Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Социология arrow Демократия как универсальная ценность
Посмотреть оригинал

Национальная политика демократического общества.

Джефферсон был убеждён в том, что американское общество должно быть открытым для всех людей, ищущих убежище и лучшие условия жизни. Приём иммигрантов осуществляется для благосостояния «принимающей страны», а потому и право на экстрадицию (высылку) является присущим как каждому человеку, так и социуму. Это — естественное право, действовавшее во всех странах и во все времена. В первом же своём послании конгрессу президент Джефферсон поставил следующие вопросы: «Должны ли мы отказывать несчастным беженцам в гостеприимстве, которое индейцы проявили по отношению к нашим отцам, прибывающим в эту землю? Не вправе ли угнетаемое человечество найти убежище на земном шаре?» [12, vol. 15, р. 141]. Америка теперь является единственной страной спокойствия и должна стать убежищем для всех тех, кто хочет избежать несчастий судьбы. Он считал мудрой политику американских штатов, распространивших право на защиту на всех тех, кто желает жить среди них, независимо от их национальной и религиозной принадлежности. «[Мы желаем] предоставить прибежище тем, кого плохое правление в Европе может заставить искать счастье в других странах. Это убежище, став известным, окажет воздействие на счастье даже тех, кто остаётся там, предупреждая их эксплуататоров, что, когда зло... египетского притеснения становится более тяжёлым, чем таковое покинувших страны, будет открыт другой Ханаан, где их граждане будут приняты как братья и гарантированы против подобных притеснений участием в праве на самоуправление» [12, vol. 17, р. 74].

Что касается прав и обязанностей иммигрантов, то они не должны отличаться от таковых граждан страны. Конечно, иммиграция порождает определённые проблемы. Беженцы и иммигранты приносят с собой усвоенные ими с ранней юности принципы правления стран, которые они покидают. Их они будут передавать вместе с языками и своим детям, и это будет порождать в стране новые, в том числе и негативные проблемы. Право иммигрантов присоединиться к североамериканскому обществу, приспособившись к установленным здесь правилам жизни, а не к тем, к каким иммигранты привыкли в своих странах, признаются в законах США, писал президент Джефферсон в 1801 г.

Ещё одна очень важная и неразрывно связанная с приёмом иммигрантов проблема: где и как их поселять? Здесь теоретик демократии предлагал учитывать специфику выходцев из каждой страны. Представителей многих народов нежелательно поселять большими массами. Так, немецкие поселения сохраняют в течение долгого времени свои собственные языки, привычки и принципы правления и редко смешиваются с уроженцами этих земель. Англичане лишены этих особенностей, которых Джефферсон считал неудобствами. Они отличаются от американцев только принципами своего правления, большинство их склонно адаптироваться к местным нормам и обычаям жизни.

Что касается отношений с коренным индейским населением, то взгляды и оценки Джефферсона теоретика и Джефферсона политика и государственного деятеля расходились между собой или находились в противоречии друг с другом. С одной стороны, он понимал всю тяжесть вины колонистов перед коренным населением. Но вывод, вытекавший из этого понимания, был совершенно неожиданным и несовместимым с его гуманизмом. Так, он считал, что ни пяди земли не следует отнимать у индийцев без их собственного согласия, считая их право на неё святым. В то же время, он в 1786 г. писал: «После ран, нанесённых нами им, они не могут любить нас, что не оставляет нам никакой альтернативы кроме как страхом удержать их от нападений на нас. Но справедливость — это то, чего мы никогда не должны терять из виду, и в своё время она может возвратить нам их уважение» [121, vol. 3, р. 3781.

Джефферсон считал включение индейцев в американское общество самым желательным результатом, но осознавал, что их традиционное общество сопротивляется подобным изменениям. Чтобы завоевать их дружбу и доверие, политик предлагал сделать всё возможное: уважать их права, защитить их от несправедливости, наладить торговлю с ними, обучать и поощрять их стремление становиться производительными членами общества. Окончательным способом установления мира между индейцами и американцами является совместное проживание их и смешение как граждан США, писал он, будучи президентом страны.

Джефферсон говорил о необходимости обучать индейцев, наделённых способностями и испытывающих горячую любовь к свободе и независимости, сельскому хозяйству и искусству домоводства. Это, по его мнению, подготовит их к тому состоянию общества, которое к физическим удобствам добавит совершенствование ума и нравов.

К сожалению, Джефферсон не видел или делал вид, что не видит, что цели, преследовавшиеся правительством США и при его президентстве, не допускали установления мира и дружбы с индейцами. «При достижении двух наших целей — мира и земель, — писал он в 1803 г. генералу Эндрю Джексону, ведшему жестокие войны с индейцами (он станет седьмым президентом США), — важно, чтобы наш человек приобретал такое влияние на индейцев, которое опирается на доверие» [12, vol. 14, р. 24].

Инкорпорация индейцев в американское общество и мир с ними могли наступить лишь при передаче индейцами своих земель Соединённым Штатам, чтобы те могли удовлетворять потребности своих граждан в новых приобретениях земель. Здесь Джефферсон, к сожалению, повторял фразеологию испанских конкистадоров об обязанности индейцев быть гостеприимными и обеспечивать право прохода через их земли, добывать золото и серебро, которые им якобы не нужны. Мир и союз с конкистадорами впоследствии оборачивались для индейцев жестоким вероломством.

Когда Англия во время войны с США 1812—1814 гг. обманным путём вовлекла индейцев в конфликт на своей стороне, спровоцировав их нападения на американские пограничные поселения, Джефферсон говорил уже об обязанности США преследовать и истреблять индейцев или изгнать их с их земель в далёкие от США места [12, vol. 15, р. 249].

Джефферсон, как и почти все идеологи Американской революции, являлся рабовладельцем. Но, несмотря на это, он в течение всей своей жизни высказывался против института рабства и за право африканцев быть свободными. В написанном им проекте Декларации независимости Джефферсон включил в перечень обид на английского короля и его войну против человеческой натуры, и превращение им собратьев в рабов, массовый ввоз в колонии африканцев, многие из которых погибли в пути. Д. Адамс считал это лучшей частью Декларации. Но Континентальный конгресс по требованию представителей Джорджии и Южной Каролины исключил этот параграф из окончательного текста.

Почему же сам Джефферсон не освобождал своих собственных рабов и не подавал наглядного примера освободителя? Этот вопрос многократно задавался и при жизни, и после смерти демократа. Известны и его ответы на этот вопрос.

Во-первых, считалось, что дать свободу людям, привыкшим жить в рабстве, это примерно то же самое, что оставлять детей без родительского попечения. Никто не хочет более пылко видеть отмену не только торговли, но и условий рабства; и, конечно, никто не будет более готовым столкнуться с любой жертвой для достижения этой цели, чем я, писал он в 1788 г. «Я могу сказать с осознанной правдой, — повторит он 32 года спустя, — что нет человека на земле, который пожертвовал бы больше, чем я, чтобы освободить нас от этого тяжёлого упрёка любым реальным способом» [12, vol. 6, р. 173]. Во-вторых, американские законы не разрешали отпускать рабов на свободу по этим же соображениям. Начинать борьбу с рабством Джефферсон считал необходимым с искоренения его истоков, т.е. с прекращения импорта рабов и торговли ими. Так, в 1787 г. он поздравил Э. Ратледжа за инициирование им в конгрессе его штата закона о приостановке импорта рабов. «Этому отвратительному явлению должен быть положен конец» [12, vol. 3, р. 421], — писал Джефферсон. При его активном участии был принят федеральный закон, согласно которому перемещение рабов из одного штата в другой прекращалось с 1808 г. Накануне этой даты президент Джефферсон обратился к нации с обращением, в котором говорилось: «Я поздравляю Вас, сограждане, с приближением периода, когда Вы можете использовать свою власть конституционно, чтобы освободить граждан Соединённых Штатов от всего дальнейшего участия в тех нарушениях прав человека, которые продолжались так долго в отношении безобидных жителей Африки и которые мораль, репутация и интересы нашей страны долго стремились запретить» [12, vol. 2, р. 184].

В-третьих, возникал вопрос о том, куда деть освобождённых рабов. По мнению Джефферсона, полное решение проблемы могло состоять в том, чтобы возвратить афроамериканцев на их родину или в другую часть земли, где они могли жить как «свободные и независимые люди», а также предоставить им орудия и навыки, чтобы формировать свою собственную нацию.

Джефферсон призывал руководствоваться законами природы также в социальной политике. Мир, говорил он, полон бедствий, и ни человек, ни общество в целом не способны преодолеть все их. Но мы обязаны стремиться к их смягчению. Его собственная концепция социального обеспечения или общественного вспомоществования состояла в следующем. Бедных людей, не имеющих ни собственности, ни друзей, ни силы, чтобы трудиться, нужно селить в домах хороших фермеров, ежегодно выплачивая им заранее оговорённую сумму. Тем, кто в состоянии помочь себе немного или имеет друзей, от которых они получают некоторую помощь, следует выделять дополнительные пособия, позволяющие им жить удобно в их собственных домах или домах друзей. Бродяг же без собственности или призвания необходимо помещать в работных домах, где они будут одеты, обеспечены питанием, устроены, при этом им необходимо трудиться. Однако государственное участие в решении социально-экономических проблем должно быть сведено к минимуму.

В области экономической политики взгляды Джефферсона часто менялись в зависимости от изменения позиций США в мире, а также отношения других стран к США. Сельское хозяйство он всегда рассматривал как основу экономики своей страны. Труд земледельца, соединённый с созидательной силой самой земли, способен создавать больше ценностей, чем любой иной, считал он. А огромные территории Соединённых Штатов могут обеспечить всем необходимым для жизни не только население самих США, но и поставлять продукт на мировой рынок. К тому же земледелие является самым мудрым для человека занятием, способствующим его реальному богатству, высокой нравственности и счастью, а также миру между людьми, поскольку земледелие нуждается в мире, как жизнь в воздухе и воде. По его мнению, трудолюбивый фермер занимает среди людей более достойное место, чем ленивый бездельник, слишком гордый, чтобы работать самому, но продлевающий своё существование, поедая результаты труда других людей. «Земледельцы — самые ценные граждане, — писал он в 1785 г. — Они являются самыми энергичными, самыми независимыми, самыми добродетельными людьми; они привязаны к своей стране и преданы её свободе и интересам самыми широкими связями. И до тех пор, пока они могут найти работу по этой линии, я не хотел бы преобразовать их в моряков, ремесленников или в кого-либо ещё» [12, vol. 6, р. 277].

Поскольку земледелие является первым по полезности, то оно должно быть первым и по уважению. Богатство, приобретённое фабрикацией изделий, спекуляцией и грабежом, мимолётно в своём характере и наполняет общество духом азартной игры. Умеренный и верный доход земледелия порождает постоянное усовершенствование, тихую жизнь и аккуратное поведение как в общественной, так и в частной жизни. В то же время теоретик видел, что мир становится коммерческим, и США не могут не учитывать этого обстоятельства, особенно в интересах своей обороны.

Занятие сельским хозяйством необходимо для достижения счастья и достоинства каждого, а организация промышленности — для сохранения страны и обеспечения её независимости от остального мира. Торговцев Джефферсон считал республиканцами по природе, но они менее добродетельны и обладают наименьшим чувством патриотизма. Эгоистичный дух торговли не знает ничего, кроме выгоды. «Деньги, а не мораль — вот принцип торговли и торговых стран. Справедливость, честь, вера уступают у них потребности удержания себя в нужном месте». Вопрос, является ли принимаемая ими мера моральной, никогда перед ними не встаёт. Их больше интересует другой вопрос: как будет удовлетворена их жадность или пиратский дух их флота в том или ином месте [12, vol. 14, р. 258]. Размеры флота и численность моряков должны быть сведены к минимуму, необходимому для доставки продуктов нашего труда на рынок, считал он.

Тридцать лет спустя, под влиянием опыта мирового развития Джефферсон достаточно круто изменил свой взгляд на промышленность, особенно на те её отрасли, которые способствуют экономии рабочей силы и росту производительности труда. И не только. Ставя агрокультуру на первое место, он исходил из того, что США, отдалённые от Европы океаном, искренне выполняя свои обязанности, вытекающие из соблюдения нейтралитета и интересов своей торговли, могли бы жить в мире и считать себя членом великой семьи человечества. В таком случае США могли бы посвятить себя производству того, что необходимо для жизни, а также безопасному и миролюбивому обмену излишков с другими странами.

Но мир зависит от справедливости и благоразумия не одной страны, а всех вместе. Когда Великобритания, начав в 1812 г. войну с США, стала перехватывать американские торговые суда в океане и сама возможность перехвата превратилась в мощное оружие, он изменил своё мнение. Джефферсон убедился в необходимости иметь достаточное количество не только продовольствия, но и одежды, оружия и флота для противостояния врагам. Он пришёл к выводу, что страна сама должна производить всё необходимое, рассматривать промышленность как равноценную сельскому хозяйству отрасль экономики, и понял, что противники национальной промышленности объективно становятся адвокатами зависимости своей страны от других стран мира.

 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 
Популярные страницы