ВОЕННАЯ МЕТАФОРА В ПРОЗЕ В. О. БОГОМОЛОВА

Н. В. Федотова

ВУНЦ ВВС «ВВА им. профессора Н. Е. Жуковского и Ю. А. Гагарина»

Данная статья посвящена анализу военной метафоры в некоторых произведениях советского писателя Владимира Осиповича Богомолова (в романе «Момент истины» («В августе сорок четвёртого...»), в повестях «Зося» и «В кригере», а также в рассказах «Второй сорт» и «Кругом люди»).

Под метафорой принято понимать «оборот речи, состоящий в употреблении слов и выражений в переносном смысле на основе какой-нибудь аналогии, сходства, сравнения» [6, с. 446], который возникает в результате определённых ассоциаций и максимально точно передаёт смысл того, о чём говорится.

Под военной метафорой, в свою очередь, следует понимать такой вид метафоры, в семантической структуре которой как эксплицитно, так и имплицитно выделяется сема «война».

Некоторые отечественные лингвисты (например, В.П. Москвин [5]) считают, что в рамках семантической классификации военные метафоры следует выделять в отдельную группу. Суть данной классификации заключается в особенностях содержательной стороны метафорического знака, в их смысловой двуплановости (одновременное указание на основной и вспомогательный субъект), т.е. основной субъект - это то, что сравнивается, а вспомогательный субъект - это то, с чем сравнивается по какому-то признаку (аспекту сравнения).

Кроме военных метафор также выделяют: 1) медицинские метафоры: « - Ну вы и язва! - рассмеялся Алёхин; своей прямотой и задиристой откровенностью капитан ему определённо нравился» [2, с. 344]; 2) метафоры, в основе которых лежит сравнение с рыбной ловлей: «Быть живцом в такой засаде - почти всё равно что вызвать огонь на себя или лечь на амбразуру, хотя шансов уцелеть здесь, пожалуй, и больше» [2, с. 406]; 3) метафоры, в основе которых лежит сравнение с шахматной игрой: «...и - пожалуй, самое оскорбительное! - быть совершенной пешкой, находится всё время в полном неведении относительно своих дальнейших действий и назначений» [2, с. 316]; 4) метафоры, в основе которых лежит сравнение с театром: «Таманцев спрятал пакет, внутренне настраиваясь бутафоритъ, опустил голову, расслабленно-спокойный подошёл к Аникушину...» [2, с. 441] и др.

Другие исследователи (например, А.Н.Баранов, Ю.Н. Караулов) рассматривают военную метафору в составе политической: «Высокая продуктивность этой метафорической модели в политическом дискурсе подтверждает, что военная метафора относится к числу базовых» [1, с. 189]. А.Н. Барановым было подсчитано, что на середину 1991 года военная метафора составляла до 30 процентов от общего числа всех метафор.

Военные метафоры встречаются в повседневной жизнедеятельности чаще всего в разговорах о любви, «арсенал языковых средств в этой области достаточно велик и разнообразен» [4, с. 114]. Например: завоевать чьё-либо расположение, пленить своей красотой, на любовном фронте и т.д. В произведениях художественной литературы (например, в повести «Зося» В.О. Богомолова) языковые средства воплощения метафоры «Любовь - это война» также встречаются: «Ванда, чему-то про себя усмехаясь, довольно откровенно посматривала на Витьку, что было с её стороны безусловной ошибкой: по Витъкиному убеждению, наступать полагалось мужчине, а женщинам следовало только обороняться; к тому же он не признавал в жизни ничего лёгкого, достающегося без труда и усилий» [3, с. 92] или «И вы знаете, он бесконечно прав: женщинам нравятся сильные и решительные! До наглости самоуверенные, идущие напролом!.. А вот мы с вами слишком интеллигентны, чтобы пользоваться успехом... Никчёмная интеллигентность, раздумчиво и огорчённо вздохнул он, - будь она трижды неладна!.. Тут, понимаете... с женщинами необходима боевая наступательная тактика, - он взмахнул сжатой в кулак рукой, - напористость, граничащая с нахальством!..» [3, с. 113].

Военные метафоры в произведениях В.О. Богомолова употребляются и в других значениях. Например, в рассказе «Второй сорт» метафорический перенос осуществляется на основе семы «наносить удар»: «Дулево... Второй сорт... 51-й год...» - мысленно повторяет он, в растерянности соображает, что Горький умер на пятнадцать лет раньше, и вдруг, поражённый в самое сердце, весь заливается краской...» [3, с. 70]. Нанесение удара оружием во время боя уподобляется удару по сознанию в повседневной жизни, когда под воздействием внезапной мысли человек испытывает сильное удивление. Метафорическая модель: «Наименование процесса, значимого при ведении боевых действий (нанесение удара оружием) = > удивление».

В отрывках из романа «Момент истины» («Дешифровки ещё нет. И наши бьются пока без результата...» [2, с. 57] и «Алёхин ещё минут десять бился с Борискиным, а тот упрямо врал, пока не начал смекать, что дело тут не в сахаре, а в чём-то другом...» [2, с. 79]) метафорический перенос происходит на основе семы «прилагать усилия для достижения цели». Метафорическая модель: «Наименование процесса, значимого при ведении боевых действий (сражение) => стремление к достижению цели». Другой пример из этого же романа: «Его лбом башню тяжёлого танка заклинить можно, а он здесь окопался! И вознёсся - никого не замечает! Пижон!» [2, с. 301]. В основе данной метафоры лежит сема «укрытие». Метафорическая модель: «Наименование процесса, значимого при ведении боевых действий (сооружение укрытия в виде рва с насыпью) => избежание неприятностей».

В повести «В кригере» {«...легендарный подполковник Алексей Семёнович Бочков, сказавший обо мне безапелляционно: «Штык!!! Русский боевой штык, выше которого ничего нет и быть не может!» [3, с. 71]) метафоризация осуществляется по следующей модели: «Наименование вида оружия (колющее оружие) => человек». Другой пример из этой же повести: «Спустя минуты в полнейшей прострации я брёл по шпалам, удручённо повторяя про себя уже совсем иное: «Недолго музыка играла, недолго фраер танцевал...», что наверняка соответствовало моему душевному состоянию и свидетельствовало о начальном осознании понесённого поражения». Метафорический перенос происходит на основе семы «неудача». Метафорическая модель: «Наименование процесса, значимого при ведении боевых действий (неудача в войне) => неудача в жизни».

Фразеологический оборот «свадебный генерал», который встречается в рассказе «Второй сорт» {«Он, должно быть, тяготится этой вынужденной ролью свадебного генерала, но виду не подаёт» [3, с. 68]), по мнению многих исследователей берёт своё начало из рассказа «Свадьба с генералом» и водевиля «Свадьба» А.П. Чехова. В настоящее время семантическая структура данного выражения ситуационно-метафорична: на любую аналогичную жизненную ситуацию «накладывается» ситуация литературного контекста- первоисточника. Аналогия между «исходной» и «данной» ситуациями сводится к осмеянию тщеславия устроителей мероприятия, которые пытаются придать этому мероприятию значительность - за счёт значительности приглашаемого авторитетного лица. То есть признак «влиятельный, уважаемый» лежит в основе метафорического употребления выражения в данном контексте. Метафорическая модель: «Наименование лица, ведущего военные действия (лицо, носящее звание или чин высшего командного состава армии) = > человек».

В рассказе «Кругом люди» {«...увидев, что за окном - дождь, огорчённо, с сердитой озабоченностью восклицает: - Вот враг!.. Ну надо же!..» [3, с. 71]) метафорический перенос происходит на основе семы «неприятель». Метафорическая модель: «Наименование лица, ведущего военные действия (военный противник) = > явление природы».

Проведённый анализ военных метафор в некоторых произведениях В.О. Богомолова показал, что частотность их употребления не случайна и может быть связана со значимостью военной сферы в жизни писателя-фронтовика, так как создание метафоры всегда связано с концептуальной системой автора и с его представлением о мире.

Следует также отметить, что большинство военных метафор в прозе В.О. Богомолова с точки зрения лексико-семантической характеристики относится к тематической группе «Наименования процессов, значимых при ведении боевых действий» и «Наименования лица, ведущего военные действия».

ЛИТЕРАТУРА

  • 1. Баранов А. Н., Караулов Ю. Н. Русская политическая метафора: Материалы к словарю / А.Н. Баранов, Ю.Н. Караулов. - М.: Институт русского языка АН СССР, 1991. - 193 с.
  • 2. Богомолов В.О. Момент истины / В.О. Богомолов. - Воронеж: Центральночернозёмное книжное издательство, 1988. - 447 с.
  • 3. Богомолов В.О. Роман. Повести. Рассказы / В.О. Богомолов. - М.: Художественная литература, 1986. - 526 с.
  • 4. Земскова В.П. В любви, как на войне, все средства хороши / В.П. Земскова // Проблемы преподавания филологических дисциплин иностранным учащимся. - 2014. - № 3. - С. 113-117.
  • 5. Москвин В.П. Выразительные средства современной русской речи. Тропы и фигуры. Терминологический словарь / В.П. Москвин. - Ростов н/Д: Феникс, 2007. - 940 с.
  • 6. Ожегов С.И. Словарь русского языка / С.И. Ожегов. - М.: Оникс 21 в., Мир и образование, 2004. - 1200 с.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >