МЕЖДУНАРОДНАЯ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ «ПЕНИТЕНЦИАРНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ: НАЦИОНАЛЬНЫЕ ТРАДИЦИИ И ЗАРУБЕЖНЫЙ ОПЫТ»

ПРОТИВОПРАВНОЕ ПОВЕДЕНИЕ ОСУЖДЕННЫХ В МЕСТАХ ЛИШЕНИЯ СВОБОДЫ КАК ОСНОВАНИЕ УСТАНОВЛЕНИЯ ПОСТПЕНИТЕНЦИАРНОГО КОНТРОЛЯ

©2014 А. И. Абатуров

кандидат юридических наук

Кировский институт повышения квалификации работников ФСИН России

В статье рассмотрен институт постпенитенциарного контроля, оказывающий воздействие на преступииков-рецидивистов и реализующийся посредством административного надзора. Представлен анализ поведения осужденного в местах лишения свободы.

Борьба с рецидивной преступностью относится к числу важнейших задач государственных органов. Актуальность этой работы обусловлена, в частности тем, что судимые лица - это наиболее общественно опасная и запущенная в социальном отношении категория правонарушителей: для многих из них характерны криминальная психология, паразитический образ жизни, негативное отношение к труду, злоупотребление спиртными напитками и наркотиками, низкий моральный и интеллектуальный уровень. Повышенная общественная опасность рецидивной преступности состоит в том, что повторное совершение преступления свидетельствует о стремлении человека продолжать преступную «карьеру», несмотря на принятые меры уголовно-правового характера.

С целью минимизации рецидивной преступности в России в 2011 г. законодательно был реабилитирован институт постпенитенциарного контроля, который оказывает свое воздействие на конкретных граждан, уже отбывших уголовное наказание в виде лишения свободы, и реализуется посредством административного надзора1.

В Федеральном законе Российской Федерации от 6 апреля 2011 г. №64-ФЗ «Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы» (далее - ФЗ «Об административном надзоре») законодатель сформулировал определение административного надзора, под которым понимается осуществляемый органами внутренних дел контроль за соблюдением лицом, освобожденным из мест лишения свободы, установленных судом временных ограничений его прав и свобод, а также за выполнением им предусмотренных обязанностей.

В данном определении обозначен субъект административного надзора - орган внутренних дел - и сформулирован формат действий данного субъекта по осуществлению надзора, которым является наблюдение. Юридически данная дефиниция сформулирована не совсем корректно, так как сотрудники органов внутренних дел являются активными участниками процесса административного надзора и могут использовать рычаги воздействия на поднадзорных лиц через индивидуальную профилактическую работу, механизм установления, продления и досрочного прекращения постпенитенциарного контроля. Следовательно, эти субъекты никак не подходят на роль «статистов- наблюдателей».

Мы считаем, что понятие «постпенитенциарный контроль» более точно выражает сущность деятельности органов исполнительной власти по контролю за лицами, освободившимися из мест лишения свободы, чем определение «административный надзор». Так как в определении «постпенитенциарный контроль» обозначен круг объектов, в отношении которых устанавливается данный контроль, - это лица, освобожденные из мест лишения свободы. Такое более точное, юридически грамотное обозначение данной дефиниции облетает правоприменителю и обывателю ориентирование в терминологических тонкостях юриспруденции.

Анализируя подходы к сущности постпенитенциарного контроля, можно сформулировать следующее определение: постпенитенциарный контроль - это система временных мер надзора и контроля, осуществляемых органами внутренних дел, за поведением лиц определенной категории, освобожденных из мест лишения свободы, применяемых в интересах общей и частной превенции преступлений.

Из сказанного следует, что значение и цель постпенитенциарного контроля как административно-предупредительной меры состоит в том, чтобы, осуществляя надзор за поднадзорными лицами, соблюдением ими административных ограничений и обязанностей, не допустить совершения с их стороны новых преступлений.

Важным элементом постпенитенциарного контроля являются основания его установления, под которыми следует понимать совокупность определенных в законе юридических признаков, наличие которых позволяет распространить на объект действие ФЗ «Об административном надзоре».

В рамках заявленной темы нашей статьи мы проанализируем поведение осужденного в местах лишения свободы, которое в соответствии с ч. 3 ст. 3 ФЗ «Об административном надзоре» является одним из оснований установления административного надзора.

Объективным критерием упорного нежелания встать на путь исправления осужденного, отбывающего наказание в местах лишения свободы, считается признание его злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания.

Злостные нарушения законодатель сконцентрировал в ст. 116 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее-УИК РФ), дал их полный перечень и раскрыл порядок применения. Пристальное внимание к данным нарушениям связано с тем, что при признании осужденного злостным нарушителем возникают правовые последствия, влекущие ограничение его прав и законных интересов (уменьшение количества посылок, передач, свиданий, перевод в помещение камерного типа, одиночные камеры, перевод в строгие условия содержания, отказ в условно-досрочном освобождении лицам, отбывающим пожизненное лишение свободы, отказ в применении амнистии, административный надзор после освобождения).

Критерий поведения осужденного в местах лишения свободы, являющийся основанием установления административного надзора без четких последующих разграничений возможных административных ограничений, подвергается законной критике среди ученых. Так, П. В. Тепляшин подчеркивает, что подход законодателя, указывающий на единственный уголовно-исполнительный фактор, влияющий на установление административного надзора - признание осужденного в местах лишения свободы злостным нарушителем, не будет способствовать индивидуализации административных ограничений, которые должны не только обладать общим для всех лиц, подвергаемых административному надзору, характером, но и выступать логическим продолжением процесса правового воздействия на лиц, совершивших преступление2.

Мы согласны с данной постановкой вопроса, однако не можем не признать и то, что количество установленных административных ограничений напрямую зависит от профессионализма истца, то есть администрации исправительных учреждений и качества подготовленных ими документов, так как в соответствии с п. 3 ст. 261-7 ГПК РФ обязанность по доказыванию обстоятельств лежит на заявителе. Соответственно, обращаясь в суд с заявлением об установлении ограничений, заявитель должен в поданном заявлении или на судебном заседании мотивировать необходимость и целесообразность установления указанных ограничений. В противном случае, суд не имеет права устанавливать иные ограничения, даже в случае инициирования их установления прокурором.

В этом контексте следует также подчеркнуть, что согласно ст. 2 ФЗ «Об административном надзоре» постпенитенциарный контроль устанавливается для предупреждения совершения лицами, указанными в ст. 3 данного закона, преступлений и других правонарушений, оказания на них индивидуального профилактического воздействия в целях защиты государственных и общественных интересов. Однако эта провозглашенная ФЗ «Об административном надзоре» задача не свидетельствует о возможности безусловного применения судом административных ограничений, предлагаемых исправительным учреждением. Необходимость применения предлагаемого ограничения должна доказываться заявителем, и при оценке доводов заявителя суд также должен исходить из соразмерности предлагаемого ограничения в отношении данного конкретного лица закрепленным законом целям, учитывать, насколько это ограничение необходимо для обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других лиц, для охраны публичного (общественного) порядка, насколько оно отвечает социальной адаптации в обществе освобождаемого из мест лишения свободы, в том числе в плане трудоустройства.

Отдельно следует остановиться на вопросе признания осужденного злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания как обязательного элемента установления постпенитенциарного контроля за лицами, указанными в ч. 1 ст. 3 ФЗ «Об административном надзоре». Так, п. 1 ч. 3 ст. 3 ФЗ «Об административном надзоре» связывает возможность установления постпенитенциарного контроля только с фактом признания лица злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания независимо от времени принятия соответствующего постановления начальником исправительного учреждения (далее - ИУ). В связи с этим не имеет значения, считается ли лицо на время рассмотрения дела об административном надзоре имеющим либо не имеющим дисциплинарное взыскание в соответствии с ч. 8 ст. 117 УИК РФ.

Лицо, в отношении которого начальником ИУ вынесено постановление о признании злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания, вправе оспорить его по нормам гл. 25 ГПК РФ («Производство по делам об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих»). Вместе с тем, если лицо указанным правом не воспользовалось, законность и обоснованность такого постановления не входит в предмет доказывания по делам об административном надзоре.

Однако некоторые суды считают, что при погашении дисциплинарных взысканий по истечению установленного законом срока давности осужденный считается не имеющим взысканий с соответствующим прекращением правовых последствий в виде признания его злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания (например, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кировского областного суда от 17 января 2012 г. по кассационной жалобе гражданина Ф. И. В., дело № 33-92; апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кировского областного суда по жалобе гражданина Б. О. Г. на решение Верхнекамского районного суда от 7 ноября 2011 г., об установлении административного надзора). Мы считаем, что такая позиция не соответствует п. 1 ч. 3 ст. 3 ФЗ «Об административном надзоре», где идет речь о поведении осужденного за весь период отбывания наказания и признании его злостным нарушителем без учета изменения его статуса на момент подачи заявления, что является абсолютно оправданным, так как не дает возможности осужденному уйти от постпенитенциарного контроля только потому, что он не нарушает режим в последний год перед освобождением. Абаканский городской суд Республики Хакасия считает, что признание осужденного злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания не должно учитываться при установлении административного надзора в случае, если соответствующее постановление начальником учреждения вынесено до введения в действие ФЗ «Об административном надзоре» (решение Абаканского городского суда Республики Хакасия об установлении административного надзора в отношении гражданина В. Е.А., дело № 2-19932012). Данная трактовка закона не является правильной, так как в соответствии с п. 3 ст. 261.6 ГПК РФ, в заявлении исправительного учреждения об установлении административного надзора указываются сведения о поведении лица, в отношении которого предлагается установить административный надзор, в период отбывания им наказания в исправительном учреждении. Соответственно, признание осужденного злостным нарушителем является доказательством отрицательного поведения осужденного в местах лишения свободы и в очередной раз подчеркивает степень его исправления. Положительная характеристика осужденного и факт погашения взысканий, налагавшихся на него в период отбывания наказания, не имеют никакого значения для решения вопроса об установлении административного надзора (апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Коми об установлении административного надзора в отношении гражданина Р. С. Н., дело № 33-977АП/2012 г.)3.

Такой же позиции придерживается Верховный суд РФ, который в своем определении № 10-КГПР12-3 сформулировал следующее: основанием для установления административного надзора является сам факт признания лица, осужденного к лишению свободы за совершение тяжкого или особо тяжкого преступления, злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания. При этом не имеет значения, погашены ли меры взыскания, примененные к такому лицу за нарушения установленного порядка отбывания наказания на момент его освобождения и рассмотрения судом заявления об установлении административного надзора или нет4.

При установлении постпенитенциарного контроля суд не должен входить в обсуждение вопроса о том, погашены ли в установленном законом порядке дисциплинарные взыскания, в связи с которыми лицо было признано злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания.

Проведенный анализ действий правоприменителя в области установления административного надзора в зависимости от поведенческих установок осужденных в местах лишения свободы дают основания для теоретических выводов:

  • - анализ судебных решений об установлении постпенитенциарного контроля показывает, что некоторые исправительные учреждения не участвуют в судебном заседании, представителя не отправляют, интересы свои не отстаивают, что является, на наш взгляд, недопустимым; учитывая вышесказанное, мы считаем, что следует делегировать на судебный процесс наиболее подготовленного, юридически грамотного сотрудника исправительного учреждения, знающего законодательную базу, регламентирующую административный надзор, владеющего ораторскими навыками, тщательно изучившего личное дело кандидата на установление надзора, имеющего доверенность на право представлять интересы исправительного учреждения;
  • -отсутствие взысканий и правомерное поведение осужденного перед освобождением из мест лишения свободы не является основанием для решения администрации ИУ об отказе предоставления материалов в суд для установления административного надзора, в случае наличия в личном деле документов о признании данного осужденного злостным нарушителем в период отбывания наказания.
  • 1 Федеральный закон от 06.04.2011 г. № 64-ФЗ «Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы» // Собрание законодательства РФ. – 2011. - № 15. – Ст. 2037.
  • 2 Тепляшин П.В. Административный надзор за лицами, освобожденными из мест лишения свободы // Законность. – 2011. - № 10. – С. 16-19.
  • 3 Поиск решений судов общей юрисдикции [Электронный ресурс] // http://gcourts.ru/case.
  • 4 Определение Верховного суда Российской Федерации от 26 сентября 2012 г. № 10-КГПР12-3.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >