КОНЦЕПТ И АРХЕТИП

Наряду с универсалией, в современных литературоведческих исследованиях употребляется восходящий к Юнгу термин «архетип», также имеющий определенные точки соприкосновения с концептом.

Основные свойства архетипа, по Юнгу, состоят в следующем: архетип 1) архаичен: архетипы - «архаические пережитки», которые, тем не менее, до сих пор живут и действуют (АиС, с. 45); 2) психичеи: архетип есть мыслеформа (АиС, с. 73) архаическая мыслеформа (АиС, с. 89), т.е. «определенная наследуемая структура психического, развивавшаяся сотни тысяч лет» (АП, с. 8); 3) надиндивидуален: это коллективные психические паттерны, «некие факторы и мотивы, выстраивающие психические элементы в известные образы» (АП, с. 123); 4) бессознателен: та часть психического содержания, «которая еще не прошла какой-либо сознательной обработки и представляет собой еще только непосредственную психическую данность» (АиС, с. 99); 5) непосредственно не наблюдаем: «мы способны реконструировать изначальную подоснову праобраза лишь путем обратного заключения от законченного произведения искусства к его истокам» (АиС, с. 283); 6) связан с мифом: «Понятие архетипа вытекает из многочисленных наблюдений над мифами и сказками, которые содержат определенные устойчивые мотивы» (АП, с. 123); архетип - «определенное образование архаического характера, включающее равно как по форме, так и по содержанию мифологические мотивы» (АП, с. 31); 7) инвариантен: «термин «архетип» зачастую истолковывается неверно, как вполне определенный архаический образ или мотив. Но последние являются не более чем сомнительными репрезентациями; было бы абсурдным утверждать, что такие переменные образы могли бы унаследоваться. Архетип же является тенденцией к образованию таких представлений мотива - представлений, которые могут значительно колебаться, не теряя при этом своей базовой схемы» (АиС, с. 65).

2

Концепции Юнга присуща определенная противоречивость. Он понимал архетипы и как генеративные формы, схемы, паттерны, недоступные созерцанию («сам по себе архетип пуст и чисто формален, - ничего, кроме способности сформировать возможности представления, которая дана a priori. Сами представления не являются унаследованными, но лишь формы» (АП, с. 123)); и как архетипические образные представления («заряженные эмоцией сакральные образы» (АиС, с. 88), «символические образы» (АиС, с. 65), «недоступные созерцанию образы» (АиС, с. 99)), т.е. содержание коллективного бессознательного. В учении Юнга противопоставляется архетип как некая «пустая модель», вектор выстраивания материала и архетипический образ («архетипическое представление») - непосредственная реализация этой модели в мифе и литературе.

Образный момент усилен в позднейших интерпретациях архетипа, что является вполне естественным для литературоведов, имеющих дело по преимуществу с образами[1]. Когнитолога, напротив, архетип привлекает как ментальная структура, с ее схематизмом и недоступностью для непосредственного созерцания - все, что позволяет трактовать его как некий пра-концепт.

Юнг первым заговорил о возможности использования категории архетипа в литературоведческом анализе. В статье «Об отношении аналитической психологии к поэтико-художественному творчеству» он ставит вопрос о применимости методов психологии к анализу произведений искусства. По мнению Юнга, в силах психолога ответить на вопрос: к какому пра-образу коллективного бессознательного можно возвести образ, развернутый в данном художественном произведении? (АиС, с. 282). «Творческий процесс, насколько мы вообще в состоянии его проследить, складывается из бессознательного одухотворения архетипа, из его развертывания и пластического оформления вплоть до завершенности произведения искусства. Художественное развертывание праоб- раза есть в определенном смысле его перевод на язык современности, после чего каждый получает возможность снова обрести доступ к глубочайшим источникам жизни» (АиС, с. 284).

Словарные дефиниции современных литературоведческих справочников профилируют различные концептуальные признаки определений архетипа. С.С. Аверинцев[2] подчеркивает их формально-порождающий характер; А.С. Козлов[3] - принадлежность сфере бессознательного; Г.В. Якушева[4] [5] - универсальность.

В работах А. Гольденберга^ проводится деление архетипов на фольклорные (мифологические) и литературные: архетипы - это не только «первообразы», сопряженные с мифом и обрядом, но и «вечные образы» литературы[6].

Тенденцию сближения литературной универсалии и архетипа отражает определение А. А. Фаустова: «Архетип в настоящее время - за пределами юнгиански ориентированных исследований - может обозначать универсальный образ или сюжетный элемент, или их устойчивые сочетания разной природы и разного масштаба (вплоть до авторских архетипов)»[7].

