Просвещение и печать.

Школьное дело в середине XIX в. находилось в исключительно тяжелом положении, особенно в сельской местности. Грамотных людей в дореформенной России было ничтожно мало. По свидетельству известного либерального помещика славянофила Ю.Ф. Самарина, во многих сельских школах ученики, пройдя два-три класса, ничему не могли научиться, а если кое-как и выучивались читать, то не понимали прочитанного. Такое состояние начального образования в новых условиях становилось нетерпимым. Началось широкое участие демократической общественности в развитии просвещения (организация новых школ и изменение методов воспитательной и учебной работы в них, борьба против сословно-крепостнической системы образования, развитие форм внешкольного обучения — воскресных школ, народных чтений, библиотек). Его признало и правительство. По положению 1864 г. оно разрешило открывать народные начальные училища общественным организациям и частным лицам, но сохранило за собой руководство процессом обучения в этих школах.

В 1859 г. по инициативе демократической интеллигенции были образованы воскресные школы. Их организаторами стали студенты Киевского, Харьковского и Московского университетов и прогрессивные профессора П.В. Павлов, Н.И. Пирогов, Н.С. Тихонравов.

Первую воскресную школу открыл в Киеве П.В. Павлов. Затем воскресные школы появились в Петербурге, Москве и в других городах. Правительство препятствовало их развитию. В июне 1862 г. воскресные школы были закрыты. В 1864 г. были разрешены вновь, но с ограниченной программой обучения и под строгий надзор инспекции народных училищ.

Передовая общественность России выступала с инициативой введения всеобщего обязательного обучения, которой обязаны были своим распространением и земские школы. Уже за первые 10 лет существования земских учреждений (1864—1874) было открыто до 10 тыс. земских школ. Они отличались лучшей постановкой учебного процесса и образования в целом, чем министерские и в особенности церковноприходские школы.

Устав 1864 г. сохранил в системе начального обучения старые церковноприходские школы, находившиеся в ведении Синода. Элементарное образование, которое получали ученики, было значительно ниже, чем в земской школе. Все обучение в них было пронизано мертвой церковной схоластикой. Основные предметы — Закон божий, церковнославянское чтение и церковное пение. Ограничивая земские школы, царизм оказывал покровительство церковноприходским, стремясь при их помощи воспитать учащихся в духе религиозности и покорности монархической власти. В 80-е гг. реакционное направление правительственной политики в области народного образования достигло апогея. Начальная школа все более попадала под влияние Синода, увеличивалось число церковноприходских школ. Министерская школа получала в два раза меньше ассигнований, чем церковноприходская. К началу 90-х гг. в ведении министерства народного просвещения было почти такое же количество начальных школ, как и в ведении Синода.

К 1863 г. в России (без Королевства Польского) число учащихся лишь немного превышало 1 млн, из них женщины составляли 18%. Ко времени падения крепостного права грамотные среди населения России составляли около 7%. В 1897 г. в России обучалось уже 4 млн 100 тыс. человек, из которых 25% были лица женского пола. Рост был значительным, хотя и недостаточным для населения такой огромной страны. Около 7,5 млн детей оставалось вне образования из-за отсутствия школ. По данным переписи 1897 г. в конце XIX в. 76% населения от 9 лет и старше было неграмотным. Уровень грамотности сильно колебался в зависимости от региона, характера занятий, хозяйственной деятельности. В пореформенную эпоху гимназия оставалась основной формой средней школы. В 60-е гг. она становится бессословным общеобразовательным учебным заведением. Однако этот принцип, провозглашенный уставом 1864 г., не был последовательно проведен в жизнь.

18 июня 1887 г. был издан знаменитый циркуляр «о кухаркиных детях», предписывавший не принимать в гимназию «детей кучеров, лакеев, поваров, прачек, мелких лавочников и т.п. людей, коих, за исключением разве одаренных необыкновенными способностями, вовсе не следует выводить из среды, к коей они принадлежат». Чтобы закрыть доступ в гимназии детям рабочих и крестьян, почти повсеместно были упразднены подготовительные классы. Однако реакционная политика царизма в области просвещения могла лишь задержать, но не остановить рост средних учебных заведений. Средняя школа развивалась медленнее, чем начальная, не все же намного быстрее, чем в дореформенные годы. Так, на 1 января 1865 г. в стране имелось 96 гимназий, в 1871 г. — 123, в 1882 г. — 136 гимназий.

В 60—80-е гг. новые университеты были открыты в Одессе (Новороссийский на основе Ришельевского лицея), Варшаве (на основе Варшавской главной школы) и Томске. Революционная ситуация 1859— 1861 гг. заставила правительство временно отказаться от политики гонения на университеты. Студенческое движение, охватившее в это время ряд городов и особенно бурно проявившееся в Петербурге и Москве, способствовало проведению университетской реформы. Устав 1863 г. при всей своей непоследовательности был наиболее либеральным из всех университетских уставов царской России. Он содействовал подъему научной и учебной деятельности университетов. Государственные средства, отпускаемые университетам, были увеличены более чем в полтора раза. Значительно увеличилось число студентов. Ко времени окончания Крымской войны во всех университетах обучалось 3,5 тыс. студентов, а к концу 90-х гг. — более 16 тыс.

Быстрое развитие промышленности, транспорта, рост капитализма в сельском хозяйстве требовали технически образованных кадров. Возникла необходимость в специальных технических высших учебных заведениях. В 1868 г. Московское ремесленное учебное заведение было преобразовано в Высшее техническое училище (ныне МВТУ имени. И.Э. Баумана). Это училище сыграло большую роль в развитии технического образования и в подготовке инженеров высокой квалификации. Не меньшее значение в развитии высшего сельскохозяйственного образования в России имела Петровско-Разумовская сельскохозяйственная академия, открытая в 1865 г. (ныне сельскохозяйственная академия имени К.А. Тимирязева). На юге страны, в Люблинской губернии (г. Ново-Александрия) в 1862 г. был открыт Политехнический земледельческий институт. В Риге в 1862 г., а позднее в Киеве и Варшаве открылись политехнические институты. В Риге и Киеве они имели сельскохозяйственные отделения. В 1885 и 1900 г. были открыты технологические институты в Харькове с механическим и химическим, в Томске — с механическим, химическим, инженерно-строительным и горным отделениями. В 90-х гг. открылся электротехнический институт в Петербурге. Старые высшие технические учебные заведения (институт инженеров путей сообщения, горный, лесной институты) были преобразованы в гражданские учебные заведения. К концу XIX в. в высших технических школах в России обучалось 7 тыс. студентов.

Под давлением демократической общественности, а также влиятельных и энергичных поборников женского образования в лице Л.Н. Толстого, Ф.М. Достоевского, И.С. Тургенева сначала в Петербурге и Москве, затем и в других городах были открыты средние общественные женские училища. Ими управляло «Ведомство учреждений императрицы Марии», издавна заведовавшее закрытыми женскими учебными заведениями — институтами для благородных девиц. В годы политической реакции 80-х гг. идеям женской эмансипации была объявлена война. В 1886 г. правительство объявило о прекращении приема на все существовавшие тогда высшие женские курсы. Они были закрыты, за исключением петербургских Бестужевских курсов, где контингент учащихся был ограничен до 400 человек, а плата за обучение повышена вдвое. Прием был закрыт даже на Медицинские женские курсы.

Высшее женское образование возобновилось лишь со второй половины 90-х гг. В 1897 г. в Петербурге открылся Женский медицинский институт. В 1900 г. возродились Высшие женские курсы в Москве. Открытием высшего женского образования Россия опередила все государства Западной Европы и Соединенные Штаты Америки. К концу XIX в. в России насчитывалось 63 высших учебных заведений, в которых обучалось до 30 тыс. студентов, из них женщины составляли около 4%. Почти половина высших учебных заведений находилась в столице — Петербурге. В Средней Азии, на Дальнем Востоке, на Кавказе и в Закавказье высших учебных заведений не было.

Большую культурно-просветительную и научную работу вели музеи (политехнический, исторический, художественный, промышленный музеи в Москве, сельскохозяйственный музей, музей антропологии и этнографии в Петербурге). Большое развитие в пореформенной России получили художественные музеи, которые вели свое начало от частных коллекций дворянской знати, царских собраний. В 1852 г. был открыт для публики Эрмитаж. Главное место занимала богатая картинная галерея. В начале 80-х гг. для широкой публики стала доступной картинная галерея П.М.Третьякова, которую он начал собирать в 1856 г. Крупнейшим художественным музеем стал Русский музей, открытый в Петербурге в 1898 г. В конце позапрошлого столетия в Москве был открыт и первый в России Театральный музей, основанный в 1894 г. любителем театрального искусства, коллекционером А.А. Бахрушиным, который на собственные средства выстроил для музея отдельное здание. В музее были собраны многочисленные коллекции по истории русского театра.

Широкий размах получило книгоиздательское дело. По приблизительным данным, рост книжной публикации выражался в следующих цифрах: в 1861 г. издано около 2 тыс. книг, в 1890 г. — больше 8,5 тыс., в 1901 г. — свыше 10 тыс. книг. Характерной чертой этого времени стало возникновение просветительных издательств демократического направления (Н.П. Полякова, Ф.Ф. Павленкова, К.Т. Солдатенкова). В 80-90-е гг. XIX в. развернулась деятельность крупнейших издательств России — А.С. Суворина в Петербурге и И.Д. Сытина в Москве.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >