Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Политология arrow Доверие в саморегуляции социальных взаимоотношений в условиях неопределенности. Почему нет мира в Украине?

САМОРЕГУЛЯЦИЯ СОЦИАЛЬНЫХ ВЗАИМОДЕЙСТВИЙ В УСЛОВИЯХ НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ

З.1. Концептуализация механизма саморегуляции социальных взаимодействий

Рассматривая доверие как феномен социальной реальности, мы определили важнейшую его функцию — регулирование социальных взаимодействий. Как правило, наши знания об окружающих ограничены и мы не всегда можем быть полностью уверенными в надежности партнеров. Поэтому доверие, по мнению П. Штомпки, «является залогом, принимаемым на будущие неуверенные действия других людей»[1]. То есть доверие выступает как некий залог на неопределенность, компенсирующий недостаток знания о партнере взаимодействий; как ожидание благоприятного поведения со стороны Другого в неопределенной ситуации, гарантируемое знанием его склонностей, связанных с отношением к партнеру. При этом Штомпка подчеркивает активный характер ожиданий. Оказывая доверие, человек не просто ожидает, а ищет информацию о партнере, проверяет ее, вступает для этого в интеракцию, устанавливает необходимые контакты. Каждый такой контакт приносит новые знания, гарантирующие снижение уровня неопределенности по отношению к партнеру взаимодействий. Следовательно, доверие является реакцией на неопределенность в социальных взаимодействиях, на снижение уровня которой направлена его регулятивная функция.

Рассмотрим, как реализуется эта функция в механизме саморегуляции социальных взаимодействий. Социальное взаимодействие (интеракция) — это одна из фундаментальных социологических категорий, отражающая наиболее существенные связи и отношения между людьми, социальными общностями, группами, организациями. Поэтому под социальной регуляцией понимается процесс упорядочения социальных взаимодействий, подчинения их конкретным правилам, нормам, представлениям о должном, принятым в обществе, социальной среде, группе[2]. В процессе взаимодействий происходит осознание принадлежности людей к разным социальным группам, обладания ими различными социальными статусами, исполнения множества социальных ролей. То есть непосредственные контакты между людьми приобретают социальный смысл, а обмен действиями — характер социальных взаимосвязей. Более того, социальные взаимодействия не ограничиваются связями между субъектами, находящимися в непосредственном контакте друг с другом. В социальных отношениях складываются ситуации, когда субъекты интеракций, не находясь в пространственном контакте и даже не будучи непосредственно знакомыми друг с другом, особенно в ситуациях межгрупповых взаимодействий.

Как считает классическая социология, этот процесс реализуется посредством институциональных, социокультурных, стратификационных, социально-организационных механизмов социальной регуляции и имеет целью установление общественного порядка, т. е. непрерывного самовоспроизводства в социальной системе[3]. Посредством этих механизмов осуществляется не только целеориентированное регулирование, которое предполагает наличие субъекта управления, призванного придать этому процессу направленный характер, но и саморегулирование. Доверие играет важную роль в реализации обеих форм социального регулирования.

Целенаправленное регулирование в различных сферах жизнедеятельности общества не будет эффективным без доверия к субъекту управления. Поэтому и в политике, и в экономике, и в других сферах руководители применяют разные приемы, направленные на повышение доверия подчиненных. Однако наибольший эффект доверие приобретает в саморегуляции социальных взаимодействий.

Под саморегуляцией в социологии понимается «деятельность, направленная на предупреждение и преодоление возникающих отклонений от такого состояния условий бытия и способов жизнедеятельности, которые индивид (группа) принимает для себя как должные и ожидаемые»[4]. Рассматриваемая как воздействие личности или группы на самих себя, саморегуляция проявляется в способности активно и автономно существовать и действовать в изменяющемся обществе. Применительно к теме данного исследования можно сказать, что саморегуляция выступает способом преодоления несоответствия реальных и ожидаемых результатов взаимодействия партнеров. Возникающее при этом недоверие к партнеру понуждает корректировать собственное отношение к нему. Важную роль в этом процессе играет индивидуальная или групповая рефлексия доверия. Она реализуется посредством постоянного переосмысления основ доверительного отношения к Другому, способности к самоанализу способов взаимодействий с ним в направлении оптимального выбора в целях максимизации выигрыша (благ) или минимизации проигрыша (затрат).

В рассматриваемом механизме саморегуляции рефлексия доверия подвержена влиянию социальных институтов. Институциональное саморегулирование осуществляется путем выработки в различных сферах жизнедеятельности людей системы социальных норм, усваиваемых индивидуальным или групповым сознанием в качестве допустимых рамок социального поведения. Доверие приобретает нормативный характер (институциональное доверие). Примером может служить корпоративная форма доверия, когда люди доверяют друг другу по принадлежности к структуре. В условиях тотальной коррупции, наоборот, государственные чиновники, милиция и политики могут быть причислены априори к категории лишенных доверия.

Исторически обусловленная эволюция социальных институтов от традиционных к современным определяет направленность изменения нормативной составляющей доверия, т. е. допустимых рамок доверительных отношений. Современное развитие политического института в направлении к правовому государству отражается в доверии власти. Новейшее движение института экономики по пути к гражданскому обществу проявляется в доверии к менеджменту. Либерализация социальных институтов формирует новые критерии доверия в межличностных отношениях. Таким образом, процесс институционализации определяет меру доверия, которая, в свою очередь, становится фактором регулирования взаимодействий в различных сферах общественной жизни.

В качестве социокультурных составляющих механизма саморегуляции выступают потребности, интересы и ценности, во взаимосвязи которых образуется мотивационная сфера сознания[5]. Социальные интеракции как обмен услугами будут взаимовыгодными, а значит, результативными, если реальные социальные действия соответствуют ожиданиям партнеров, определяются их общими потребностями и интересами, а сами услуги представляют для них ценность. Во взаимосвязи потребностей, интересов и ценностей как элементов мотивационной сферы сознания вырабатываются относительно общие критерии и стандарты поведения, которые, по определению Т. Парсонса, выступают в роли символических посредников взаимодействия людей, социальных групп. Таким критерием является доверие, уровень которого определяет характер и направленность взаимодействий.

Потребности, отражая состояние неудовлетворенности чем-либо или кем-либо, выступают источником активности субъекта, придавая саморегуляции предметную направленность. Благодаря связи с потребностями доверие приобретает активную направленность на партнера общения. Как уже отмечалось выше, доверяя, мы не пассивно ожидаем ответных действий партнера, а стремимся извлечь пользу для себя.

Однако потребности, являясь источником активности, не указывают на способы ее реализации. Такой способ — интересы, которые придают саморегуляции деятельностную форму. Соответственно в форме конкретных действий, направленных на реализацию собственных интересов, осуществляется регуляционная функция доверия. Иначе говоря, в доверии проявляется заинтересованность в определенном отношении с партнером. В таком понимании доверие представляется как «рациональное ожидание» (Р. Хардин) соответствующего поведения от партнера, или «инструментальное доверие» (П. Штомпка).

Центральное место в социокультурной саморегуляции принадлежит ценностям. Отражая идеальные представления о предмете, они выступают смыслообразующим началом в механизме саморегуляции. Благодаря связи с ценностями доверие наполняется смыслом, придавая саморегуляции избирательность и направленность. Такой тип доверия П. Штомпка называет «аксиологическое доверие» (опора на моральные ожидания). В зависимости от смысла, которым наделяются партнерские отношения, изменяется направленность реализации регулятивной функции доверия.

Стратификационная составляющая механизма саморегуляции направлена на преодоление социального неравенства вследствие общественного разделения труда. Связанная с неравенством стратификация определяется как наличие в обществе множества социальных образований (страт), представители которых различаются между собой неравным объемом власти и материального богатства, прав и обязанностей, привилегий и престижа (В. В. Радаев, О. И. Шкаратан). Возникающие в процессе стратификации статусно-ролевые различия не только являются основаниями неравенства, но и обладают стимулирующими свойствами, используемыми в механизме социальной саморегуляции. Соответственно, расслоение общества отражает процесс социальных перемещений и «стимулирует перемещения людей из нижних слоев в более высокие (вертикальная мобильность), из одной социальной группы в другую на одном статусном уровне (горизонтальная мобильность), от менее социально-значимых позиций к более престижным и т. д.»[6]. Таким образом происходит саморегулирование социальных взаимодействий.

Важную роль в стратификационном саморегулировании взаимодействий играет доверие, благодаря которому позиции социальные трансформируются в личностные. Рефлектируя новые для себя позиции в процессе перемещений, люди наделяют их личностным смыслом, оказывая встречное влияние на социальное расслоение, усиливая или ослабляя социально-ролевые конфликты. Например, недоверие врачу в районной поликлинике стимулирует обращение в платное медицинское учреждение. Социальным последствием подобной практики станет удорожание медицинских услуг, что приведет к росту социальной напряженности. Следовательно, регулятивная функция доверия проявляется в легитимации форм взаимодействий людей, способствующих повышению уровня социального расслоения, или дестратификации.

Социально-организационная составляющая механизма саморегуляции призвана регулировать взаимодействия в обществе путем упорядочения социальных связей. «Как степень внутренней упорядоченности, социальная организация выполняет функцию меры в достижении организационного порядка. Она определяется целостностью организационных форм, обеспечивающих упорядоченность взаимодействий структурных элементов организации»[7]. Организационный порядок реализуется не только путем институционального закрепления сложившейся структуры, но и вследствие интериоризации и воспроизводства групповых норм и ролевых структур, оптимизации межличностных взаимодействий, т. е. саморегуляции.

В саморегуляции организационного порядка доверию принадлежит важная роль. Благодаря ему достигаются упорядоченность внутригрупповых отношений, стабильность иерархической структуры организации, устойчивость внутренних и внешних социальных связей.

Обосновывая роль доверия «для широкого сообщества» (групп, организаций, обществ), П. Штомпка выделяет следующие его функции. Во-первых, оно стимулирует общительность, склоняет к совместному участию в различных обществах и таким образом обогащает связи между людьми, расширяет поле интеракций, позволяет устанавливать близкие контакты с окружающими. Во-вторых, способствует коммуникации. В-третьих, стимулирует толерантность, согласие с Другими. В-четвертых, укрепляет связи между сообществом и отдельным человеком, влияет на чувство идентичности, создает сильную коллективную солидарность[8]. В наиболее целостном виде эти функции доверия проявляются в различных формах самоорганизации. Тем самым доверие «увеличивает общественный потенциал» (Н. Луман) социальной организации.

Итак, доверие выступает неотъемлемой частью механизма саморегуляции социальных взаимодействий. В институциональной саморегуляции оно выполняет роль критерия надежности во взаимодействиях партнеров, который в процессе институционализации приобретает нормативный характер. В социокультурной составляющей механизма саморегуляции доверие придает активную направленность ролевым ожиданиям адекватного поведения от партнеров взаимодействий благодаря связи с потребностями; способствует рационализации взаимодействий, отражая заинтересованность в партнерских отношениях; наполняет эти отношения определенным смыслом, придавая им ценностную форму. В стратификационном саморегулировании взаимодействий регулятивная функция доверия проявляется в перераспределении социальной энергии людей в направлении повышения или снижения уровня социального расслоения. В качестве социально-организационной составляющей механизма саморегуляции доверие обеспечивает упорядоченность внутренних и внешних социальных связей в структуре организации.

Таким образом, существуют специфические социальные признаки доверия, дифференцирующие его саморегуляционную функцию.

  • [1] Штомпка П. Указ. соч. С. 80.
  • [2] См.: Зубок Ю. А., Чупров В. И. Указ. соч. С. 13.
  • [3] См.: Зубок Ю. А., Чупров В. И. Указ. соч. С. 13, 14.
  • [4] Там же. С. 141.
  • [5] См.: Зубок Ю. А., Чупров В. И. Указ. соч. С. 26.
  • [6] Зубок Ю. А., Чупров В. И. Указ. соч. С. 32.
  • [7] Зубок Ю. А., Чупров В. И. Указ. соч. С. 36.
  • [8] См.: Штомпка П. Указ. соч. С. 333, 334.
 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 

Популярные страницы