Характеризуя судьбу архетипов после Юнга, Д. Поль[8] выделяет два основных направления современных исследований 1) юнгианско-нацио- нальное, когда архетипы рассматриваются как воплощение коллективного бессознательного национального космоса (Г. Гачев)[9]; 2) юнгиан- ско-социальное исходящее из того положения, что архетипы могут меняться под воздействием социальных факторов (Е.М. Мелетинский)[10].

Архетип устойчиво связывается с мифом как его типичной репрезентацией. В концепции Юнга миф произволен от архетипа.

Параметрами сходства мифа и архетипа, по нашему мнению, являются: 1) архаичность; 2) константность и устойчивость; 3) универсальность; 4) метафизичность, «нуминозность» (Юнг); 5) гармонизирующая функция, «ментальная терапия» - по Юнгу; 6) отнесенность к коллективному бессознательному; 8) интерпретирующая функция (архетип - интерпретанта содержания коллективного бессознательного, миф - истории, мира вообще, в том числе и современного).

9

В литературе миф, как правило, представлен мифологемами (мифологическими мотивами). Мифологема как ментальная структура является объектом исследования в диссертации М.В. Димитренко[11]. По мнению автора, в отличие от концепта мифологема бинарна: заложенная в ней прототипическая мифологическая ситуация (генетический компонент) воспроизводится в новом культурном контексте (актуальный компонент). К другим ее признакам относятся сюжетность и ретроспектив- ность (ориентация на метафизический опыт предшествующих поколений).

Стремление вскрыть мифопоэтический слой русской литературы через обращение к понятию архетипа отличает работы В.Н. Топорова[12],

А.М. Панченко[13], И.П. Смирнова, А. Ханзен-Леве[14], Е. Фарыно[15], В.И. Ткэпы[16] и др.

В отличие от архетипа, идеальным репрезентантом которого является миф, основными репрезентантами концепта являются мотив и словесный образ. Мифологический концепт (т.е. концепт, порожденный мифом, восходящий к мифу), или концепт-мифологема - частный случай концепта.

Выявленные признаки архетипа позволяют установить соотношения между концептом и архетипом.

И тот, и другой термин восходит к философской традиции, т.е. являются первоначально философскими категориями (Юнг указывает на связь архетипа с платоновскими эйдосами (формами-идеями, первообразами), архетип как порождающая модель, сакральная модель, прото- образц встречается у древнегреческих мыслителей[17], затем у Бл. Августина; концепт как общее представление дал наименование философскому направлению - концептуализму Абеляра).

Общее между ними заключается в ментальном характере и вопло- щенности в образах, символах, мотивах. Как и концепт, «архетип нельзя созерцать, но можно осмыслить»[18]. И тот, и другой - инвариантны.

Концепты и архетипы принадлежат и коллективному, и индивидуальному сознанию, но архетипы до-индивидуальны. И те и другие можно считать кодом: бессознательного (архетипы)/ментальности (концепты)[19]. И те и другие образуют символический код литературы (сравн. задачу, поставленную Н. Фраем - «взломать символический код»)[20].

Как структура психического, архетип близок концепту (названного

В.В. Колесовым «зерном первосмысла»[21] [22] [23], «сущностью при явлении»[20]). Но если архетип - пресуществующая форма, то концепт - пресуществующее содержание («семантический зародыш» - по Колесову).

Как и архетипы, концепты воссоздаются парадигматически, т.е. задним числом из наблюдения повторяющихся символических структур.

Концепт и архетип могут быть противопоставлены как: 1) осознаваемое и бессознательное; 2) рациональное и иррациональное; 3) историческое и архаическое, но живущее в современном, до сих пор действенное; 4) подвижное и стабильное; 5) присвоенное, освоенное и врожденное, унаследованное; 6) национально специфическое и всеобщее, универсальное. По последнему параметру концепт обнаруживает сходство с универсалией.

Сближение архетипа с концептом в современных исследованиях связано с расширительным, не вполне терминологическим пониманием ар- хетипа Так, в концепции архетипов А.Ю. Большаковой выделяются два уровня: мифологический, или биопсихологический, и культурный (ноосфсрический), возникающий в недрах «дальнейших культурных напластований»[25], что приводит к отождествлению архетипа и концепта культуры. Этому же содействует выхолащивание из архетипов такой их черты, как «архаичность», и их трактовка как «констант национального самосознания»[26].

