СТАНОВЛЕНИЕ СОЦИАЛЬНЫХ И ГУМАНИТАРНЫХ НАУК

Становление познавательной деятельности изначально было связано с попытками древних мыслителей построить целостное описание природного мира. Поэтому первым вариантом знания о существенных характеристиках действительности стала натурфилософия. Сам человек в подобных системах знания неявно представал в роли внешнего наблюдателя. Познавательный интерес, обращенный вовне, заложил основу той традиции, в рамках которой позднее и возникло естествознание.

Но накапливаемый многими поколениями опыт изучения природных феноменов обусловил осознание того обстоятельства, что все представления о способе мирового устройства создаются и существуют только в виде идеальных конструкций, порождаемых мыслительной деятельностью людей, а потому без специального изучения ее особенностей невозможно понять смысл внешних явлений, обнаруживаемых людьми в их непосредственном взаимодействии с природными феноменами. Так в сферу теоретического интереса постепенно стала входить тема человека.

В европейской традиции явный интерес к тому, что можно охарактеризовать как «внутренний мир человека», связан со школой софистов (V и IV вв.). Протагор (480—410 гг. до н.э.) и Горгий (483—В 375 гг. до н.э.) осуществили первую революцию в философском и общекультурном сознании. Софисты открыли для людей субъективную реальность. Одна из главных проблем для них — индивидуальное восприятие человеком своего существования. Их предшественники исходили из убеждения, что все люди одинаково устроены и поэтому и образы мира в их сознании обладают сходными чертами. Мнения должны совпадать у всех людей.

Знаменитая формула Протагора — «Человек есть мера всех вещей» — выражала качественно новую интеллектуальную позицию античных мыслителей. Расширение границ культурного мира, рост городов, разрушение кровно-родственных связей — все это неизбежно порождало убеждение в том, что правила поведения людей не могут быть врожденными и одинаково обязательными для всех. Становилось ясно, что добродетель формируется не сразу, что этот процесс направляется и регулируется воспитанием.

Протагор и другие софисты считали, что человек может принимать требования, предъявляемые ему обществом, а может и не принимать их. Человеческое поведение — не пассивное подчинение внешним обстоятельствам, а активное действие, зависящее от внутренних субъективных побуждений личности.

Так в поле зрения мыслителей появилась проблема индивидуальной свободы и индивидуальной ответственности. Если натурфилософы пытались увидеть организационное начало общества, то софисты отказались от установки на абсолютные нормы. С их точки зрения миром правит мера, позволяющая каждому человеку выстраивать свое поведение на основе оценок «лучше-хуже», «полезнее-вреднее». Появилась возможность выбора, без которой не существует никакой свободы. Не случайно Горгий считается создателем так называемой этики ситуаций, т.е. системы правил, определяющих поведение каждого человека в зависимости от его восприятия и оценки конкретного положения дел.

Обсуждение данной темы представляло собой настолько новую область познания, что ее абсолютизация первооткрывателями была неизбежной. Отсюда и релятивизм знаний о мире, характерный для философии софистов. Он был обусловлен их попытками представить мнение каждого отдельного индивида равноценными элементами общекультурных феноменов. Ведь если «правы все», то какой-то общей истины быть не может. В таком случае человек остается один на один с собственным внутренним миром, обусловленным состоянием его души, его личностными знаниями, оценками. Это вызвало активные возражения со стороны Сократа (469—399 до н.э.). Он также пытался понять внутреннюю сущность человека. Сократ почувствовал, что множество попыток раз и навсегда решить проблему целостного описания действительности оказались неудачными именно потому, что их создатели не учитывали влияния разума на форму организации знаний о мире, в котором люди существуют. Следовательно, необходимо понять природу самой мысли, форму рассуждений, с помощью которых люди строили описания мирового устройства.

По мнению Сократа, концентрация внимания людей на природном мире вряд ли могла привести их к познанию истины. Он считал, что камни и деревья не могут нас научить. Первый шаг, который делает Сократ, ступая на путь самопознания: «Я знаю, что ничего не знаю, но другие еще хуже меня, ибо не знают даже этого». Для него «знание о незнании» есть знание о собственном несовершенстве. Такое знание является необходимым условием улучшения соб ственной природы, ибо тот, кто всегда уверен в том, что уж он-то знает все, не имеет стимула к развитию.

Утверждение о собственном незнании — аксиома. Сократ предлагает начать с нуля, чтобы совместно строить затем систему возникающего знания. Стимул этого процесса — осознание дистанции между тем, чем каждый является в своем наличном существовании, и тем, чем он может и должен стать, чтобы соответствовать общечеловеческой сущности как некоему идеалу. Знание этого идеала не только дает импульс, выводящий индивида из состояния блаженного самодовольства, но и задает направление действия этого импульса. Познание самого себя, как понимает его Сократ, относится не к уточнению деталей и подробностей конкретной биографии, а к тому идеалу человека, который он, может быть, сумеет реализовать лишь в результате движения по тому пути, по которому он делает первый шаг. Это познание относится не к тому, что есть, а к тому, чего еще нет, и потому оно не может стать объектом какого-либо эмпирического опыта. Следовательно, повседневная сиюминутная жизнедеятельность людей на самом деле определяется какими-то отсутствующими в этой сиюминутности сущностями.

То, чего нет и не может быть в качестве непосредственной реальности, определяет, неявно для большинства людей, их стремления и поступки. Сократ впервые явно обратил внимание философов на объект, который радикально отличается от объекта натурфилософии по трем фундаментальным характеристикам:

  • • он не существует реально, вещественно;
  • • недоступен эмпирическому опыту;
  • • он не поддается описанию на языке математики.

Но это не означает, что его вообще нет. Просто обнаруживается какой-то новый уровень бытия. Будучи лишен признаков вещественности, идеал обладает признаками действительности, ибо, находясь за пределами вещественного мира, он активно воздействует на формирование последнего, определяя смысл и цель всего существующего. Именно идеал определяет цель человеческой жизни, наполняя ее глубинным смыслом, и направляет действие тех, кто осознал его присутствие в своей душе. Именно он и становится предметом исследования так называемых наук о духе, наук о том несуществующем, без которого все существующее не имеет ни смысла, ни значения.

Активный процесс формирования социально-гуманитарных наук начинается с первой половины XIX в. Однако вплоть до конца XIX в. познавательный идеал классической механики распространялся на общественные науки. Господствующей тенденцией в методологии гуманитарных наук был натурализм — универсализация принципов и методов естественных наук при решении проблем социального познания.

Развитие общества объяснялось либо механическими, либо различными природными факторами, биологическими и расовыми особенностями людей и т.д. Однако стремление развитие общества объяснить законами природы, игнорируя собственно социальные закономерности, все более выявляло свою односторонность и ограниченность. О специфике социально-гуманитарного познания см. гл. 6 настоящего издания.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >