системный характер глобальных процессов, биосферных и экосферных перестроек, солнечно-земные связи» и др.[47]

По мнению Н.С. Красильниковой, «планетарный, не знающий политических границ характер глобального экологического вызова объективно требует все более тесного конструктивного сотрудничества между государствами в решении проблемы охраны окружающей среды»[48]. Она считает, что в настоящее время одной из важных проблем человечества является потребность в оптимизации природной среды, чего невозможно добиться без участия мирового сообщества. Все это требует принципиального изменения подходов к защите окружающей среды и решению глобальных экологических проблем. Новая парадигма решения таких проблем заключается в «переходе охраны окружающей среды от декларативных проектов и документов к сугубо прагматическим и практически реализуемым мероприятиям на основе сочетания экономического, политического и социокультурного механизмов решения экологических проблем»[23].

И.В. Ильин отдельно выделяет еще одну глобальную проблему развития человеческой цивилизации — проблему трансформации литосферы. И это в принципе неудивительно, так как по базовому образованию он геолог. По мнению ученого, отличительной особенностью современного этапа развития цивилизации является «сонаправленный экспоненциальный рост как ур- босферы (площадь городов по ряду оценок превышает 12% всей площади суши планеты), так и масштабов изменения геологической среды. Объем извлекаемых за год человеком пород уже в десятки раз превышает годовой объем всех речных наносов планеты... Внедрение в литосферу происходит путем горнотехнической (полезные ископаемые добываются во все большем количестве со все больших глубин) и инженерно-строительной деятельности, когда при интенсивной урбанизации идет масштабное освоение подземного пространства (метро, тоннели, хранилища, коммуникации, различные военные объекты, нередко сопряженные с крупными промышленными центрами)»[8].

По мнению И.В. Ильина и других ученых (С.Л. Браташова,

А.В. Иванов), все возрастающие масштабы освоения литосферы обеспечивают рост разнообразия технологий освоения и в определенной мере, как следствие, форм и численности новых подземных комплексов. Отдельные объекты можно встретить все реже. Чаще формируются сложные системы, например развитые подземные части городов, становящиеся по мере эволюции их органическими частями, без которых немыслимо функционирование современного мегаполиса как природно-техногенной системы. Это является мощным фактором, меняющим состояние экосистемы планеты[51].

В результате процессы урбанизации начинают входить в противоречие с развитой системой «ископаемых» подземных сооружений. С ростом вибрационных и статических динамических нагрузок на геологическую среду современного города растет число фактов провалов и просадок грунта, деформации и разрушения строений, возникновения и роста интенсивности опасных экзогенных процессов, не характерных для данных территорий. Негативная динамика зафиксирована на всех континентах, за исключением Антарктиды. Все это, по мнению И.В. Ильина и его коллег, «позволяет ставить и рассматривать вопрос об общепланетарных аспектах функционирования и эволюции систем антропогенных пещер»[8], считать, что «изменения литосферы под воздействием антропогенных факторов выступают в качестве новой глобальной проблемы, к решению которой человечество должно обратиться в ближайшее время»[8].

Вместе с тем есть и противники данного подхода, которые говорят, что сфера деятельности человека, составляющая 100 км в высоту и полтора-два километра в глубь Земли, по сравнению с радиусом Земли составляет лишь тонкую пленку на ее поверхности, сравнимую с толщиной лакового покрытия на письменном столе. Следовательно, в планетарном масштабе влияние антропогенной деятельности человеческого вида на планету ничтожно. Известно, что, даже если собрать весь ядерный арсенал России и США в одной точке и там его взорвать, энергия, которая при этом выделится, будет равна всего лишь энергии двух циклонов или энергии пары циклон — антициклон (поскольку циклоны и антициклоны всегда рождаются парами). То есть по масштабам атмосферных процессов это ничтожно малая величина. Эти факты обычно несколько ограничивают полет фантазии исследователей, придерживающихся исключительно высокого мнения о человеке и его глобальных возможностях: единственное, что человек действительно может сделать, бездумно разрушая окружающую среду, — это испортить ее до такой степени, что жить в этой среде он не сможет и в результате вымрет как вид. Планета же этого даже не почувствует. Так же как и эволюция, которая не остановится и довольно быстро найдет человечеству альтернативу.

  • [1] Бек У. Что такое глобализация? М., 2001. С. 23—26.
  • [2] Чумаков Л.Н. Глобализация. Контуры целостного мира. М: Проспект, 2005.
  • [3] Ильин И.В., Урсул А.Д. Эволюционная глобалистика (концепция эволюции глобальных процессов). М.: МГУ, 2009.
  • [4] См.: Чумаков А.Н. О предмете и границах глобалистики // Век глобализации.2008. № 1. С. 7-16.
  • [5] Глобалистика: Энциклопедия / Гл. ред. И.И. Мазур, А.Н. Чумаков. М., 2003.С. 252-253.
  • [6] Ильин И.В., Урсул А.Д. Указ. соч.
  • [7] Ильин И.В., Урсул Л.Д. Указ. соч.
  • [8] Там же.
  • [9] Материалы Международного научного конгресса «Глобалистика-2009: пути выхода из глобального кризиса и модели нового мироустройства». 20—23 мая 2009 г.:В 2 т. М.: МГУ, 2009.
  • [10] Костин А.И. Глобальные проблемы современности // Глобалистика: Энциклопедия. М., 2010.
  • [11] Костин А.И. Указ. соч.
  • [12] См.: Манойло А.В. К вопросу об информационно-психологическом оружии.[Электр, pec.| URL: http://mir-politika.ru/392-info-orujie.html; Манойло А.В. Ценностные основы управления межцивилизационными конфликтами: российская модель // Вестн. Моск, ун-та. Сер. 12. Политические науки. 2012. № 3. С. 89—92.
  • [13] Ильин И.В. Глобалистика в контексте политических процессов. М., 2009.
  • [14] Костин А. И. Указ. соч.
  • [15] Загладин В.В., Фролов И.Т. Глобальные проблемы современности: научный исоциальный аспекты. М., 1981.
  • [16] Загладин В.В., Фролов И.Т. Указ. соч.
  • [17] Новая постиндустриальная волна на Западе: Антология / Под ред. В.Л. Иноземцева. М., 1999. http://iir-mp.narod.ru/books/inozemccv/index.html
  • [18] http://files.esco-st.com.Ua/E.U.von%20Weizsacker%20-%20FACTOR%20FOUR.pdf
  • [19] Крушанов А.А. Глобальные вызовы XXI в. и Россия // Материалы Междунар,конгр. «Глобалистика — 2009: пути выхода из глобального кризиса и модели нового мироустройства». Т. 1. С. 271.
  • [20] Морозов В.И. Глобализация и экологические риски: степень опасности и основные угрозы для населения // Там же. Т. 1. С. 322—323.
  • [21] Материалы Международного конгресса «Глобалистика — 2009: пути выхода изглобального кризиса и модели нового мироустройства».
  • [22] Чумаков Л.Н. О предмете и границах глобалистики.
  • [23] Ильин И.В. Указ. соч.
  • [24] См.: Урсул А.Д., Урсул Т.А. Универсальный эволюционизм (концепции, подходы, принципы, перспективы). М.: РАГС, 2007; Ильин И.В., Урсул А.Д. Указ. соч.
  • [25] Урсул АД., Урсул Т.А. Указ. соч.
  • [26] Назаретян А.П. Цивилизационные кризисы в контексте Универсальной истории (Синергетика — психология — прогнозирование): Пособие для вузов. 2-е изд.М.: Мир, 2004.
  • [27] Фукуяма Ф. Конец истории и последний человек / Пер. с англ. М.Б. Левина. М.: ACT, 2007.
  • [28] Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. М.: ACT, 2003.
  • [29] Ильин И.В. Указ. соч.
  • [30] Лндрушина Е.В. Регионализация versus глобализация // URL: lomonosov-msu.ru/archive/Lomonosov_2007/10/Andryushina.pdf
  • [31] Бабурина О.Н. Регионализация и глобализация: к проблеме взаимосвязи //Проблемы современной экономики. 2008. № 3.
  • [32] Косолапое Н.А. Глобализация: сущностные и международно-политические аспекты // Мировая экономика и междунар, отношения. 2001. №. 3. С. 72.
  • [33] Бабурина О.Н. Указ. соч.
  • [34] Осадная И.М. Глобализация и государство: новое в регулировании экономики развитых стран // Мировая экономика и междунар, отношения. 2002. № 11. С. 3.
  • [35] Косолапов Н.Л. Указ. соч. С. 71.
  • [36] Ильин И.В., Урсул Л.Д. Указ. соч.
  • [37] Глобализация и Россия («круглый» стол) // Мировая экономика и междунар,отношения. 2002. № 9. С. 6.
  • [38] Мировая экономика и междунар, отношения. 2005. № 4. С. 31.
  • [39] Бабурина О.Н. Указ. соч.
  • [40] Глобалистика: Энциклопедия.
  • [41] Ильин И.В., Урсул А.Д. Указ. соч.
  • [42] Материалы Междунар, конгр. «Глобалистика — 2009: пути выхода из глобального кризиса и модели нового мироустройства».Т. 1.
  • [43] Израэль Ю.А. Глобализация и климат как новая проблема современности //Материалы Междунар, конгр. «Глобалистика — 2009: пути выхода из глобального кризиса и модели нового мироустройства». Т. 1. С. 279.
  • [44] Джаватханова Л. Киотский протокол — за и против // Мир и политика. 2013.12 янв.
  • [45] Михель Д., Дэвис Дж. Эпидемии и глобализация: от прошлого к будущему //Материалы Междунар, конгр. «Глобалистика — 2009: пути выхода из глобального кризиса и модели нового мироустройства». Т. 1. С. 319—321.
  • [46] Манойло А.В. К вопросу об информационно-психологическом оружии // URL:http://mir-politika.ru/392-info-orujie.html
  • [47] Краснов Е.В., Романчук Л.Ю. «Глобальные изменения» и биогеохимические процессы в истории Земли // Материалы Междунар, контр. «Глобалистика — 2009:пути выхода из глобального кризиса и модели нового мироустройства». Т. 1. С. 296.
  • [48] Красильникова Н.С. Проблемы и перспективы решения экологических вопросов в эпоху глобализации // Там же. Т. 1. С. 290.
  • [49] Ильин И.В. Указ. соч.
  • [50] Там же.
  • [51] Браташова С.Л., Иванов А.В., Ильин И.В. Коэволюция литосферы и урбосфе-ры планеты (аспекты глобальной спелестологии) // Проблемы синергетики икоэволюции геосфер: Материалы Всерос. науч, симпоз. Саратов, 2008.
  • [52] Там же.
  • [53] Там же.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >