Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Социология arrow Демократия как универсальная ценность

Правила разработки и принятия легитимных конституций

Призвание конституции, или Основного закона государства обусловливает и соответствующие правила и процедуры её разработки и принятия. Поскольку её автором является гражданское общество, необходимо, чтобы её проект был разработан полномочной комиссией его представителей и вынесен на одобрение всех граждан. В этом плане несомненный интерес для всех представляет опыт страны, разработавшей и принявшей первую в Новое время писаную конституцию, в соответствии с которой было сформировано и государство — США.

Североамериканцы начали формирование своей государственности нового типа с созыва специально уполномоченного на то органа народа — конвента представителей штатов, каждый из которых, как было зафиксировано в Тезисах о конфедерации, «сохранял свой суверенитет, свободу, независимость и всякую власть, юрисдикцию и права, которые соглашением о конфедерации не были делегированы Соединённым Штатам, объединившимся в конгрессе». Перед ним была поставлена задача пересмотра статей конфедерации в сторону усиления договорной власти.

Основные вопросы, которые волновали всех американцев, были такими: не приведёт ли учреждение центрального правительства к ограничению прав и свобод людей и как этого избежать? Отсюда — всесторонняя продуманность структуры власти, её распределения и разделения, сдержек и противовесов. Даже после этого у подавляющего большинства граждан молодой республики оставались опасения, что не всё в конституции сделано чётко. Как говорил Д. Мэдисон во время дискуссий в первом составе палаты представителей о характере поправок к конституции и их целесообразности, народ США хотел максимально чётко выразить свою волю. А она, по его мнению, состояла в следующем. Конституции должна предшествовать декларация о том, что вся власть принадлежит народу и исходит от него. Правительство учреждается народом и должно функционировать на благо народа, которое состоит в наслаждении жизнью, свободой, и вообще в стремлении обрести счастье и безопасность. Люди имеют неоспоримое, неотчуждаемое и неотъемлемое право на реформы или изменение своего правительства, когда они находят, что его политика противоречит или неадекватна целям этого института [21, р. 338]. А для этого необходимо внести уточнения почти в каждую статью и каждый раздел статьи, указывая на то, что конгресс может и не вправе делать. Но, не довольствуясь этим, свободолюбивая часть молодого гражданского общества США добилась принятия к ней поправок (сформулированных и принятых так же тщательно, как и конституция), получивших название Билля о правах. Они имели большое значение как гарантии демократии в стране.

За последующие два столетия к Конституции США были приняты 17 новых поправок, которые несколько изменили нормы и процедуры формирования институтов политической власти. По мнению одних американцев, некоторые из этих поправок расширили американскую демократию. Другие считали, что они уменьшили степень демократичности их конституции. Так, многочисленные сдержки и противовесы, предусмотренные ею, давали возможность каждой из ветвей власти узурпировать всю власть [13, р. 389]. Один из видных теоретиков конституционного права, затем президент США

В. Вильсон также считал, что возможности сдержек и противовесов, предусмотренные отцами — основателями США, были сведены к нулю. Впрочем, ратуя как учёный-исследователь за обеспечение гармонии законодательной и исполнительной властей, за формирование парламентского кабинета с верховенством конгресса, Вильсон, став президентом, сам превратился в поборника сильной президентской власти.

На основе анализа эволюции политических систем и функций правительственных структур американский политолог Г. Алмонд писал о многофункциональности политических структур США. Это выражается в том, что законодательная власть является не только органом нормотворческой деятельности в политической системе. Исполнительные органы вырабатывают правила, суды, как и чиновники, выносят решения, становящиеся правилами, которые бюрократы выполняют. Конкретные функции не являются специфическими для конкретной ветви власти; каждая политическая или правительственная структура может выполнять несколько функций [8].

Положительный опыт США убедил мир в том, что создание государства республиканского типа начинается с разработки конституции государства. Автором этого документа является гражданское общество, и принимается он согласием абсолютного (конституционного) большинства его совершеннолетних членов. То есть Конституция предшествует государству и правительству, а государство и правительство являются всего лишь творениями конституции. Другими словами, конституция страны — действие формирующего государство народа, а не правительства. Это — документ, к которому каждый гражданин может апеллировать, защищая свои права и свободы, а также осуществляя контроль над деятельностью институтов власти. В конституции указываются: принципы, на которых государство и правительство основываются; манера, в соответствии с которой они должны быть организованы; их обязанности; периодичность выборов; перечень полномочий каждого из институтов государства и т.д.

Правительство исполняет законы, но при этом им руководит конституция и оно находится под конституцией. Поэтому правительство, сформированное на конституционных принципах, не может изменить само себя. Если оно сделает это, то это будет произволом, а также свидетельством того, что в этой стране нет конституции или она не работает. Право изменения государства и правительства — это право нации, а не право государства и правительства [18, р. 18—19, 33].

Цель писаной конституции состоит в том, чтобы конкретным законом связывать все ветви властей, объявлять их действия, когда они нарушают закон, недействительными, призывать людей к сопротивлению при каждом случае нарушения их прав. Чтобы учредить республиканское правительство, писал Т. Джефферсон, необходима конституция, в которой воля страны осуществляет организованный контроль за его действиями. Такая конституция должна стать результатом спокойной, без спешки исследовательской работы и длительного обдумывания [22, vol. 5, р. 483].

Итак, конституция предшествует формированию государства, а декларация прав общества и человека — конституции. Автором конституции является народ, воля которого считается высшим законом. Как уже отмечалось, все вопросы общественной жизни решаются по «закону большинства» при уважительном отношении к мнению меньшинства.

Однако ни один из этих принципов не соблюдался ни при преобразовании РСФСР в Российскую Федерацию, объявленную «демократическим федеративным правовым государством с республиканской формой правления», ни при разработке и принятии конституции новой федерации. Поэтому закономерно возникает вопрос о легитимности «Основного закона» Российского государства, а соответственно, и институтов его власти. Этот вопрос давно волнует всех социально ответственных членов российского общества. Он был задан второму председателю Конституционного суда Российской Федерации В.А. Туманову. На вопрос, будет ли Конституционный суд рассматривать вопрос о конституционности самой конституции, глава верховного органа государства по обеспечению законности ответил, что не будет, так как это поставит под сомнение саму правовую основу деятельности Конституционного суда. Этим ответом Туманов подтвердил правомерность вопроса, признав в то же время рискованность правдивого ответа на него для возглавляемого им института власти. Ведь если конституция не легитимна, то не легитимен и Конституционный суд.

Близкий по смыслу вопрос был задан и преемнику Туманова М.В. Баглаю [2, с. 5], который оставил вопрос вообще без ответа. А преемник Баглая В. Зорькин прилагал все усилия, чтобы исключить из конституций и уставов субъектов Российской Федерации положения, являющиеся истинным выражением воли их населения.

Действительно, общепризнанные нормы и принципы демократии и конституционализма, которые на словах воспеваются всеми в России, свидетельствуют о том, что здесь отсутствует легитимная конституция. Та, которая называется таковой, была принята в декабре 1993 г. неправовым путём, а потому не может называться Основным законом (Конституцией) государства. Поэтому мы используем выражение «так называемая Конституция РФ» или используем это словосочетание в кавычках. Так же оценивают современную российскую действительность многие зарубежные теоретики политики и юристы. «В России отсутствует легитимная политическая власть, — пишет американский юрист и политолог

С. Холмс — ...Конституционные права остаются недостаточно реализованными в сегодняшней России» [7, с. 195].

Отметим, что с легитимностью Основного закона связано одно из первых фундаментальных прав человека, гарантированное в первой статье обоих международных пактов прав человека — право на самоопределение. Оба эти пакта ратифицированы СССР, правопреемницей которого стала Российская Федерация. Реализация права народа на самоопределение начинается с участия в разработке общественного договора и его согласования.

«Воля народа должна быть основой власти правительства», — гласит Всеобщая Декларация прав человека (ст. 21, п. 3). Народ, и только он может установить, по каким нормам и законам ему жить. Он же и их самый надёжный гарант. Президенты, правительства, отдельные институты власти являются всего лишь изобретениями гражданского общества, институтами, учреждаемыми им для решения каких-то конкретных задач, порученцами народа. Народ вправе в любое время отменить, пересмотреть конституцию или внести в неё изменения, какие сочтёт нужными. Он вправе изменить государственный строй, сменить правительства, ликвидировать институты, оказавшиеся неэффективными, и создать вместо них другие.

Вспомним слова Декларации независимости США о том, что «люди создают правительства, справедливая власть которых основывается на согласии управляемых», и если правительство нарушает эти права, то «народ вправе изменить его или упразднить и установить новый строй, основанный на таких принципах и организующий управление в таких формах, которые должны наилучшим образом обеспечить безопасность и благоденствие народа» [4, с. 34].

К сожалению, свергнув предшественников и укрепившись у власти, новые политические силы также пытаются увековечить свою власть, объявляя всякие покушения на неё преступными, а оппозиционеров и несогласных с властями — заговорщиками и нарушителями конституционного строя. Но конституционность обеспечивается не ритуальными клятвами в верности Основному закону и формальным заучиванием его статей, а максимальным соответствием самого государства и его институтов своему назначению содействовать стремлению народа страны, граждан государства к свободе, равенству и благосостоянию.

«Конституционные права должны быть защищаемы и охраняемы так же, как и ваше глазное яблоко, от опасности, или они будут потеряны навсегда» [24, р. 293], — предупреждал один из активных участников Американской революции Д. Кэнон. Основатели США, достаточно хорошо знавшие английское право, его достоинства и недостатки, пришли к выводу, что законодательные акты принимаются парламентом, а конституция — только народом. Если парламентский акт может свести на нет конституционное положение, то это вовсе не конституция. Если законодательный орган может изменить конституцию, в соответствии с которой сам он функционирует, то это произвол.

Как уже говорилось выше, конституционный конвент из 55 делегатов от 12 штатов работал почти на основе консенсуса и разработал проект Конституции Американской Федерации. В течение почти четырёх месяцев делегаты конвента вносили и обсуждали предложения о трёх ветвях власти, о структуре каждой из них, механизме их формирования, формах контроля над их деятельностью и т.д. Обсуждение структуры, полномочий, механизма формирования властей, соотношения федеральной и штатных властей, о гражданстве США и прочем проходило без давления со стороны центральных властей, поскольку таковых, к счастью американцев, ещё не существовало.

А как это происходило в России 206 лет спустя, когда уже имелся опыт не только США, но и сотен других стран? Увы, не лучшим образом. Если прежде хотя бы внешне соблюдались приличия легитимности, то в 1993 г. они были совершенно отброшены в сторону. Работа над проектом конституции превратилась в неприкрытую борьбу «ветвей» власти, каждая из которых стремилась превратиться в её штамб.

Правда, первоначально попытались было соблюдать предусмотренные в действовавшей Конституции нормы пересмотра Основного закона. Первый Съезд народных депутатов РСФСР избрал Конституционную комиссию, которая разработала и обнародовала проект новой конституции. Оценки проекта были разными. Близкие к властям люди, со свойственной им угодливостью, сразу же стали воспевать его. Но большинство участников обсуждений проекта дали ему отрицательную оценку, что вынудило власти отложить его принятие.

После распада СССР в России возникла политическая ситуация, близкая к таковой в Америке в середине 80-х гг. XVIII века, а также возможность конституирования политического общества по-новому, начиная с «чистого листа». В стране ожидали созыва Конституционного (Учредительного) собрания (ассамблеи) для определения основ новой государственности и разработки её конституции. Учёные-обществоведы серьёзно обсуждали, как лучше это сделать. Но президент РСФСР Б. Ельцин решил, что он стоит выше общества и вправе навязать ему свою волю, если будет необходимо, то и с помощью танков. Он несколько раз пытался разогнать Съезд народных депутатов (в декабре 1992 г. и в марте 1993 г.). 29 апреля 1993 г. Б. Ельцин представляет проект конституции, но не тот, который был разработан уполномоченной на это Съездом народных депутатов комиссией, а какой-то анонимный. Ещё через три недели своим указом он собрал неких деятелей, присвоив этому собранию статус Конституционного совещания. Было разрешено обсуждать только замечания к президентскому проекту Основного закона.

Возникал законный вопрос: где же верховный суверен, призванный быть единственным полномочным автором конституции? С ним никто не считался, ему «дозволено» было сказать только «да» или «нет» решениям властей на самом заключительном этапе.

Действовавший тогда конституционный закон «О референдуме» обязывал власти вынести на всенародное обсуждение любой вопрос, если этого потребует один миллион граждан России. Но альтернативные проекты, в том числе и проект, поддержанный подписями 1200 тыс. граждан России избирательного возраста, были оставлены без внимания.

Соперничество за власть завершилось Указом 1400 Президента Российской Федерации от 21 сентября 1993 г., означавшим государственный переворот. В нём он объявлял о приостановлении Конституции Российской Федерации, роспуске Съезда народных депутатов и Верховного Совета, о назначении на 12 декабря 1993 г. референдума по конституции и... выборов в предусмотренную проектом конституции Государственную Думу. Ни один из конституционных законов Российской Федерации не давал её президенту таких прав. Обратим также внимание на факт: проект конституции ещё не одобрен народом, а выборы в предусмотренную им Государственную Думу уже объявлены! На глазах изумлённого мира здание высшего законодательного органа было подвергнуто разрушительному обстрелу из танков по приказу прежнего председателя этого же органа, ставшего при активной его поддержке президентом страны.

Указ президента 1400 устанавливал, что новая Конституция Российской Федерации будет принята путём референдума. Если даже признать этот указ легитимным, изменившим процедуру принятия конституции, то определяющим теперь становился «Закон о референдуме», принятый Съездом народных депутатов под председательством того же Б. Ельцина. Тем более что в Указе 1400 говорилось, что «Конституция Российской Федерации, законодательство Российской Федерации и субъектов Российской Федерации продолжают действовать в части, не противоречащей настоящему Указу». Так вот, этот продолжавший действовать «Закон о референдуме» (ст. 35, п. 4) гласил: «При проведении референдума по вопросам принятия, изменения и дополнения Конституции РФ решения считаются принятыми, если за них проголосовало более половины граждан Российской Федерации, внесённых в списки для участия в референдуме».

Референдум — форма прямой демократии и свободное волеизъявление народа по какому-либо одному вопросу государственного значения. Это — опрос населения по важному вопросу государственной жизни, требующему однозначного ответа («Да», «Нет» или «За», «Против»). Конституции и конституционные законы, как правило, выносятся на референдум только после принятия их соответствующими представительными органами, если этого потребует предусмотренная законом часть депутатов, граждан или субъектов Федерации.

Минуя соответствующий представительный орган, проект конституции был вынесен на референдум во Франции в 1958 г. Став главой правительства Франции в мае 1958 г., генерал де Голль с согласия президента и парламента Республики сформировал комиссию с участием представителей всех партий (коммунисты отказались участвовать в ней) для разработки проекта конституции. Проект обсуждался с участием лидеров политических партий. Было запрошено мнение Конституционного консультативного совета, состоящего из 39 человек, в том числе 26 парламентариев, о проекте. Высказал свои замечания к проекту Государственный совет и, наконец, он обсуждался Советом министров, после чего был вынесен на всенародный референдум. В референдуме приняли участие 85% всех граждан страны избирательного возраста, «за» проект высказались 79% голосовавших (67,15% всех избирателей Франции), «против» — 21% (17,85%) всех избирателей [3, с, 220]. Конституционная процедура принятия Основного закона была нарушена, но легитимность Конституции V Республики обеспечена поддержкой её более чем 2/3 граждан Франции.

Естественно, отношение разных групп, слоёв и классов к выносимым на рассмотрение народа вопросам всегда будет неодинаковым. Неизбежны столкновения мнений, противоречия, горячее одобрение одними и не менее суровая критика другими. Предвыборная кампания и есть столкновение множества взглядов, из которых избиратели отдают предпочтение тем, которые им ближе. Граждане, политические партии, общественные движения имеют право беспрепятственно вести агитацию «за» или «против». Это предусматривалось и в «Основных положениях о выборах...», утверждённых Указом президента от 27 октября 1993 г. (ст. 23, ч. 1). Однако организаторы и руководители референдума (сам президент и назначенный им руководитель кампании по проведению референдума) объявили о неприемлемости всякой критики проекта конституции. Они потребовали обсуждения проекта только в плане его одобрения. Руководитель кампании по проведению референдума даже угрожал политическим силам и общественным движениям, критиковавшим проект, лишением их права выдвигать своих кандидатов в Государственную Думу по партийным спискам. Только за две недели до дня референдума Третейский информационный суд признал подобные требования противоречащими закону.

Сам вопрос, вынесенный на референдум, также был сформулирован некорректно, ставя граждан в затруднительное положение: «Принимаете ли Вы Конституцию Российской Федерации (да, нет)». Конституцией считается уже принятый правовым путём Основной закон, против которого законопослушные граждане не выступают. Следовало же спросить: «Одобряете ли Вы предлагаемый проект Конституции Российской Федерации?».

По данным Центральной избирательной комиссии, 12 декабря 1993 г. к избирательным урнам пришли 54,8% граждан России, имеющих право голоса. В Чеченской республике референдум не проводился. Менее половины граждан пришли на избирательные участки, а потому референдум был объявлен не состоявшимся в четырёх республиках, семи областях и краях и в двух автономных округах. В семи республиках и девяти областях Российской Федерации, где на референдум пришло требуемое «Законом о референдуме» количество граждан избирательного возраста, абсолютное большинство их однозначно высказалось «против» проекта конституции. Ещё в четырёх субъектах «за» проект конституции высказалось меньше половины голосовавших избирателей, но Центральная избирательная комиссия, манипулируя недействительными бюллетенями, объявила, что большинство избирателей одобрило проект.

Таким образом, в 13 из 21 республики, 19 из 55 областей и краёв и в двух автономных округах Российской Федерации большинство народа высказалось против проекта конституции. Во всех остальных республиках, областях и краях РФ, где число сказавших «за» проект Конституции было больше числа сказавших «нет», процент одобривших был значительно меньше половины от списочного состава избирателей. Только в Усть-Ордынском Бурятском национальном округе «за» проект высказались около 52% всех избирателей (из 102 тыс.), что дало автору этих строк именовать «принятый» документ «Конституцией Усть-Орды» [5].

Даже по официальным данным Центральной избирательной комиссии, представленным населению лишь три месяца спустя, из 106 170 835 граждан России, внесённых в списки избирателей, бюллетени получили 58 187 755 человек (54,8%) и сказали «да» проекту 32 937 630 (31,02% всех избирателей) [1].

На основании чего было принято постановление о вступлении Конституции в силу? Здесь могли быть три объяснения. Первое: вопрос о проекте Конституции отнесли к общим вопросам референдума, для одобрения которых, согласно той же ст. 35 закона «О референдуме», достаточно было простого большинства голосовавших. Второе: это было сделано в соответствии со ст. 135 (п. 3) самого проекта конституции, согласно которой «при проведении народного голосования Конституция Российской Федерации считается принятой, если за неё проголосовало более половины избирателей, принявших участие в голосовании, при условии, что в нём приняло участие более половины избирателей». Но эта норма могла действовать только после вступления Конституции в силу, т.е. при принятии следующей конституции. Либо же это было сделано в соответствии с положением о выборах, разработанным Центральной избирательной комиссией в качестве руководства для избирательных комиссий и утверждённым президентом.

Если эти предположения верны, и вопрос референдума 12 декабря 1993 г. года был причислен к общим вопросам, то «одобренный» документ не может быть отнесён к числу конституционных. Так что упорно проводившиеся параллели между референдумами по Конституции во Франции в 1958 г. и в России в 1993 г. были лишены всяких оснований. Видимо, рассчитывали на неосведомлённость большей части населения России о событиях во Франции в 1958 г. 85% принявших участие в референдуме в первом случае и 54,8% — во втором, и 67,15% всех граждан, одобривших проект в первом случае, и 31,02% (а по данным «Вашингтон пост» — 22%) во втором — цифры несопоставимые.

Но и это не всё. В отличие от унитарных государств, где для принятия конституции необходима поддержка конституционного большинства избирателей, в федерациях необходимо также согласие абсолютного большинства её субъектов. При принятии Конституции Российской Федерации это требование также было проигнорировано.

Опыт других федераций мира и здесь мог быть полезным для России. Так, проект Конституции США был поддержан и подписан 39 делегатами конвента при трёх «против» (13 делегатов не участвовали в работе конвента). Однако для вступления конституции в силу необходима была ратификация её ещё и конвентами трёх четвертей штатов США. 17 сентября 1787 г. председатель конвента Г. Вашингтон направил одобренный конвентом проект губернаторам штатов для обсуждения его на штатных конвентах и выражения их отношения к нему («да» или «нет»).

На конвенты штатов для обсуждения проекта Конституции США были избраны по два делегата от каждого графства. Везде ратификация происходила, как это мы видели на примере обсуждения проекта Конституции США в Вирджинии, после бурных и продолжительных дискуссий абсолютным большинством голосов [19, р. 231]. Конституция вступила в силу после ратификации её девятью из 12 участвовавших в работе конвента штатов. Только после этого, в строгом соответствии с уже одобренной народом США конституцией избираются конгресс, Президент и Верховный суд США. Аналогичным образом принимались конституции и других федеративных государств мира.

Мнение субъектов федерации проигнорировано только в России. Население 34 из 89 субъектов Федерации сказало «нет» проекту конституции, а в 88 из 89 субъектов проект не получил предусмотренной конституционным законом «О референдуме» поддержки большинства внесённых в избирательные списки граждан. И тем не менее, он был провозглашён Основным законом страны. Нет ничего удивительного в том, что он никем, даже самими властями России, не соблюдается. «Общественный договор в современной России может быть представлен как “неподотчётная власть в обмен на необлагаемое налогом процветание”, — пишет Стивен Холмс. — Ясно, что это договор между “элитами”, грязная сделка между политическими и экономическими дельцами (так называемый криминально-номенклатурный симбиоз), которые, будучи в сговоре друг с другом, безнаказанно совершают взаимовыгодные преступления» [7, с. 198].

При составлении проекта Конституции Российской Федерации власти страны, заявлявшие о своём твёрдом желании следовать в политической жизни демократическим стандартам стран Запада, почему-то взяли за образцы не их конституции, где эти образцы были закреплены, а конституции латиноамериканских диктаторов и расистского режима Южной Африки. Так, перечень институтов власти, их полномочий и форм их взаимодействия напоминает таковые Конституции ЮАР 1983 г., когда там существовал антидемократический расистский режим. Раздел начинается с института президентства, его прав и полномочий. Затем следуют исполнительная и законодательная власти, главами которых президент провозглашается. В Конституции Российской Федерации власть президента представлена как таковая абсолютного монарха: он может сдерживать и ограничивать всех, а его — никто. Многие нормы формирования властных структур в Российской Федерации похожи на таковые в так называемой конституции бразильских диктаторов 1964—1970 гг. Естественно, подобный гибрид не мог стать действенным регулятором политической жизни России.

Не успели ввести эту «конституцию» в действие, как сразу же в ней обнаружилась масса противоречивых или трудных для понимания положений, ставших предметом рассмотрения Конституционным судом. Власть предержащие пытались интерпретировать произвольно даже те положения, которые отражают реальные настроения народа. Речь идёт, в частности, о статьях, где предусмотрены избирательные права граждан, о механизме формирования институтов власти, а также о конституционной норме, согласно которой «никто не может быть избран президентом Российской Федерации более двух сроков подряд». В 1999 г. решением Конституционного суда норма «не более двух сроков» нахождения в должности была распространена и на губернаторов. Однако президенты-юристы — «гаранты конституции», «забыв» об этом, предлагали переизбрать губернаторов на третий и даже четвёртый срок, не неся никакой личной ответственности за их деятельность, которая нередко оказывалась преступной.

После «принятия» Конституции Российской Федерации в 1993 г. многое в политической жизни страны изменилось. Первоначально выборы в Государственную Думу проводились по индивидуальным округам и по мажоритарной системе. Затем одна часть депутатов стала избираться по мажоритарной, а другая — по пропорциональной системе. Наконец, все мандаты стали распределяться по пропорциональной системе, причём граждане лишились провозглашённого в «Конституции» 1993 г. права участвовать в выборах в личном качестве, выдвигать кандидатов в депутаты, в том числе и самих себя, поскольку эту функцию передали политическим партиям, объединяющим менее 2% граждан России.

Изменились как процедуры выборов в верхнюю палату Федерального Собрания Российской Федерации, так и её состав. Если раньше там заседали избранные народом главы субъектов Федерации, то теперь туда делегируют своих представителей органы власти этих субъектов, вручая мандаты сенаторов своим людям помимо воли народа. Губернаторы и президенты субъектов Федерации из выборных также превратились в назначенцев президента. И всё это — при одной и той же неизменной «Конституции», что является более чем наглядным свидетельством того, что она не работает. Либо она превращена в «записную книжку» первых лиц госаппарата. Причём сами эти лица уверены в том, что Основной закон государства является выражением их воли. «В своё время я сознательно не стал менять Основной закон», — заявил В. Путин во время беседы со студентами Томска 25 января 2012 г. Эту мысль он повторил и во время пресс- конференции 20 декабря 2012 г., говоря, «если бы я хотел авторитаризма, я бы изменил просто Конституцию» [6]. Президент России не знал, видимо, что он и не вправе изменить Конституцию, так как автором её может быть только народ.

О степени демократичности и правового характера российской политической жизни наглядно свидетельствует ещё один «конституционный» акт властей России. Президент пожаловался, что четырёхлетнего срока нахождения во власти с правом переизбрания на второй срок мало, а потому-де нужно продлить его до шести лет. Федеральное Собрание, превращённое в один из отделов исполнительной власти, тут же имитирует «законодательный процесс», без всяких обсуждений и дискуссий (оно руководствовалось формулой, согласно которой Государственная Дума — это не место для дискуссий!), составляет «закон», которым удовлетворяется требование президента, и последний без промедления подписывает его, придавая ему характер конституционного закона.

Согласно ст. 5 Конституции США, всякая поправка или изменение конституции могут быть сделаны по предложению штатов двумя третями членов самого конгресса с обязательным соблюдением процедур, характерных для процесса разработки и принятия самой конституции. Это: обоснование оснований для внесения поправок, их сути, длительные дискуссии и обсуждения, голосование конституционным большинством (две трети голосов) в обеих палатах конгресса или конвентом, созываемым по требованию двух третей штатов, а также обязательное одобрение конвентами или референдумами в трёх четвертях штатов. Если конгресс не захочет предложить поправки, штаты могут сами инициировать внесение поправки методом конвенции, ратифицировать её собственной властью и обойти конгресс [17, р. 443].

Этот процесс всегда занимает годы. Президент США не имеет права предлагать поправки или подписывать принятые конгрессом поправки. Единственное исключение — это тринадцатая поправка 1865 г. об отмене рабства, по ошибке представленная президенту А. Линкольну и подписанная им.

Не Федеральное Собрание и не субъекты Российской Федерации, а сам президент предложил конституционные поправки о замене выборности губернаторов назначаемостью, о продлении сроков нахождения президента в должности с четырёх до шести лет, о замене милиции полицией и т.д. Никаких объяснений в пользу принятого решения, за исключением наивного довода автора предложения: мол, огромная страна, президент не успевает решать все проблемы за четыре года. В США, население которых более чем в два раза превышает население России, почему-то эти сроки не смущают в течение более чем четверти тысячелетия. А в других странах, напротив, идут в направлении сокращения сроков президентства (Франция сократила с семи до пяти лет), а в странах, где существует шестилетний срок (Мексика), не допускается повторное избрание одного и того же лица на ту же должность.

Таким образом, правительство, учреждённое в соответствии с конституцией и находящееся под ней, поставило себя над конституцией и без согласия законного автора подвергло её ревизии. По мере осознания обществом истинного положения дел апологетам существующего в России политического режима также приходится маневрировать. Не отрицая изложенных выше фактов, они пытаются оправдывать волевые действия властей так называемой «целесообразностью». Но это очень опасный довод, поскольку каждый видит целесообразность по-своему. Ею можно оправдывать и любые преступления.

По подсчётам исследователей, в XIX веке в мире были приняты 350 разных конституций [20, р. 175]. Не меньше их было принято в XX веке. Среди них были конституции всякого рода - демократические, реакционные, гарантирующие права и свободы человека или подавляющие их, конституции, являющиеся выражением истинной воли народа и разработанные самими народами, а также такие, которые являлись выражением воли захвативших власть тиранов и диктаторов.

Конец XX — начало XXI веков ознаменовались отменой большинства недемократических конституций и разработкой новых, в большей степени соответствующих современным стандартам демократии. Рано или поздно это произойдёт и в тех странах, где продолжают существовать автократические и тиранические режимы.

 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 

Популярные страницы