Глобальное лидерство и приватизация мировой политики

Ключевым фактором приватизации мировой политики является безусловное политическое лидерство, которое сегодня присуще великим державам, таким как США. Понятие лидерства — это неотъемлемый элемент в системе международных отношений, который во многом определяет течение мирового политического процесса. Существует несколько теоретических подходов к пониманию лидерства.

Так, Дж. Модельски связывает проблему лидерства с теорией циклов. В своей работе «Эволюция глобальной политики» он определяет четыре фазы в цикле развития международных отношений[1].

  • 1. Первой фазой в цикле является фаза постановки проблем, которая с аналитической точки зрения самая трудноуловимая. Вместе с тем она во многом определяет течение всего будущего цикла. Постановка проблем следует за периодом пребывания другого государства в роли лидера и во многом зависит от политики, которую оно проводило. Главными участниками этой фазы являются лидеры общественного мнения, а также политические деятели, формирующие политику и влияющие на принятие решений.
  • 2. Следующий этап — создание коалиций, явный признак деконцентрации. В силу глобализации концентрация силы в руках одного актора мировой политики постепенно теряет свою актуальность, мир становится многополярным. В большинстве своем создание коалиций выступает в лице объединений «за» или «против» существующих политических порядков. В качестве примера Модельски приводит европейские и глобальные перегруппировки после 1873 г. Что касается инициаторов создания коалиций, то ими были различные политические лидеры, дипломаты, не последнюю роль играли здесь и мировые политические партии, а также религиозные и культурные объединения. Они выступают посредниками между властью и обществом.
  • 3. В качестве кульминации создания коалиций наступает фаза макрорешения. Это период, в который политические коалиции выбирают из множества вариантов оптимальную повестку дня. Как правило, предполагается довольно длительное противостояние конкурирующих союзов, в результате которого появляется новый лидер. Однако Модельски отмечает: «Нет причин полагать, что в будущем этот процесс не изменит формы, так как новые процедуры (которые еще должны быть изобретены) будут разрабатываться с целью прохождения фазы макрорешения без широкомасштабного насилия; такие новые формы сменят совершенно примитивный метод глобальной войны с потенциально катастрофическими последствиями. Есть основания верить, что в демократическом обществе такие механизмы могут быть действительно выработаны»1.

Примером фазы макрорешения может служить период с 1914 по 1945 г., который охватывает две мировые войны. В результате США стали новым лидером. Главные действующие лица в фазе макрорешения — дальнозоркие политики со стратегическим мышлением. Во Второй мировой войне такими политиками были Франклин Рузвельт и Уинстон Черчилль.

4. Последней фазой в цикле развития мировой политики является исполнение. Послевоенный период считается его квинтэссенцией. Это период «мирового господства», так как именно в это время лидер обладает самым сильным влиянием и авторитетом. Модельски назвал его «медовым месяцем» из-за того, что лидерство не прекращается на протяжении всей фазы исполнения, однако постепенно теряет интенсивность. По его словам, «исполнительная концепция глобального лидерства подразумевает скорее ограниченный, чем экспансионистский характер определения обязанностей ведущей державы. Лидерство можно не воспринимать как роль «мирового жандарма», если рассматривать его как исполнение общих обязанностей по поддержанию мира уполномоченным и оплачиваемым представителем глобальной организации. Скорее это общая забота о безопасности основ мирового порядка и особенно глобальных коммуникаций, которые являются его инфраструктурой».

Дж. Модельски также обозначил критерии и качества, которыми должно обладать государство для достижения мирового политического лидерства.

Во-первых, это политико-стратегическая организация для достижения глобальных целей. Это главный фактор для победы в мировых войнах. Исторически так сложилось, что до недавнего времени определяющую роль играл мощный морской флот, а сила армии была не столь важна. Сегодняшние глобальные изменения позволяют говорить об уменьшении значения флота и армии на локальном уровне. Их место занимают глобальномобильные силы, которые в данный момент представлены в лице аэрокосмического и информационного влияния. Для завоевания лидерства на международной арене государства сочетают эти ресурсы с экономическими, социальными и культурными достижениями. Политико-стратегическая организация глобального радиуса действия включает геополитическое положение, а этот ресурс, очевидно, связан с окружающей средой.

Во-вторых, это наличие у государства передовой экономики. Неоспоримым является тот факт, что экономика должна быть растущей и мощной в финансовом плане, без этого условия невозможно будет наращивать лидерский потенциал. Но материального ресурса и растущего ВВП явно недостаточно.

Принципиально важным становится формирование такой экономики, которая будет развиваться в глобальном масштабе, внедряя при этом в мировую экономику инновационные проекты. Такое внедрение может осуществляться с помощью международной торговли. В частности, вызвавшее промышленную революцию производство хлопка и создание паровых технологий позволили Великобритании завоевать мировое политическое лидерство в XIX в. Сегодня передовая экономика — это прежде всего наличие высокотехнологичных, экологически обеспеченных и энергоэффективных технологий.

В-третьих, это наличие открытого общества. Оно подразумевает развитую демократию, открытость, народовластие. На вопрос о том, почему открытое общество необходимо для лидерства, Модельски отвечает на двух уровнях — эмпирическом и теоретическом. В первом случае, обращаясь к истории, он замечает, что большинство глобальных лидеров обладали большим демократаческим потенциалом. На уровне теории он отмечает, что наличие открытости и демократичности способствует более благоприятному сотрудничеству между государствами для выработки лидерских стратегий. Рассуждая о достоинствах открытого общества, Модельски пишет: «Открытые или демократические общества обеспечивают оптимальные условия для возникновения и группировки таких в форме коалиций как на национальном, так и на глобальном уровне. Делая процесс принятия решений более устойчивым, они создают возможности для развития разнообразных стратегий сотрудничества; поддерживая свободу слова и защищая права человека, они формируют контекст для возникновения плюрализма, а значит — креативности и инновационности; цивилизованно регулируя конфликты, они увеличивают вероятность выработки «нравственных» стратегий, направленных на решение глобальных проблем, которые в случае успеха формируют и расширяют сферу сотрудничества»1. Открытость общества предполагает эффективную внутреннюю экологическую политику и формирование активного гражданского общества.

В-четвертых, это ответственное отношение к глобальным проблемам. В современных условиях лидерство перестает быть банальной демонстрацией силы. Сегодня лидерство — это в первую очередь ответственность, широкий кругозор и добросовестное выполнение возложенных на государство задач. Претендент на мировое господство, как правило, связывает свои собственные национальные интересы с проблемами глобального уровня. На практике это выражается в том, что активное участие в решении глобальных проблем способствует созданию коалиций: глобальные интересы шире национальных, следовательно, заинтересованность в формировании стратегий большим количеством стран увеличивается. Лидер должен решать глобальные проблемы, а экологические и энергетические проблемы сегодня — основные в мировой повестке.

Говоря о лидерстве, необходимо рассмотреть феномен чел- ленджера. Это своего рода противоцентр, государство, способное бросить вызов действующему лидеру. Однако, как правило, челленджер не становится новым лидером. Основными признаками челленджера являются:

  • • масштабная, но неинновационная экономика интенсивного или экстенсивного характера, которая предполагает довольно высокий ВВП;
  • • изолированность от глобальных проблем и преследование своих собственных национальных интересов;
  • • закрытая система общества;
  • • наличие сил не глобального, а континентального радиуса действия.

Отечественный исследователь международных отношений А.Д. Богатуров так определяет страну-лидера: «Под «типичным» лидером понимается государство, обнаруживающее объективную способность и выраженную волю, во-первых, навязать свое видение перспективы международного развития, оптимальных способов обеспечения мира и стабильности другим странам, сообществу государств в целом или какой-то его части; во-вторых, противостоять аналогичным устремлениям других лидеров или игнорировать их, не подрывая при этом основ собственной выживаемости в политическом и страновом качестве»[2]. Богатуров также вводит понятие «типичное лидерское поведение», основными критериями которого являются:

  • 1) тяготение к принятию односторонних решений при минимальном их согласовании с партнерами и союзниками;
  • 2) инициативный, «опережающий», преимущественно наступательный курс в области военно-политической стратегии и дипломатии;
  • 3) стремление расширить участие и повысить свое влияние в мирополитических процессах, убедить или заставить международное сообщество «считаться с собой»;
  • 4) склонность к мессианству (политическому, культурному, экономическому, экологическому и т.д.).

Российский политолог А.И. Соловьев определяет лидерство следующим образом: «Лидерство — институт власти, позволяющий отдельному лицу (группе лиц) за счет обладания решающими полномочиями в процессе принятия решений в масштабах государства (партии, движения, региона) и наличия авторитета проводить определенную политическую линию».[3]

Говоря о лидерстве, российский ученый И.В. Рыжов отмечает, что оно не тождественно некоторым на первый взгляд схожим с ним понятиям: «Лидерство не есть руководство или власть. Рассматривая это утверждение с точки зрения международных отношений, можно отметить, что лидирующие позиции того или иного государства совсем не означают то, что данное государство может требовать беспрекословного подчинения со стороны других государств или международных акторов. Это видно на примере позиций ряда стран — участниц Европейского Союза в отношении войны в Ираке в 2003 г. Лидерами ЕС являются Франция и Германия, которые выступали против вторжения в Ирак. В то же время действия США были поддержаны Испанией, Португалией и Великобританией. Лидерство не тождественно ведению к определенной цели других государств. Так, лидерство Китайской Народной Республики в Юго- Восточной Азии не означает курс на строительство коммунизма в таких странах, как Мьянма, Непал, Бангладеш и т.д.»[4].

H. П. Пищулин и С.Ф. Сокол трактуют лидерство как определенные субъектно-объектные отношения по поводу подчинения, доминирования, наращивания лидерского потенциала и использования власти[5].

Отдельно следует сказать о применении силы в дипломатии и в использовании лидерского потенциала. Так, С. Браун считает, что война больше не является антитезой дипломатии, а должна считаться ее эффективным инструментом[6].

На сегодняшний момент существует несколько подходов к тому, как осуществляется управление в современных международных отношениях.

I. В первую очередь это концепция однополярного мира. Данная модель предполагает так называемый баланс сил, который является одним из принципов политического реализма, и основана на концепции «гегемонистической стабильности»[7]. Сторонниками идеи однополярного мира являются У. Уолфорт[8], К. Белл[9] и 3. Бжезинский[4]. Главный тезис в их теории — полное превосходство США над своими конкурентами по всем показателям — экономическим, военным, технологическим — и в количественном и в качественном отношении. С их точки зрения, ситуация, когда один актор обладает явным превосходством, является гарантом стабильности, причем такой миропорядок рассчитан на довольно длительную перспективу — около 40 лет.

Однако концепция однополярного мира вызывает некоторую критику и поправки. Например, С. Хантингтон считает, что современная система международных отношений сочетает в себе элементы однополярного мира, выраженные в господстве Соединенных Штатов, а также некоторые черты многополярности, которые проявляются в том, что США вынуждены сотрудничать с другими государствами для решения общемировых проблем. Такую модель Хантингтон именует как одно-многополярность (uni-multipolarity,).

2. Существует и более жесткая критика однополярной модели. Ее противники предложили новую концепцию — теорию полицентричности, согласно которой в управлении участвуют не только ведущие государства и межгосударственные образования, но и другие акторы. Согласно классическому пониманию многополярности, межгосударственные отношения все больше склоняются к плюрализации. В результате происходит ослабление господства Америки, спровоцированное, во-первых, внутренней нестабильностью из-за неспособности постоянно выполнять лидерские функции, а во-вторых, недовольством большинства стран мира жесткой гегемонией США. Так, Дж. Мо- дельски и У. Томпсон утверждают, что «политическая структура многополюсного или полицентричного мира будет состоять из автономных центров, имеющих собственный арсенал ядерного оружия и космические системы, обладающих собственной, отчетливо выраженной культурой. Предполагается, что каждый из центров обзаведется собственной сферой влияния. Это будет вариант, близкий к классическому типу баланса сил»[11] [12].

Эти две концепции принципиально отличаются тем, что предполагают разное понимание системы международных отношений и образующих ее элементов. Наиболее важным становится сам феномен лидерства. Ведь от количества и качества лидеров зависят стабильность и миропорядок.

Для анализа в первую очередь нужно определить термин «лидерство», а также некоторые его закономерности и основания. При оценке лидерского потенциала первостепенный интерес представляют способность государства влиять на мировой порядок, на процесс международных отношений, навязывать свое мнение другим акторам, действуя в своих интересах, а также умение противостоять аналогичным попыткам конкурентов либо игнорировать их.

Исследователи выделяют два основных типа лидерства — индивидуальное и коллективное.

Отличительными чертами индивидуального лидерства являются односторонний режим принятия решений без согласования с другими странами, довольно агрессивная внешняя политика, склонность к мессианству.

Для коллективного лидерства характерны однонаправленные связи одного полюса со всеми остальными. Соответствующим образом строится и внешняя политика. Главное различие между индивидуальным и коллективным лидерством в том, что последнее стремится к влиянию, равновесию сил и установлению многополярной системы международных отношений.

Говоря о лидерстве, необходимо рассмотреть такое понятие, как гегемония. По поводу ее определения нет однозначного мнения[13]. Так, Ф. Белоу ставит знак равенства между гегемонией и доминированием, утверждая, что эти термины можно употреблять как синонимы. Для Р. Кохена гегемония — это наличие материальных ресурсов, а для И. Валлерстайна и Д. Рассета — еще и желание осуществлять лидерство. Дж. Най в своих исследованиях отмечает, что в мировой политике вообще не встречалось гегемонов, что не исключает их появления в будущем (рис. 3.4).

Примечательно, что сегодня приходится говорить о качественно новом типе регулирования международной ситуации. Этот тип характеризуется стремлением государств к установлению нового миропорядка после завершения «холодной войны», а также некоторым ограничением полномочий субъектов мировой политики. Главное отличие новой системы заключается в том, что государства все больше начинают опираться на различные международные организации, такие как НАТО, ООН, «группа восьми» и другие, в результате чего происходит постепенная легитимация этого нового типа лидерства.

Виды гегемонии

Рис. 3.4. Виды гегемонии

Период 80—90-х годов XX в. исследователи международных отношений считают началом функционирования нового международного порядка. Его формирование связывают с новым историческим этапом, с распадом СССР и последовавшим за ним изменением баланса сил на мировой арене. Новый миропорядок формируется в условиях глобализации, а основное его проявление — лозунг о защите прав человека. В контексте данного международного порядка в обществе «отсутствует центральная власть, существует плюрализм суверенитетов, территориально разделенное пространство и т.п.

В наше время еще не ушли в прошлое «право сильного», конфликты и войны, но международные отношения уже не могут быть представлены в виде «естественного состояния», при котором сильный делает все, что хочет, а слабый — лишь то, что может. Мировое сообщество существует ныне не в виде единой политической организации, управляемой единым правителем на основе общих законов (такой перспективы в обозримом будущем не просматривается), а в виде совокупности государств и народов нашей планеты, связанных общими вызовами и проблемами, нитями единой мировой экономики, общими задачами в совместных политических и иных структурах, сопоставимыми идеалами и ценностями»[14].

Глобальные изменения, происходящие как на политической арене, так и в экологической сфере, позволяют говорить о развитии энвайронменталистского подхода к пониманию международного лидерства[15]. Во все более глобализирующемся мире экологополитический фактор начинает играть значительную роль и наряду с экономическими, военными и другими показателями формирует систему необходимых качеств, которыми должно обладать государство для приобретения мирового политического лидерства.

Так, в дополнение к семерке экономически доминирующих государств (G7) К. Флавин предложил ввести новую классификацию, учитывающую глобальную деятельность государств в экологической сфере, и назвать ее Е8. Здесь экологический «вес» государств и их вклад в формирование глобальных трендов становятся принципиально важными. В табл. 3.1 рассмотрены данные по восьми экологически доминирующим странам. Примечательно, что развитые страны вносят вклад в формирование трендов за счет своей экономики и высокого уровня потребления, в то время как в ситуации с развивающимися странами определяющую роль играют такие факторы, как размеры территории, численность населения, стремительное развитие экономики и наличие природных ресурсов.

Таблица 3.1. Вклад восьми экологически доминирующих государств в формирование глобальных трендов

(все вклады выражены в процентах)1

Страна

Доля глобального населения (1996)

Доля валового продукта (1994)

Доля выбросов диоксида углерода (1995)

Доля территории лесов (1990)

Доля видов растительности (1990)

США

5

26

23

6

8

Россия

3

2

7

21

9

Япония

2

17

5

0,7

2

Германия

1

8

4

0,3

1

Китай

21

2

13

4

12

Индия

17

1

4

2

6

Индонезия

4

0,7

1

3

8

Бразилия

3

2

1

16

22

Сумма (для Е8)

56

59

58

53

В табл. 3.2 отражены биологические ресурсы стран Е8. Глобальные исследования показали, что каждый год уничтожается примерно 50 тыс. видов. Человек становится угрозой как для самого себя, так и для других биологических видов и экосистемы в целом. Так, Китай, который обладает самым многочисленным населением и самой быстроразвивающейся экономикой, находится в ситуации, когда 15—20% растений на его территории на грани исчезновения, леса покрывают всего 4% площади страны. В свою очередь, Россия располагает 21% бореальных лесов, довольно высоки также показатели Канады. В бразильских тропических лесах находится около 22% биоразнообразия растительного мира. [16]

Таблица 3.2. Охраняемые территории и угрожаемые виды

(для Е8, 90-е годы)

Страна

Охраняемые земли, млн га (1994)

Доля

охра

няемых

земель,

%

Угрожаемые

животные,

число

видов

Угрожаемые

растения,

число

видов

США

130

13

1845

281

Россия

71

4

127

59

Япония

3

7

704

79

Германия

9

26

16

11

Китай

58

6

343

153

Индия

14

4

1256

137

Индонезия

19

10

281

242

Бразилия

32

4

483

167

Сумма (для Е8)

336

7

_

_

Таблица 3.3 отражает реалии демографической сферы. Демографическая ситуация имеет тесную связь с социальными проблемами, объемами потребления и состоянием окружающей среды. В связи с этим особую важность приобретают положение женщин в современном обществе, решение проблем образования и нищеты.

Таблица 3.3. Тренды численности населения и социальных факторов

в странах Е8

Страна

Числен

ность

населе

ния,

млн чел. (1996)

Темпы роста населения (1990- 1995), %

Рождаемость детей на одну женщину (1990- 1995)

Доля женщин, использующих контрацептивы (1988- 1992), %

Материнская смертность (1987-1991), число смертей на 100 000 родов

США

265

1,0

2,1

74

22

Россия

148

-0,1

1,5

22

75

Япония

126

0,3

1,5

64

18

Германия

82

0,6

1,3

75

22

Китай

1218

1,1

2,0

83

95

Индия

950

1,9

3,8

43

570

Индонезия

201

1,6

2,9

50

650

Бразилия

161

1,7

2,9

66

220

Сумма (для Е8)

3151

1,3

Для оценки лидерского потенциала возможных претендентов рассмотрим лишь такие критерии, как ответственное отношение к глобальным проблемам и передовая экономика, с учетом энергетической и экологической эффективности, поскольку именно эти параметры представляют особую ценность для исследования.

  • [1] Модельски Дж. Эволюция глобальной политики // Полис. 2005. № 3.
  • [2] Богатуров А.Д. Великие державы на Тихом океане. История и теория международных отношений в Восточной Азии после Второй мировой войны (1945—1995). М„ 1997. С. 10-11.
  • [3] Соловьев А.И. Политология: Политическая теория, политические технологии.М, 2001. С. 145.
  • [4] Рыжов И. В. Проблемы регионального лидерства в мировой политике: к постановке вопроса // Пространство и время в мировой политике и международныхотношениях: Материалы 4-го конвента Рос. ассоциации междунар, отношений /Под ред. А.Ю. Мельвиля. М., 2007.
  • [5] Пищулин Н.П., Сокол С.Ф. Политическое лидерство. М., 1992. С. 34.
  • [6] Браун С. Сила в инструментарии современной дипломатии. М.: Международные процессы, 2004.
  • [7] Лебедева М.М. Мировая политика: Учебник для вузов. М., 2003.
  • [8] Wohlforth W. The Stability of a Unipolar World // International Security. 1999.
  • [9] Bell C. American Ascendancy // The National Interest. 1999.
  • [10] Рыжов И. В. Проблемы регионального лидерства в мировой политике: к постановке вопроса // Пространство и время в мировой политике и международныхотношениях: Материалы 4-го конвента Рос. ассоциации междунар, отношений /Под ред. А.Ю. Мельвиля. М., 2007.
  • [11] Бжезинский 3. Указ. соч.
  • [12] Уткин Л. И. Геоструктура грядущего века // Свободная мысль XXI. 2000. № 1.
  • [13] Темников Д.М. Понятие мирового лидерства в современном политическом дискурсе // Международные процессы. 2003. № 2.
  • [14] Костин Л.И. Экополитология и глобалистика. М., 2005.
  • [15] Энвайронментализм, или инвайронментализм (англ, environmentalism от environment — окружающая среда, природа) — теория управления социально-экономическим развитием и окружающей средой, считающая человечество частью биосферы и утверждающая необходимость преобразования природы в интересах человека; отрасль науки, сформировавшаяся в середине XIX в., когдапод этим словом понимался ряд новых идей о том, что люди развиваются в значительной мере под влиянием окружающей среды.
  • [16] Кондратьев К.Я., Донченко В. К. Экодинамика и геополитика. Т. I: Глобальныепроблемы (К.Я. Кондратьев). СПб., 1999.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >