Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Политология arrow Глобальные проблемы и международные отношения

Основные концептуальные подходы к решению глобальных проблем

Проблема роста

В основе тематики докладов Римского клуба, основанного в 1968 г., лежит проблема пределов экономического роста. Основатели Римского клуба, работая в различных транснациональных организациях, на практике столкнулись с общими трудностями в реализации «узких и частных проектов». В отличие от прошлого эти трудности стали осознаваться как системные глобальные эффекты, и локальные усилия по их преодолению оцениваются как безрезультатные.

При моделировании мировой динамики рассматривались пять взаимосвязанных переменных: 1) население, 2) капиталовложения, 3) использование невозобновимых ресурсов, 4) загрязнение среды и 5) производство продовольствия. Проверяя гипотезу о дисфункциональное™ глобальной системы, авторы Римского клуба пришли к выводу, что при сохранении нынешних тенденций роста в условиях конечной планеты следующие поколения человечества достигнут пределов демографической и экономической экспансии.

Пределы роста усматриваются не столько в планетарноресурсных ограничениях, сколько во «внутренних пределах» человечества — это эгоцентризм корпораций, суверенитет хаотического множества ссорящихся государств, дух элитаризма западной цивилизации, благодушие и беспечность обывателя.

Критически оценивая «Старый Гуманизм», А. Печчеи формулирует программу «Нового Гуманизма», суть которой в «человеческой революции» — в становлении мирового сообщества, способного к коллективным усилиям по планированию общего будущего человечества, ибо альтернативой будет отсутствие какого бы то ни было будущего.

Устойчивое развитие

Названная парадигма разработана под руководством Л.Р. Брауна исследователями Института всемирных наблюдений (г. Вашингтон). Институт, основанный в 1975 г., получил широкую известность в 1980-е годы в результате публикаций тематических ежегодников «Состояние мира». Предложенный подход был положен в основу доклада Международной комиссии по окружающей среде и развитию «Наше общее будущее» (1987). По итогам работы комиссии 11 декабря 1987 г. Генеральная Ассамблея

ООН приняла резолюцию «Экологическая перспектива до 2000 г. и далее», согласно которой устойчивое развитие должно было стать руководящим принципом деятельности ООН, правительств и частных учреждений, организаций и предприятий.

Признавая вывод о планетарных пределах экономического роста, Л. Браун обратил внимание на слаборазвитость традиционных обществ — причину и следствие чрезмерного демографического роста. Критический порог устойчивости общества уже превзойден, так как человечество потребляет значительно больше ресурсов, чем допускают законы стабильного функционирования экосистем. Разоблачение доминирующего в развивающихся странах мифа о беспредельности демографического роста есть не менее важная задача, чем критика экономического роста западного типа.

Смещение анализа в сторону комплекса экологических проблем не только открыло ряд феноменов типа «дровяного» кризиса в средневековой Европе и современной Африке, но и стимулировало изыскания в области экологической истории цивилизаций. Это позволило более трезво отнестись к эсхатологически окрашенным прогнозам Римского клуба и предложить более приемлемые для мировой общественности постепенные, эволюционные изменения. Цель программы устойчивого развития — поиск нового пути, который обеспечил бы прогресс человечества не в нескольких местах и на протяжении нескольких лет, а на всей планете и в длительной перспективе.

Универсальный эволюционизм

Данная парадигма разрабатывается под руководством Н.Н. Моисеева на базе ВЦ АН СССР и ГКНТ с 1972 г. Исследования стимулированы состоявшимися в 1960-е годы лекциями Н.В. Тимофеева-Ресовского об учении В.И. Вернадского. Было отмечено, что в докладах Римского клуба описаны только пассивные изменения характеристик природы в результате человеческой деятельности. Но природу можно рассматривать не только как пассивный фон, но и как самоорганизующуюся систему, реакции которой непредсказуемы в силу наличия малоизвестных пока критических порогов. Поэтому модельные прогнозы, не учитывающие обратной реакции биосферы и экстраполирующие наличную динамику, надежны только в краткосрочной перспективе.

Концепция устойчивого развития оценивается как одно из опаснейших заблуждений современности, так как «человечеству еще придется пройти долгий и тернистый путь, наполненный трагедиями планетарного масштаба». Ситуация в мире гораздо серьезнее, и «разговоры об устойчивом развитии напоминают поведение страуса, прячущего голову в песок».

Человеческое влияние на природу может быть оценено не только негативно. Человек стимулирует эволюционный процесс и содействует экспансии ряда биогеоценозов. Стихийное совместное развитие человека и биосферы может быть целенаправленным и согласованным. В результате коэволюции образуется ноосфера. Развитие ноосферных исследований предусматривается по двум направлениям: глобальная экология и теория коллективных решений (компромисса).

В области глобальной экологии оценивались последствия крупномасштабных человеческих действий. К 1983 г. была закончена разработка версии системы математических моделей «Гея», имитирующей функционирование биосферы как единого организма. Версия описывает гидротермодинамику атмосферы и океана и позволяет оценивать климатические характеристики и параметры биоты. Человеческая активность задана в качестве экзогенного фактора. Система «Гея» успешно апробирована при моделировании последствий ядерной войны. Описания «ядер- ной ночи» и «ядерной зимы» стали предметом оживленного обсуждения в официальных кругах США и СССР. Математическая разработка социологии компромисса показала достижимость соглашений кооперативного типа, объединяющих усилия и ресурсы суверенных субъектов для решения общих задач. Институты согласия на глобальном уровне позволят добиться устойчивых и эффективных компромиссов.

Митоз биосфер

Со смертью в 1984 г. А. Печчеи Римский клуб прошел пик популярности, что в немалой степени обусловлено «академическим» характером его исследований. На повестке дня стоял вопрос о переходе от «хорошо понятой тревоги» к научно- практической деятельности по рационализации взаимодействия человечества с окружающей средой.

Все большую известность приобретает Институт экотехники — неправительственная организация клубного типа (председатель — М. Нельсон), учрежденная группой энтузиастов в 1969 г., которая с 1976 г. проводит конференции в поместье «Ле Марронье» близ города Экс-ан-Прованс во Франции. Генезис парадигмы Института экотехники обусловлен нуждами практической космонавтики в создании искусственных биосфер. Естественным следствием опыта конструирования биосфер с заданными свойствами стало стремление обогатить и улучшить Биосферу-1. Накопленный опыт был осмыслен на основе учения о ноосфере. В интерпретации Института экотехники суть ноосферы — гармоничный синтез биосферы и техносферы. Под техносферой понимается «глобалтех» — вид культуры, имеющий ареалом распространения планетарный рынок. Остальное видовое разнообразие культур, конкурирующих в биосфере (около 3,5 тыс.), характеризуется относительной устойчивостью ареала распространения и достигнутым равновесием в рамках занятых экониш.

С точки зрения биосферной культурологи факт экспансии «глобалтеха» в космос означает, что экологическое равновесие достижимо лишь при выходе за пределы Биосферы-1. Ареалом экологически устойчивого «глобалтеха» является космос, в котором техносфера воспроизводит свое иное — Биосферу-И. Открытие космоса для биосферного митоза и порождение множества конкурирующих биосфер означают превращение ноосферы в фактор эволюции Вселенной.

Глобальное развитие

С 1977 г. под руководством Д.М. Гвишиани и В.А. Геловани на базе Всесоюзного научно-исследовательского института системных исследований АН СССР и ГКНТ реализуется научно- исследовательская программа «Моделирование глобального развития». Цель программы — создание человеко-машинной системы моделирования альтернатив глобального развития, включая разработку квантифицированных представлений об альтернативных вариантах долгосрочного, взаимосвязанного развития стран и регионов мира и выработку рекомендаций по выбору оптимальных управляющих стратегий. Аксиоматика концепции содержит критические оценки идей Римского клуба. Отмечается, что идея «пределов роста» давно развита марксизмом-лени- низмом в теории общего кризиса капитализма. В начале XX в. при анализе империализма марксисты подвергли критике механици- стские и биологизаторские концепции равновесия и выживания, системно описали мировое хозяйство, его неравновесие, кризисные состояния и динамику.

Позитивистский подход недооценивает значение теоретической разработки категорий глобалистики, которые неопределенны и многозначны. Очевиден утопизм абстрактного гуманизма. Игнорируется социалистическая альтернатива, акцентирован раскол по оси Север — Юг, тогда как более актуальна проблема предотвращения ядерной войны между Востоком и Западом. Отмечается недостаточность отраслевых подходов (экологического, экономического, демографического) к изучению глобальных проблем. Глобалистику предлагается развивать с позиций общесоциологической теории.

Парадигма разрабатывается согласно принципу социальной субъектности науки, что означает изучение альтернатив глобального развития с точки зрения советского общества. Формирование мировой системы представлено как процесс разрушения локальных, относительно закрытых сообществ, последующей интеграции в глобальное сообщество на основе отношений зависимости. Понимая глобальную систему как мировой рынок, сторонники парадигмы утверждают, что ее формирование завершилось к концу XIX в. Глобальные проблемы оцениваются как «текущие напряжения», связанные с неравномерностью социально-экономического и политического развития регионов. Переход к информационному обществу рассматривается как магистральный путь решения глобальных проблем.

Мир — системный анализ

Данная парадигма разрабатывается под руководством И. Уол- лерстайна в Центре Фернана Броделя по изучению экономик, истории систем и цивилизаций при университете штата Нью- Йорк (г. Бингемтон). С 1977 г. Центр издает журнал «Review». Конец XX в. рассматривается как точка бифуркации — кризис перехода от капиталистической мир-системы, доминирующей на планете с 1500 г., к мир-системе пока неопределенного типа. Капиталистическая мир-система есть первая историческая форма глобальной системы, которая развивается во взаимодействии ядра, периферии и полупериферии, претерпевая кризисы с периодичностью в 50—100 лет.

Критиками мир-системный анализ оценивается как продукт распада идеологии «Новых Левых», содержащий множество «фундаментальных неясностей», и часто определяется как неомарксизм с акцентом на историю. Так, капитализм описывается как «историческая, противоречивая, многообразная и гетерогенная реальность». Парадигма наиболее влиятельна среди социологов: с 1994 г. И. Уоллерстайн является президентом Международной социологической ассоциации. Имеющиеся критические обзоры позволяют сделать следующие выводы относительно охарактеризованных концепций:

  • • ландшафт современной глобалистики «многоконцептуален»;
  • • каждая из концепций (парадигм) ориентирована на конкретную научную дисциплину; заметен эффект двойной звезды, т.е. взаимопроникновения и переплетения разных парадигм на основе базового концепта (например, «ноосферы»);
  • • содержание базового концепта задается конкретным философским учением (например, марксизмом);
  • • дивергенция базового концепта определяется социальнопрактическим опытом локального субъекта мирового сообщества;
  • • определенность в обсуждениях достигается использованием языка системного подхода;
  • • диапазон рефлексивной коммуникации в современной глобалистике ограничен христианским миром.

Таким образом, можно говорить об однотипности методологии разработки названных концепций, основанных зачастую на абсолютизировании отдельных фактов общественного развития, их изоляции от всего контекста динамики социальных связей, имеющих место в современном мире на рубеже тысячелетий. В итоге, однако, обнаружение известной значимости отвергаемых в исходном пункте факторов может привести к тому, что именно они, а не ранее абсолютизировавшиеся факторы начинают признаваться главными, решающими. К тому же общим недостатком для ведущих глобальных концепций является жесткий детерминизм, создающий иллюзию исторического фатализма (оптимистического или пессимистического). То, что «гарантированная история» — это действительно иллюзия, доказано недавней исторической практикой, в том числе и российской.

Следовательно, исследователям нельзя забывать хорошо известное положение — любая из концепций, уже имеющаяся или вновь создаваемая, должна иметь четко очерченный круг первичных вопросов, а ответы, получаемые на них при анализе фактов в полном соответствии с законами формальной и диалектической логики, должны служить основой для постановки задач следующего логического уровня. В то же время современная ситуация в глобалистике своей неоднозначностью уже сама по себе в полной мере отражает исключительную сложность причинно-следственных связей в глобальных процессах, которая в итоге и требует для корректировки имеющихся и создания новых жизнеспособных концепций реализации адекватного, комплексного подхода при все более тесной интеграции и взаимодействии наук как естественно-научного и технического профиля, так и обществоведческого, наук о человеке. Причем не следует забывать, что «интеграция знаний — это не слияние, не взаимное растворение наук, а их взаимодействие, взаимообога- щение в интересах совместного решения комплексных проблем, каждая из которых изучается специальной наукой в каком-то одном аспекте».

Вместе с тем следует учитывать и то, что сложность динамики развития глобальных процессов усугубляется наличием в рамках взаимозависимого и взаимосвязанного мира противоречия между объективной необходимостью и субъективной неготовностью различных государств, народов и регионов сотрудничать друг с другом в силу имеющихся цивилизационных, этнических, идеологических барьеров. Более того, само единство мира может стать картой в игре современного гегемонизма, провоцируя, как уже говорилось, нарастание сопротивления тех, кто хочет отстоять свою политическую или культурную самобытность. Альтернативность вариантов дальнейшего развития глобального мира может иметь, безусловно, и иные, пока не известные нам причины.

И еще один аспект. К сожалению, многие из этих теорий и концепций культивируются государствами, представляющими западную, по сути технократическую цивилизацию, и не отражают во всей полноте богатого идейного и культурного наследия всех народов, культур и религий, составляющих современное человечество. Например, разработка концептуальных основ, принципов, норм и механизмов, посредством которых регулировались бы процессы глобализации, могла бы только обогатиться, если бы были учтены элементы богатого философского и нравственно-этического наследия российских мыслителей, которые намного обогнали свое время и выдвинули целый ряд реформаторских идей планетарного, общецивилизационного масштаба и значения. О том, что конструктивные идеи, выдвинутые в разное время российскими учеными и мыслителями, становятся все более актуальными при выборе ориентиров на будущее для всего мирового сообщества, могут свидетельствовать следующие высказывания.

Известный русский философ Н.О. Лосский называет такие черты характера русского народа, которые делают его неравнодушным к результатам деятельности человечества в целом: религиозность, чуткое восприятие душевных страданий других людей, способность к высшим формам опыта, чувственность и воля, свободолюбие, доброта, даровитость, мессианство. Лосский особо подчеркивает: «Русский человек обладает особенно чутким различением добра и зла; он зорко подмечает несовершенство наших поступков, нравов и учреждений, никогда не удовлетворяясь ими и не переставая искать совершенства добра». Ученый также обращает внимание на попытки России применить принципы христианства к международным отношениям, что выражается в стремлении, как подметил русский философ Вл. Соловьев, применить одну из заповедей Христа и к отношениям народов друг к другу: «Люби все другие народы как свой собственный».

В своем оригинальном труде «Философия общего дела» самобытный мыслитель и религиозный философ XIX в. Н.Ф. Федоров высказал идею, которая чрезвычайно актуальна для освобождения мировой космической деятельности от ошибок первых десятилетий конфронтаций и чрезмерной милитаризации: «Мы должны поставить человечеству одну общую цель и утверждать необходимость, возможность и обязательность установления целесообразности не словом, а общим делом».

Уверенность в том, что будущее человечества на планете и в космосе — это единство, осознанное построение гармоничных отношений в обществе с техникой и природой, звучит в одной из последних работ академика В.И. Вернадского: «Нельзя безнаказанно идти против принципа единства всех людей как закона природы... Человечество, взятое в целом, становится мощной геологической силой. И перед ним, перед его мыслью и трудом ставится вопрос о перестройке биосферы в интересах свободно мыслящего человечества как единого целого».

В философском наследии К.Э. Циолковского есть ряд положений, намного обогнавших его и наше время. Они относятся к проблемам весьма отдаленного будущего, когда актуальным станет построение гармоничного союза цивилизаций во Вселенной: «Во Вселенной господствовал, господствует и будет господствовать разум и высшие общественные организации».

Как и В.И. Вернадский, К.Э. Циолковский считал построение целостной гармоничной цивилизации естественной задачей человечества, познающего и совершенствующего себя как органичную составную часть биосферы Земли и бесконечной Вселенной: «Объединение должно быть, ибо этого требуют выгоды существ. Если они зрелы, то разумны, а если разумны, то не станут сами себе делать зла. Анархия есть несовершенство и зло».

Так или иначе, через призму исследованных концепций видятся две магистральные альтернативы в глобальном развитии: оно или сведется к очередному витку научно-технической революции и новым достижениям экономики, либо окажется связанным с духовной реформацией, касающейся системы ценностей, приоритетов, жизненных ориентаций и смыслов.

При этом следует учитывать три важнейших обстоятельства.

Во-первых, НТР посредством автоматизации производства, интеллектуализации техники коренным образом изменяет место и роль человека в технологическом процессе.

Во-вторых, НТР предполагает такого работника, который по уровню своего интеллектуального развития и разносторонности способен сформировать достойную человека искусственную среду его жизнедеятельности (ноосферу). Потребность в человеке универсальном, гармонически развитом, творчески активном и социально ответственном — не выдумка философов. Становление человека новой формации выступает как технологическая, экологическая и экономическая необходимость. Без такого человека, который бы все свои решения и дела соизмерял с интересами и делами всего человечества, общественный прогресс невозможен.

В-третьих, люди должны овладеть новым мышлением, перейти к новому типу рациональности. Рационализация общества, односторонне ориентированная на рост производства вещей или извлечение прибыли, оборачивается иррациональными катастрофическими последствиями для человечества в целом и каждого отдельного индивида. Такая рациональность должна быть заменена рациональностью гармонического развития.

В то же время очевидно, что гармонизация и человеческого сообщества, и взаимоотношений индивида и общества невозможна без разработки человечеством научно обоснованной стратегии своего поведения в природной среде. Это вытекает из самой сути диалектики социального и природно-биологического, ибо человек в своем природно-биологическом качестве — это уже не просто «часть» природы, а ее органический элемент, находящийся во взаимодействии и взаимовлиянии с другими элементами и частями, составляющими некоторое диалектически противоречивое единство, целостность.

Как сказал К. Маркс, «человек живет природой. Это значит, что природа есть его тело, с которым человек должен оставаться в процессе постоянного общения, чтобы не умереть». В этом смысле человек — скорее орган такого целого, и он доказал это, может быть, пока что в большей степени деструктивной функцией в природе как в своем «теле». Без учета этого человечеству не разрешить следующее ключевое противоречие. С одной стороны, дальнейшее наращивание техногенного пресса на природную среду равносильно самоубийству, а с другой — без интенсивной эксплуатации природной среды прогресс и процветание человечества немыслимы.

Остановить прогресс общества, повернуть его историю вспять, «назад в пещеру», невозможно, но и продолжать наращивание темпов производства за счет стихийного прогрессирующего разграбления естественных ресурсов и ухудшения среды обитания недопустимо. Именно поэтому, чтобы разрабатываемые концепции (или парадигмы) глобального развития адекватно реагировали на текущую динамику глобальных процессов и тем самым увеличивали достоверность прогнозов мирового развития, не обойтись без географических основ, без географического взгляда на единство и целостность географической оболочки, без географических методов исследования ее структуры и функционирования.

Последнее актуально еще и потому, что системный подход в охарактеризованных концепциях глобального развития реализуется главным образом через призму результатов, достигнутых в сфере социально-гуманитарных дисциплин. Нисколько не умаляя значения этих достижений, все же необходимо отметить явный недоучет того вклада в системный анализ, который сделан естественно-научными дисциплинами. Например, для того же физика-географа является вполне очевидным, что структура связей в выстраиваемой системе глобальных проблем должна иметь иерархическую пространственно-временную архитектуру, которая, однако, не находит пока наглядного отражения в существующих корреляционных схемах (например, у Ю.Н. Гладкого, 1994). Учет принципа иерархической соподчиненности, несомненно, позволил бы существенно облегчить построение системы причинно-следственных связей глобальных проблем и сделать его более целенаправленным.

 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 
Популярные страницы