Такое понимание архетипа свойственно и работам И.А. Есаулова. Под архетипами автор понимает «не всеобщие бессознательные модели, но такого рода трансисторические “коллективные представления”, которые формируются и обретают определенность в том или ином типе культуры. Иными словами, это культурное бессознательное <курсив автора>: сформированный той или иной духовной традицией тип мышления, порождающий целый шлейф культурных последствий, вплоть до тех или иных стереотипов поведения <...> Подобные представления часто не осознаются на рациональном уровне самими носителями той или иной культуры, но могут быть выделены в результате научного описания»[27] [28]. Базовым архетипом русской культуры автор считает пасхальный (в противоположность рождественскому архетипу западной культуры). Таким образом, теория архетипа развивается в сторону его отождествления с концептом культуры (культурной константой).

Такая национальная «прописка» архетипа («национализация архетипа» - по Большаковой) заставляет исследователей искать новые параметры дифференциации понятий концепт и архетип. В одной из последних публикаций на эту тему А.Ю. Большакова определяет архетип как как (мета)концепт : «наиболее устойчивые в исторических изменениях и определяющие строй мировоззрения (личности, нации, народа), выделяются из общего состава концептов/констант: именно такие метаконцепты культуры и можно определить как “архетипы культурного бессознательного” <...> несмотря на все свое тяготение к всеобщности и универсальности, “архетип”, несомненно, входит в сферу концептов как выразителей национальных ценностей. Так, базовые архетипы, определяющие все лучшее в русской культуре, можно назвать метаконцептами, представляющими ее ценностно-иерархический спектр»[29].

Архетипы не могут покрыть всю сферу культуры: в теоретических построениях А.Ю. Большаковой они занимают большую ее часть, чем им положено, отвоевывая территорию у концептов.

По нашему мнению, архетип может быть представлен как архаическое ядро художественного концепта, неизбежно проявляющееся в творчестве авторов различных направлений и стилевых течений, меняющее лишь внешние формы своей экспликации.

Рассмотрение художественного концепта как частной реализации концепта культуры открывает широкие перспективы для исследователей, рассматривающих генезис и динамику литературных типов, художественных символов, вписывающих литературную традицию в кон- цептосферу национальной культуры в целом.

Интересной представляется попытка А.С. Рослого представить концепт как составляющую кода художественного направления (акмеизма), кода, включающего типичные ассоциации, аллюзии и реминисценции. По справедливому мнению А. Рослого, единство концептосферы - существенный признак литературной школы, обладающий смыслопорождающей функцией[30].

Целостная программа исследования литературных концептов как концептов культуры разработана В.Г. Зусманом. Обосновывая возможность и необходимость включения понятия концепта в терминосистему современного литературоведения, В.Г. Зусман пишет о том, что литературный концепт обладает прежде всего коммуникативной функцией, выступая своеобразным «агентом» других рядов культуры в художественном произведении: исторического, социального, бытового и собственно литературного. «Литературный концепт - это такой образ, символ или мотив, который имеет выход на геополитические, исторические, этнопсихологические моменты, лежащие вне художественного произведения»[31]. т.е. образ становится концептом, будучи погруженным в пространство культуры. Концепт - образ sub specie культуры.

  • [1] Аверинцев С.С. Архетипы// Мифы народов мира: Энциклопедия. М.: Со
  • [2] ветская энциклопедия, 1980. Т. 1. С. 110-111.
  • [3] Козлов А.С. Архетип// Современное зарубежное литературоведение: Энциклопедический справочник. М.: Интрада, 1996. С. 194-195.
  • [4] Якушева Г.В. Архетип // Литературная энциклопедия терминов и понятий /гл. ред. А.Н. Николюкин. М.: Интелвак, 2003. С. 59.
  • [5] Гольденберг А.Х. Фольклорные и литературные архетипы в поэтике Н.В. Гоголя: автореф. дис. ... доктора филол. наук. Волгоград, 2007; Гольденберг А.Х. Архетипы в поэтике Гоголя. М: Флинта, Наука, 2012.
  • [6] Гольденберг А.Х. Фольклорные и литературные архетипы в поэтике Н.В. Гоголя. С. 2.
  • [7] ? Фаустов А.А. Архетип // Поэтика. Словарь актуальных терминов и понятий. М.: Интрада, 2008. С. 24.
  • [8] Поль Д.В. Проблема архетипа в отечественном литературоведении // Литературная учеба. 2006. Кн. 1. С. 173-174.
  • [9] См., например: Гачев Г.Д. Космос, Эрос и Логос России // Отечественныезаписки. Журнал для медленного чтения. 2002. №3 (4) [Электронный ресурс].URL: http://www.strana-oz.rU/2002/3/kosmos-eros-i-logos-rossii
  • [10] s Мелетинский Е.М. О литературных архетипах. М.: РГГУ, 1994.
  • [11] Димитренко М.В. Мифологема поэт в русском поэтическом дискурсеXIX-XX вв.: рефлексивно-коммуникативный потенциал и особенности вербализации: автореф. канд. филол. наук. Волгоград, 2009.
  • [12] Топоров В.Н. Миф. Ритуал. Символ. Образ: Исследования в области мифопоэтического. М., 1995.
  • [13] Панченко А.М., Смирнов И.П. Метафорические архетипы в русской средневековой словесности и в поэзии начала XX века // Труды отдела древнерусскойлитературы. Л.: Наука, 1971. Т. XXVI. С. 33-49.
  • [14] Ханзен-Леве А. Русский символизм. Система поэтических мотивов. Мифопоэтический символизм. Космическая символика. М.: Академический проект,2003.
  • [15] Фарыпо Е. Окна мелом забелены. Хозяйки нет (Из археопоэтики «ДоктораЖиваго») // Пушкинский сборник / сост. И. Лощилов, И. Сурат. М.: Три квадрата, 2005. С. 420-436. Фарыно Е. Комнаты с окнами и окна с комнатами (Архео-поэтика «Доктора Живаго». 7) // Миргород. 2010. № 2. С. 117-180.
  • [16] Тюпа В.И. Анализ художественного текста. М.: Издательский центр «Академия», 2008.
  • [17] См. об этом: Большакова А.Ю. Рождение теории. Теории архетипа. Ч. II.Ульяновск: УлГТУ, 2010.
  • [18] Михайлов А.Н. Архетипическая концепция Юнга: попытка культурологической реконструкции //Человек. 2008. № 6. С. 77.
  • [19] В современной культурологической трактовке архетипов они рассматриваются как код ментальности (Г. Гачев, И. Есаулов, А. Большакова).
  • [20] Фрай Н. Критическим путем // Вопросы литературы. 1991. Кн. 5. С. 159.
  • [21] Колесов В.В. Философия русского слова. С. 51.
  • [22] ? Там же. С. 52.
  • [23] Терминологически строгое употребление понятия «архетип» отличает работы X. Гюнтера, обнаружившего архетипы героя, отца, матери и врага в текстах советской культуры. См.: Гюнтер X. Литература в контексте архетипов советской культуры // В поисках новой идеологии: Социокультурные аспекты русского литературного процесса 1920-1930-х годов. М.: ИМЛИ РАН, 2010. С.191-229.
  • [24] Фрай Н. Критическим путем // Вопросы литературы. 1991. Кн. 5. С. 159.
  • [25] Большакова А.Ю. Архетип - Миф - Концепт (рубеж XX-XXI вв.) Теорииархетипа. Ч. III. Ульяновск: УлГТУ, 2011. С. 16.
  • [26] Там же. С. 57. Деление архетипов на универсальные и «этнокультурные»присуще культурологам: Забияко А.П. Архетип культурный // Энциклопедиякультурологии [Электронный ресурс], http://dic.academic.ru/dic.nsf/enc_culture/219/АРХЕТИПЫ
  • [27] Есаулов И.А. Пасхальность русской словесности. М.: Кругъ, 2004. С. 13.
  • [28] А.Ю. Большакова апеллирует к пониманию Ю.С. Степановым архетипакак «архаического глубинного концепта». Однако заявленная автором «достройка» концептологической теории Степанова прямо противоречит традиционномупониманию ученым архетипа как вненациональной сущности (см., например,о концепте «родная земля» как общечеловеческом архетипе культуры: Степанов Ю.С. Указ. соч. С. 171).
  • [29] Большакова А.Ю. Теория архетипа и концептология // Культурологическийжурнал [Электронный ресурс]. 2012. № 1(7). URL: http://www.crjoumal.ru/rus/joumals/109.html&j_id =9 (дата обращения: 01.02.2013).
  • [30] Рослый А.С. Указ. соч.
  • [31] Зусман В.Г. Диалог и концепт в литературе. Литература и музыка. НижнийНовгород: Деком, 2001. С. 14.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >